89

Дэя поднесла стакан к губам и сделала еще один глоток рома со своего места на диване. Мир находился на грани самой кровавой войны в истории, она предала собственную семью, и кроме хранительниц в ее жизни не было никого, кто бы искренне беспокоился о ее благополучии, но все о чем она могла думать в тот момент – это мускулистые предплечья пирата, покрытые венами и шрамами.

Он бродил по комнате из стороны в сторону вот уже несколько долгих мучительных минут. За это время успела сгореть одна свеча, так что ему пришлось зажечь на столе новую. Дэю не смущала тишина, она давольно комфортно расположилась на диване с ромом и фруктами, однако напряжение, что с каждой пролетевшей секундой все сильнее сгущалось в воздухе, заставляло русалку плотнее сжимать бедра. Снова и снова.

Пират вдруг замер посреди комнаты, шумно вздохнул, а затем размял шею. Щетина, что отросла за последние сутки выглядела соблазнительно. Дэе хотелось ощутить ее на своей груди, но в особенности, между ног…

– Как вы познакомились? – вдруг выпалила она, сделав еще глоток рома.

Пират вопросительно выгнул бровь, и Дэя закатила глаза.

– С твоей женой.

Рид тут же отвернулся.

– Я не хочу об этом…

– А я хочу.

Он стиснул челюсти и продолжил наматывать круги по комнате, но уже более агрессивно, точно зверь, желающий вырваться на свободу или сбежать от чего-то или кого-то…

– Вы познакомились, когда ты еще был рабом?

– Замолчи. – тихо выдавил он сквозь зубы и замер у окна, как можно дальше от русалки.

– Она тоже была?…

– Нет! – бросил он, стиснув кулаки до побелевших костяшек. – Она не была рабыней. Мелинда была дочерью титулованного ублюдка, настолько титулованного, что была обещана Дэмиану в качестве жены. И да, я любил ее даже тогда. Дэмиан это знал. Она это знала. Но они ни хрена не могли сделать. Потом мы сумели вырваться, втроем стали беглецами. Мы с Мелиндой соединили наши души перед богом, но и это ни черта не значило, потому что в конце концов она все равно умерла вместе с нашим ребенком и оставила меня одного. – он тяжело дышал так, будто ему не хватало воздуха. – Если это все, что ты хотела узнать, тогда можешь уже заткнуться.

Дэя смотрела в эти утопающие в боли глаза, но не жалела его, нет. В жалости нет смысла, у всех есть своя боль и трагическая история. Этот мужчина вызывал в русалке искреннее любопытство и какой-то первобытный восторг. Она еще ни разу не встречала человека столь любящего и преданного даже после смерти. Дэя и не знала, что кто-то вообще способен на подобные чувства. Ей захотелось вскрыть ему грудную клетку и попробовать это чувство на вкус. Узнать, какого это быть настолько живым…

Она поставила стакан на столик и медленно поднялась.

– Ты зол, потому что хочешь меня.

Сначала на лице Рида вспыхнуло неверие, а следом еще больше злости.

– Я этого не говорил. – бросил сквозь зубы, наблюдая за тем, как она обошла столик и подошла к большому письменному столу, встав прямо напротив него.

– Да неужели? – она склонила голову набок, изучая его. – Ты зол, потому что я тебе нравлюсь.

– Это не так. – тут же покачал головой.

– Ты зол, потому что я нравлюсь тебе так, как уже долгое время никто не нравился.

Рид сжал и разжал кулаки, а затем запрокинул голову и на мгновение прикрыл глаза.

– Это не имеет значения. – тихо произнес и снова взглянул на русалку. – Потому что я всегда буду любить только одну женщину.

Дэя улыбнулась в ответ, потому что не ошиблась. Этот мужчина перед ней действительно был уникальным человеком.

– Хорошо. – ответила она с искренним восторгом, что заставило пирата нахмуриться. Не такой реакции он ждал, и уж точно не слов, что затем последовали. – Потому что я не прошу любить меня, Рид. Только трахнуть.

Он резко втянул ртом воздух и сделал шаг назад, хотя отступать уже было некуда.

– Замолчи.

Дэя присела на край стола позади себя и начала задирать юбку, шире расставляя ноги.

– Трахни меня.

Его потемневший взгляд следил за тем, как ее пальцы медленно пробирались вверх вместе с красной тканью платья.

– Прекрати.

– Трахни меня так, чтобы я забыла собственное…

Напряжение лопнуло между ними, заставив сердца обоих неистово колотиться.

