Мы долго стояли и любовались звездным небом, пока ветер не принес тучи. Они, словно пуховое одеяло, укутывали звезды, гася их мерцание и превращая небо в бескрайний ночной океан. Вот и ее величество луна скрылась в объятиях суровых туч, погружая все вокруг в непроглядную тьму.

— Это было превосходно! Но как мы теперь дойдем до наших палаток?! — я пытаюсь разглядеть что — нибудь вокруг.

— Сестренка, мы не совсем дурачки, как ты, наверное, считаешь, и взяли с собой фонари! — Луч света от фонаря брата попадает мне прямо на лицо.

— Ну не знаю, братик, я как — то сомневаюсь. Да прекрати на меня светить!

— Сорян! — и луч уже блуждает по ближайшим кустам.

Также загораются огоньки в руках Эрика и Криса, подсвечивая нам тропинку среди деревьев.

— Кстати, о звездах — луч фонаря Кристиана устремляется в небо — вы идете на ежегодный благотворительный бал «Звездное небо»?

— Точно, бал! — бьет себе по лбу мой брат — а я все думал, что забыл сказать. Он же через неделю, в следующую пятницу. Девчонки, вы как?

— Самый настоящий бал? — восторженно вскрикивает Ксю — а что мне надеть?

— Извечный женский вопрос. — шутливо изрек Эрик.

— Подумать, тебя этот вопрос не волнует, и ты готов идти туда в одном нижнем белье. — решила подколоть я парня.

— Мелочь, это твое пожелание? — но подколол он меня.

Опять мое богатое воображение нарисовало эту картину, и я почувствовала, как краснеют щеки. Какое счастье, что так темно вокруг!

— Не льсти себе. Что там такого, чего я не видела.

— Ооооо, да ты у нас искушенная дама!? — не унимался Эрик.

— Чего?! — сразу встрял Дэв.

— Того! Ой, да не это я хотела сказать! Хватит к словам придираться! Гризли, иди в чем хочешь, мне все равно! Хоть голый!

Эрик сразу засмеялся во весь голос. А я от досады, что несу не пойми что, топнула ногой.

— Опять не то! Отстаньте от меня! Я просто хочу сказать, что пойду на бал. А одежду можно взять напрокат. — последняя реплика была уже обращена к Ксю.

— Здорово! — захлопала та в ладоши.

В нашем лагере нас встретил уже потухший костер. Его угольки еще мерцали на прощание в темноте, напоминая маленькие хрупкие звездочки, что упали с небосвода.

Если забыть про огонь, то каким бы он ни был ярким и горячим, рано или поздно превратится лишь в тлеющие угли.

В этот вечер Эрик понял отчетливо, насколько сильно он любит Джулию. Именно ее, а не образ Амари в ней! Все чувства к Амаринде истлели во времени, остались лишь небольшие отрывки воспоминаний, не более того.

— Ну я думаю, разжигать костер нет смысла, пора спать — потрепал по голове Ксю мой брат — помни, котенок, если что, моя палатка рядом.

— Спокойной ночи, братик! Ксю спит в нашей палатке, это я так, напомнить решила. Ну и всем остальным — тоже спокойной ночи!

— Спокойной ночи, вредный гном! Ксю — дернул к себе мою подругу Дэв и что — то там начал нашептывать той на ухо.

— Спокойной ночи, девочки и мальчики! — помахал нам Крис.

— Мелочь, сладких снов! Пусть тебе приснится бал со всеми твоими фантазиями! Все, ребята, давайте, я спать! Дэв, Ксю и Пикасо — пока!

— Я же был Да Винчи? — усмехнулся Кристиан.

— Да хоть — Ван Гог, мне не жалко. — залезая в палатку, весело ответил Эрик.

Уснуть мне все никак не удавалось. Ксю уже сладко посапывала под боком, а я все вслушивалась в звучание леса. Уханье совы, пение ночных птиц, шорох в кустах, буду думать, что это ежик к нам пришел. Пугал и завораживал одновременно этот ночной гимн леса. Под все эти звуки я начала постепенно погружаться в царство сна...

Не знаю, сколько я проспала, но когда открыла глаза, было еще темно. Мне очень захотелось в туалет, но понять свое местоположение спросонья было трудно. Покрутив головой, начала вспоминать, что вокруг лес и рядом сопит подруга.

— Ксю — дотронулась я слегка до ее плеча и зашептала, — Ксю. Мне в туалет надо, а одной страшно. Ксю, ты меня слышишь?

