Я приказываю себе не реагировать слишком остро. Приказываю себе выяснить все, прежде чем делать выводы. Но когда я вижу Нолана рядом с конюшней, окутанного этим магическим светом растений вокруг, все внутри закипает.

Он не должен быть здесь.

Он не имеет права быть здесь, быть частью этого мира. Это мой мир.

Вот, что за мысли взрываются в моей голове, и я даже не замечаю того, как приближаюсь к нему. Не замечаю этой его типичной ухмылки.

– Детка… – начинает он, но не успевает закончить, я замахиваюсь и отвешиваю ему звонкую пощечину. Она настолько сильная, что голову Нолана отбрасывает в сторону. – Окей, я заслужил.

Моя горящая ладонь сжимается в кулак, и как только ублюдок снова поднимает на меня свои черные глаза, я врезаю ему по новой. На этот раз кулаком. Костяшки взрываются от боли, но она едва заметна. Главное, я пустила ему кровь.

Схватившись за свою челюсть, он проверяет не сломана ли она.

– Наверное, и это заслужил. – произносит, слизав кровь с разбитой нижней губы.

Я толкаю его двумя руками в грудь, и он даже не пытается защищаться.

– Ты гребаный ублюдок. Ты лгал мне все это время. С самого, блять, начала.

– Позволь объяснить.

– Только я решу, что ты не такой уж и кусок дерьма, как ты снова доказываешь обратное. Снова заставляешь ненавидеть себя за то, что в очередной раз поверила. – я чувствую, как Валери за моей спиной накладывает на нас заклинание, чтобы никто не смог подслушать разговор. Хорошо, потому что я только начала. – Тебе было мало того, что ты сделал с нами.

Я указываю на нас двоих, и он хмурится, будто не понимает, о чем речь.

– Мало того, что ты воспользовался моим положением как самая последняя скотина, так нет же, тебе просто необходимо было стать частью и всего этого. – развожу руками в сторону, и замечаю движение справа, но слишком поздно.

Зейд налетает на Нолана. Вместе они кубарем летят на землю, и в какой-то момент Зейд оказывается сверху, нанося удары кулаком по физиономии ведьмака.

«Так это ты тот мудак» – выплевывает он. – «Это ты разбил ей сердце»

При следующем ударе Нолан взмахивает рукой и отбрасывает Зейда в сторону конюшен. Тот приземляется на задницу, но тут же подрывается на ноги вместе с Ноланом.

– И я рад тебя видеть, дорогой братец. – бросает ведьмак, вытирая кровь с подбородка тыльной стороной ладони.

Они знакомы. Ну, конечно, знакомы.

Нолан переводит любопытный взгляд с Зейда на меня.

– Серьезно, детка? – выгибает разбитую бровь, с которой теперь тоже капает кровь. Интересно, что скажет его царица, увидев его в таком виде. – Если Бэлфоры в твоем вкусе, могла бы просто сказать, незачем…

«Не разговаривай с ней» – рычит Зейд, стиснув кулаки, и снова приближается к Нолану, но на этот раз я встреваю между ними и останавливаю его, положив руки ему на грудь. – «Ты даже дышать с ней одним воздухом недостоин»

Нолан вздыхает, помрачнев, а затем сплевывает кровь и почему-то поднимает глаза на тихо стоящую рядом Валери.

– Не поможешь? – спрашивает он, и я резко оборачиваюсь к сестре.

– Ты знала? – выпаливаю я, совершенно утратив всяческую способность мыслить.

Какого хрена вообще происходит? Поэтому она не удивилась его появлению?

Вал переводит ледяной взгляд с Нолана на меня, и в изумрудных глазах появляется призрачная тень вины.

– Конечно, знала. – отвечает за нее Нолан. – Она же Верховная.

– Я не знала о том, что это он. – резко бросает Вал. – В записях отца, которые появились после Кровавой ночи, была лишь фамилия Бэлфор. После смерти мамы…он отправлял в Эларис своих шпионов, чтобы быть в курсе происходящего по ту сторону. Этот придурок, – Валери кивает на Нолана, скрестив руки на груди. – По всей видимости, раскрыл себя, и в итоге стал двойным шпионом. Рассказывал Америде несущественную информацию о нас, а нам о царском дворе. Кроме фамилии, других деталей не было, а его мать к тому моменту уже попыталась нас предать, так что…

– Почему ты мне не рассказала? – обрываю ее.

– Я пыталась.

Так все эти вопросы про Нолана?..

«Ты ясно дала понять, что не хочешь о нем говорить»

«Ты подозревала его?»

Она пожимает плечами.

«Он единственный Бэлфор, кому бы удалось провернуть подобное. Отец это знал»

Мда уж, двуличие Нолана и его способность лгать делали из него просто потрясающего шпиона.

«Ты могла хотя бы упомянуть о его возможной причастности»

Вал поджимает губы и отвечает:

«До недавнего времени мы не особо откровенничали друг с другом, не так ли?»

