Любопытно.

Не то, что я все же подчинилась Зейду и теперь стою у стены рядом с зеркалом. А то, что он думает, будто знает, чего я хочу больше всего на свете. Странно, ведь даже мне это неизвестно. Тогда откуда у него такая уверенность?

Молча наблюдаю за тем, как он передвигает тяжелое зеркало так легко, будто оно ничего не весит. Зейд ставит его так, что теперь я вижу свое отражение.

– Хм, что это? По-твоему, я хочу себя? – усмехаюсь, и он перехватывает мой взгляд в отражении. Затем медленно оборачивается и начинает двигаться в мою сторону, точно хищник. Что-то изменилось…я чувствую это, знаю. Словно у него есть превосходство надо мной, преимущество, о котором мне ничего неизвестно. Это будоражит, пугает, выводит из себя и одновременно выбивает воздух из легких.

Его ладонь обхватывает мое горло, заставляя выгнуть спину.

«Кто ты?» – вдруг спрашивает он, и мои брови сходятся на переносице.

– Что?

«Кто ты?» – проводит губами по моим.

Мучительно медленно целует меня, дразня мой язык своим.

«Кто ты?»

«Эвива Манро» – наконец отвечаю, и он вдруг резко обхватывает меня за бедра, дергая вверх.

«Обхвати ветку над собой, Эвива Манро» – просит он, и я поднимаю голову. Прямо над нами из стены вырывается ветвь дерева. Она перекручивается с другими и погружается в стену чуть дальше. Часть, за которую можно ухватиться, неширокая. Мои ладони совсем рядом, а локти чуть согнуты.

Зейд одобрительно кивает и наклоняется к моей груди, втягивая в рот сосок через тонкую ткань белья. Руками он крепко прижимает меня к себе так, что я чувствую его твердый член, но не могу пошевелиться.

«Смотри на себя» – хрипит он, припадая ко второй груди, и я поднимаю голову.

Мой рот приоткрыт, грудь прерывисто вздымается, а щеки горят вместе с остальной кожей от жара. Две короткие кудрявые пряди обрамляют лицо, касаясь ключиц.

«Что ты видишь?» – Зейд спускается ниже к ребрам. Целует, кусает, проводит языком по моим шрамам, заставляя меня извиваться.

– Себя. – выдыхаю, судорожно сглотнув. – Я вижу себя.

«Какая ты?» – он вдруг встает передо мной на колени, закинув обе мои ноги себе на плечи. Я невольно опускаю голову и смотрю вниз на него. Наши глаза сталкиваются. Ухмылка на его лице говорит о многом. Он знает, что мне нравится…нравится быть сверху, нравится видеть его на коленях передо мной. Зейд видит это на моем лице.

«Смотри на себя» – говорит он хриплым от желания голосом. – «Только на себя, солнце»

Вновь поднимаю взгляд к своему отражению. К нашему отражению. Мои ноги широко разведены на его плечах. И все черное – его штаны, мое белье, его татуировки на спине, мои волосы. Даже стена за нами из темного дерева. Мы словно два порочных темных существа, не знающие границ. И только мои глаза сияют синевой вместе с кулоном между грудей.

«Что ты видишь?» – повторяет вопрос, целуя меня между ног через ткань.

Я вздрагиваю всем телом.

«Какая ты, Эвива Манро?»

Он отодвигает в сторону полоску ткани, давая себе доступ.

«Говори» – слизывает влагу, и я невольно запрокидываю голову назад, издав приглушенный стон. – «Не смей отводить взгляд»

Он слегка отстраняется, и я понимаю – это очередная пытка. Зейд будет продолжать ее, пока не получит от меня желаемое. Поэтому я снова смотрю на себя, дернув бедрами, и он тут же одной рукой давит на низ моего живота, плотно прижимая меня к стене.

Вот же чертов ублюдок.

«Я все слышал» – мурчит он в моей голове.

– Я говорила, что ненавижу приказы. – рычу сквозь зубы, чувствуя его серебристый взгляд на себе.

«Говорила» – соглашается он, оставляя легкий поцелуй на внутренней стороне моего бедра. – «Но я проигнорировал»

Моя магия пробуждается под кожей в ответ, покрывая тело едва различимым пульсирующим током. Она готова оттолкнуть, готова защитить…

«Какая ты?»