Но ответа так и не прозвучало, лишь невнятное бормотание. Посидев немного и осознав, что выхода нет, а идти надо, вздохнула и полезла наружу. Вокруг стояла непроглядная темнота. Ну почему я не додумалась с собой взять фонарь?! Застегнув вход в палатку, чтобы не напустить комаров, начала неспешно двигаться в противоположную от лагеря сторону. Господи, как страшно то! Зачем я этот чай перед сном пила?! Радует одно, что хоть тумана не видно. Лишь бы не заблудиться. Пару раз споткнувшись и чертыхнувшись, уткнулась в какие — то кусты. Решила дальше не ходить, дабы совсем не потеряться. Представляю лицо Эрика утром, если меня искать надо будет. Опять смеяться начнет. — Фиг тебе, Гризли! Теряться не собираюсь, — развязывая шнурок на спортивных штанах, ворчала я, — надо было родиться мальчиком, жить было бы значительно легче! Вокруг стояла тишина, казалось, что в ушах звенит. Надевая обратно спортивки, услышала шорох недалеко. Сердце пропустило удар. — Мамочки, — прошептала я одними губами и ломанулась к лагерю. — Это ежик, ежик, ежик. Успокоить себя никак не получалось. Куст под ногами, ямка, вот я на коленях, вскакиваю и, наконец, нащупываю палатку. Трясущимися руками расстегиваю. Страшно до одури! Где — то на задворках моего сознания мелькает мысль, что тонкие стенки моего убежища не спасут меня от монстра, если вдруг тот решит напасть на нас. Но, когда застегиваю молнию на входе, становится чуть легче. Но все равно, как маленький ребенок, зажмуривая глаза, ныряю под покрывало и жмусь спиной к подруге. Та сразу закидывает на меня руку. «Какая тяжелая», — проносится в голове, но зато не так страшно. Аромат полыни кружит голову. Худи Эрика на мне, и я вдыхаю этот аромат полной грудью. Когда засыпала первый раз, так аромат не чувствовался. Наверное, пробежка по ночному лесу взбодрила мое обоняние. На душе становится спокойно, и я моментом проваливаюсь в сон. Просыпаюсь, когда на улице уже светло. По ощущениям еще очень рано, надо бы поспать. Жарко как, Ксю чуть ли не залезла на меня. Мало руки на мне, так еще и ногу закинула. Какая она тяжелая, опять мелькает в голове. Зевая, я приоткрываю глаза и скашиваю взгляд в район груди, где покоится чужая рука, и замираю с открытым ртом. Это вообще — что??? Длинные пальцы, широкая ладонь, запястье с выпирающей косточкой и вены, уходящие по предплечью, наверное, в чье — то плечо, что находится сейчас за моей спиной. Это как понимать? Что, кто это вообще? Ну точно — не Окси! Вижу ногу, что покоится сейчас на моем бедре. Мамочки!!! Вдруг, это неизвестный сгребает меня, как куклу, и прижимает к себе сильнее! Его горячее дыхание обжигает шею. Все, что у меня получается, это открывать и закрывать рот, как рыба, выброшенная на берег. Наконец собравшись, я с трудом отпихиваю это, точнее сказать, этого, что сопит мне в шею и резко сажусь. — Черт, мать твою, какого!.. — вырывается у меня. Рядом со мной лежит … Эрик, собственной персоной! Его глаза открываются, пару раз хлопают, уставившись на меня, и на лице появляется широченная улыбка. Потягиваясь, и с хрипотцой после сна, как не в чем не бывало, все также улыбаясь, произносит. — И тебе — с добрым утром, малышка! — Ты…. Ты… офигел? — захлебываюсь я возмущением и гневом — Нет. Спокойствие в его голосе просто взбесило меня! — Какого лешего ты делаешь в моей палатке? Где Ксю? — Мелочь, сбавь обороты, а то своим ультразвуком всех поднимешь. Я не знаю, где Ксю. — Я …, да я…. тттебя сейчас придушу! — уже более тихое, но не менее эмоциональное шипение, вырывается из меня.

В глазах Эрика пляшут чертики, и плечи его трясутся от беззвучного смеха. Закинув руки за голову, как с какой — то дурочкой, продолжил разговор.

— Мелочь, тебя что, ночью укусил бешеный ёжик? Успокойся, вдох, выдох. Душить меня не надо, убийство запрещено законом. Девочка моя, скажи, пожалуйста, а с чего ты взяла, что это твоя палатка?

Честное слово, я его сейчас убью! И только набрав полную грудь воздуха, чтобы поведать Гризли, что с ним произойдет в ближайшее время, мой взгляд цепляется за окружающую обстановку. Все, что тут есть из моей палатки, — это только я! Сдувшись, как шарик, испустила неловкий смешок.

— Ой, а как так вышло? — заерзала я от неловкой ситуации.

— Ну не знаю, — протянул Эрик, — может, испугалась чего? Хотя нет, ты же у нас храбрая девочка. Может быть, фантазии по поводу меня в нижнем белье на «Звездном балу» привели тебя в мою скромную обитель?

