25

Доминика

Глушу машину на парковке перед рестораном Паоло. Каждый приезд сюда, точно отдельный вид пытки. Почему именно сегодня ночью Триада напала на наш ювелирный магазин? Если бы не это, я бы сейчас не собиралась на чертово совещание Короны.

С самого утра в груди разрастается знакомое ощущение пустоты. Дыра. Она сдавливает сердце, перекрывает кислород, и мне с трудом удается нормально дышать. Именно сегодня. Шестнадцатое мая. Третий год подряд меня разрывает на части. Заново ломает.

Это хуже физической боли. Ее не унять лекарствами. Не заглушить ледяной ванной. Она просто есть. Глубоко внутри меня. И я знаю, что она никогда не исчезнет. Пустота.

Откидываю голову на кожаное сиденье и закрываю глаза, не давая слезам пролиться. У меня нет права плакать, нет права скорбеть. Может когда-нибудь в следующей жизни, но не сегодня.

Делаю глубокий вдох, стиснув руль дрожащими руками. Кожаные перчатки трещат, и я начинаю мечтать о том, чтобы это были мои ребра. Чтобы они сломались внутри меня, пронзили легкие, сердце и причинили такие страдания, которые могли бы искупить все, что произошло по моей вине. Этого, конечно, не происходит. Я все еще дышу. Все еще живу. Потому что у парня сверху на меня иные планы.

Раньше мне казалось, что Бога нет. Но если его нет, тогда как я оказалась здесь? Почему выжила три года назад? Почему сестры все еще рядом со мной? Почему в моей жизни появился Адриано? Раньше я об этом не задумывалась. А теперь не могу выбросить эти мысли из головы.

Когда с человеком происходит нечто ужасное, говорят, что он будто бы заново родился. Что теперь у него два дня рождения. Что если в этот же день три года назад одна Доминика Эспасито умерла, но родилась новая? Другая Доминика? Об этом я тоже раньше не задумывалась. Даже не уверена, хочу ли размышлять об этом сейчас.

Тишину разрывает вибрирующий телефон.

Я открываю глаза, лезу в сумочку на сиденье рядом, достаю телефон и не думая, сбрасываю звонок. Уже второй за сегодняшнее утро. Эдда не видела меня с прошлой ночи, я выскочила из дома рано утром и теперь торчу здесь. Приехала на час раньше назначенного времени.

Вслед за звонком приходит сообщение от сестры:

«Антонио с Бьянкой начали допрос дилера»

Я не отвечаю и убираю телефон, прекрасно понимая, что это даже близко не то, что она собиралась мне сказать, если бы я ответила на звонок.

Когда я исчезла после смерти Лукаса и Лео, два года…уже три года назад. У них не было способа связаться со мной. Да и это было бесполезно. Я бы все равно не подпустила их к себе…

Те дни…Я плохо помню первый год. Я не пила, не употребляла. Просто существовала в очень темном месте. Там не было ничего и никого. Только я. Наедине с той ночью, которая прокручивалась в моей голове, как на повторе снова и снова. Я намеренно не заглушала боль алкоголем. Я не пыталась забыть. Нет. Я намеренно старалась запомнить как можно больше.

На второй год я сорвалась. Ко мне заявились люди Короны. Не знаю, то ли отец хотел вернуть меня, то ли просто пытался выяснить, что со мной происходит. Вопросов я не задавала. Убила всех. Молча. Пять человек. В ту же ночь впервые напилась. Забвение. Вот, что я испытала тогда. Мне не понравилось. Потому что забывать я не хотела. Но ничего не могла с собой поделать. Я прожила на грани безумия и реальности еще год. Знала, что не могу вернуться. Знала, что не могу позволить себе вернуться в тот кровавый мир, потому что чудовище внутри только этого и хотело. Оно жаждало крови, и я чувствовала, что если бы не удержала его тогда в забвении, потеряла бы себя безвозвратно.

Забавно, что в итоге я все равно оказалась здесь. Словно путь у меня так или иначе один. Невольно и о судьбе задумаешься…

Сделав еще один глубокий вдох, достаю пистолет из бардачка и убираю его в сумку. Затем выхожу из машины. Перебросив волосы за спину, направляюсь в сторону ресторана. Стук каблуков эхом разносится по пустой парковке. В воздухе царит утренняя свежесть. Мой черный костюм притягивает лучи солнца, но я не чувствую его тепла. Сегодня я ничего не чувствую.

Открыв дверь, захожу в прохладное помещение. Это самый обычный ресторан домашней итальянской кухни в не самой дорогой части города. Прохожу мимо столиков и молодого парня, снимающего стулья. Он бросает на меня мимолетный взгляд и кивает.

