– Мне тебя поздравить или посочувствовать?

Настя гладила меня по спине, а я свернулась калачиком на кровати и пыталась прийти в себя.

– Просто убей меня.

– Не дождешься! С кем я тогда буду веселиться?

– Разве ты со мной так уж сильно веселилась? – Я откинулась на спину и пустым взглядом уставилась в потолок.

Голова опустела. Остался только запах Кирилла, холод его рук на шее и жар внизу живота. Рука помнила его укус и поцелуй, и от этого у меня учащалось сердцебиение. Все происходящее ощущалось иначе, чем я привыкла. Мне это, черт возьми, нравилось!

Нравилась эта игра, хоть и выматывала морально и физически.

– Ставлю на то, что вы переспите через неделю, – спокойно сказала Настя.

Я поперхнулась собственной слюной.

– Ты сдурела?!

– Согласна. Долго. Меняю ставку на три дня.

– Да не собираюсь я с ним спать! Ни за что! Ближайший месяц я монашка.

Настя расплылась в хитрой улыбке и покачала головой. Я закрыла лицо руками, прячась от подруги.

– Ну, ты только представь… – Настя перешла на шепот и начала гулять руками по своему телу вслед за словами: – Вы мокрые и потные после тренировки. Он касается тебя везде, но не там, где чаще всего хочется, чтобы касался мужчина. Кирилл дышит тебе в шею, проводит носом по груди и наклоняет все ниже и ниже, что ты можешь вот-вот упасть, а затем резко притягивает к себе.

Настя резко ущипнула меня за живот, и я невольно ахнула, выныривая из своих фантазий. Удивительное дело! Я знала, что Кирилла нет ни в комнате, ни в радиусе нескольких километров, но представила все то, что описала Настя, и чуть не умерла от живости картинки.

– Да прекрати ты! – Я отпихнула подругу, а она залилась громким смехом и схватилась за живот. – У меня мурашки по всему телу пошли от тебя!

– Это не от меня, Майя. – Настя снова залилась смехом. – А вообще, в этом нет ничего плохого. Это нормально – ощущать влечение к партнеру. Между вами так или иначе должна быть своеобразная эмоциональная связь.

– А ты смогла бы танцевать со Стасом?

– Ты на меня стрелки не переводи. Пашку я ни на кого не променяю.

– Так почему же ты не с Пашей? – спросила у подруги то, что давно крутилось на языке. – Ты как будто не знаешь, что нравишься ему.

– Паша, безусловно, милый, добрый и отзывчивый парень, но мы с ним не подходим друг другу. Он – домашний котик, а я – тигрица.

Настя взъерошила копну своих рыжих волос. И как ей только удавалось собирать ее каждый раз в гладкую прическу перед выходом на паркет?

– Кирилл – отличный партнер.

– Я утяну его на дно.

– Поверь, он от этого не пострадает. Да и стандартную программу давно не танцевал, а тебе придется выступить и там, и в латине. Светлана же не по его прихоти поставила вас в пару. Значит, видит в этой затее профит. У нее глаз наметан. Кириллу придется немного замедлиться, а тебе – ускориться. И я с удовольствием посмотрю, как вы порвете всех соперников.

– Зачем танцору класса А вставать с новичком, которому только предстоит получить Е-шку? Ума не приложу.

– Такое бывает. Но о-о-очень редко. Такие, как Кирилл, согласились бы с тобой танцевать либо за очень большие деньги, либо по большой симпатии. Тебе повезло, ведь денег у тебя нет.

Ужас! Звучало так, будто мне придется расплатиться с Кириллом натурой. Ни в коем случае! Я буду работать так усердно, что ни у кого не возникнет сомнений в том, что мы подходим друг другу как партнеры. Но на одном усердии далеко не уедешь.

– Меня очень парит финансовый вопрос. Танцы – дорогое удовольствие, как ни посмотри. Боюсь, что меня надолго не хватит.

– А раньше все оплачивал Денис?

Я потупила взор. Да, да и еще раз да. Денис много чего оплачивал, а я сбежала, даже спасибо не сказав.

– Не гонись тогда за рангами. Танцуй в удовольствие. Тебе главное встать на ноги сейчас. Ты видишь, как мы живем с мамой? – Настя очертила круг рукой. – Я иногда тоже ловлю себя на мысли, что становлюсь приживалкой. Она столько денег в меня вбухала, а мне все мало.