С этими словами этот недоделанный шутник садится и щелкает меня по носу, как маленького ребенка. В палатке становится душно. Перед моим взором предстает голый торс парня. Ему что, не холодно было так спать? В первый раз не знаю, что сказать. Покраснев, как те цветы у обрыва, просто хлопаю глазами.

— Начни дышать, Мелочь.

— Не хочу, чтоб меня тут выди… види… видели — выдавливаю, заикаясь, из себя.

— Сейчас гляну, но думаю, там пусто, все спят еще. — Эрик начинает тянуться к выходу, и покрывало сползает с него.

То ли всхлип, то ли какой — то странный вздох вырывается из меня, и я резко закрываю руками глаза. Не хочу увидеть его в нижнем белье! Хотя нет, хочу, но не могу себе этого позволить! Меня иначе тут инсульт разобьет!

Ухо обдает горячее дыхание, и раздается шепот:

— К сожалению, я не полностью осуществил твою фантазию, и на мне сейчас шорты, можешь не прятать глазки. Но, если хочешь, могу исправить ситуацию.

Я чувствую, как он улыбается.

— Смотри давай быстрее — есть кто там или нет, — рявкаю я, не открывая глаз.

— Чисто, — раздается вскоре, — а ты глаза так и не откроешь? На ощупь пойдешь?

Вот разошелся, клоун! Приоткрыв один глаз, начинаю тихо вылезать из палатки. За моей спиной раздается еле сдерживаемый смех.

— Если что, моя палатка всегда в твоем распоряжении, Мелочь!

— Тебе пора с сольным номером в цирке выступать! — резко начинаю закрывать молнию на входе, и последнее, что я вижу, — это улыбку Гризли во все 32 зуба!

Тихо, как вор, крадусь к своей палатке. Ну надо было так опростоволоситься и перепутать все в темноте!

Ксю, вроде, спит, и я медленно укладываюсь рядом.

— Джул, ты где была? — сонно шепчет она.

— В туалет ходила.

— Я не один раз просыпалась, а тебя все не было.

— Я несколько раз в туалет ходила. Спи давай, рано еще.

— Угу — и Ксю переворачивается на другой бок, утаскивая с собой плед.

Но мне все равно. Сна нет ни в одном глазу, да и холод уже так не ощущается. В голове, как в калейдоскопе, одна картинка меняется на другую — объятия, жар тела, щекотное дыхание, широкие плечи и реки вен, стремящиеся к ним от запястий с выпирающей косточкой. А этот взгляд с легкой поволокой сна… Мурашки бегут по телу, и лава разливается внизу живота. Вдыхаю тонкий аромат полыни, что исходит от худи, и волна дрожи проходит по телу. Хочется вернуться в соседнюю палатку и прижаться к Эрику, забыв обо всем. Очень хочется, но нет. Это не мой мужчина, он чужой. Так и пролежала с закушенной губой, разглядывая стенку палатки, пока не услышала голоса снаружи. Ну вот теперь можно и вылезать, сил нет тут уже валяться!..

Вдруг до моих ушей долетело: «Сенди… бубубу… скучала… бубубу... уедем». Дальше вообще не понятно что. Ну неужели Дэв не может говорить громче?! О, смех Эрика. Что его там так забавляет? Что он сказал? Совсем не слышно... «Крошка», опять смех, «Загляну». К своей крошке собрался заглядывать?

— Ты что делаешь? — раздалось за спиной.

Я чуть не взвизгнула от испуга! Забыла, что в палатке со мной еще подруга находится. А та решила проснуться в самый неподходящий момент.

— Шшшшш — приложила я палец к губам, давая понять, чтобы та не шумела.

Ксю махнула головой и подползла ко мне, тоже пытаясь вслушаться в разговор.

— О чем речь, не пойму, — раздался ее шепот.

— Сэнди, — практически одними губами вымолвила я и чуть приоткрыла вход.

«Ты попал», — голос Дэва, «блондиночка спит» и что — то там.

— Ничего не понимаю! — еще ближе к стенке палатки прижалась Окси.

— И я не понимаю! Сенди, загляну, блондиночка спит, — передразнила я говорящих.

— Они там что — то про бар говорят. Джул, тише.

Мы замерли. Но интересующий нас разговор прекратился, как только к костру вышел Крис.

— Ну вот, на самом интересном, — вздохнула подруга.

— Мне кажется, Дэв говорил, что Сенди скучает по Гризли, а тот собрался с ней в бар идти, — сделала я свой вывод из услышанного.

— Ну она же его девушка. Неудивительно. Джул, ты чего такая кислая? Забей на этого придурка! Кристиан лучше. Пошли к мальчишкам.

Отвечать ничего не хотелось. Я молча открыла палатку и выползла наружу, стараясь не смотреть в сторону Эрика.

— Всем привет! — помахала я рукой парням.

