Я иду по безлюдному коридору, прохожу мимо множества дверей, за которыми изредка раздаются приглушенные голоса. В конце у развилки нужно свернуть направо и войти во вторую дверь слева. Там меня ждет Зейд. Все это время он был совсем близко. Стоило потянуться к нему, и он тут же меня услышал.

Валери осталась с Шахи обсуждать вопросы, на которые у меня попросту не осталось сил. Я оказалась права. Снова. И от этого так мерзко, что хочется забыться. Хочется глотнуть порошка забвения и уснуть. Надолго. А потом проснутся в мире, где моя мама не хранила секреты, где моя бабушка просто старая карга, где царица Элариса не пыталась с помощью демонов убить всю мою семью, а Иного мира вообще не существует.

Я так долго искала ответы, что ни разу даже не задумалась о том, что со мной будет, когда наконец их получу. Да, многое еще неизвестно, но я уже не уверена, что хочу знать. Не уверена, что смогу до конца своих дней хранить в себе это дерьмо.

Свернув направо подхожу к нужной двери со значком пустого треугольника. Купальни. Толкнув дверь, попадаю в просторную пещеру. Теплый пар тут же прилипает к коже. Прямо в центре три пустых бассейна разной величины, но разумеется, Зейда я нахожу в самом дальнем и маленьком слева.

Он сидит в воде так, что видны лишь его плечи с множеством темных татуировок. За его спиной в нишах горят свечи, отбрасывая голубой свет в этом небольшом закутке. Серые глаза вспыхивают серебром, когда он замечает меня.

На моих губах непроизвольно появляется улыбка, и я сглатываю ком в горле, направившись к Зейду.

– Должно быть, ты единственный хороший парень, которого все ненавидят. – бросаю легкомысленно, остановившись у каменного бортика.

«Не нужно» – просто отвечает он, внимательно изучая мое лицо.

– Что не нужно?

«Улыбаться, когда на самом деле не хочешь этого»

Я моргаю, и с ресниц падает одна предательская слеза, которую я тут же смахиваю.

«Не при мне» – добавляет он. – «Пожалуйста»

Улыбка сползает с моего лица, и я делаю медленный вдох, пытаясь держать себя в руках. Ты не будешь снова рыдать.

– Я слишком часто стала плакать в твоем присутствии. Мне это не нравится.

«Почему?» – он склоняет голову набок и прядь мокрых пепельных волос падает ему на лоб. – «Это плохо?»

Он Бэлфор. Поверить не могу, что Зейд – Бэлфор. Но и в то же время Веранис. В нем так много от его матери, и еще больше от его отца. Вот, откуда в нем эта капля черной краски, сделавшая волосы пепельными, а глаза темно-серыми. И я даже думать не хочу о том, что они с Ноланом родственники.

Очевидно, у меня есть типаж.

– Да. – наконец отвечаю, стаскивая с себя ботинки вместе с ножнами на бедрах. – Потому что слезы не помогут мне выжить.

«Но помогут пережить все то дерьмо, с которым ты столкнулась» – возражает Зейд, наблюдая за тем, как я раздеваюсь.

Глиняный пол под ногами очень теплый, и я вдруг осознаю, что раньше никогда не была в подземных горячих источниках. Это впервые.

– Да? И как часто плачешь ты?

Зейд слабо улыбается и продолжает смотреть мне только в глаза, даже когда на пол летит корсет, кофта и штаны вместе с бельем. Мне это не нравится. Кажется, будто он намеренно проводит между нами черту, беспокоясь о моем душевном равновесии.

«В последний раз это было, когда на моих руках умирал Териан» – в голосе печаль с нотками смирения. Зейд скорбит, но это не та гневная скорбь полная сожалений, скорее ноющая боль, которую ничем не заткнуть, не вылечить.

– Сожалею. – тихо бормочу, опускаясь в теплую воду. Она доходит мне едва ли не до самого горла. – Ты из-за него не хочешь возглавлять повстанцев?

Искорки серебра вспыхивают в его глазах.

«Если ты не заметила, мне здесь не доверяют. После смерти Териана все стало только хуже. Им нужно кого-то винить, а я, так уж вышло, ближе всех»

– Ты не игрушка для битья. – резко выпаливаю, сжав кулаки под водой, но Зейд лишь пожимает плечами.

«Лучше я, чем Америда»

– Ты… – у меня нет слов. – Ты намеренно позволяешь им ненавидеть себя, лишь бы они не направили свой гнев на Америду?

«Если они направят свой гнев на Америду, они погибнут, Эви. Мама проиграла, даже имея при себе целую армию, от которой сейчас остались только жалкие крохи»

– Тогда к чему все это? – развожу руками в стороны. – Ради чего вы с братом собирали людей?

«Чтобы помочь им, чтобы вместе найти способ снести барьер»

Свобода. Вот, чего они хотят. Не свергнуть Америду, а освободиться от нее. Любыми возможными способами.

– Война все равно неизбежна, Зейд. – тихо говорю я, прислонившись спиной к каменной стенке бассейна. – Особенно за пределами Элариса.

«Знаю» – кивает он. – «И поверь, эти люди здесь готовы сражаться. Освободи их, и они пойдут за тобой, куда скажешь»

– А что насчет тебя?

Зейд моргает, сглотнув, будто не совсем понимая вопроса. Я подплываю ближе к нему и не останавливаюсь, пока не оказываюсь у него на коленях.