Игнорирую его и направляюсь дальше, к подсобным помещениям. Поток холодного воздуха бьет в лицо, когда оказываюсь в длинном коридоре. Приглушенные голоса заставляют меня резко остановиться. Сбавив шаг и стараясь не шуметь, я подхожу к деревянной двери справа от себя.

Слышимость здесь просто невероятная.

– Это сложнее, чем кажется, Федерико. – возмущается Паоло.

– Собери свои яйца в кучу. Мы с Джованни поддержим тебя. Насчет Орландо не уверен. Этот мелкий сучок с пулей в голове. Но с Кристианом можно договориться.

Федерико. Мой Капо в Лос-Анджелесе. Джованни его брат и заместитель.

– Она убила Бернардо на наших глазах, даже не дрогнув. –  голос дяди неуверенный, он сомневается.

Они собираются избавиться меня. Я усмехаюсь, закатив глаза. Долго же они тянули.

– Да, эта сучка кусается. Но если все сделать правильно, она ничего не почувствует. Может, ей даже понравится.

Сквозь дверь доносится раздраженный вздох Паоло. Он боится меня.

Я знала, что рано или поздно они попытаются что-то провернуть, но почему-то решила, что идея будет исходить от Орландо. Хотя тот, возможно, просто решил вести собственную игру. В таком случае ему понадобятся союзники. И если это не Братья Риччи и не дядя, тогда к кому он обратится? Этерно? Триада? Или же Чикаго?

– В ее руках сейчас слишком много власти, Федерико. Все транзакции, акции, основные потоки денег идут через бизнес, принадлежащий ей и ее сестрам. Только у нее есть доступ к системе Короны.

– Ее сестер можно убрать. – предлагает Федерико, и мои кулаки сжимаются до треска в костях. – И все скинуть на Триаду. Проблем не возникнет. Мы связаны, Паоло, и должны действовать вместе. Только так, мы сможем сохранить все, что имеем. Женщинам нельзя доверять. Ты сам сказал, она убила Бернардо и глазом не моргнув, мы можем стать следующими.

О, а вот это можно устроить.

– Риккардо не согласится. – продолжает сопротивляться Паоло, и я почти жалею, что назначила его временным боссом. Трус. – Он до мозга костей предан семье Эспасито и будет защищать их до потери пульса.

Риккардо. Значит, на моей стороне только один капо из шести. Что ж, с этим можно работать. Решив, что услышала достаточно, я распахиваю дверь и вхожу в кабинет с совершенно непроницаемым выражением лица.

Дядя нервно сглатывает и заметно бледнеет. Думаю, какой-то части меня всегда будет нравиться эта сила. Сила, которая действует почти так же как и наркотик. Сила страха. Жаль только, что страх самая непрочная основа для того, чтобы удержать нечто масштабов Короны.

– Доминика. – бормочет Паоло и захлопывает ноутбук.

Я наблюдаю за тем, как быстро проносятся мысли в его голове. Что она слышала? Что она сделает? Почему заявилась так рано? Какое придумать оправдание? Вооружена ли она? Вот, о чем он думает. Причем, именно в такой последовательности, потому что его взгляд падает на сумку в моих руках, прежде чем он спрашивает:

– Что ты здесь делаешь?

Медленно прохожу в просторный кабинет без окон. Посередине его личный стол для совещаний, сам он сидит во главе в таком огромном кресле, больше похожем на трон. Справа находится удобный кожаный диван.

– Что я делаю в ресторане, который мой дедушка подарил моей тете? – выгибаю бровь, опустившись на диван и закинув ногу на ногу.

Паоло прочищает горло.

– Я имел в виду, что ты рано. – бросает взгляд на свои ролексы. – Я не ожидал увидеть тебя в такой час.

Слегка склонив голову в сторону, я внимательно рассматриваю его. Он был всегда так добр ко мне и моим сестрам. Был хорошим отцом и мужем. Как так вышло, что человек из него полное дерьмо?

Я пожимаю плечами.

– Решила сначала переговорить с тобой.

– О чем? – снова сглатывает, тянется к стакану на столе и делает глоток виски.

– Сегодня я лично буду присутствовать на совещании.

Обычно я нахожусь в соседней комнате и слушаю их через прослушивающее устройство. Только шесть капо и мои сестры знают о том, кто босс. Остальные знакомы со мной только в контексте алмазов. Так и должно было оставаться вплоть до свадьбы с Адриано. Но учитывая разговор, которому стала свидетелем, думаю, стоит кое-что подправить. Мне интересно, что сделает Паоло? Согласится ли сотрудничать с Федерико? Или же окончательно даст заднюю? Считает ли он себя боссом? Власть опьяняет. Пусть даже и фальшивая. А меня несомненно легче убрать, пока я открыто не участвую во всех делах.