За спиной что — то похожее пробубнила Ксю, сладко потягиваясь.

— Девчонки! С добрым утром! — Дэв, как всегда, сиял.

Крис помахал нам рукой, расплываясь в солнечной улыбке.

— О, девушки проснулись! Как спалось? Мелочь, ночью не замерзла?

Скосив взгляд на Эрика, наткнулась на милейшую улыбку. Ну прям — чистый ангел!

— Нет, — выдавливаю я и чувствую, как краска заливает щеки. Пусть он заткнется! Но нет, тот закусил удила.

— А мне было очень жарко. Жарко и как — то тесновато. Но могу сказать, что мне понравилось.

И незаметно от других, Гризли подмигнул мне. Не придумав ничего лучше, я показала ему язык, чем вызвала приступ смеха у парня.

Домой мы отправились лишь через несколько часов. Несмотря ни на что, поход выдался замечательным, и мы все пришли к выводу, что в следующем году обязательно надо повторить. Эрик пообещал ради такого случая купить палатку побольше, но я сделала вид, что не обратила внимания на его реплику.

Оставшийся день я решила провести у себя в комнате, сославшись на головную боль.

— Ты не заболела? — забеспокоился брат.

— Нет, нет. Просто это от, от… — что сказать — то?

— Наверное, от переизбытка чувств, — решил помочь мне Эрик, все с той же приторной улыбкой.

— Каких чувств? — взглянул на него Дэв.

— А что ты у меня то спрашиваешь, у Мелочи спроси.

Вопросительный взгляд брата устремился на меня.

— Кого ты слушаешь? — возмутилась я, — просто плохо спала, кошмары мучили. — уставилась я на Гризли.

— Даже так? — наиграно удивился он и зацокал языком.

Крис с какой — то грустью посмотрел на меня, потом перевел взгляд на Эрика. Мне кажется, он понимает, что что — то не так в нашем разговоре. Только мой окрыленный любовью брат ничего не замечает. Но оно, наверное, и к лучшему.

— Принцесса, если завтра голова не пройдет, то никакого похода в кинотеатр, — Кристиан заправил мой выбившийся локон за ухо.

— Пойдем! Все будет хорошо. Заезжай за мной, как и договаривались, — и я пошла к себе.

Ксю вечером заходила поинтересоваться, как у меня дела, заверив, что все нормально, отправила ее обратно к Дэву. Мне хотелось побыть одной.

В кино на следующий день мы поехали. Крис выбрал для нас романтическую комедию, я, конечно, не большой любитель такого жанра, но против не была. После кинотеатра мы посидели в кафе, а вот от прогулки по набережной отказалась, сославшись на легкое недомогание. Мне надо было домой. Ксю с Дэвом уже уехали на несколько дней, и мы оставались с Эриком вдвоем. Эта ситуация волновала и будоражила меня. Да, он чужой парень, и я не претендую на него! Но так хотелось побыть с ним рядом, просто побыть! Каково было мое разочарование, когда по приходу домой я застала его, собирающегося куда — то уйти.

— О, отлично, что вернулась. Писать записку не пришлось. Что лицо такое кислое? Не впечатлил тебя Дали сегодня?

— Да кончай ты над Крисом издеваться!

— Почему сразу издеваться? Для него честь должна быть, что его называют именами великих художников. Все лучше, чем Ржавый!

— Медный! — уже на автомате поправила я.

— Без разницы. Так, слушай меня. Остаешься в доме за старшую, не бойся, Мелочь. Дом охраняет Сэт. Когда я вернусь, прошу, не бить меня по голове.

— А тебя долго не будет?

— Как получится, точно не знаю.

— А ты куда? — зачем я это спросила?

— Какая ты любопытная! Не грусти — Эрик щелкнул меня по носу и ушел.

Тут же вспомнился разговор его с Дэвидом у костра. Зачем было спрашивать, куда он пошел, и так ясно! К Сенди, они же об этом говорили. Как он ее там назвал — «крошка»? Ага, хлебная! Так, мне надо срочно выпить чаю ромашкового, а еще лучше — валерьянового, если такой, конечно, существует в природе.

— Нет, Джулия, — сама с собой я вела беседу, пока закипал чайник, — а что ты хотела? Она — его девушка. Вот он к ней и поскакал. Ага, а зачем тогда он меня целовал? Как все сложно! Вон у Ксю с Дэвом все четко и ясно. А тут что? Ничто! Надо на Криса переключиться. Интересно, а как? Я что — телевизор, чтоб переключаться только по одному щелчку? Все, ну этих мальчиков! Лучше музыку послушаю.

Включив магнитофон, я полностью отдалась волшебным свойствам мелодии, что лилась из колонок. Сидеть долго не смогла и начала двигаться в такт музыке. Сколько это продолжалось, точно сказать не могу, но меня грубо прервал телефонный звонок.

