Когда я зашла в кабинет ректора, Эртон Даркур был уже там. Мужчины с неприязнью смотрели друг на друга и молчали. Не желая их отвлекать и нарываться на выговор от ректора, села на ближайший к выходу стул.

— Анита… — начал говорить через некоторое время ректор.

— Ты моя пара, — перебил его Эртон.

Эридан Даркур зло зыркнул на парня и продолжил:

— Ты ведь понимаешь, что мой сын не может жениться на тебе?

Мужчина некоторое время смотрел на меня, ожидая ответа. А я не знала, что в таких случаях говорят. Благодаря знаниям Аниты очень смутно представляла, что это значит. Однако в моем мире такого понятия как «истинная пара» даже близко не существовало. Поэтому решила подождать, что еще скажет ректор.

— У Эртона уже есть невеста. Недавно мы заключили помолвку.

Ректор буравил меня цепким взглядом, отслеживая малейшую реакцию на его слова. Не особо обращая на него внимание, решила проанализировать ситуацию.

«Это что получается? Эртон и есть тот самый дракон, который постоянно прилетал в поместье, а позже умыкнул меня возле озера. То есть его зверь еще тогда почувствовал во мне свою пару. Но первое полугодие Эртон был на практике, и именно в это время была заключена помолвка. Хм… Так они знали, что парень нашел «истинную пару», но решили не обращать на это никакого внимания. И что они хотят от меня услышать?»

Я посмотрела на ректора. Красивый, властный, уверенный в себе мужчина, который выглядит лет на сорок- сорок пять. Да, драконы живут долго и выглядят молодо. А люди живут намного меньше.

Перевела взгляд на его сына. Внешне очень похож на отца. Сразу видно, что родственники. Внутри защемило сердце. Внезапно захотелось дотронуться рукой до него, провести ладонью по щеке, зарывшись после этого в волосы. Эртон улыбнулся. Его глаза сверкали, но он не сдвинулся с места и ничего не сказал.

«Он чувствует, что меня тянет к нему. Но откуда такая уверенность, что я соглашусь с предложением его отца?»

Усилием воли подавила в себе такие неожиданные и ненужные сейчас чувства. Теперь я могла рассматривать возникшую ситуацию не только отстраненно, но и воспринимать ее адекватно, без лишних эмоций.

Эртон почувствовал, как изменилось мое отношение к нему. Теперь он был зол, губы поджаты, а руки сложены на груди. Парень откинулся на спинку стула и выжидающе смотрел на меня. Я перевела взгляд на ректора, ожидая, что еще скажет этот представитель драконьей расы.

— Его невеста из рода Красных Драконов и учится на боевом факультете вместе с моим сыном. У нее большой магический резерв и она идеально владеет даром Огня. Правда, как все огненные драконы слишком вспыльчива, — со значением озвучил он. — Эртон и Марика знакомы с детства. Поэтому мой сын предлагает тебе стать его фавориткой.

Я все также молчала. И хотя смогла отгородиться от чувств, но злость внутри росла. Ректор, воодушевленный моим молчанием, которое, вероятно, принял за согласие, стал расписывать все преимущества моего будущего положения.

— Ты ни в чем не будешь нуждаться. Мы купим тебе дом, оплатим обучение, назначим содержание и предоставим достойную работу. Дети будут воспитываться в нашей семье согласно законам и традициям рода Синих Драконов, так как они получат способности отца. Продолжительность их жизни будет гораздо больше, чем у человека. Надеюсь, что это будут два мальчика и девочка.

Перед глазами всплыли строки из письма матери Аниты:

«И еще одно напутствие: в нашем роду почти всегда рождаются девочки с родовым даром. Мальчик может родиться только от очень сильного представителя мужского пола, но остальные дети все равно будут девочки. Когда решишь связать свою жизнь с мужчиной, соглашайся со всеми его пожеланиями и требованиями. Не разочаровывай заранее своего будущего супруга. Все они хотят наследника, но нам тоже всенепременно нужна наследница».

Вспомнив текст, я невольно усмехнулась.

— У меня есть поместье в баронстве Шеридан.

Эридан Даркур, заметив мою улыбку, неправильно понял ее значение, и уже более уверенно продолжил:

— Да, есть. Но ты сирота, за тобой нет сильного рода. Доходов на содержание поместья тоже нет. А наша семья взамен двух наследников поможет восстановить его, чтобы кто-то из твоих детей мог в будущем унаследовать баронство.

«Уже и мое наследство хотят забрать и меня, как мага Воды использовать. Не выйдет. И вообще, что-то мне совсем расхотелось выходить замуж. Хоть за кого».

