Все утро Киан находился в приятном возбуждении. Даже Матвей заметил, что c боссом что-то не так. Уж слишком он довольный и миролюбивый, ни одной угрозы за все утро.

— Киан, с тобой все нормально? Ты странный, улыбаешься, когда в окно смотришь. Как-то подозрительно. Я надеюсь, мне это ничем не грозит? — Матвей привык уже к деспотичному настроению босса, но, чтобы беспричинная улыбка? Это точно плохой знак.

— Матвей, у тебя новое задание. Поедешь в частый аэропорт, откуда мы улетали на остров, встретишь Молю и привезешь в усадьбу.

— Чтооо? Как это, силой что ли?

— А хоть бы и так, мне без разницы, можешь уговорить, если получится. Она мне нужна здесь. Я о ней мало знаю. Что она любит, что ей не нравится, чем увлекается. А вдруг жрецы устроят нам экзамен?

— Я так и знал, что сегодня меня ждут неприятности. А сам не хочешь? Вроде как у вас все заладилось, увидит тебя и расцветет.

— Не расцветет, мы расстались не очень хорошо. Но я дал ей время подумать и остыть.

— Понятно, как всегда. Значит ты меня на линию огня ставишь.

— Это твоя работа, из двух зол выбирай наименьшую, — Киан перестал улыбаться, приняв обычное суровое выражение лица. Матвею дискутировать расхотелось, все и так был понятно.

— Когда она прилетает?

— В три часа дня и распорядись, чтобы еду доставили. Из ресторана, самого лучшего.

— Конечно, только не ожидай, что Моля будет с тобой ужинать.

— Это мои проблемы, не твои. Не испытывай мое терпение, Матвей, ты свободен. Если не привезешь девушку — пеняй на себя.

Киан устал ждать. Два дня ему дались нелегко. Ему нужно поговорить с Молей немедленно, объяснить, что он не простой человек и нельзя от него ждать обычных реакций. Он такой, какой есть. И ей придется потерпеть еще несколько дней его общество, за то потом она будет свободна и богата.

Небольшой заброшенный аэродром, куда приземлилась на вертолёте Моля с профессором, находился далеко за городом вдали от оживленных трасс и стоянок такси. Девушка прошла по летному полю и растерянно посмотрела вокруг. А где же экспресс и маршрутные такси? Что за медвежью услугу Киан им оказал? Денег на такси до Москвы у них с Филей точно не было. Нужно было выяснить в каком районе они оказались. И как далеко находится автобусная станция или электричка.

— Моля, я что-то не понял, нам с чемоданами придется идти черт знает куда, а где автобус?

— Оглянись, это не Домодедово и не Шереметьево, это отстой какой-то. Заброшенный аэродром. Ау, люди! После вертолета я не слышу даже собственный голос. Филя посмотри, мне кажется или это Матвей нас встречать приехал? Как мило.

— Ну слава Богу, нас развезут по домам. А ты переживала. Видишь, как о тебе Киан заботиться, чувствует свою вину. Моля, а может еще не все потеряно?

— Филя, не неси чушь, иди вперед, видишь он нам рукой машет, скоро я буду в своей квартирке. Как там Алька, соскучилась?

— Мальвина? Да рада она, что тебя неделю не было, гнилая она девка, а ты все ее защищаешь.

— Все хотят быть счастливы, Филя. Так уж люди устроены.

— Ну да, только некоторые за чужой счет. Завтра с заказчиком придется связаться, скажу, что не нашли книгу.

— Филя не звони ему, забудь, выбрось из головы. Заблокируй номер.

— Моля, ты что так разволновалась? Мы же договаривались. Не найдем, так не найдем. Так бывает. Нам нужно гонорар получить. Вечером отчет сделаю и отправлю ему.

— Этот твой заказчик послал убийцу, что напал на меня и Макса. Я в этом уверена. Все ниточки ведут именно к нему. И он не собирался нас оставлять в живых. А может он и дал наемнику полную свободу действий и оплатил наши убийства.