— Ало.

— Джул, — раздался отдаленно знакомый женский голос на той стороне.

— А это кто?

— Это Сенди.

Вот тебе на! От услышанного я немного растерялась.

— Привет, Сенди. Эрика нет.

— Я знаю.

Мне показалось, она шмыгнула носом. Плачет?

— А что тогда ты хотела? — задала я весьма резонный вопрос.

— Мне так плохо, а поговорить не с кем. Джулия, поговори со мной.

На той стороне девушка явно плакала.

— Что случилось? Тебе нужна помощь?

— Все так сложно… Да, наверное нужна. Джулия, прошу тебя, смогла бы ты приехать ко мне?

— Куда? — Боже, что она от меня хочет?

— Я сейчас в баре «Звездная пыль». Знаешь, где такой находится?

— Не очень. Может, ты ко мне приедешь? — ехать мне точно никуда не хотелось.

— О, нет! — опять шмыгнула носом Сенди, — к нему в дом я пока ехать не хочу. Прошу, приезжай. Очень прошу! Вызови такси и приезжай.

Отказать было сложно, и я согласилась.

— Хорошо, скоро буду.

— Спасибо, спасибо, спасибо! Я жду, — и девушка повесила трубку.

На душе стало очень неспокойно. Внутренний голос трубил: «Джул, останься дома!» Но заткнув его, я позвонила в такси и побежала наверх переодеться.

Бар встретил меня громкой музыкой. Зайдя внутрь, я начала выискивать среди толпы белокурые волосы. «Столько народу и как, интересно, я ее тут найду!» — пронеслось в голове. Но тут меня ухватили за локоть и дернули в сторону.

— Потанцуем, крошка, — практически на ухо прокричал мне не совсем трезвый парень, все также продолжающий удерживать меня за локоть.

— Отпусти ее! — схватила меня за другой локоть неизвестно откуда взявшаяся Сенди.

— Это еще почему? Я ее первый увидол… дил… дал. Ну, короче, ты поняла. — язык у парня явно заплетался.

— Да отвали, придурок! — блондинка ударила по удерживающей меня руке.

— Сенди, тогда ты потанцуй. — не унимался парень.

— Слушай, как там тебя, будешь лезть ко мне, Эрик тебе башку оторвет. Понял?

— Понял, понял. — парень поднял руки вверх — телочку Эрика я не трогаю.

Знакомое имя резануло уши и внутри что — то сжалось и заныло.

— Козел пьяный. — пробубнила девушка — пошли, Джул, за столик.

Сенди крепко вцепилась в мою руку и потащила к ряду столов, утопающих в полумраке заведения

— Что пить будешь? — деловито спросила блондинка.

— Колу.

— Колу и все? — поправляя локоны, посмотрела на меня Сенди — это скучно.

— Я не пью алкоголь. — мне было интересно, — зачем она меня позвала, а не дегустировать тут напитки.

— Алкоголь я тебе и не предлагаю. Тут замечательные коктейли делают. Ладно, подожди, я сейчас быстро — и девушка метнулась к барной стойке, что находилась недалеко от нашего стола.

Вскоре она вернулась, держа два бокала с торчащими соломинками в них и наполненными разноцветной жидкостью. Мне она протянула с зеленой, а себе оставила с розовой.

— Попробуй, очень вкусно. Бармен тут просто волшебник. Пей, не бойся. Они с энергетиком, слегка взбодрят, но алкоголя там нет.

Сделав глоток, я отметила действительно приятный вкус.

— Да, правда вкусно. Но ты же меня не за этим позвала? — посмотрела я на блондинку.

— Конечно. Но одно другому не мешает. Ты пей, не стесняйся. Я от всего сердца.

— Спасибо. — сделала я еще несколько глотков.

— Я хотела с тобой об Эрике поговорить, — и ледяные голубые глаза уставились на меня.

Не дожидаясь моего ответа, Сенди продолжила:

— У нас с моим мальчиком серьезные отношения. Он неоднократно это говорил. Мне казалось, что еще немного и он сделает мне предложение. Но… — тут девушка замолчала, теребя соломинку в стакане, тяжело вздохнула и продолжила — в последнее время его как будто подменили. Я пыталась у него узнать, но он стал каким — то нервным, раздражительным. Знаешь, мне даже стало казаться, что у него появилась другая. Но гоню эту мысль. Не может вот так любящий человек взять и поступить со мной. А с другой стороны, ведь бывает, мужчины заводят интрижку на стороне, несмотря на сильную любовь. Да, я понимаю, что любит он меня, а той лишь попользуется и бросит. Но это так больно! Почему мужчины такие животные? Любят одну, а спать готовы с первой попавшейся девкой, что готова при удобном случае раздвинуть свои ноги перед красивым мальчиком, несмотря на наличие у него девушки. Боже, я так люблю его, что готова простить ему эту интрижку. Ну трахнул он там какую — то проститутку, любит то он меня. — слезы покатились по щекам Сенди.