– Она жаловалась тебе на это?

– Маман никогда не жалуется. У нее нет на это времени. Работает анестезиологом в одной немаленькой клинике уже много лет.

– А твой отец? – аккуратно спросила я. – Поддерживал твое увлечение?

Отец Насти умер, когда той едва стукнуло пятнадцать. Сел пьяный за руль и разбился.

– Папа жил по принципу: чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не орало.

Мне стало неловко от своих же вопросов. Не стоило бередить старые раны подруги и напоминать о покойном отце. Своего-то я и вовсе не знала, и мне всегда было интересно, каково это – иметь отца. Мы с Настей почти не обсуждали наши семьи за все время, что дружим. Все эти проблемы с родителями мы негласно предпочли оставить за воображаемыми стенами.

– Маман все надеется, что я удачно выскочу замуж за какого-нибудь айтишника и свалю от нее. – Настя снова засмеялась. – Но пока не могу ее так порадовать.

– Не представляю тебя в роли жены.

– Я о том же! Да и в компьютерах я почти не разбираюсь.

– А тебе и не надо, если муж – айтишник.

– Я школу с золотой медалью окончила, между прочим, но информатику мне поставили разве что за красивые глаза. – Настя обхватила грудь руками.

Мне нравилось вот так сидеть с подругой и болтать обо всем на свете. Настя познакомила меня с мамой на следующий день, и это действительно оказалась «крутая тетка». Они шутили и подтрунивали друг над другом, мне тоже перепало. Хоть Ольге Викторовне и было за пятьдесят, но она общалась с нами как ровесница. Попросила меня называть ее просто Оля, чтобы она не ощущала себя слишком уж старой. О какой старости она говорила, я так и не поняла. Всем бы выглядеть так, как она! Высокая, стройная и подтянутая, с идеальной укладкой даже после суточной смены в больнице. Ни грамма ботокса или гиалуронки, такие же густые волосы, как у Насти, но не рыжие, а каштановые, с проблеском седины, но едва уловимой. А глаза! Глаза молодые, горящие, кайфующие от этой жизни. И с минимумом макияжа! Он ей и не нужен был. Возраст выдавали только руки и шея.

Тетя Оля просидела с нами с пару часов, накормила «безруких барышень» и ушла отсыпаться. Мы с Настей тихонько собрались и разбрелись кто куда. Она – на тренировку, я – на работу.

Я всю ночь придумывала, как совместить несовместимое. Да уж. Моя жизнь явно была проще, когда я была… Господи, да, я была содержанкой! Кто-то об этом мечтает, а я вот – не оценила.

Я пялилась в телефон, на наш чат с Денисом, на его аватарку, но за сутки – ни весточки. Ненароком подумалось, а вдруг что-то случилось? Может, его инсульт хватил или еще чего? Была не была, решила набрать, но вызов сначала не проходил, а затем и вовсе как будто сам Денис меня сбросил. Я нахмурилась.

Следом пришло сообщение:

«Я занят. Перезвоню, как смогу».

– Ну, занят – так занят, – пробубнила себе под нос, закрыла с ним чат и поставила телефон на беззвучный режим.

Ничего нового. Все по классике. Не суть важно, есть я дома или нет, ведь Денис всегда на работе. Как и я, всегда занята чем-то другим. У нас слишком мало точек соприкосновения, но все же я отдала ему часть своего сердца, и его отстраненность не могла не ранить. В любом случае меня успокоило, что он жив и здоров.

Я настроилась на работу. Мила должна была ввести меня в курс дела, познакомить с детьми. Я же – быть на позитиве, ведь нет ничего хуже нервного хореографа. В этот знаменательный день я впервые за долгое время накрасилась, ведь мне не придется потеть и косметика не потечет по лицу. Руки тряслись, когда я выводила стрелки. Настя не выдержала и сама мне их нарисовала. У нее оказалась легкая рука. Потом она нанесла мне румяна и чуть поправила тон. Я не поленилась сказать подруге о том, что из нее мог бы выйти неплохой визажист, на что она лишь загадочно улыбнулась. Возможно, продумывала такой вариант на случай, если танцы перестанут стоять на первом месте.