Профессор зашелся. Он не мог поверить.

— Но как, как ты это узнала?

— Лучше тебе Филя не знать и спать спокойно. Забудь об этой истории. И поменяй номер телефона. Я надеюсь, ты имя свое не засветил и портфолио не отправил с адресом?

— Нет, конечно, все инкогнито, неужели все так серьезно? Моль, куда мы вляпались?

— Да, Филечка, серьезней некуда. И чтобы ты знал, книги нет, я ее уничтожила.

— Таак, это ты мне сейчас, между прочим, решила сообщить? Может ты блефуешь?

— Поверь мне — это правда. Монах сам ее сжег в костре. Своими руками собственными. А наемник на связь уже не выйдет, никогда, он уехал, исчез испарился. Киан решил хоть одну нашу проблему. Ты понимаешь, что это значит? Мы с тобой единственные зацепки.

Профессор побелел.

— Но заказчик же решит, что книга у нас, что мы ее себе присвоили! Моля, что же делать? Он же с нас кожу снимет живьем. Вон Макс молодец, в больничке лежит, а нам отдувайся.

— Филя, что ты говоришь, может тоже хочешь в кому впасть? Радуйся, что ты живой и здоровый.

— Ну, это я погорячился, бедный Максик. Но мы то, мы то че? Вв полной жопе?

— Я тебе рассказала правду, чтобы ты не думал, что все у нас с тобой в порядке. Нужно подумать, Филя, не нервничай раньше времени и не паникуй. У нас пока есть фора. Мы владеем всей информацией, а не заказчик. Но скоро он узнает, что мы остров покинули, вот тогда можно начинать бояться.

— Моля, во что мы влипли? — Кажется, Филя все-таки позавидовал Максу, который был без сознания.

— У меня есть план, он даст нам немного времени, но ты должен пока забыть про работу и оборвать все личные контакты. Никому не звони Филя, ты понял? И меня не ищи.

— Да, что тут непонятного, — профессор поник, а ведь с каким настроением он летел домой. Мечтал завтра пойти на работу, увидеть студентов, сотрудников, вздохнуть полной грудью пыльный воздух кафедры. Все разрушилось в одно мгновение. Вся жизнь летела под откос. Нет, не вся. У него была Жанна. А что, если он вернётся на остров будет там жить. Экскурсии устраивать, ну чем не работа? Его знания пригодятся везде.

— Моля, а ты не могла бы попросить Киана отправить меня обратно на остров, ну на какое-то время, пока все не уляжется. У меня есть немного денег на счету, мне хватит на жизнь. А на работе я напишу заявление на отпуск, а потом каникулы зимние, а там видно будет. Ну что ему стоит?

— Хорошо, Филя, а ты не боишься, что тебя и там найдут?

— Ну и пусть, я все равно не видел эту чертову книгу, даже в руках не держал. Я ничего не знаю. Пусть на детекторе лжи проверяют.

Моля поняла, как она правильно сделала, что не посвятила Филю во все нюансы происшедшего. Может этим она спасла ему жизнь. Не всегда правда нужна людям, особенно та, что может убить.

— Привет Матвей!

— Здорово, а я вас встречаю, как долетели?

— Хорошо, только уши заложило.

— Моля, давай чемодан, машина недалеко, прогуляемся. У меня к тебе дело есть.

— Что-то случилось? С Кианом?

— Нет, все хорошо. Только вот загвоздка одна. Он приказал тебя доставить к нему в усадьбу. Моля, ты только не дури, я все равно тебя привезу к нему, — мужчина остановился и выжидательно посмотрел на девушку. Он был настроен решительно. Но говорить, что Киан ему угрожал, он не стал, зачем? Это его проблемы. А на жалость давить он не привык.

— Да это просто здорово. Я как раз собиралась к нему в гости, — Моля улыбнулась, сняв возникшее напряжение.

— Да? А я думал ты скандал закатишь, удивила. Тогда ладно, пойдем. А что с твоими волосами?