Меня обдало жаром. Щеки пылали. Во рту пересохло. Незаметно для самой себя, осушила весь бокал с коктейлем. В ушах звенело, а сердце колотилось, как ненормальное. Я чувствовала себя такой мерзкой и грязной. Целоваться с чужим женихом, думать о нем. Почему этот придурок и слово не сказал про свою девушку. Ха, а зачем ему говорить? Прав был мой брат. Передо мной появился новый бокал, уже с кроваво — красным напитком. Смочив пересохшее горло и откашлявшись, спросила:

— От меня ты чего хочешь?

— Только спросить. — взяла меня Сенди за руку. — Я знаю, что вы сейчас живете у Эрика, он приводил другую женщину при вас? Говорил что — то о ней? Прошу, скажи мне. Я хочу посмотреть ей в глаза.

— Я ничего не знаю. — шум в ушах у меня нарастал. Это я так перенервничала? — Эрик никого не приводил. Не знаю, чем тебе помочь.

— Джулия, тебе плохо? Ты как — то странно выглядишь. Сейчас попить принесу. — вскоре Сенди всунула мне в руки бокал с темно — коричневой жидкостью. — Это кола, пей.

От колы легче не стало. Мир, казалось, начал плясать вокруг меня.

— Ну что с тобой такое, ай — ай — ай. Сейчас будет хорошо. — хлопотала вокруг меня блондинка. Но какая — то наигранность скользила в ее словах.

В голове уже была каша. Я почувствовала горячую большую руку, сжавшую мою ладонь. Меня кто — то прижал к себе, положив мою голову на плечо. «Наверное, — это Эрик» — пронеслось в голове.

Хотела оттолкнуть, но сил не было. Просто закрыла глаза. А сквозь вату донеслось: «Сука, будешь знать». Интересно, кому это было адресовано?

рик

Поход выдался у нас, конечно, жаркий! Сначала этот недоделанный художник, с так сказать, легендой. Никогда не думал, что мою жизнь станут вот так пересказывать как страшилку у ночного костра. Как меня удивило отношение ко всему этому Джулии. А, точнее сказать, к любви. «За любовь надо бороться до последнего!» прозвучал голос малышки в голове. Ты мне нужна, к черту всех! Я расскажу все, как есть, и решай сама. Наша судьба будет в твоих руках! Но, как назло, разговор все откладывается и откладывается. Вот и сейчас — опять эта работа. Дэв уехал и с договором надо мне поработать. Заберу его в «Звездной пыли» и в офис. Надеюсь, быстро разберусь со всем и пораньше вернусь домой. Меня там ждет она, малышка Джул. Что ждет — это точно, я видел это в ее медовых глазах, когда уезжал.

Ну надо так перепутать в ночи палатки! Я проснулся сразу, как она залезла, но говорить ей об этом не стал. Просто не хотел. Понимал, что перепутала, но мне чертовски сильно захотелось побыть рядом с ней, ощутить ее тепло, почувствовать аромат, что так сводит меня с ума. Джул уснула быстро, прижавшись ко мне. Это было понятно по ее равномерному дыханию. Мой поцелуй в висок не разбудил малышку. Она лишь заерзала, еще ближе прижимаясь ко мне. Честное слово, я чуть не сошел с ума от такой близости! Перебирая ее шелковые локоны, еще долго пытался восстановить свое дыхание и душевное равновесие. Когда она рядом, все остальное вокруг теряло смысл.

Джулия, конечно, разоралась, обнаружив меня рядом с собой. Но, даже если бы она ударила меня, — я был бы не против. Просто лежать рядом с ней, обнимать и слушать ее дыхание — стоит этого!

Утром у меня было просто отличное настроение, даже упоминание о Сенди не испортило его. В последнее время эта кукла стала напрягать меня. Напридумывала там себе что — то о нас и понять не может, что нас никогда и не было. Дэв заезжал с документами в бар, которые мне теперь надо забрать, и встретил там Сенди. Она даже к нему прицепилась с просьбой передать мне, как сильно скучает. Сама себя мучает, глупая. Я же все объяснил ей. В голове прозвучал голос Дэвида «Ну ты попал, дружище. Блондиночка спит и видит тебя своим» Не люблю прилипчивых женщин. Надеюсь, сегодня не увижу ее в баре. Не хочу в сотый раз объяснять ей одно и тоже. Но видать Боги были не на моей стороне и не успел я войти в «Звездную пыль», как Сенди повисла на моей шее. Что за дурацкая привычка лезть со своими поцелуями при встрече, когда их никто не ждет. Оторвав ее от себя и взяв за предплечье, силой отволок девушку в сторону.

— Любимый, ты куда меня тащишь?