– Красивая. – вырывается из меня шепот, и меня вознаграждают легким движением языка.

«Еще»

– Умная.

Он втягивает в рот клитор, и я вздрагиваю, застонав.

«Еще»

– Сексуальная. – толчок языком. – Дерзкая. Сильная…

В меня проникают два пальца, и жар увеличивается, нарастает внизу живота. Зейд трахает меня пальцами и сводит с ума языком. До боли сжимаю ладонями дерево, чтобы не потерять равновесие.

«Еще»

В синих глазах загораются порочные огоньки.

– Жестокая. – рычу я. – Хладнокровная. Похотливая…

Толчки становятся глубже, быстрее. Каждое мое слово увеличивает давление, усиливает жар, возносит так высоко, что я вот-вот сорвусь вниз.

– Развязная..Сумасшедшая..Непредсказуемая..

Напряжение нарастает.

– Эгоистичная..Высокомерная..

Оргазм взрывается внутри, разрывая мое тело на миллионы крошечных разрядов. Магия вырывается на свободу мощной волной, от которой на доли секунды содрогаются стены, пол, все вокруг, и я покидаю свое тело, обретая долгожданную свободу, будто пробуждаясь после долгого сна.

«Да, ты такая» – слышу знакомый голос и распахиваю глаза.

Зейд крепко удерживает меня в своих объятиях, не давая упасть. Даже возвышаясь, настолько, что мне снова нужно запрокинуть голову, чтобы смотреть ему в глаза, он ощущается равным мне.

«И ты достойна того, чтобы тебе поклонялись» – серебро в его глазах вспыхивает, плескаясь в глубине серых глаз. – «Чтобы тебя трахали»

Обхватывает рукой мое лицо, проводя большим пальцем по губам.

«И чтобы любили» – я замираю. – «Черт возьми, ты бесподобна, Эвива Манро. И я буду конченным ублюдком, если не сделаю тебя своей»

***

Ты достойна.

Эти слова не должны ничего для меня значить, но значат все. До того, как он их произнес, я даже не подозревала о том, что хотела их услышать.

Легкий ветерок играет в моих волосах свою мелодию. Мы сидим друг напротив друга за круглым деревянным столиком в саду, что является частью ресторана. Вокруг все полыхает зеленью и цветами. Когда Зейд привел меня сюда, первой мыслью было – «Ками бы здесь понравилось».

Слева от нас широкое дерево, оно отбрасывает тень, пряча нас от любопытных взглядов других посетителей.

Почему он молчит?

За все это время я слышала его голос лишь раз – когда он делал заказ. И вот уже несколько минут мы просто смотрим друг на друга, будто изучаем заново.

Он все-таки купил те синие трусы и мой черный комплект. Они сейчас скрываются под нашей одеждой. С этим я тоже не знаю, как быть. Теперь у нас есть общее воспоминание. Счастливое воспоминание.

Я буду конченным ублюдком, если не сделаю тебя своей.

Еще одни слова, которые мне не удастся забыть. Не то, чтобы он вообще скрывал, что хочет меня, но…

«Итак» – вдруг начинаю я, даже не зная, что собираюсь сказать.

«Итак» – эхом повторяет он. Так значит, Зейд все это время молчал, потому что ждал, давал мне время обдумать его слова. Вот только я не понимаю, о чем тут вообще думать. У нас ведь есть более важные темы для обсуждения.

«Если ты каким-то образом найдешь способ убить свою тетушку, фейская магия умрет вместе с ней» – говорю с легкой улыбкой на губах.

Зейд моргает, точно не этого от меня ждал.

«Да, знаю» – откидывается на спинку стула и достает из кармана сигареты. – «Без царицы сначала сгниет земля, затем и весь ее народ»

Складываю руки на столе и подаюсь вперед.

«В таком случае, как именно ты собирался с ней поступить? Закрыть в темнице вместе с Линор и выбросить ключ?»

В его глазах загорается веселье, и он прикуривает сигарету.

«Что-то вроде того»

«Хм, а на трон кто сядет? Ты?» – игриво склоняю голову набок. – «Или Ренар? Вот же народ обрадуется. Особенно феи»

«В том-то и дело, в Эларисе мужчины не могут править, не могут быть царицами. Не существует такого понятия, как царь» – выдыхает дым, развалившись на стуле.

