Кира

Я уткнулась в его плечо. В комнату светила луна и очерчивая холодным светом четкий профиль мужчины.

Моего мужчины… Как кошка хотела вцепиться коготками в него и никуда и никогда не отпускать. Дотронулась сухими губами до его предплечья. Мы практически не обмолвились словами при горячей встрече. За нас всё сказали наши тела, которые с упоением отзывались на очередное прикосновение.

Никогда не чувствовала себя так… На острой грани… Когда без него нет смысла даже жить.

— Мой… — беззвучно шептала, пока Влад спал.

От выпитых коктейлей в горле пересохло, и я поднялась с кровати.

— Ты куда? — Сонно спросил Богданов.

— Я сейчас приду, — целую его в губы и разворачиваюсь к двери. Громкий звук телефона разорвал ночную тишину. Я невольно бросила взгляд на дорогой аппарат и застыла. На экране показалась надпись на входящем звонке.

Лана.

Я даже перестала дышать, справляясь с едким чувством, которое выжигало внутренности. Я уставилась на Влада, который, поняв по моему лицу, кто звонит, громко выругался.

— Блять… Детка… Это не то, что ты думаешь.

— Ты бы мог придумать что-нибудь новенькое в оправдание.

Я провела пальцем по телефону и, включив громкую связь, развернула экраном телефона к лицу Влада.

— Солнышко, ты где? Я провела весь вечер в больнице с Милой. Ты так и не появился.

Я бросила телефон в кровать, но другого и не рассчитывала услышать. Решительным шагом прошла в гостиную, хватая свои вещи на ходу. Богданов сбросил звонок и поторопился вслед за мной. Я зацепила бюстгальтер и натянула свое платье. Осматриваю комнату в поисках нижней части белья.

— Кира, постой. Мы с тобой не сделали самого главного, — Влад ухватил меня за руки, прижимая к себе. — Давай поговорим.

— Влад, не надо, — я мягко и настойчиво делаю попытки отстраниться от него. — Вы так заигрались своими чувствами и порывами, что упустили самое главное. А Миле приходится отвечать за ваши ошибки.

Пустота, разбившаяся следом, была просто оглушительной. Влад скрутил меня в объятиях, в которых я не могу даже двинуться.

— Что с Миланой?

— Левожелудочная сердечная недостаточность.

— Хреново! — Вырвалось у меня.

— Не то слово. Хреново.

— Мне правда сейчас нужно домой, — в глазах было сухо, словно туда сыпанули песка. — А тебе…, - я осеклась.

Я уперлась руками в его грудь и глухо произнесла: «Выпусти меня, Влад».

— Я понимаю, как это выглядит со стороны…, - Влад осекся.

— Выпусти, черт возьми! — Я грубо ударила в грудь.

Влад раскрыл объятия, выпуская свою птичку из плена. Я в ту же минуту выбежала из квартиры, подхватив свою сумочку, мирно лежащую у порога, где я её и отбросила в порыве страсти.

Достав телефон из сумочки, дрожащими пальцами набираю номер такси.

Седовласый водитель внимательно осмотрел меня, как только я приземлилась на задние сидение такси. Я и сама себя корю и испепеляю за то, что не смогла отказать себе. Послушно последовала за Владом. Горячо отвечала на его поцелуи и отдавалась ему, словно этот дикий страстный танец между нами последний. Так, скорее всего, и будет…

Расплатившись с водителем такси, устало достала магнитный ключ от калитки и, прислонив его, тихонько толкнула тяжелую дверь, которая, чуть скрипнув, открылась. Я прошла до входной двери и нырнула в темные комнаты родительского дома.

Я тяжело выдохнула, когда смогла прислониться к бежевой двери своей комнаты. Теперь бы в душевую и в кровать. Закрыться тонким покрывалом с головой и отгородиться от всех. Через пятнадцать минут моё расслабленное тело и напряжённая голова мягко опустились на простыни. Я подтянула ближе белого медвежонка, которого оставил на моей кровати Руслан, и, уткнувшись лицом в мягкую игрушку, всматривалась в окно. Восходящее солнце окрасило своими лучами небосвод. В груди полыхало и резало тонкими лезвиями, но глаза молчали. Бесстрастно наблюдали, как начинается новый день.