Она права. Я не должна обвинять ее в сокрытии информации, тогда как сама до сегодняшнего утра хранила от нее секреты. Я должна быть благодарна за то, что Вал не стала поднимать тему моих воспоминаний, а просто приняла мое прошлое как данность без лишних вопросов.

– Когда вы так общаетесь, мне становится не по себе. – бормочет ведьмак, поморщившись, и я снова поворачиваюсь к нему.

– Почему ты ничего не сказал нам? – требую ответа, скрестив руки на груди.

Зейд едва заметно перемещается ближе ко мне и встает рядом.

Нолан это подмечает и фыркает.

– Самая подумай, детка, ты же не глупая. – поправляет свою рубашку с пиджаком и убирает руки в карманы брюк. Даже сейчас, избитый дважды, Нолан Бэлфор вылитый богатенький наследник.

– Тебе завязали уста. – догадываюсь мгновенно, вспомнив мамины слова. С папой сделали то же самое, чтобы сохранить секрет.

Нолан кивает и хочет сказать что-то еще, но не может. Заклятие ему не дает. Поэтому он просто шумно вздыхает и буравит меня своими черными глазами, недвусмысленно намекая на то, чтобы я догадалась сама.

Мысленно вхожу в свою игровую и начинаю прокручивать весь диалог с самого начала. Слово в слово. Фраза за фразой…

Твою мать.

Поворачиваюсь к Валери.

– Ты сказала, шпионов. Во множественном числе.

Сестра медленно кивает.

– Кто еще?

– Там была только фамилия Маккейн. После маминого дневника, я решила, что это Роника. Мать Бренды.

– Нет. – тут же качаю головой, стараясь нащупать что-то…что-то есть в памяти.

Прямо на поверхности.

Я возвращаюсь в свою игровую и начинаю искать. Все, что связано с Брендой. Диалоги. Ее слова. У нее много старших братьев и сестер, помимо Лиама, но она одна унаследовала дар своей матери. Дар огня. Отец бы не стал посылать Ронику из-за угрозы ее разоблачения. Он не мог быть уверен в том, что ее здесь не узнают. Нет.

Одно воспоминание из сотни других заставляет меня замереть на месте.

Тот самый момент сразу после того, как мы образовали новый барьер вокруг поместья. Фраза Бренды, брошенная в сторону Ионы как бы невзначай.

Это ты просто в фейских оргиях не участвовала.

Тогда я была настолько поглощена своим триумфом и новым удачным заклятием, что совсем не обратила на это внимание. Посчитала, что она говорит о тех распутных вечеринках, которые любят устраивать люди, да и ведьмы тоже. Они покрывают кожу блестками и устраивают игрища с ночи до самого утра.

Вот только Бренда имела в виду не совсем это. Если ей, как и Нолану, завязали уста, она не могла говорить открыто. Но вполне могла использовать лазейку. Фразу, которую можно было бы истолковать разными способами. И уж точно никто бы в жизни не подумал, что она имеет в виду реальных фей из царства, которое веками считалось скрытым от всего мира.

Кого лучше всего отправить в царство, где боятся огня?

Телепата и одаренную огнем.

Я разворачиваюсь на месте и тыкаю в Нолана пальцем.

– Чтобы пришел к нам в покои, когда развлечешь свою царицу. – цежу сквозь зубы. – И мне плевать, как именно ты туда проберешься. Нам нужно все обсудить.

На удивление, он без лишних возражений кивает.

«Тебя это тоже касается» – бросаю Зейду и взмахнув волосами, ухожу обратно во дворец.

Как я раньше не догадалась обо всем этом? Отец не мог оставить все как есть. Не мог просто спустить все Америде с рук. Просто в отличии от этой суки Элоизы, он пытался сделать все по-умному.

Я преодолеваю расстояние от черного входа до своих покоев за считанные минуты. Сердце бешено стучит в висках, когда я опускаюсь на диван в гостиной. Хватаю со столика фрукты с орехами и быстро запихиваю в рот. Все, до последней крошки. Мне потребуются силы.

Затем откидываюсь на спинку дивана и собираюсь с мыслями. Последний рывок. Последний шаг на пути к истине.

Вдох.

Прикрываю глаза и начинаю читать заклятие, призывая свою магию, и предварительно сняв с себя иллюзию.

Выдох.

Когда в следующий раз открываю глаза, то стою в своей комнате в поместье Манро. Бренда все-таки присвоила комнату себе. Слева во всю стену тянется звездное небо, нарисованное Валери. Там же стоит и мой столик с зеркалом. Повсюду разбросаны книги, а в центре стоит кровать, на которой тихо мирно посапывает Бренда.

– Эй! – подаю я голос, и этого хватает, чтобы она мгновенно проснулась, резко сев в кровати. Ее ресницы тут же вспыхивают, а глаза находят меня.

– Эвива. – выдыхает она с облегчением. – Ты до смерти меня напугала.

– Нужно поговорить.

Подруга трет глаза, затем взмахивает рукой, и все свечи, которых раньше здесь не было, загораются. Бренда всегда предпочитала свой огонь магическому свету.