Его брови взлетают вверх.

– Зачем? Что-то случилось?

Я встаю и подхожу к его столу.

– Странно. Не помню, чтобы в мои обязанности входило отчитываться перед тобой, дядя.

Он улыбается, изо всех сил стараясь выглядеть расслабленным.

– Нет. Конечно, нет. Просто я удивлен, вот и все.

Обхожу стол и встаю прямо пред ним.

– Не волнуйся. Я доверяю тебе. Знаю, ты не подведешь нашу семью. В конце концов, ты ведь часть этой семьи. Просто я решила, что моим солдатам уже пора начать привыкать к моему присутствию, вот и все.

На его лице отражается растерянность.

– А как ты это им объяснишь?

Я снова пожимаю плечами. Мои губы складываются в холодную улыбку.

– Никак. – достаю из сумки пистолет. – У меня есть отличное средство от любых возражений.

Спустя полчаса четверо мужчин заходят в кабинет, приветствуя Паоло. Я наблюдаю за тем, как они перебрасываются рядовыми фразами со своего места на диване. Все пятеро, включая дядю, стоят у противоположной стены, наливая себе напитки и полностью игнорируя меня. Я будто предмет мебели, не больше. Интересные ощущения, но не сказать, чтобы новые. Знали бы они, что я одним звонком могу лишить их дома, денег, семьи. Адриано сказал, что ни одна женщина не заслуживает участи босса, потому что в таком случае ей придется стать чудовищем. Репутация всех мужчин в моей семье строилась с тринадцати лет. И сейчас я даже не сомневаюсь в том, что мне бы удалось наверстать упущенное всего за пару месяцев. Я бы действительно стала чудовищем. Без имени. Без прошлого. Но с деньгами и властью. Стоит ли оно того?

Схватив сумку с дивана, встаю и медленно подхожу к креслу Паоло. Пара мужчин наконец обращают на меня внимание. Подорвать авторитет дяди или пока рано? Солдаты Сан-Франциско нужны мне для моего плана. Будет лучше, если как можно больше их запомнят меня.

Кладу сумку на стол и сажусь в кресло. Все разом замолкают, уставившись на меня в недоумении. В воздухе повисает практически осязаемое напряжение. Перевожу взгляд на Паоло.

– Прошу, господа. – указываю на пустые места перед собой. – Присаживайтесь.

Парочка из них усмехается, изучая меня давольно мерзкими взглядами. Никто не двигается, попивая виски из стаканов. Они ждут. Ждут, что Паоло поставит меня на место. Все четверо подчиняются только ему, и не только потому что считают его боссом. Они подчинялись ему еще до всех изменений. Эта территория принадлежит Паоло. Ювелирный, на который напали, технически тоже его ответственность.

С невозмутимым выражением лица Паоло размещается на диване.

– Сегодняшнее совещание проведет Доминика. – сообщает он.

Я откидываюсь на спинку кресла в ожидании того, как скоро до них дойдет смысл его слов. Им хватает пары минут. Я поражена.

Мужчины опускаются на свои места за длинным столом передо мной, все еще продолжая бросать косые взгляды на Паоло.

– Ну что, начнем? – холодно бросаю я, возвращая все внимание на себя.

***

Проходит пара часов, прежде чем мне наконец удается убраться оттуда. Переодически они искали подтверждения моих слов на лице Паоло, но все эти два часа тот упорно делал вид, что пол в его офисе интереснее всего происходящего. Отлично, они начнут в нем сомневаться. Теперь остается подождать и посмотреть, как он поступит. Если все же решит предать меня вместе с остальными, у меня просто не останется другого выбора кроме как лишить Габриэлу мужа, а Дебору отца.

Думаю, пришло время для еще одной части моего плана.

Как только сажусь в машину, набираю Антонио.

– Слушаю, госпожа. – тут же отвечает он.

– Я еду в отель, назначь встречу с адвокатом Короны… – я задумываюсь. – Нет, найми нового адвоката, не связанного с Короной, и проследи, чтобы никто не узнал о нашей встрече.

– Будет сделано.

– И еще пригласи Эдду с Бьянкой.

– Хорошо. Что-нибудь еще?

– Нет. Это все.

Я сбрасываю вызов и выезжаю на главную дорогу в сторону отеля.