— Не смей меня так называть! — усаживая ее за столик, прорычал я.

Сам сел напротив.

— Зачем ты тогда пришел сюда? Я подумала, что соскучился по мне.

— Нет, я за документами и в офис. Мне надо поработать — устало потер я переносицу.

— Почему мне нельзя называть тебя любимым? Ведь это правда, ты — мой любимый котик!

Сенди вскочила со своего места и, сев рядом со мной, попыталась положить свою голову мне на плечо. Резко дернувшись, отодвинулся от нее.

— Сколько мне раз тебе надо еще объяснять, что между нами все кончено! Да и не было между нами ничего особенного! Хватит липнуть! Пойми же. Это тебя не красит. Имей гордость. Оглянись, вокруг полно мужчин, и ты вполне можешь быть с любым из них.

— Но я с тобой хочу! — схватила меня за руку девушка.

— А я — нет! Все, хватит! — отцепив ее пальцы от себя, я встал.

— Ты так сильно влип в эту рыжую сучку? В пастели с этой тварью лучше, чем со мной? Интересно, что же она такое умеет, что я не могу? Сколько же учителей у этой малышки было? — выплюнув это мне в лицо, расхохоталась Сенди.

Кровавая пелена появилась у меня перед глазами. Схватив резко за плечо эту дуру, что сейчас скалила свой рот, глядя мне в глаза, рывком поднял ее. Склонившись близко, чтобы ничего она не пропустила, сквозь зубы, чеканя каждое слово, процедил я:

— Слушай меня внимательно! Я никогда не бил женщин, но сейчас у меня просто чешутся руки. Закрой свой грязный рот и не смей ничего говорить в сторону Джулии! Ты меня поняла?

Сенди лишь смотрела на меня и хлопала глазами. Я встряхнул ее, все также удерживая за плечо.

— Ты делаешь мне больно! — пискнула девушка.

— Не слышу ответа! — рычал я.

— Да, поняла! Отпусти меня.

Руки мои разжались, и эта одержимая плюхнулась обратно. Не обращая на ее всхлипывания внимания, вылез из — за столика и пошел за документами. А потом и вовсе уехал в офис.

Каково же было мое удивление, когда, по приезду домой, я не нашел Джулию!

— Мелочь, если ты решила поиграть в прятки, это так себе затея.

Но в ответ была тишина.

— Отлично, что за новое приключение ты мне приготовила? Найду, отшлепаю, как маленькую, — улыбнувшись такой идее, пошел на кухню за соком и тут заметил записку, что преспокойно висела на холодильнике, закрепленная магнитом.

«Эрик! Я уехала по делам в «Звездную пыль».

— Зашибись! Какие к черту у тебя там могут быть дела?! — схватив ключи от машины, пулей помчался в бар.

Мелочь я нашел за столиком в обнимку с каким — то полупьяным утырком. Она положила голову ему на плечо и блаженно улыбалась, а он по — свойски прижимал ее за талию к себе.

— Руки убрал от девушки! — резко переходя в ярость, выкрикнул я.

— Крошка вообще — то сама не против, — пьяно произнесло это чучело.

Дернув плечом он, обратился уже к Джул.

— Скажи, малышка этому грозному дяде, что ты не против.

Мелочь вздрогнула и, не открывая глаз, пролепетала не менее заплетающимся языком.

— Эрик, держи меня, — икнув, продолжила, — а то весь мир почему — то качается.

— Крошка, ну говорил же тебе, что я не Эрик. Я — Джими.

— Зато, я — Эрик, — схватив парня за шиворот, тряхнул его.

— Оу, оу, полегче, парниша.

— Это моя девушка, так что руки убрал, пока не прибил тебя тут, урод! — процедил сквозь зубы я.

— Все, проблемы мне не нужны. Я думал, девочка сама по себе. Минутку, — прислонив Джулию к стене и подняв руки, вылез из — за стола придурок.

— Исчезни быстро! — резким движением отодвинув его от стола, сел к малышке.

— Джул, Джул? — потряс я слегка ее за плече, — Мелочь, мать твою! Открой глаза! Что тут происходит?

Абсолютно пьяные янтарные глаза попытались словить на мне фокус. Широкая улыбка расплылась на лице Джулии.

— Гризли, мой Гризли пришел, — и она потрепала меня за щеки, как плюшевую игрушку.

— Ты зачем так напилась? И как, черт дери, бармена, тебе продал спиртное? Тебе нет 21 года.

— Я не пила спиртное! Ни — ког — да! Это инер… нет… Ик э — нер — ге — тический коктейль. Вот! Ик.

— Не шевелись и подожди меня. — вскочив, я сразу направился к бару.

— Вон там — показав бармену на Джул, что сидела сейчас держась за стол и хлопала своими глазами, — девушка. Ей нет 21 года. Какого рожна, Рик, ты наливал ей?