– Если ты решилась разбудить меня посреди ночи, значит, случилось что-то по-настоящему дерьмовое. Позвать Катрину с Ионой?

– Нет. Я пришла из-за тебя.

Она щурится на меня с подозрением. Кудрявые белые локоны обрамляют ее лицо в форме сердечка. Не знай я ее, решила бы, что Бренда сущий ангел во плоти.

– В чем дело?

– Ты была в Эларисе.

Ее синие глаза расширяются, а затем она шумно выдыхает, словно с облегчением.

– Догадалась все-таки. Хвала богам. – обхватив колени руками, качает головой. – Я понятия не имела, как еще намекнуть. Ждала, что Вал придет ко мне после Кровавой ночи, но ее слишком долго не было в ковене, а Эдвард видимо ничего не рассказывал.

– Я пришла не из-за того, что ты шпионила в Эларисе. Я пришла из-за твоей матери.

Бренда замирает настороженно. Я знаю, как работает завязывание уст. Она может говорить только о том, что мне уже известно. Я не могу задавать вопросы, только утверждать.

– Роника участвовала вместе с моей матерью в восстании шесть лет назад.

Бренда сглатывает и кивает. Ее глаза загораются, будто я очень близка к истине. Нужно только озвучить ее. Собравшись с мыслями, начинаю крутить в голове известные мне факты. Все буквально на поверхности, стоит лишь отойти назад и взглянуть на картинку целиком.

Шахи сказала глушь была охвачена огнем. Сказала, что их армии разделились. Для чего? В чем именно заключалась роль Мираи Манро?

Свобода.

Что если и тогда основной целью восстания было освобождение? Любой ценой.

На них тогда напали демоны. Мама этого не ожидала, но что бы она сделала в таком случае? Полукровки явно не могли их убить, не зная точно как. Сиена сама сказала, их этому не обучают. Тогда как Мирая выбралась? Что она?..

Мои глаза непроизвольно распахиваются, а пульс учащается от этого простого осознания.

– Роника сожгла все, чтобы скрыть. – выдыхаю шепотом. – Скрыть тот факт, что мама вывела полукровок через портал. Она помогла им всем сбежать.

Уголки губ Бренды победно ползут вверх.

– Невиан остался прикрыть им спину и погиб.

– Сколько?

– Скольких ей удалось спасти?

Бренда пожимает плечами.

– Что-то около тысячи…

– Тысячи?

Это же настоящая армия. Армия полукровок, чья магия возможно в разы сильнее ведьм и фей вместе взятых.

– Где? Где они?

Она поджимает губы, показывая, что не может ответить. Значит, я должна догадаться сама. Куда бы Роника с мамой открыли портал? Явно не в поместье Манро. Никому из основных семей они не могли доверять. Люди тоже отпадают. Целый народ точно привлек бы внимание. Значит, остается…

Я представляю мысленно карту Кериона. Земли Локхартов и Бэлфоров находятся фактически в низине, на открытой местности, а вот Макклауды…Семья Евы владеет поместьем, которое граничит с огромным хвойным лесом.

– Северные леса. – тут же выпаливаю Бренде, и она кивает, выдохнув так, будто с ее плеч свалился тяжелый груз.

– Хвала богам. Я знала, что ты справишься. Деревня там скрыта барьером. Доступ есть только у мамы. Она ждала вас, ждала, что кто-то из вас в конце концов докопается до истины, как и говорила ей Мирая.

У нас есть армия. Поверить не могу.

– Если хочешь знать, я всегда ставила на тебя. – ухмыляется Бренда. – Не в обиду Вал и Ками, конечно.

Я фыркаю.

– Конечно.

Так, теперь остается только каким-то образом забрать камень души и разобраться с этой сукой на троне.

Только я собираюсь уйти, как вспоминаю об одном крошечном нюансе, о котором забыла упомянуть.

– Ах да, кстати. – бросаю подруге как бы невзначай. – Поздравляю с помолвкой. Отныне ты невеста наследного принца Эдмунда.

Лицо Бренды вытягивается, тут же бледнея.

– Больше вам с Заком не нужно прятаться.

У них с Эдмундом уже больше года тайный роман, который приносил самой Бренде одни только страдания. Чтобы обсуждать принца без страха мы стали называть его Заком.

– Что? – ее голос дрожит. – Ты серьезно?

– Ага. Это была идея Валери. Если Каролина не хочет, чтобы она спалила весь Аргос, Эдмунд женится на тебе и тем самым образует союз между двумя народами. Свадьба состоится, как только мы с Вал вернемся из Элариса.

Бренда подскакивает на ноги.

– Ты точно не шутишь?

– Нет. Думаю, в скором времени он и сам тебе сообщит. Но ты же знаешь, почта из Аргоса долго доходит.

– Боги, Эви, я бы тебя сейчас расцеловала. – радостно вопит Бренда, хлопнув в ладоши.

Я улыбаюсь подруге, радуясь, что хотя бы кто-то счастлив во всем этом не проходящем безумии.