Студия Милы встретила меня прохладой. Боже, храни изобретателя кондиционера! У меня мозг готов был расплавиться за те полчаса, что я добиралась. На входе встречала небольшая стойка ресепшена, а за ней сидела девушка на вид лет шестнадцати с именем Мария на бейджике. Впрочем, и у нас с Настей постоянно спрашивают паспорт, если мы не при параде. Одно ухо девушки украшали три сережки, а другое – индастриал. Я одно время порывалась проколоть себе и нос, и пупок, но передумала: побоялась.

– Добрый день. Я новый хореограф, Мила должна была предупредить.

Девушка недовольно посмотрела на меня и надула пузырь из жвачки. Я следила за ее движениями, опасаясь, что следом она в меня плюнет.

– Ща.

Мария начала что-то громко печатать в телефоне своими длинными ногтями в тон ярко-зеленым волосам. «И как она задницу подтирает ими?» – только такой вопрос возник у меня в голове.

Мила прибежала меньше чем через минуту.

– Машка, лицо попроще. Ты всех распугаешь! – шикнула она на девушку, а та показала ей средний палец. – Я матери все расскажу, будешь себя плохо вести.

– Валяй, мне уже пох. – Машка снова надула пузырь.

Мила, которая показалась мне самым добрым человеком на свете, сейчас стреляла искрами из глаз. Благо не на меня, хоть и захотелось спрятаться. У моей начальницы все лицо перекосило.

– Майя, это Мария. Моя младшая сестра. Не обращай на нее внимания, она тут надолго не задержится. – Мила снова посмотрела на Машу, лицо которой же не выражало более никаких эмоций.

– Зашибись, – монотонно проговорила та.

– Пойдем, Майя. Я тебе все покажу!

Мила схватила меня под локоть и потащила в глубь студии: три небольших зала, санузел, раздевалки для девочек и мальчиков и кладовка – по совместительству комната персонала. В каждом зале установлено по балетному станку вдоль зеркальной стены, телевизор для демонстраций и аудиосистема. Мило, со вкусом. Хоть и не слишком богатое убранство, но чувствовалось, что каждая деталь в студии была выверена до миллиметра. В этих стенах ощущался дух ее владелицы.

Мила провела меня в класс, где уже ждали девочки. Пять учениц скучковались вокруг еще одной, которая показывала остальным что-то на своем телефоне. Девочки смеялись и бурно реагировали. Услышав наши шаги и скрип напольного покрытия, поспешили выстроиться в ряд.

– Девочки, это Майя… – Мила наклонилась ко мне и прошептала: – Как твое отчество?

– Сергеевна.

– Это Майя Сергеевна. Ваш преподаватель. – Мила заворковала так, что мне показалось, птицы щебечут в лесу. – Сегодня не будет ничего сложного, так что расслабьтесь.

Мила повернулась ко мне:

– Они первый раз. Сегодня у них пробное занятие. Я верю в тебя. – Начальница положила руки мне на плечи и слегка сжала пальцы, подбадривая. – Оставляю вас. Майя, когда закончите, подойди ко мне.

– Хорошо. – Я проводила Милу взглядом и вернулась к девочкам.

Они были разного роста и телосложения, немного напуганные. Возможно, их заставили сюда прийти, а может, просто раньше ничем не занимались.

Пришлось начать с теории. Мила, конечно, кинула меня сразу в самое пекло, но где наша не пропадала. Кажется, основы балета въелись в мою кожу. Я рассказала девочкам о правилах безопасности в танцевальном классе, а также о правилах поведения. Ничего сверхъестественного. Затем я раздала каждому на руки по листочку с инструкциями, которые Мила любезно подготовила заранее. Далее мы познакомились с основными понятиями хореографии, такими как экзерсис, адажио, аллегро, батман, арабеск, фуэте, экарте, и прочими. Что-то я показала сама, что-то нашла в интернете и вывела на экран телевизора.

– А ваши выступления можно найти? Покажете нам? – спросила одна из девочек.

Я смущенно улыбнулась.

– Я поищу, но не уверена, что меня кто-то снимал.

– Почему? А вы точно профессионал? – возмущенно спросила другая девчонка.

– Не все можно найти в интернете. Спектакль – это творчество режиссера, которое он показывает лишь тем, кто купит билет. Как в кинотеатре, его снимать запрещено, чтобы никто не копировал.

– Скука, – подытожила возмущенная.