Он прав, не видать Эларису царей. Мужчины без магии не могут править феями, а Зейда не примут, потому что он дэми.

«Тогда как именно ты хочешь освободить свой народ, принц?» – протягиваю руку, и он без колебаний отдает мне сигарету.

«Камень души»

Я смеюсь, закуривая.

«Ты его не получишь. И не мечтай»

Он закатывает глаза.

«Он мне не нужен. Забирай себе. Но для начала сними барьер с Элариса и уничтожь это мерзкое тивани»

«Много хочешь» – возвращаю ему сигарету.

Честно говоря, я и сама планировала это сделать, но в жизни не упущу возможность посмотреть, каким образом Зейд постарается меня убедить.

«Без этого камня я смогу контролировать разум царицы, не дам ей натворить делов»

Мои брови удивленно взлетают вверх:

«Хочешь управлять Америдой?»

«Нет» – качает головой и выпуская дым. – «Америда умрет. Я говорю о Линор»

Я фыркаю. В жизни не позволю этой суке сесть на трон. Ни под контролем Зейда, ни как иначе. Я уже говорила, из всех Веранисов, Зейд единственный, кто заслуживает спасения. На меньшее я не согласна.

Откидываюсь назад, стуча пальцами по столу.

Как же поступить? Рассказать ему о своей теории или нет?

На данный момент я не могу так рисковать, пока я не доверяю ему настолько, чтобы раскрыть все факты. Боги, я никому настолько не доверяю. Валери, потому что она может попытаться вмешаться и все испортит, а Зейду…ну, потому что он Зейд.

«Забудь» – качаю головой. – «Эта сука будет гнить в темнице, пока ты не вспомнишь о ней»

Он ухмыляется.

«Я сейчас не могу рассказать тебе о своих планах, Зейд» – честно признаюсь. – «Но если ты готов помочь, я приму твою помощь. С радостью. И учту ее, когда дело дойдет до барьера и снятия заклятия»

Он задумчиво тушит сигарету прямо о свою металическую коробочку.

«То есть» – подается вперед, сложив руки на столе. – «Ты предлагаешь мне слепо следовать за тобой и надеяться, что все получится так, как ты задумала?»

Копирую его позу, и теперь мы практически соприкасаемся носами. На моих губах расползается лукавая улыбка.

«Любое мое действие, даже то, которое кажется спонтанным, просчитано до мелочей. Я думаю не на десять, а на двадцать шагов вперед. Я не просто просчитываю, я создаю вероятности возможных событий, учитывая ключевые фигуры, особенности их поведения и реакции на определенные события» – почти слово в слово повторяю его же слова.

«Обещай, что не спалишь Эларис до тла» – бросает взгляд на мои губы, а потом снова смотрит в глаза.

Легко. В конце-концов, у меня ведь нет дара огня.

«Обещаю»

«Тогда я в деле» – кивает он и тут же завладевает моим ртом. Жадно. Грубо. Запустив руку мне в волосы. Вдоль позвоночника ползут мурашки, и я вдруг чувствую, как мы вместе одновременно выпадаем из реальности. Его сознание перекликается с моим. Моя магия врезается в его.

«Ублюдок» – бросаю, прикусив его нижнюю губу.

Он усмехается:

«Говорил же, мы созданы друг для друга»

Отталкиваю его и прислоняюсь к спинке своего стула, тяжело дыша. Губы покалывает от поцелуя, от его магии. Хорошо, что хоть чары свои не использовал. Хотя он знает, что таким образом разрушит хрупкий мост между нами. Я просто оторву ему яйца и плевать на план. Его всегда можно изменить.

Твою мать. Поверить не могу. Мы оба только что попытались проникнут в разум друг друга. Потому что сомневаемся, не доверяем до конца. Это может стать проблемой. Я не привыкла считаться с кем-то еще.

– Ваша рыба и морепродукты. – раздается голос молодой феи, но ни один из нас не смотрит в ее сторону, пока она расставляет тарелки, приборы и напитки на столе. Нет. Мы с Зейдом вновь уставились друг на друга. Молча. Изучая. Как два хищника.

«Кто кого, Зейд?» – бросаю ему с вызовом. – «Ты меня трахнешь или я тебя?»