— Матвей, мы не сразу поедем к Киану. Сначала завезем домой Филю, а потом в парикмахерскую, мне нужно сделать стрижку. Ну не переживай, будешь рядом сидеть и наблюдать за мной. Я не стану убегать и тебя подставлять. Посмотри на меня, не могу я в таком виде показаться перед твоим боссом. Он в обморок упадет.

— Ха, скорее медведь в лесу сдохнет, чем Киан покажет свою слабость.

— Это уж точно, но проверять не станем. Мне его гнев уже поперек горла стоит. Не будем дразнить зверя.

Моля радовалась жизни. Она уже не обижалась на Киана, понимая, что только он сможет ей и Филе помочь в ситуации, в которой они оказались. Ей даже хотелось, чтобы Киан ее защитил от всех угроз и неприятностей. Пусть не любит, пусть не ценит и не уважает, но она нужна ему живой и невредимой, это хороший повод, чтобы найти заказчика и разобраться с ним.

Киан маялся от ожидания. Матвей не брал трубку, а ведь уже вечер и привезти девушку он должен был давно. Что-то пошло не так. Но разве можно было ожидать иного, если дело касалось этой голубоглазой ведьмы. Она способна любую ситуацию перевернуть с ног на голову. Мужчина почувствовал, что его нервы на пределе. Неужели она обманет его, жреца? И ему придется бегать за ней по всей Москве? Нет, она не способна на подлость и обман. Она не подведет его ожидания. На улице раздался шум подъезжающей машины.

— Матвей, наконец, ты привез ее?

— Конечно, все как просил, только ты не нервничай, есть нюанс, маленький.

— Что случилось? Ты чего мнешься, как вроде облажался? Она что пьяная или ты ее избил? Или она кому-то глаза выцарапала? — Киан находился уже на грани, мало того, что он прождал девушку целый день, не в силах заняться ничем серьезным, но сейчас его помощник просто испытывал его на прочность, говоря намеками.

— Если ты ее ударил, ты — покойник, Матвей. Я это не озвучивал, но ты и сам знаешь.

— Ага, лучше бы ударил.

В комнату вошла Моля и Киан сначала даже не узнал ее. Но приглядевшись, он лишился дара речи.

— Что? Так все ужасно? — девушка забеспокоилась, ей конечно пришлось обрезать почти всю длину волос, оставив ежик на голове, но это было необходимо, так как волосы обгорели во многих местах. Зато ее глаза теперь выглядели огромными. Неужели ее внешний вид так шокировал Киана? Неужели она стала такой страшной, что он сейчас выкинет ее из своего дома, как плешивую кошку? Моля и раньше не считала себя красавицей, но глядя на перекошенное от злости лицо любимого мужчины, почувствовала, что ее самооценка приближается к самому нижнему значению. Возникла неловкая пауза, во время которой Матвей незаметно исчез из комнаты.

— Как ты могла так со мной поступить? Зачем ты обкорнала волосы? У тебя же были шикарные волосы, а сейчас ты похожа на подростка в пубертатном периоде! Ты похожа на пугало! Ни одна женщина в моем мире не обрезает волосы! Это неприлично!

— Это я уже слышала, можешь новое сравнение придумать. Мне пришлось их обрезать, так как они были повреждены огнем, по всей длине. Мой ежик — это все, что осталось от моих волос. Да в чем проблема? — Моля хотела выглядеть бодрее, чем была на самом деле, ей и самой было не комфортно с короткими волосами. Она чувствовала себя голой и лысой. Если бы Киан только знал, как она спасла жизнь человеку, — Ну что ты так злишься, парик подберем, никто и не заметит. Неужели для твоих друзей это так важно? Это же твой выбор, какая им разница, как я выгляжу?

— Вот именно, это мой выбор. Никто не поверит, что я выбрал девушку с мальчишеской стрижкой. Все мои девушки имели исключительно длинные волосы и очень красивые. Это признак здоровья и принадлежности к знатному роду. Только нищенки ходят с такими стрижками, как сделала ты, чтобы вшей легче было выводить и голову реже мыть.