Я смотрела на мужчину, слушала то, что он говорит и недоумевала. Это насколько нужно возомнить себя венцом творения природы, чтобы озвучивать готовый сценарий жизни, даже минимально не поинтересовавшись моим мнением?

Эридан Даркур говорил еще некоторое время, в красках рассказывая об открывающихся передо мной возможностях, о привилегиях, которые я получу, будучи любовницей дракона.

С его слов выходило, что я выучусь и стану работать на благо рода Синих Драконов, вместо оплаты получая за свой труд содержание. Поместье восстановят, но жить буду в городе, где мне купят дом. Нуждаться не буду, но все мои расходы станет контролировать и оплачивать Эртон. То есть наличных денег видеть и держать в руках не смогу. Рожу детей, передам их своему любовнику и могу не вспоминать о них. Они станут считать меня чужой теткой, а вот драконицу — своей матерью.

А еще тотальный контроль. Рядом со мной всегда будет находиться охрана. И это воины рода Красных Драконов. Не Синих, к которому относились Даркуры, а Красных. И все это мне преподносили, как великую милость, за которую должна быть благодарна до окончания своего жизненного пути.

С большим трудом дослушала монолог дракона. И хотя у меня был дар водной стихии, казалось, что если только открою рот, из меня вырвется мощная струя огня.

Я понимала, что для людей, проживающих в империи, такое положение вещей было нормальным, а стать любовницей дракона — престижным. Но я выросла совсем с другим менталитетом и понятием слова «семья». Поэтому у меня возникал только один вопрос. Оно мне надо?!

Как только ректор замолчал, молча встала и направилась к двери. Я не знала, что сказать, и была уверена, что меня не услышат. Да и в голове не было ни одной мысли. Я была шокирована и растеряна, а еще не понимала, как именно я могла так попасть. Поэтому решила покинуть кабинет, в котором мне даже дышать стало тяжело.

Направляясь к выходу из комнаты, была уверена только в одном: никогда не соглашусь стать чьей-то любовницей.

— Студентка Шеридан, я не отпускал тебя, — рявкнул ректор.

Уже на пороге обернулась и обронила одно единственное слово, осознавая, что не могу просчитать последствий своего ответа. Но я не желала продолжать этот бесполезный и оскорбительный разговор. Мне было противно и хотелось только одного: помыть руки.

— Нет, — камнем упало в тишине.

Я закрыла двери в кабинет ректора и уже сделала шаг в сторону лестницы, когда услышала злое шипение Эртона.

— А я тебя просил не торопиться с помолвкой…

Я не стала слушать, о чем еще говорили отец и сын, решив, что меня это никак не касается.

Я была расстроена, но это не помешало мне быстро привести себя в порядок, а затем отправиться в столовую. Оли и Рина уже сидели за нашим столиком. И пока я ела, они рассказывали о том, как прошел их день.

Оттуда направилась в библиотеку, где в одном из залов занимались будущие маги Воды. Как обычно студенты сидели каждый за своим столом и не обращали никакого внимания на того, кто заходил в зал или выходил из него. Сегодня здесь было слишком тихо. Тишина тяжелым камнем давила на грудь и, нагнетая мрачные мысли, не давала нормально дышать.

Я подошла к ближайшему столу, за которым сидел молодой светловолосый парень и, нахмурившись, изучал заклинания. Он обратил на меня внимание только тогда, когда я не только положила брошь-артефакт на стол рядом с ним, но и пододвинула его к воднику.

— Привет.

— Привет, — парень посмотрел на меня яркими голубыми глазами.

«Силен. И как только его еще не заарканили в другой род».

— Что-то случилось? — спросила еле слышно, с тревогой глядя на злые и расстроенные лица студентов.

Меня услышали. Некоторые повернулись в мою сторону. Сидящий недалеко от нас студент скосил глаза в нашу сторону, не поворачивая головы. Я прислушалась к своим ощущениям и с удивлением поняла, что очень хорошо понимаю эмоции каждого, кто находился в этом зале. Уровень эмпатии значительно вырос за последние дни.

Гнев, горечь, отчаянье, безысходность накрыли меня с головой. Я растерялась от такого количества негативных эмоций и с большим трудом смогла закрыться от них. Даже губу прокусила, пытаясь быстрее прийти в себя. Установила полог тишины в зале и сказала:

— Меня зовут Анита Шеридан. Я первокурсница. Что случилось?

— Дан Кроули, — представился парень. — Моего старшего брата Рона забирают из академии. Он не доучился всего лишь месяц.