«Не знаю» – пожимает плечами, серебро в глазах вспыхивает игривыми молниями. – «Получается, я уже трахнул тебя. Дважды»

«Стоя на коленях»

Его теплый смех взрывается в моей голове. Фея оставляет нас, и мы принимаемся за еду.

«Значит, ничья» – резюмирует он, разрезая рыбу на своей тарелке.

«Получается, так»

Что ж, поживем увидим.

Отправляю в рот кусочек мяса, и замираю. О. Боги. Это просто потрясающе.

– Откуда это у вас? – спрашиваю с набитым ртом.

Зейд вопросительно выгибает бровь.

«Что? Рыба?»

Киваю, делая глоток прохладного вина. Черт возьми. Алкоголь. Еда. Только по этим двум причинам Эларис должен продолжать существовать.

«У нас есть выход к морю»

– Что? – я в очередной раз замираю с вилкой у рта. – Правда?

Зейд улыбается одним уголком губ.

«Да»

– Я никогда не видела море. Только в книжках.

Он о чем-то задумывается, а потом кивает, будто сам себе.

Какое-то время мы просто наслаждаемся едой. Во всяком случае, я уж точно наслаждаюсь. Морепродукты взрываются на языке потрясающим вкусом. Вино делает ощущения еще лучше. Я почти забываю о том, что на моей руке браслет участницы, о том, что предстоит сделать, и о том, что в действительности жизнь не такая простая, как в этот самый момент. Я жадно впитываю все – звуки, вкусы, цвета. На случай, если все пойдет не так, как задумала. А такая вероятность всегда остается, как бы я ни старалась создать множество других.

Например, я знала, что отец умирает, но даже вообразить не могла, что его убьет демон. Я знала о том, что мама рисковала своей жизнью, пытаясь помочь Эларису, но последствия…Смерть нельзя рассчитать, к ней невозможно подготовиться. В этом и загвоздка. Я могу сколько угодно говорить о будущем так, будто оно у меня есть, но где-то в тени всегда будет скрываться тот самый один процент. Та самая вероятность, когда все может бесповоротно измениться. Судьба. Я называю этот процент судьбой. Еще одна ключевая фигура. Дураки те, кто в нее не верят. Я верю. И это помогает мне пережить самое худшее в жизни. Просто я знаю – каким бы идеальным не был план, все происходит так, как должно произойти.

Один процент – судьба. Один процент – удача. Множество фигур. Решения. И вот тебе полная картинка, которую можно назвать одним простым словом – жизнь.

«Так значит, я подросток, впечатлил тебя?» – вдруг говорит Зейд, вырывая меня из собственных мыслей.

– Возможно. – не отрицаю я.

Тарелки опустели, и теперь мы медленно допиваем вино.

– Я видела тебя с Цианой. – просто сообщаю я, покачивая жидкость в своем бокале. – Выглядели вы довольно счастливыми.

«Так и было» – кивает он с тенью грусти на лице. – «Нас ничего не заботило, у нас не было проблем. Нам не о чем было волноваться»

– А потом все изменилось.

«Да»

– Вот только, – начинаю я, но тут же останавливаюсь. Черт. Да ладно, просто спрошу, что тут такого? В конце концов мне нужно знать, чтобы в случае чего учитывать и Циану.

– Если вы шивани, почему она открестилась от тебя?

Он замирает, моргнув.

Я ставлю бокал на стол и подаюсь вперед, сложив руки перед собой.

«В смысле, да, технически помолвка расторгнута, но почему она ведет себя как сука по отношению к тебе? Разве партнерство не предполагает своего рода поддержку, принятие и все в таком духе?» – все, шлюзы открылись и теперь мне не остановится. – «Ты ведь сам говорил, что партнеры делят мысли, делят прошлое, настоящее и будущее. У волков тоже есть парные узы, и Эдриан был готов пойти против всей стаи ради Камиллы. А вы что? Она берет в рот твой член, а на следующий день поливает грязью при всех. Тебя это устраивает? Или же у вас это как-то иначе работает?»

Зейд снова моргает, а потом делает очень медленный глоток вина.

«Мы с Цианой не шивани» – протягивает он так, будто мне нужно время, чтобы осмыслить его слова.