Моля открыла от удивления рот и села на диван. Вот это поворот. Ну это было просто возмутительно.

— Да кто ты такой, чтобы оскорблять меня так? Ты что возомнил, что я как собачка буду выполнять все твои приказы? Я на тебя не работаю, как Матвей и меня ты не запугаешь, я пуганная и не такое видела в своей жизни. Да чтоб ты провалился со своими волосами, я жизнь человеку спасала, если тебе это интересно, в костер с головой залезла, чтобы его вытащить, волосы спалила, а тебе только мой внешний вид интересует и то, что от тебя подумает какая-то горстка людей, которые тебе даже не друзья? Да ты-ты просто ничтожество. Я разрываю с тобой все деловые отношения. Это даже и к лучшему, сама справлюсь со своими проблемами. Нашла к кому прийти в трудную минуту. Ты для меня — никто, пустое место.

Пока Моля кричала и кажется уже визжала, не контролируя свои эмоции, Киан медленно к ней приближался, следя за ее движениями. Он дождался момента, когда она, выдохнувшись, прервала свой гневный монолог и слегка встряхнул ее, схватив за руки и подняв их вверх. С его ростом и силой, ему было очень легко справиться с миниатюрной землянкой. Ее лицо оказалось рядом с его, только Моле пришлось задрать голову, чтобы смотреть прямо в глаза своему противнику, не разрешая ему думать, что она сломлена.

— Успокойся, ты похожа на разъяренную кошку, которой ощипали хвост. Твоя истерика будет направлена против тебя. Еще раз на меня крикнешь — почувствуешь, как твои плечевые суставы будут вывихнуты, причем сразу два. Проверим?

Моля замокла, но ее глаза пылали, как два раскалённых синих угля. Киан залюбовался, он никогда не встречал девушку с таким темпераментом.

— Только попробуй, я на тебя такую порчу наведу, что всю жизнь страдать будешь от недержания.

— Смотри не расплескался, умрешь прежде, чем твои руки доберутся до твоих магических принадлежностей.

И тут случилось то, что не должно было произойти. Киан приподнял ее и накрыл своими холодными губами ее горячие губы. Моля поплыла. Она не понимала, что происходит, но голову не опускала и не прятала лицо. Ее гнев тут же растворился, превратившись в пыль, в туман, который теперь обитал у нее в голове. Жрец целовал ее как сумасшедший, продолжая удерживать руки над головой. В какой-то момент им стало не хватать объятий и тогда он разжал свой железный захват и тут же с облегчением почувствовал, что девушка обвила его шею и повисла у него на груди. Он подхватил ее под ягодицы и понес себе в спальню. Вместо мыслей у жреца в голове было одно лишь пульсирующее возбуждение. Никогда еще он не испытывал такого сводящего с ума желания. Он не хотел ни о чем думать, ничего анализировать, хотел только обладать, наслаждаясь каждым сантиметром женского тела.

— Киан, мы сходим с ума. Ты меня бесишь, но хочу быть твоей.

— Молчи, это просто желание и не нужно ничего усложнять.

Моля перестала говорить, отдавшись целиком умелым рукам мужчины, которые гладили, ласкали, то нежно, то требовательно, но никогда грубо. Ведьма подумала, что ее несет к оргазму такая мощная сила, которой она не в силах сопротивляться. Да и зачем? Разве можно бороться с потоком воды, сильным, древним, все сметающим на своем пути? Или с ветром, всезнающим, проникающим в самые тайные уголки тела? Можно только смириться и наслаждаться, полностью отдавая свое тело во власть стихии. У Моли не было мужчин до Киана, но она обладала интуицией и даром соблазнения. Ей не нужны были особые знания, чтобы чувствовать и угадывать желания любимого мужчины. Когда она обхватила губами пульсирующий от возбуждения мужской член, Киан потерял чувство времени, что с ним не случалось никогда. А когда Моля взяла его глубоко в рот, он уже не знал в каком он мире и сколько минут или часов прошло. У него перед глазами было только лицо красивой девушки, которая любила его как могла, даря всю себя без остатка.