— Может обратиться за помощью к ректору?

— Он не станет вмешиваться. Наш отец был водником и несколько лет назад умер, выполняя очередное задание для рода Красных Драконов, — горько усмехнулся Дан. — А мать — воздушница. Она заключила договор с одним из Великих родов, фактически продав его им. Договор пожизненный. Завтра брат даст магическую клятву. Меня тоже скоро ждет такая же участь.

С каждым предложением голос парня звучал все тише. Отчаянье сквозило в его голосе. Остальные студенты загомонили, тихо возмущаясь бесправием магов Воды.

— А разве так можно? — спросила растерянно.

«Какое счастье, что я избавилась от опекуна, но теперь встает вопрос, что делать с семейкой Даркур. М-да… Дилемма. Ладно. С этим разберусь позже».

— А нас кто-то спрашивает? — со злостью спросил парень.

К нему присоединились другие студенты.

— Всех нас ждет та же участь.

— В мире проблемы с водой. Она покидает деревни и города.

— Да, вода уходит, русла рек мелеют. А нам навязывают рабские условия работы. И некуда скрыться и сбежать.

— Но, возможно, есть и неплохие условия для работы на другие рода? — спросила неуверенно.

— О каких условиях ты говоришь, Анита? После заключения магического договора мы становимся абсолютно бесправными и не можем отказать Главе Рода. Это считается предательством. Не важно, работаешь на износ или отказался, итог один: смерть.

«Создается впечатление, что магов с даром Воды специально истребляют. Возможно, они не понимают, что делают или понимают, но не задумываются о последствиях».

Ребята подошли к нам с Даном и обступили стол. Наперебой они рассказывали о своих родственниках, которые слишком быстро сгорают на такой «работе», иногда даже не оставляя потомство. Я смотрела на ребят, слушала, что они говорят, открывшись и ощущая эмоции каждого, и пыталась найти того, кто хотел бы такой жизни. Но нет, таких среди студентов не было. И это меня радовало.

— А вот девушек, владеющих даром Воды, учиться не отпускают, — сказал Дан и в упор посмотрел на меня.

— И что с ними делают? — мой вопрос в абсолютной тишине прозвучал очень громко.

— Как ты можешь этого не знать? — ошарашенно спросил Дан. — Их заставляют рожать одного за другим детей, пока они не умрут от столь непосильной для них ноши.

— Это делают их родители? — злость скрыть не получилось.

— По-разному, — удивленно ответил один из студентов. — Но в основном род, который купил ее.

«Купил…. Не магический договор, а покупка, — задумалась я над словами водника. — Это сильно смахивает на рабство. Если не получится закончить обучение, сбегу. Защита на поместье отличная. Нет, сделаю артефакты и поставлю еще более сильную магическую защиту. Укрою поместье от всех пологом невидимости и буду жить. — Окинула каждого сканирующим взглядом, полностью раскрывшись эмоционально. — Все вместе будем жить. Как одна семья».

— Откуда ты такая взялась, что не знаешь того, что творится уже очень давно. Водников почти не осталось.

— Дан, а где сейчас твой брат? — не стала отвечать на вопрос.

— Собирает вещи.

— Позови его. Я хочу кое-что предложить, но, чтобы не объяснять все по второму кругу, подождем его.

Пока Дан ходил за братом, ребята сдвинули четыре стола вместе, поставили стулья и сели на них, тихо переговариваясь. А я взяла лист бумаги и стала писать письмо управляющему.

Дан и Рон Кроули были очень похожи. От одного взгляда на них, сразу же становилось понятно, что они братья. Вот только глаза у Рона были не такие яркие.

Я перешла на магическое зрение и увидела тонкую алую нить на шее у парня. Удивленно моргнула, но она не исчезла, все также плотно прилегая к коже. Казалось, что именно нить или забирает или запирает его магию. Когда братья сели на стулья, я пододвинула брошь, которая лежала на столе, к Дану, а затем достала остальные и положила на стол.

— Разбирайте. Эта брошь — очень сильный защитный артефакт. Он всегда должен быть рядом с вами. Если не хотите, чтобы ее кто-то видел, просто подумайте об этом. Я и половины не знаю того, что может брошь, но от физического и магического нападения она точно оградит, как и отреагирует на любую угрозу для вашей жизни.

Ребята передавали броши друг другу, прикалывая их на одежду. Смотрелось красиво и гармонично.