– Но…но ты говорил, что вы…

«Я говорил, что мы были помолвлены. Да. Но я никогда не выбирал ее своей партнершей. Никогда не считал ее своей шивани. Никогда не видел в ней равную себе по духу. Она…она видела. Поэтому до сих пор не может отпустить меня. Поэтому согласилась на помолвку. Думала, после я свяжу себя с ней. Мне же было ровным счетом плевать. На брак. Она мне нравилась. Нам было хорошо вместе» – пожимает плечами. – «Но я был подростком. В то время я не очень то думал о будущем»

О.

Зейд протягивает ко мне руку и слегка касается костяшками пальцев моей щеки, скулы, линии челюсти.

«Я думал, это очевидно» – слабо улыбается, опускаясь к моей шее. – «Кто-кто, а уж ты то должна была понять»

Из горла вырывается охрипший шепот:

– Что понять?

Он скользит пальцами по моей ключице и вниз к вырезу платья, обхватывает кулон с синим камнем.

«Что я выбрал тебя, Эви» – наши глаза встречаются. – «В тот самый момент, когда ты забралась мне на колени, чтобы устроить шоу на глазах у всего двора»

Воспоминания вспыхивают перед глазами.

«И потом, когда приставила клинок к моим ребрам. Когда позволила другому касаться себя и смотрела, как меня касается другая. Когда пообещала мне, что я увижу звезды. Каждый раз, солнце, я каждый раз выбирал тебя»

Он делает глубокий вдох и отстраняется. Я замечаю, как та же самая рука, что только что касалась меня, теперь сжимает подлокотник стула так сильно, что белеют костяшки пальцев.

«Вот, то самое условие, о котором я говорил»

Его голос такой тихий, словно легкий летний ветерок. Он проносится в моей голове, оставляя после себя странное теплое ощущение.

«Партнерство»

«Но я не фея» – еще ни разу в жизни я не слышала столько неуверенности в собственном голосе.

«Это не имеет значения. Во всяком случае, для меня. Это союз, союз равных. Ты целиком и полностью отдаешь себя партнеру и принимаешь его в ответ. Вот, что это такое. И…я хочу такого союза. С тобой»

Мы не нравимся друг другу, но хотим друг друга трахнуть.

Мы созданы друг для друга.

Странно.

Это кажется и правильным, и неправильным одновременно. Словно мне нужно нечто другое.

Ты достойна того, чтобы тебе поклонялись. Чтобы тебя трахали. И чтобы любили.

Мне поклонялись. Меня трахали. Но…

«Это партнерство, скрепляется ли оно магией?»

Зейд кивает.

«Шивани пьют кровь друг друга и читают определенное тивани, чтобы укрепить связь, а после в идеале, делят ложе»

Ясно. Значит, это нечто большее нежели обычное соглашение целиком и полностью обнажить свою душу друг перед другом. Это выбор, выбор и принятие партнера во всех смыслах, на всех уровнях, включая магические.

Однажды я уже согласилась на подобный выбор.

– Почему я, Нолан? – спросила я, разглядывая обручальное кольцо на пальце.

Он поглаживал мою обнаженную спину, закинув другую руку за голову. – Ты умна, красива и сексуальна. В тебе есть все, чтобы стать идеальным партнером по жизни.

– И все?

Он усмехнулся.

– А что еще нужно?

– Ну, не знаю. – я рассмеялась таким фальшивым смехом, что самой стало противно. – Многие признаются в любви, прежде чем предлагать брак.

– Любовь. – произнес он так, будто само это слово вызывает у него отвращение. – Ты слишком умна для любви.

– И правда. – легкомысленно ответила я, игнорируя это странное ноющее чувство в груди. Потом потянулась к нему, чтобы заглушить его, заменить чем-то другим, но Нолан отстранился.

– На сегодня достаточно. – сказал он.

Нолан переместился в мою спальню и трахнул меня посреди ночи. А потом надел кольцо на палец и сказал, что все уже решено. Я согласилась, потому что…любила. Это была единственная любовь, которую я знала.

Другой парень. Другие слова. Но смысл как будто бы тот же.

Плевать мне на слияние душ, равные партнерства и прочую хрень. Это осознание приходит само по себе. Оно будоражит, отрезвляет. Мне нравится, когда мне поклоняются. Нравится, когда меня трахают. Но…хочу я, чтобы меня любили. Такой, какая я есть.

«Почему я, Зейд?» – спокойно спрашиваю его.