***

Я совсем не удивилась, когда увидела женщину-адвоката. Антонио сообщил, что она одна из лучших в городе. Она представилась, как Эмилия де Локруа. Средних лет, каштановые волосы убраны в тугой хвост на затылке, строгий элегантный костюм и сдержанная улыбка. Мы сидим на диване в моем офисе напротив широких окон во всю стену.

– Значит, вы хотите переписать весь бизнес, включая активы и недвижимость с ваших сестер на вас, верно? – подытоживает она все, о чем, я попросила.

– Верно. Еще нужно подготовить завещание. В случае моей смерти все должно уйти на благотворительность.

– Без дополнительных условий?

Отрицательный ответ так и просится на язык, но я задумываюсь.

– Если мои сестры на заявят о праве наследства в течении, скажем, двух месяцев после моей смерти, в таком случае передать все на благотворительность. Я отправлю вам список всех фондов и организаций.

Как истинный адвокат, она только кивает и не задает лишних вопросов, но от меня не скрылся интерес в ее глазах. Мое имя имеет вес в этом городе. Уверена, в ее голове крутится множество вопросов. И прежде всего, почему я выбрала ее, а не обратилась к армии личных адвокатов. Но здесь все просто. Корона не должна узнать раньше времени о моих планах.

– Потребуется подпись ваших сестер. Через неделю я подготовлю все необходимые документы.

Я поджимаю губы, бросив на нее тяжелый взгляд.

– Документы мне нужны как можно скорее, Эмилия.

В ее глазах вспыхивает замешательство. Понимаю, учитывая все мое состояние документов придется подготовить немало. И тем не менее…

Она прочищает горло, и я натянуто улыбаюсь.

– Разумеется, – добавляю. – Дополнительная оплата покроет всевозможные расходы.

Схватив ручку на столике между нами я пишу цифру с шестью нулями на бумажке и протягиваю ей.

Ее брови взлетают вверх, но она мгновенно приходит в себя.

– Я вас поняла. – отвечает, кивнув.

Деньги. Они дают власть. Покупают время, людей. Но никогда не заполняют пустоту. А сегодня я как никогда хочу заполнить дыру внутри себя. На ум почему-то приходит Адриано.

Я люблю тебя, Доминика Эспасито. Только тебя.

Знаю, ему никогда не заполнить пустоту, что осталась после смерти моей семьи. Но на каком-то уровне я чувствую, что рядом с ним мне было бы легче вынести ее.

Поверь в него.

Если бы я только могла…

Мы встаем, пожимаем друг другу руки, и адвокат уходит. Только дверь за ней закрывается, как тут же снова распахивается. Бьянка появляется первой.

– Кто это? – хмурится она, указывая себе за спину.

– Адвокат.

– Я почти уверена, что у адвоката Короны член между ног и лысина на голове, разве нет? – озадаченно интересуется она.

Эдда входит следом, но ничего не говорит, осматривает меня с ног до головы, борясь с желанием расспросить, и не только о новом адвокате. В последний раз она так на меня смотрела, когда нашла в Лос-Анджелесе в день рождения Лукаса. Сколько прошло времени с тех пор? Недели? Месяц? Кажется, будто целая жизнь.

– Это дело не связано с Короной. – отвечаю я, указав на диван напротив. – Садитесь.

Бьянка тут же плюхается, закинув ноги на кофейный столик, но Эдда продолжает стоять. Она, как и я, в черном. Черный топ с одним длинным рукавом и черные джинсы. Только сейчас до меня доходит, что и на Бьянке черные штаны с футболкой того же цвета. Траур. Мои сестры облачились в его цвет вместе со мной.

Как только наши с Бьянкой глаза встречаются, она тут же отводит взгляд и убирает ноги со стола, выпрямившись. С лица исчезает прежняя легкость. Возвращаюсь на свое место в кресле и отвечаю на их невысказанный вопрос:

– Я в порядке.

Лгу. Но что еще я могу сказать? Порядок относителен, и в каком-то смысле я действительно в порядке. Физически.

Эдда явно не верит моим словам и опускается на диван прямо напротив. Они с Бьянкой переглядываются и снова возвращают ко мне свои уставшие глаза. Тишина сковывает воздух на мгновение. Во взглядах своих сестер я вижу свое отражение. Вижу то же, что и чувствую сама. Боль. Пустоту. И эта боль словно вырывается из меня, тянется к ним и сливается с их болью. Они любили Лукаса так же сильно, как любила я. Они потеряли его так же, как потеряла я. Ком проталкивается в горло, но мне удается его подавить. А вот Бьянке нет. Она моргает и быстро смахивает слезу тыльной стороной ладони. Я невольно вспоминаю, как она бегала за своим племянником по саду, пока они оба не падали без сил в траву. Их смех заполнял все пространство. Только с ним она по-настоящему громко смеялась. Она дарила ему все тепло, которое прятала в себе.

