В зале повисает гробовая тишина. Я практически не чувствую своей левой руки, но мне плевать. Из горла лезет смех. Громкий, истеричный смех.
– Я выиграла. – произношу неразборчивым сдавленным голосом. – Поверить не могу.
Делаю шаг вперед, и Зейд отходит немного в сторону, будто давая мне дорогу.
– Я победила. – произношу с широкой ухмылкой, уставившись на покрасневшую Америду. – Я уделала тебя в твоей же игре.
Часы под потолком медленно растворяются в воздухе, словно их там никогда и не было. Я чувствую, как браслет сдавливает мое запястье в молчаливом требовании.
– Ты сжульничала. – выкрикивает кто-то в толпе, но я полностью это игнорирую, продолжая.
– Получается, теперь я достойнейшая, равная самой царице Элариса.
По толпе проносится недоверчивый шепот, словно они только сейчас начинают осознавать происходящее. Ведьма победила в соревнованиях, в которых вот уже сотни лет никто не побеждал.
– Это не считается. – выкрикивает Линор. – Ты умерла.
Запрокидываю голову назад и начинаю смеяться.
– Вот сейчас и проверим. – вытягиваю руку с браслетом вперед в сторону Америды. – Кажется, ты должна мне желание.
Все в зале затихают в ожидании моих следующих слов.
– И я хочу твою корону.
– Да как ты смеешь! – тут же влезает Феста, но ничего не может сделать.
Впрочем, как и сама царица.
Мой браслет вспыхивает, превращаясь в тонкую нить. Я чувствую сопротивление со стороны Америды. Дворец вокруг начинает вибрировать, весь Эларис содрогается, заставляя царицу подчиниться.
Корона срывается с ее головы. Все ахают, наблюдая за тем, как эта блестящая вещица перемещается по воздуху и плавно ложится мне в руку. В эту же самую секунду нить, связывающая меня с Америдой, разрывается.
– Ты не сможешь его контролировать. – вопит царица, отлично понимая, что на самом деле сейчас находится в моих руках. – Он поглотит тебя.
Камень души.
Вот он, зажат в самом центре короны меж двух других камней в обрамлении из эриния. Вот почему я его совсем не чувствовала. Америда оказалась умнее всех своих предшественниц. Должно быть, когда отец заикнулся об артефактах, а потом еще и Александр предупредил ее о нашем приходе, она позаботилась о том, чтобы я не смогла его найти, и создала особенную клетку.
Если бы Зейд не сказал тогда, что эриний можно использовать не только для блокировки любой магии, но и для конкретных целей, я бы не сложила два и два.
Хотя было еще кое-что.
Те картины в холле.
Камень кочевал из украшения в украшение, пока на головах цариц не появилась корона. Думаю, тогда то камень и использовали впервые не по назначению. И думаю, эти же картины и натолкнули Америду на создание этой красивой клетки. Где еще можно спрятать ценный артефакт, если не у всех на виду? Вот только ювелир не создал точную копию. На картинах центральный камень намного-намного меньше. Никто бы не заметил. Кроме разве что той, кто запоминает все детально.
– Ты не справишься с ним. – выплевывает Америда, когда я поднимаю ладонь над камнем, принимаясь вытягивать его из плена силой своей мысли.
– Хочешь поспорить? – цежу сквозь зубы.
Корона в руке начинает дрожать, я чувствую это притяжение, воздух вокруг будто искрится от магии, насыщается ей.
– Взять их. – отдает приказ Америда, и зал погружается в хаос.
Я вижу, как из бокового коридора слева появляется Шахи с вооруженными до зубов полукровками. Вижу, как окна справа разлетаются вдребезги, и как армия Зейда врывается в зал со всех сторон, сталкиваясь со стражницами Америды, однако…
В момент, когда камень дергается вперед, почти вырываясь из плена, все вокруг разом замедляется. Будто время перестает существовать. В пространстве между моей ладонью и камнем вспыхивают искры. Моя магия притягивается к камню и наоборот. Миллиметр за миллиметром камень поднимается вверх, а затем буквально врезается мне в руку, обжигая кожу.
Все вокруг разрывает белая вспышка света…
Я падаю. Снова и снова. Погружаюсь на глубину и поднимаюсь на поверхность жизни, что кажется абсолютно бесконечной. Я есть свет, и я есть мысли, чувства, множество множество жизней. Я энергия.
Я Мефира.
Вокруг как в калейдоскопе мелькают воспоминания.
Я царица Элариса.
Одна. Вторая. Третья. Четвертая.
Кто я?
Жизни, я прожила десятки жизней.
Нет.
Я все царицы Элариса.
Нет.
Множество зеркал окружают меня. Множество разных отражений смотрят на меня оттуда. Серебристые волосы. Светлая кожа. Голубые глаза. Снова и снова.