Я пожала плечами. Я действительно не была уверена, что где-то можно найти хоть какой-то мой танец, а даже если такое видео и имеется, то я чаще танцевала кордебалет[10] или как артист миманса[11]. Одним словом, не солировала. Вряд ли им будет интересно такое. Но взяла на карандаш этот момент. Ведь если бы не съемки с соревнований по бальным танцам, я бы и не загорелась этим стилем. А в век современных технологий надо использовать любую возможность обратить внимание молодежи.

Затем мы разогрелись и приступили к практике. Я начала с демонстрации позиций ног и рук, делала акцент на том, как важно держать осанку и куда должен смотреть подбородок.

Девочки были старательны, но это лишь первое занятие. Отработав позиции ног, мы также попробовали несколько движений. Я не давала ничего сложного, не давила и не торопила, следила за тем, как тянут носки, но старалась быть мягкой. Если они продолжат заниматься, то я смогу неплохо заработать и оплатить собственные тренировки за следующий месяц. Даже как-то легче стало от осознания, что их станет чуть меньше, чем раньше.

– На этом все. Надеюсь, вам понравилось и вы придете еще, – улыбнулась напоследок девчонкам, слегка раскрасневшимся и вроде даже довольным.

Они помахали мне на прощание, за дверью уже ждали родители. Я прибрала инвентарь и пошла на поиски Милы. Она была в соседнем зале и танцевала в пуантах. Как красиво и плавно она двигалась! Я зависла и побоялась ее прервать. Мила с легкостью отрывалась от пола в прыжках, как будто отрицала гравитацию. Смотреть на балет спустя несколько лет, да еще и со стороны, было волнительно и не так пугающе, как я себе представляла. Я искренне наслаждалась танцем Милы.

– Ой, Майя! – Она заметила меня, и я даже немного расстроилась, что балерина остановилась. – Ну, как прошло?

– Вроде ничего.

– Это мы набираем на осень группу. Надеюсь, придет хотя бы человек двенадцать. Но, как видишь, с персоналом у меня беда. Ты, да я, да сестра моя тунеядка.

– Не густо.

– С осени занятия будут всего два раза в неделю, так что ты не будешь слишком занята. И я все надеюсь набрать группу парней, но это явно произойдет не в ближайшем будущем.

Я согласно кивала на все, что она говорила.

– Подожди. Я тебе заплачу и отпущу. Сегодня больше никого не будет.

Сначала я думала отказаться от оплаты, ведь пробные занятия чаще всего бесплатные для учеников, но вспомнила о своем бедственном положении и позволила всунуть мне несколько различных купюр в руки.

– Пока наличкой. Ничего?

– Все хорошо.

– Ох, Майя. Спасибо, что откликнулась! Это правда так важно для меня.

– Что ты. Тебе спасибо, без работы мне разве что на панель оставалось идти.

– Тьфу. Не говори такие ужасные вещи! Лучше в эскорт, – подмигнула Мила.

Я расслабилась и рассмеялась, отметив их схожесть с Настей. Думаю, мы подружимся.

* * *

Я вышла с работы в очень приподнятом настроении, вставила наушники и, пританцовывая, пошла через сквер домой. Мила права. Скоро осень, а потому самое время наслаждаться последними жаркими деньками. В наушниках заиграла подходящая для румбы музыка, и ноги сами начали выписывать базовые шаги, а бедра, не стесняясь, виляли во все стороны. Отдалась ритму и едва не налетела на парочку прохожих. Пришлось извиняться и побыстрее сваливать, пока не приняли за сумасшедшую.

Тучная женщина осмотрела меня с ног до головы, цокнула и оттащила своего внука подальше. Я решила избавиться от затычек, чтобы никого, не дай бог, не травмировать.

– У тебя сегодня хорошее настроение? – раздался со спины знакомый голос, а чьи-то руки внезапно легли мне на талию, касаясь оголенной кожи. Так некстати я вырядилась в короткий топ.

Я подпрыгнула от неожиданности и схватилась за сердце. Оно застучало где-то в висках. Обернулась и встретилась с довольной гримасой Кирилла.

– Ты что, блин, здесь делаешь?! – Мой голос сорвался на визг.

– Гуляю, – ответил Кирилл, засовывая руки в карманы хлопковых белых шорт.

Он в принципе был одет во все белое. Прямо ангел, сошедший с небес, разве что нимба не хватало.

– Больше других мест погулять не нашлось? Или… – Ко мне пришло озарение. – Что тебе растрепала Настя?

– Не нервничай. Твоя подруга мне ничего не говорила.

