Москвичи делятся на бывших ленинградцев и тех, кто им завидует. Эту формулу я придумал себе в утешение, когда сам перекочевал в столицу.

В те застойные годы из Питера в Москву шла непрерывная творческая эмиграция. Считалось – не без оснований, – что в столице больше свободы. Если в Ленинграде правил один местный вождь, немилость которого наглухо перекрывала все пути, то среди разных московских начальников можно было как-то лавировать. Причина моего переезда была, впрочем, сугубо личная – женился. Ну а жена, актриса московского Театра имени Ленинского комсомола Татьяна Догилева, утверждала, что письменный стол перенести в другой город проще, чем театр. Доказать обратное не удалось.

Столица в центростремительной стране – это место, куда стекается всё и вся и где каждый может встретить кого угодно.

Мне встречались лучшие.