Оказывается, я никогда не была одна в этом аду. Мои сестры все это время были со мной. Прикрывали спину. Держались рядом на случай, если понадобятся. Именно поэтому я должна защитить их любой ценой.

– Ужин сегодня в семь. – напоминает Эдда.

Они с Габриэлой планировали семейный ужин еще до моего отъезда в Гонконг, и я не собиралась к ним присоединяться, но сейчас задумалась. Не ради себя. Ради них…

– Как прошел допрос того дилера? – меняю я тему.

– Он мертв. – отвечает Бьянка и упирается руками в колени. – Эти ублюдки мазохисты. Пока мы с Антонио делали перерыв, он перевернулся со стула и буквально разбил себе голову о пол. Сам. Одним ударом не обошлось. Видимо он колотил головой о бетонный пол, пока череп не треснул. Такое себе зрелище.

Я догадывалась, что так и будет. Люди Триады склонны к самоубийству. Как будто это какой-то знак уважения. Все, кого удавалось схватить, либо откусывали себе языки, либо находили более извращенный вариант самоубийства.

– Но мы найдем другой способ узнать об их местоположении – тут же обещает Бьянка.

Я киваю. Мы найдем. Адриано нам поможет.

– На самом деле, я не за этим вас сюда позвала.

– Что-то случилось? – тут же спрашивает Эдда, нахмурившись.

– Пока нет. Но мне нужно, чтобы вы кое-что сделали.

– Конечно. – без колебаний соглашается Бьянка.

– Во-первых, мне нужно, чтобы вы отправились в Лас-Вегас через пару недель. Я скажу, когда точно, просто будьте готовы.

– А зачем нам туда ехать? Есть проблемы? – напрягается Эдда, а глаза Бьянки вспыхивают.

– Возможно предательство со стороны Орландо. Мне нужно знать наверняка, кого он попытается привлечь на свою сторону, если это так.

– Хорошо. – коротко кивает Эдда.

– А что во-вторых? – спрашивает Бьянка.

Я делаю глубокий вдох и отвечаю.

– Мне нужно, чтобы ты, Бьянка, разделила города. Точнее подготовила все, чтобы сделать это быстро.

Ее глаза и рот широко распахиваются, а Эдда хмурится еще сильнее.

– Ты сможешь это сделать? – уточняю я.

Сестра самодовольно ухмыляется.

– Насколько сильный нужен раскол?

– Максимальный. Денежные потоки, фонды, транзакции. Сан-Франциско ничего не должно связывать с другими городами. В идеале все деньги со счетов капо Лас-Вегаса и Лос-Анджелеса тоже должны быть у меня по первому требованию. Все, что есть в базе данных Короны должно перейти ко мне, когда я попрошу.

– Мне нужно время. – в глазах Бьянки появляется одержимый блеск. Буквально вижу, как в ее голове начинают вращаться шестеренки.

– Оно у тебя есть. На данный момент тебе просто нужно все подготовить.

Она одобрительно кивает.

– То есть подготовить ядерный чемоданчик, чтобы можно было в любое время нажать на кнопку?

Я киваю и встаю, направляясь к своему рабочему столу.

– Еще мне нужно, чтобы вы вывели, как можно больше денег на свои счета за границей.

– Какие счета? – слышу я голос Эдды и беру бумаги со стола.

Вернувшись на свое место, вручаю им документы для ознакомления. Каждая тут же принимается их изучать.

– Монтепульчано, – вслух протягивает Эдда. – Оттуда родом…

– Нона. – заканчивает за нее Бьянка, широко улыбаясь.

Наша бабушка по отцовской линии. Она многому нас научила. Елену в особенности.

– Да.

– Доминика, что происходит? – не выдерживает Эдда. – К чему все это?

Я знала, что это будет сложнее всего. Убедить сестер оставить меня в случае необходимости. А такая необходимость будет. Они моя ахиллесова пята. Как только нажму на курок, капо Лас-Вегаса и Лос-Анджелеса сделают все, чтобы добраться до меня.

– Ты не хуже меня знаешь, к чему все это. – отвечаю я ровным голосом. – Мы всегда знали, что конец у этой истории один.

Быть боссом Короны все равно, что ходить с заряженной бомбой в руках. А если ты женщина, то у тебя еще и ожерелье на шее в виде петли. И я чувствую, как она медленно затягивается вокруг моего горла.

Эдда бросает бумаги на стол и закрывает лицо руками.

– Знаю. – бормочет она.

Либо я. Либо меня. В нашем мире нет других правил.