— Впредь предлагаю тренировки и медитацию проводить на берегу моря. Вы все, наверное, также как и я чувствуете, что это место Силы для магов Воды. Если нажмете на жемчужину в брошке, появится полог невидимости и отвод глаз одновременно. Никто не увидит вас возле моря.

Я нажала на жемчужину, демонстрируя работу артефакта, и воздух передо мной зарябил. Посмотрела на ребят. На их лицах ясно было видно удивление разной степени. Некоторые даже руками водили, пока не наткнулись на меня.

— Здорово!

— Это очень ценный подарок. Что мы будем должны за него? — прозвучал чей-то встревоженный голос.

— Ничего. Это подарок Богини Деркето.

Больше ничего сказать не успела, так как Рон подскочил со стула и выкрикнул:

— Это как?

Я посмотрела на парня. Он улыбался, его глаза стали такими же яркими, как у брата. От Рона шел шквал эмоций: удивление, неверие, радость, чистый восторг. Я невольно улыбнулась в ответ.

— А что ты чувствуешь? — спросила осторожно.

— Ммм… Перестал ощущать магический договор, который заключила мама.

— Это как? — спрашивала уже я.

— Я сразу почувствовал, когда был заключен магический договор. У меня будто ошейник появился на шее. А сейчас он пропал.

— Так и есть, — произнесла задумчиво, разглядывая Рона.

Пока ребята тихо и радостно переговаривались, установила еще один полог тишины на себя и Рона.

— Тебе надо срочно уехать, — сказала парню, вручая письмо. — Езжай в баронство Шеридан. Тебя никто там искать не будет. Письмо передашь управляющему. Его зовут Никон, а жену Марта.

— Я немедленно отправлюсь в путь. Боюсь, что род Красных Драконов тоже уже в курсе о том, что магический договор разорван. Мне надо спешить. Утром уже может быть поздно. И… я хочу попросить тебя вместе с Даном позаботиться о нашей сестре. Она имеет два Дара: Вода и Воздух. Арника всю жизнь прятала дар Воды.

— И ваша мама не знает об этом?

— Нет, не знает. Наша сестренка та еще молчунья. К тому же она отлично понимает, какие последствия ее ждут, если кто-то узнает ее секрет. Арнику отправили учиться в академию, как воздушницу. На первой проверке она смогла спрятать дар Воды. Но боюсь, что следующую проверку она не пройдет. Сестра поступила в этом году и учится вместе с тобой на первом курсе.

«Да, не зря Деркето дала мне на один артефакт больше. От всей души благодарю, Богиня», — сразу же почувствовала волну тепла внутри.

Я задумалась о том, как передать брошь Арнике Кроули. У первого курса все лекции были вместе. Но я с этой девушкой не была знакома. Скорее всего, она общается именно с воздушницами.

— Хорошо. Отправляйся в путь. Не мешкай, — сказала, чувствуя, как внутри меня появляется и растет тревога.

Наверное, Рон тоже что-то почувствовал. Ни слова не говоря, он быстрым шагом направился к выходу из библиотеки. Я сняла полог тишины и обратилась к Дану:

— Иди к сестре и незаметно передай ей артефакт. Если она не захочет носить его как брошь, может повесить на цепочку или сделать его невидимым для остальных. Ей стоит только пожелать этого. Но пусть всегда носит его с собой.

Когда Дан Кроули ушел, я окинула взглядом студентов и повторила еще раз:

— Ребята, я пока не знаю, что еще может делать этот артефакт, но как только мне объяснят, я сразу же расскажу Вам, — все согласно кивнули. — И скажите, кого-то еще могут забрать до конца этого года?

— Вряд ли. Мы им необученные не нужны. У Рона очень сильный дар. К тому же он почти закончил обучение. Поэтому, видимо, посчитали, что его следует забрать из академии.

Тревога внутри выросла до огромных размеров, и теперь все внутри меня кричало об опасности.

«Не стоит кому-либо видеть, что мы нашли общий язык», — мелькнула мысль.

— Ладно, давайте поставим столы на место. Я хочу еще позаниматься.

Ребята согласно кивнули. Расставили столы по местам. Большинство продолжили заниматься, но несколько человек покинули библиотеку.

Через двадцать минут вернулся Дан Кроули. Поймав мой взгляд, кивнул и сел за стол, пододвинув книгу, которую читал, когда я подошла к нему. Еще через минут сорок в зал влетел старшекурсник и, подбежав к Дану, схватил его за одежду на груди, встряхнув так, что у парня зубы клацнули. По рукам студента бежали языки пламени, но они гасли, так и не добравшись до тела водника.

— Где он? — проревел злой огневик.