Кто я?
Знакомая энергия пульсирует вокруг, желая подобраться еще ближе ко мне, желая стать со мной единым целым, желая поглотить меня, мои мысли, мои знания, мои воспоминания, мою жизнь.
Нет.
– Кто я? – кричу в пустоту, падая на колени.
Эхо голосов отвечает разом. Они давят на меня. Подбираются ближе. И я затыкаю руками уши, чтобы не слышать, чтобы оттолкнуть.
– Эвива. – чьей-то детский голос, знакомый голос врывается сквозь шум, и я хватаюсь за него, открыв глаза. – Ты жульничаешь.
Девочка со светлыми волосами жалуется, уперев руки в бока. Светло-карие глаза на солнце отливают золотом.
Кто это? Почему она мне знакома?
Картинка перед глазами меняется.
– Ты пропустила звезду. – слышу голос, вроде знакомый, а вроде и нет.
Девушка с огненно-рыжими волосами оборачивает ко мне с кистью в руках. Ее изумрудные глаза полны раздражения.
– Я нарисовала ровно то, что ты мне показала. – тыкает кистью в учебник на полу.
– А я говорю, что ты ошиблась.
– В этом созвездии пять звезд.
– Нет, шесть.
– Эви права. – вмешивается еще один голос, и красивая женщина с черными волосами входит в комнату. – В этом созвездии шесть звезд.
– Вот видишь.
Изумрудные глаза сужаются до узких щелочек.
– Еще одно слово, и никакого звездного неба на твоей стене.
Рыжая девушка отворачивается, а я шепчу женщине.
– Спасибо, мам.
Спасибо, мам.
Спасибо, мам.
Чужая магия врезается в меня, и голову разрывает неистовая боль. Из горла вырывается крик. Нет. Воспоминания. Они исчезают. Но они важны. Почему? Почему именно они? Кто эти девушки?
Кто я?
Стиснув челюсти, я вгрызаюсь в новое ускользающее воспоминание. Магия, напоминающая ток, пульсирует вокруг, борясь с чужеродной. Я снова вижу двух молодых женщин. Одна со светлыми волосами, другая с изумрудными глазами…
Глаза.
Валери с зелеными, как у ее отца, глазами и огненным сердцем. Камилла с доброй душой и мягким взглядом. И Эвива, моя маленькая копия.
Маленькая копия.
Мама.
Я похожа на свою мать. Но кто я?
Боль разрезает череп, вырывая очередной крик из моего горла. Я падаю вперед, свернувшись в клубок на полу.
Камилла и Валери.
Воспоминания вспыхивают одно за другим с новой силой.
Их смех.
Камилла, я правда не знаю, что делать, если ты захочешь в туалет. – говорит Валери, и я смеюсь, уставившись на огромного белого волка.
Их слова.
Какой бы невыносимой ты не была, Эвива, мы с Камиллой не позволим, чтобы с тобой что-то случилось. Скорее сровняем Эларис с землей.
Камилла и Валери. Мои сестры.
Но кто я?
Целое множество голосов врывается в мои мысли:
Ты умнее всех, кого я знаю, Эвива.
Я нахожу тебя, очень интересной, Эвива Манро.
Ты одаренная ведьма, Эвива.
Ты – телепат, Эвива Манро.
Ты боец, Эвива
Я люблю вас. И я не собираюсь умирать.
Вдох.
Я поднимаюсь на четвереньки, стиснув челюсти. Магия пульсирует вокруг в бешеном хаосе. Но теперь я вспомнила. Я знаю, кто я. Знаю, что нахрен происходит.
– Я дочь Мираи Манро. – произношу хриплым от крика голосом. – Я дочь Эдварда Манро, сестра Валери и Камиллы Манро. Я Эвива, блять, Манро. И ты в моей голове.
Я пускаю свою магию во все стороны вгрызаясь в собственное сознание. Серебро вспыхивает вокруг. Моя небольшая библиотека приходит в движение, вибрируя, и я чувствую, как все расширяется, чувствую, как камень сопротивляется, но все же отступает, взрываясь вспышкой белого света.
Тяжело дыша, я поднимаю голову.
Все вокруг изменилось. Вместо небольшой круглой комнаты теперь огромный зал, в разы больше тронного. Полки в несколько этажей поднимаются вверх, и я просто знаю, что все это информация от предыдущих цариц Элариса. Все, что они когда-то знали, видели, слышали, чувствовали. Включая даже то, что они узнавали от древа.
Это все еще мое сознание, но теперь оно напрямую связано с камнем души.
Медленно поднимаюсь на ноги и оборачиваюсь, заметив движение. У одного из дальних стеллажей стоит женщина в белых одеждах. Она оборачивается ко мне, и я узнаю в ней Мефиру.
Первую царицу нынешнего Элариса.