«Что?» – его брови сходятся на переносице.

«Потому что я равна тебе? Потому что красива? Умна? Сексуальна? Интересна? Со мной не скучно, это уж точно. Вот только все это – не те причины. Хреновая основа для союза. Однажды я уже согласилась на меньшее. Прямо, как и ты, в свое время. И я не склонна повторять свои ошибки. Прости, Зейд, но я не намерена соглашаться на меньшее»

«Знаю» – вдруг говорит он, чем сильно меня удивляет. – «И понимаю. Еще вчера вечером ты доходчиво все мне объяснила»

Что?

Он игриво улыбается, осушив свой бокал одним залпом.

«Поэтому то я и не хотел ничего тебе говорить. Но ты сама подняла эту тему»

Ты думаешь, я не соглашусь.

Я не думаю, Эвива, я знаю.

Надо же, он оказался прав.

– И что теперь, ты вот так просто сдашься? – подначиваю его, чувствуя, как сердце ускоряется.

«Я этого не говорил» – невозмутимо отвечает он, щелкнув меня по носу. – «Прекрати додумывать за меня. У тебя все равно не получается»

– Ничего я не додумываю. – выпаливаю я. – Всего лишь предполагаю.

«Угу» – бормочет он, подавляя улыбку, и вываливает на стол пару серебряных монет. – «А теперь отбросив эмоции, включи свои способности и вспомни, что я на самом деле тебе говорил»

Он встает, я встаю следом, задумавшись, прокручивая мысленно весь сегодняшний день. Все слова, что он мне говорил.

К чему вообще был этот день?

Хотел доказать тебе, что могу дать то, чего ты хочешь больше всего. И что же это?

Что хочу больше всего…

Зейд берет меня за руку и тянет к выходу, но я останавливаю его.

– Подожди.

Мысленно вхожу в свою игровую.

Чего я хочу больше всего? Откуда он это знает?

Ты сказал, что можешь дать мне то, чего я больше всего хочу. – раздаются эхом мои собственные слова. – Докажи.

Встань к стене, солнце, и я покажу тебе.

Что это? Что он хотел мне показать?

Магия искрится вокруг с неистовой силой, пытаясь найти, пытаясь вернуть…Не все воспоминания остаются с нами в сознании, какие-то хранятся в нашем подсознании. Ток вспыхивает ярче, доставая обрывок, крошечный кусочек.

Почему меня никто не любит?

Мой голос. Мои слова.

Какая ты, Эвива?

Вот, что он пытался сделать. Вот, что хотел показать.

Ты достойна того, чтобы тебе поклонялись.

Воспоминания вихрем кружатся вокруг, отдаваясь обрывками фраз.

Мы созданы друг для друга. Что, теперь ты так не думаешь?

Нет. Теперь я в этом уверен. Мне даже интересно, к чему это нас приведет.

Нет никаких нас.

Говорил же. Ты сама себе враг.

Сердце так громко и сильно стучит в груди, что мне приходится накрыть его рукой.

Я не влюбляюсь. Никогда.

Ты сама себе враг.

Он понял. Зейд понял это еще до того, как я сама это поняла.

Я не склонен скрывать свои желания, в отличие от тебя.

Чего ты хочешь?

Он столько раз задавал мне этот вопрос. Но я сама никогда себя не спрашивала. Не спрашивала, потому что боялась получить ответ. Боялась, но только не вчера.

Спроси меня, Зейд, пожалуйста.

Ты хочешь любви?

Да.

Да, ты такая. И ты достойна того, чтобы тебе поклонялись. Чтобы тебя трахали. И чтобы любили. Черт возьми, ты бесподобна, Эвива Манро. И я буду конченным ублюдком, если не сделаю тебя своей.

Я достойна того, чтобы меня любили. Вот, что хотел показать мне Зейд.

Возвращаюсь в реальность и тут же вижу его перед собой. Он смахивает мои слезы костяшками пальцев.

«Ты вспомнила, да?» – просто спрашивает он с мягкой улыбкой на губах. – «Вот тебе и ответ на твой вопрос, почему это именно ты»

Он обхватывает одной рукой мою шею и приближает мои губы к своим.

«Просто для меня ты единственная, солнце» – оставляет легкий, почти невесомый поцелуй. – «Я хочу тебя, потому что это ты. Вот и вся причина»