— Моля, иди ко мне, я хочу чувствовать твое тело, обладать им.

Девушка легла на спину и Киан накрыл ее сверху. Кульминации они достигли одновременно, смотря друг другу в глаза. Уставшие, но удовлетворенные, они лежали на широкой кровати. Их руки были переплетены, а ноги соприкасались. Никто не желал рвать связь, которая питала их обоих. Но и признаваться в своей слабости они не желали друг другу. Моля начала замерзать, и Киан усилием воли разорвал их объятия и отодвинулся. Теплота прошла, в комнате резко стала падать температура. Моля уже поняла, что Киан злиться. Неужели все еще думает про ее волосы?

— Прямо по коридору есть душ. И еще, твоя спальня дальше, через одну дверь, — жрец не хотел, чтобы девушка оставалась дальше в его кровати.

— Неужели и горячая вода? — Моля старалась не замечать, что ее выгоняют.

— Конечно, там найдешь все банные принадлежности. Скоро ужин, ты похудела, Моля, тебе нужно хорошо есть и завтра начнешь приводить себя в порядок. А с волосами придется поработать. Твоя прическа никуда не годиться, да и выглядишь ты изможденно. Чем ты занималась на острове?

Девушка фыркнула. Она чувствовала себя кобылой, которую готовят к скачкам. Это было унизительно. Прежняя неуверенная в себе Молия уже бы расплакалась и обиделась на весь мир, но новая, закаленная испытаниями на острове — не собиралась показывать свою слабость. Через три дня Киан исчезнет из ее жизни навсегда, так стоило ли расстраиваться от его слов?

— Если я такая страшная, может мне замену найдешь?

— Нет, это не обсуждается, мне нужна ты и твои объятия, и поцелуи.

— Ты не говорил, что мне придется тебя целовать при людях. Что еще я не знаю? — Моля интуитивно чувствовала, что мужчина что-то от нее скрывает.

— Пока ничего, ты мне должна и поэтому будешь делать все, что я скажу.

— Я надеюсь ты не устроишь оргию в своем доме?

— Твоя фантазия, Моля идет не в том направлении. Ты должна будешь показать свои хорошие манеры всем приглашенным, а не пастельные навыки. Ты должна будешь прекрасно и грациозно двигаться, поддерживать разговор и красиво есть за столом.

Девушка покраснела. Она не знала уже, что ей ждать от бала. Но она прекрасно отдавала себе отчет, что не умеет вести себя в высшем обществе. Бабуля учила ее колдовству, а не хорошим манерам. Она умела выживать, а не строить из себя даму из высшего общества. Мама, мама — вечно где-то пропадающая, витающая в своих проблемах, она не могла служить девочке примером для подражания. Некому было учить ее хорошим манерам и этикету.

— Киан, у тебя проблемка намечается, я не знаю этикет, не знаю, как вести себя в высшем обществе, ну и все тому подобное, — Моле было стыдно это произнести, но лучше сейчас, чем опозориться на балу и провалить всю операцию.

— У меня проблемка? Да твое появление в моей жизни — это одна сплошная проблема. И когда ты мне это собиралась сказать?

— Прости, я не думала, что так все серьезно. Я подозревала, что ты богатый, но что ты из высшего общества? Я правда буду стараться, только не злись. Я просто из другого мира, я не ходила на танцевальные кружки и по ресторанам меня не водили, у меня не было красивых платьев в детстве. Мальчишки меня били в деревне. И поэтому я всегда старалась быть незаметной, чтобы не нарываться. Мне так удобно было жить. Да и денег у меня на развлечения не было, мы с бабулей бедно жили. Нам никто не помогал. Ну а когда бабуля умерла, мне вообще пришлось не сладко. Никому не нужен лингвист со знанием древних языков. Бывало, я по несколько дней впроголодь жила, а ты говоришь о каких-то манерах.

Мужчина улыбнулся. Как же девушка права, они действительно из разных миров. Такая искренность подкупала. Жрец не мог злиться на то, в чем девушка была не виновата.