Приближаю свои губы к его, обхватив руками за шею, и шепчу:

– Ты пойдешь за мной, куда скажу?

Чувствую, как член оживает подо мной ровно в том месте, где он нужен мне больше всего, и дергаю бедрами. Зейд тут же опускает руки мне на талию, останавливая.

«Я ведь сказал» – проводит губами по моим совсем невесомо. – «Мы займемся этим, только если ты согласишься стать моей»

Если бы это сказал кто-угодно другой, я бы солгала, сделала бы все, лишь бы получить желаемое. Но Зейд? Я просто знаю, что с ним это не пройдет.

– Ты мне нужен. – правда, вот, что он по-настоящему ценит. – Мне нужно…Почувствовать. Что-то, кроме боли, Зейд.

Его ладонь мгновенно обхватывает меня за шею, а губы сливаются с моими. Из моего горла вырывается стон, когда наши языки сталкиваются. Свободной рукой Зейд скользит ниже от ключицы к груди, к ребрам, животу и…

– Нет. – останавливаю его руку, поняв намерения.

Он готов доставить мне удовольствие любым способом кроме того, что мне сейчас необходим.

– Мне нужен ты. – шепчу ему в губы, заглянув в глаза.

«Это взаимно, солнце» – большим пальцем он поглаживает мой сосок, заставляя его затвердеть. – «Только скажи мне да. Скажи, что станешь моей шивани официально, и я буду твоим»

Моя грудь тяжело поднимается и опускается. Кожа горит, а внутри настоящий вулкан, но я откуда-то нахожу в себе силы отстраниться и сказать:

– В таком случае, я найду того, кто сможет меня удовлетворить.

Его губы медленно растягиваются в порочной улыбке, словно он раскусил мой блеф.

«Ты забыла, что фэйны полигамны?» – его пальцы скользят по моему телу, а затем руки и вовсе отпускают меня. Теперь только я держусь за него. И мне это не нравится. Ненавижу проигрывать.

Вместо того, чтобы отстраниться, еще раз двигаю бедрами, скользя промежностью по всей его длине и произношу, едва касаясь его губ:

– Но ты то не фэйн.

Зейд застывает. На моих губах появляется вполне искренняя улыбка, и я слезаю с его колен, тут же устремившись к противоположному борту, где лежит моя одежда.

Давай же, Зейд, я знаю, что ты тоже этого хочешь, и плевать на формальности.

Вылезаю из воды и направляюсь к полке с полотенцами. До нее всего пара шагов, но я двигаюсь медленно. Затем в том же темпе вытираюсь, давая Зейду время принять решение. И в тот момент, когда я уже сдаюсь и разворачиваюсь, чтобы взять одежду, Зейд настигает меня и прижимает к пустой стене между бассейном и полкой.

Дыхание перехватывает, а пульс резко подскакивает, ударяя по вискам.

Зейд прижимается ко мне всем своим телом и обхватывает одной рукой за горло, заставляя запрокинуть голову.

«Проясним кое-что» – протягивает он, обводя большим пальцем контур моих губ, в серых глазах полыхает серебро. – «Я не против того, чтобы ты с кем-то трахалась»

– Да неужели? – кончиком языка касаюсь его пальца, и Зейд резко втягивает ртом воздух.

«Да» – его глаза находят мои. – «Но только при условии, что в процессе ты будешь думать исключительно обо мне. Прямо как тогда в лесу»

Перед глазами вдруг вспыхивает та самая картинка. Зейд наблюдает за тем, как мне доставляет удовольствие какой-то незнакомец, но одновременно с этим Циана доставляет удовольствие Зейду.

Он улыбается шире, будто в точности знает, о чем я сейчас подумала.

«Разумеется» – его член упирается мне в живот, и пальцы на ногах непроизвольно поджимаются. Боги, как же сильно я его хочу. – «Это работает в обе стороны»

– Нет. – тут же выпаливаю я, нахмурившись.

Я скорее вырву себе глаза, чем буду еще раз наблюдать за тем, как эта сука к нему прикасается. Или кто-либо вообще.

Зейд ухмыляется, довольный моей реакцией, потому что…именно ее он пытался вызвать. Долбаную ревность.

– Ублюдок.

В голове раздается его смех, и он притягивает меня к себе, оставляя жаркий поцелуй с гребанным языком, от которого все мои внутренности разом приходят в движение.

«Я тоже люблю тебя, красавица» – бросает он как между прочим и отпускает меня, развернувшись и тут же направившись к выходу, сверкая идеальным задом.

Дерьмо.

Стоит ему приблизиться к одному из центральных бассейнов, как я взмахиваю рукой и отправляю его пинком под зад обратно в воду. В голове раздаются смачные ругательства.

Силой мысли притягиваю себе одежду вместе с оружием и натягиваю штаны, затем кофту с ботинками и корсет. Трусики оставляю Зейду в качестве сувенира и направляюсь к выходу, попутно пристегивая к бедру клинок.

Он как раз вылезает из воды во всей своей обнаженной красе, когда я останавливаюсь у двери и оборачиваюсь.

– Кстати, насчет твоей матери.

Взгляд Зейда мгновенно становится серьезным.

– Она не проиграла бы. Не с полукровками в своей армии. Ее попросту предали. Сдали еще до того, как все началось.

Его серые глаза темнеют, а кулаки сжимаются.

«Кто?»

Еще одна сука в моем списке смертников.

– Феста.