– Кирилл, я в жизни не поверю в то, что ты решил прогуляться здесь, – я развела руки в стороны, – по чистой случайности.

– А я и не говорил, что это случайность.

Он снова улыбнулся так, что стали видны верхние клыки. Я сразу же посмотрела в другую сторону. Хоть куда, лишь бы не на Кирилла.

– Так откуда ты узнал, где я буду?

– Ты забавная.

– Почему?

– Ты давно соцсети проверяла?

На самом деле, я перестала заходить в свой профиль некоторое время назад. Кирилл подошел чуть ближе и тыкнул мне почти в нос телефоном. Я недовольно взяла его в руки. На экране был аккаунт студии Милы, в котором она выложила мою фотографию с припиской: «Наш новый хореограф – Буранова Майя», – а далее информация о том, где я училась, сколько мне лет, кого обучаю и чему.

– Контекстная реклама – удивительная вещь.

– Да уж. Ну и зачем ты приперся?

– Увидеться с тобой в неформальной обстановке. Ведь хореограф Майя Буранова слишком занята, чтобы даже выполнить обещание. – Кирилл наклонился ко мне слишком близко, и я попятилась назад.

– Какое еще обещание?

– А как же график наших тренировок?

– А тебе не приходила мысль о том, что я его просто не успела сделать?

Кирилл выпрямился и потер подбородок.

– Да, такой вариант имел место, но я отмел его.

– Тогда про…

– Раз уж мы все-таки встретились, как насчет пообедать вместе? – Кирилл перебил меня, когда я собиралась сказать ему проваливать.

– Нет.

Я прошла мимо, взмахнув волосами так, чтобы наверняка зарядить ему по роже, но Кирилл схватил мой хвост и потянул, наматывая его на кулак. Сказать, что я удивилась, – ничего не сказать, но на удивление мне не было больно, а даже как-то приятно. Кому ни скажи, решат, что я какая-то извращенка, которой нравится, что ее кусают и таскают за волосы. Он сразу же отпустил меня и дотронулся пальцами до шеи, вызывая электрические разряды по всему телу, а затем, закинув руку мне на плечи, прижал к себе.

– Кажется, где-то в той стороне была неплохая кофейня.

Я попыталась убрать его руку, но он перехватил мою ладонь и переплел наши пальцы, сжимая так, что я оказалась в западне.

– Мы же договаривались, что ты не будешь меня трогать вне танца! – припомнила ему наш уговор.

– Чем разговор не танец?

– Тебе напекло так, что даже кепка не помогла?

– Бодаться с тобой местами весело, но слегка надоело. Давай считать, что у нас тренировка и отрабатывать мы будем твою улыбку?

Я улыбнулась мило и приветливо, как он того и хотел, и раздраженно похлопала Кирилла по щеке. Возможно, чуть сильнее, чем требовалось. Он попытался укусить меня за пальцы, но я вовремя отдернула руку.

– Хорошая скорость.

Чем дольше я стояла в его крепких объятиях, тем сильнее ощущала его запах, от которого шла кругом голова. Кажется, он слегка вспотел, но это было совершенно неважно. Мне нравилось, как пахнет Кирилл.

Смирившись с тем, что он так просто не отстанет, и приняв то, что мы теперь партнеры, я устало произнесла:

– Ладно. Я на самом деле хочу есть. Веди, куда ты там хотел. Мне все равно.

– Тогда, может, переместимся куда-то ближе к центру? Там и выбор получше.

Ехать в центр и гулять с ним не пойми сколько казалось слишком дорогим удовольствием. Но если скажу, что у меня нет денег, то это вызовет лишние вопросы. Я же типа встречаюсь с Денисом, который оплачивает мои хотелки. Поэтому нужно было срочно отказать Кириллу. Хотя идея погулять днем, признаться честно, привлекала меня. Все лучше, чем сидеть одной в квартире с мамой Насти.

– Ты зависла и слишком долго молчишь, – прервал мои внутренние рассуждения Кирилл своим дурацким низким голосом.

– Хрен с тобой, золотая рыбка. Делай уже, что хочешь.

– Майя, вы сделали отличный выбор. Сегодня я буду вашим гидом в этом городе, полном бетона и стекол. – Кирилл отпустил мою руку, которая заметно вспотела. Легкий ветер заставил почувствовать холод на разогретой коже. – И кто знает, может, мы даже увидим звезды.