— Моля, а почему ты выбрала эти языки, ты ведь умная, могла переводчиком нормальным стать.

— Да если ты не заметил, я не совсем нормальная. Латынь — это язык древних заклинаний, он мой, родной, он у меня в крови. Ну а остальные, мне они просто нравятся. Как еще заглянуть в историю? Вот и получилось, что все деньги я на учебники тратила и на древние фолианты. Красивые платья, туфли, ну и всякая там мишура — я о ней и не мечтала.

— Ты странная девушка, неправильная.

— Я знаю, с моей родословной нельзя быть правильной, такой как все. И кажется нельзя быть счастливой.

— Почему, это ведь так просто. Найдешь достойного мужчину, родишь детей и вот оно счастье, ведь на Земле все женщины так живут. И счастливы.

Ведьма вздохнула. Она не собиралась открывать душу перед Кианом, как бы его не любила. И так много о себе рассказала. Не хотела она, чтобы он ее жалел. Хотя нет, вряд ли он способен на жалость.

— Я — не все женщины, Киан, я — ведьма. И судьба у меня не такая как у всех, а особенная. Давай закроем эту тему, я вот ничего о тебе не знаю. Где ты живешь, чем занимаешься. Дай угадаю. Ты-юрист, дипломат, наемный убийца?

— Близко, я — судья.

— Судья? Но у тебя такая фигура, я думала ты военный, разве судьи занимаются спасением девушек и тем, что ты в сарае сделал.

— Убийствами? Моля, мир сложен и многогранен, иногда судья должен взять в руки меч возмездия. Ты ведь тоже не обязана уничтожать подозрительные артефакты, а только изучать их? Разве всех ведьм преследуют киллеры? А на что ты готова была ради книги? Убила бы человека?

— Ну, смотря какого, если ты говоришь о том, кто меня преследовал-да, убила бы, чтобы спасти свою жизнь. Ты не представляешь какая у него темная энергетика, я чуть не умерла, когда общалась с его духом, он всю силу с меня высосал.

Киан напрягся. Он не хотел, чтобы девушка рисковала своей жизнью, это он, воин, должен встречать опасность лицом и защищать слабых, но Моля? Хрупкая маленькая ведьма, возомнившая из себя супергероя?

— Ты успела за то время, пока меня не было попасть во все неприятности? Моля, зачем ты играешь со смертью? Есть черта, которую нельзя пересекать. Зачем ты беспокоила призрак и лезла в костер, тебе что, жить надоело? А о нашем договоре ты забыла?

— Киан, ты мне-никто, поэтому не нуди со своими нравоучениями. Я жила без тебя много лет. И проживу еще больше. Спасибо за мое спасение и спасение моего друга, но все остальное тебя не касается. Это моя жизнь и ты не входишь в круг людей, которым я доверяю. Поэтому сосредоточься на приеме. Мне нужен человек, который обучит меня этикету. Я не хочу тебя опозорить и все сорвать. Я умею быть благодарной.

«Я вырву любовь к тебе из своего сердца, как только ты исчезнешь» — это уже ведьма подумала про себя.

Моля встала с кровати и гордо подняв голову, вышла из комнаты. Киан задумчиво смотрел ей вслед. Он ясно понял, что девушка расставила границы, к которым ему не разрешалось приближаться. Он, жрец, распоряжающийся судьбами сотни тысяч людей, не мог справится с одной вздорной землянкой, которая возомнила себя черт знает кем. Да какая ему разница, что происходит в ее жизни? Она лишь инструмент для достижения цели. Почему же его волнует жизнь этой глупой смертной? Киан не понимал себя, не понимал окружающий мир, и был уже почти согласен с решением жрецов о его женитьбе, лишь бы вернуться в привычный ему мир. Но гордость не позволяла ему на прямую связаться с советом жрецов и объявить со смирением, что согласен с их решением. Он хотел вернуться назад, но не побежденным, а победителем. А на войне все средства хороши, сгодиться и шантаж, лишь бы быстрее попасть домой.