— Тише, Эрик, тормози, — явно испугался работник бара. — Она и не покупала. Тут все твоя блондиночка мельтешила с коктейлями. Подходила не один раз, брала разные, просила сделать позабористей. Типа, чтобы улететь побыстрее. Но я не могу следить, с кем она тут делилась. Да, видел, сидела она с этой девушкой, — махнув головой в сторону моей пьяной беды, — но я не контролирую, кто там и что пьет.

— Сука, убью ее! Не видел, где эта блондинка сейчас?

— Нет. Где — то тут все крутилась. — И бармен отошел от меня, принимая новый заказ.

Покрутив головой и не увидев Сенди, вернулся за столик.

— Ты плохой мальчик, — грустно сообщила мне Джулия.

— Это еще почему?

— Ты не пошел за муж. — Совершенно серьезно был дан мне ответ.

— Ага. А за кого мне надо было замуж выходить? — аккуратно поинтересовался я.

Джул призадумалась, подперев, наверное, очень тяжелую сейчас голову своим крошечным кулачком.

— Ну за эту, как ее там? Лошадь! — воскликнула девушка.

Вот смеяться или плакать, глядя сейчас на это мелкое, пьяное, кудрявое чудо?!

— Во — первых, — смех я сдерживал с трудом, — мужчины женятся. А во — вторых, зоофилией не страдаю. Какая лошадь может быть?

— Ох, — махнула рукой Джул — не придирайся к словам, пупсик.

— О, пупсик, это что — то новое. Поехали домой, Мелочь.

— Я не поеду с тобой! Иди ты к Сенди! Как ты мог? — И маленький кулачок начал бить меня в грудь. Слезы потекли из кошачьих глаз. — как ты мог? Ну ты как мог? Ты…

— Что опять, малышка? — И я прижал Джулию к себе.

— Не говори только никому, хорошо? Пообещай! — Размазывая слезы по моей рубашке, пробормотала рёва.

— Обещаю. А что именно не говорить?

— Я люблю его! — Шмыгая носом и не отрываясь от меня, прошептала Джул.

— Кого? — Так же тихо спросил я.

— Эрика! — Был мне ответ.

— Глупышка, ты моя, — склонившись к самому ее уху, произнес — Эрик тоже любит тебя! — И поцеловал Мелочь в висок.

Говорить о себе в третьем лице было странно. Джулия вдруг перестала рыдать, и взглянув на меня сердито, ну насколько это было возможно сделать в ее состоянии, выпалила:

— Не ври! Эрик любит Сенди. У них свадьба, а он, дурак, заставил меня полюбить… меня, нет, себя. Короче его! Я хочу домой! — и она опять уткнулась мне в грудь.

— Поехали, дурында.

Идти Джулии было весьма трудно, и мне пришлось взять ее на руки. Девушка затихла, а потом посмотрела на меня и начала перебирать мои волосы и хихикать.

— Что смешного? — Поинтересовался я.

— Они меня не слушаются.

— Кто?

— Твои волосы — и Джул попыталась заправить их за ухо — они обратно падают.

— Меня они тоже не слушаются.

— Эрик — пальцы девушки скользят по моим губам, неспешно проводят по скуле, — ты такой красивый.

Волна жара прокатывается по мне.

— Держись за шею, а то уроню, — немного сурово говорю я.

— Красивый, но злой! — Щелкнув меня по носу, Джулия обняла за шею и положила голову мне на плечо.

Ее жаркое дыхание защекотало кожу. Сердце пустилось в пляс, а пульс отбивает чечетку уже в висках. Вот так бы и держал ее вечность! В машине Джул отрубилась и мило сопела на заднем сиденье, смешно морща носик.

Дома я уложил малышку в кровать, укрыв пледом. Возникла идея раздеть ее, ведь спать в одежде не очень удобно, но остановил себя. Утром она точно не оценит мою инициативу.

— Спи, маленькая моя.

— Не уходи, — услышал я.

Джулия, не открывая глаз, подвинулась и постучала рядом собой ладонью по кровати, как бы приглашая меня.

— Побудь еще немного моим.

Сев рядом, сразу взял ее за руку. Наши пальцы переплелись. И в то же мгновение Джул положила свою голову мне на колени.

— Я и так твой, девочка моя. Спи, Мелочь.

На рассвете пришлось переложить Джулию на подушку и с неохотой встать с кровати. Впереди меня ждала дальняя дорога и работа.

Оставив на прикроватной тумбочке записку, стакан воды и аспирин, коснулся своими губами ее нежных губ. Как же не хотелось покидать эту комнату! С трудом оторвавшись, пошел к двери.

— Спи, любовь моя, я постараюсь вернуться к балу. Очень постараюсь.

Жалко, что так и не состоялся наш разговор.