Я пролежала в кровати до позднего утра. Как ни старалась, заснуть у меня не получилось. От напряжённых мыслей нещадно разболелась голова. На телефоне пропущенные звонки и куча сообщений, которые я удалила, не прочитав. С трудом поплелась в ванную комнату, в которой бесцельно рассматривала свое отражение.

— Класс! — Злюсь на себя всё больше рассматривая круги после бессонной ночи.

Сполоснула лицо прохладной водой, но лучше совсем не стало. Чувствовала, что ничем хорошим отношения с брутальным красавчиком не закончатся. Вот чего так не ожидала от себя, так что смогу влюбиться молниеносно… Когда он стал мне небезразличен?

На теплоходе? В зоопарке? Или там… Еще в «Лаундж» …

А еще хотелось увидеть девочку, к которой я уже прикипела всей душой, и знать, как дела у Богдановой Милы.

После механических движений зубной щеткой я облачилась в белый свободный сарафанчик и спустилась вниз.

Отец, расположился в гостиной на диване, раскрыв глянцевый журнал, бросил на меня внимательный взгляд.

— Привет, папуль! — Постаралась весело поздороваться с Игорем Максимовичем.

— Ты что, приболела? — Отец заботливо всматривался в моё лицо.

Я и сама себе не совсем понравилась в зеркале. С натяжкой растянула губы в улыбке.

— Плохо спалось, — устало ответила отцу.

— У нас сегодня гости. Не забыла? — Задала вопрос мать, выходя из столовой при полном параде. Красивое летнее платье на матери смотрелось превосходно и хорошо контрастировало со смуглой внешностью Анны Николаевны.

Я напряженно потерла лоб указательным пальцем. Разговора о гостях на сегодняшний выходной точно не было.

— Наверное, забыла, — я плюхнулась на диван в гостиной напротив отца.

— Лиза и Никита, — пояснил папа, отрываясь от своего любимого медицинского издания. — Стандартный обед в семейном кругу. Зачем столько условностей, Ань?

Взгляд отца задержался на матери.

— Мы теперь так редко видим дочь, — мама подправила замысловатый пучок на затылке.

— Думаю, ей точно сейчас не до нас, — многозначительно добавил отец.

Конечно, Лиза сейчас окружена любимыми мужчинами, и ей пока не до нас. Даже Руслан теперь появляется изредка. Наверстывает вместе с Лизой упущенное время.

За Лизку можно только искренне порадоваться. Я вопросительно уставилась на маму, которая присела на диван рядом с отцом. Похоже, папа не в курсе, что Лиза по-быстрому решила сменить красивую фамилию Смирнова на не менее красивую «Давыдова».

Из окна гостиной я увидела, как Давыдовы в полном составе вошли внутрь двора. Руслан, разбегаясь, кружится с самолетом в руках. За ним не спеша идут Ник с Лизой. Из столовой уже поплыл аппетитный аромат вкусных блюд. Похоже, что Анна Николаевна уже организовала доставку из любимого ресторанчика.

А мне хотелось разреветься посреди этой большой белоснежной гостиной в голос, как меленькая обиженная девчонка. Прикусив губы, перевела взгляд на входную дверь.

Весело поздоровавшись, новоиспеченное семейство вошло внутрь дома. Руслан, пробежавшись между диванами, запрыгивает по привычке ко мне на колени. А Лиза и Никита присаживаются на диван рядом со мной.

— Кира, смотри, какой самолёт! — радуется Руслан. — Это купил мне папа, — шепчет мне на ушко.

- Мам, пап, — Протяжно начинает Лиза, немного ерзая на диване. Сделав довольно большую паузу, быстро выпалила: «Мы подали заявление в ЗАГС».

Все как один выжидательно устремили взор на главу семейства.

Игорь Максимович прокашлялся и, прочистив голос, громко произнес:

— Я только рад. — И обведя всех ответным взглядом, добавил: — Что притихли как мышки? Думаете, я не догадывался по какому поводу банкет?

Чуть отодвинувшись, уставился на сервированный стол, краешек которого виднеется в большом проеме.

— Шампанское в холодильнике? — Улыбнувшись, спросил у Анны Николаевны.

— Шампанское в холодильнике, — утвердительно отвечает мать.