Рид не дал ей договорить, за два широких шага он пересек комнату и заткнул ее красивый безжалостный рот яростным поцелуем. Он чувствовал ее уверенные пальцы на своей ширинке, и обхватив ее одной рукой за шею, а второй за талию, притянул ближе к себе.

В происходящем не было и капли романтики, но существовало это странное понимание между ними. Они оба были настолько одиноки в душе, что сама жизнь не имела для них ни вкуса, ни цвета.

Однако теперь, когда Рид чувствовал жар ее тела и вкус ее губ, серые цвета на мгновение вспыхнули вокруг и приобрели необычные оттенки. Багровый, как ее глаза. Черный, как ее волосы. И алый, в точности как оттенок ее платья.

Дэя ощутила приятное покалывание на шее, когда его горячий рот спустился к ее ключице, и из ее горла вырвался стон. Обхватив твердый член, она провела рукой вверх-вниз и улыбнулась, услышав в ответ низкое рычание и грубые слова.

– Что б тебя, женщина. – он смял своей большой ладонью ее грудь через платье и снова поцеловал. Она направила его в себя одной рукой, а свободной прижала еще ближе за ягодицы.

Рид снова выругался, войдя в нее, и замер.

– Давай, пиратик, – издевательски подначивала русалка. – Познакомь меня со своим богом.

Его карие глаза столкнулись с ее, и она вдруг увидела самое потрясающее явление в этом мире – его широкую улыбку. Искреннюю и совсем мальчишескую.

– Ну ты и сука. – покачал он головой, что заставило Дэю рассмеяться.

– Да, прямо как тебе нрав…

Договорить она не смогла, потому что он резко вышел из нее и вошел с такой силой, что стол под ней содрогнулся, а ножки проехались по полу. И на этом Рид не остановился. Он трахал ее так глубоко и жестко, что у нее перехватывало дыхание.

– Вот так. – хрипел он ей в шею, покусывая нежную кожу. – Если б знал, что тебя можно заткнуть членом, сделал бы это раньше.

Дэя рассмеялась, ну, во всяком случае попыталась, и сжала его задницу сильнее.

– Ублюдок. – выдохнула она, чувствуя метал его ножей своей грудью, и контраст был просто обжигающим.

– Точно. – ответил он, схватив ее за волосы и оттянув их так, чтобы иметь лучший доступ к ее груди и шее. – Прямо как тебе нравится.

Блаженная улыбка на ее губах стала шире. Она чувствовала подступающую кульминацию, но продолжала наблюдать за этим мужчиной, гадая, какого это быть любимой им? Какого-то это иметь рядом такого верного и преданного человека?

– Я сейчас… – сдавленно пробормотал он ей в шею и попытался отстраниться, но она прижала его к себе крепче и в этот же самый момент достигла пика одновременно с ним.

Их тела содрогнулись. На какое-то время они оба замерли, пытаясь отдышаться, затем Рид слегка отодвинулся, все еще находясь внутри нее.

– Зачем ты?..

– Расслабься, пиратик. Меня уже много раз отправляли на сушу, чтобы зачать. Тщетно.

Он нахмурился и собирался что-то ответить, но тут она неожиданно влепила ему пощечину.

– Это тебе за «суку». – добавила с ухмылкой и оттолкнула его от себя.

Тот сделал шаг назад, прижав ладонь к щеке, но при этом уголок его губ был упрямо поднят вверх. Рид покачал головой, а затем обхватил Дэю за челюсть одной рукой и поцеловал, с языком и открытыми глазами. Своих русалка тоже не закрывала, но уже в следующую секунду почувствовала…

Ублюдок прикусил ей нижнюю губу практически до крови, и она зашипела, снова оттолкнув его от себя. На этот раз он не попытался вновь притянуть ее к себе и занялся натягиванием своих штанов.

– Найди мне тряпку и убери за собой. – бросила Дэя с легкой улыбкой на губах и не опуская подол своего платья, ей нравилось то, с каким усилием пирату пришлось оторвать от нее глаза и развернуться к небольшому комоду у стены.

Он вынул оттуда платок и вернулся к ней, однако не протянул ткань и сам не предпринял попыток вытереть липкость между ее ног. Вместо этого он склонил голову набок, медленно скользя по ее телу задумчивым взглядом.

– Знаешь, у меня есть способ получше. – вдруг произнес он с совершенно серьезным выражением лица.

Брови русалки поползли вверх.

– Неужели?

Он кивнул и ухмыльнулся так, что внутренности Дэи разом перевернулись. Она даже приоткрыла рот, наблюдая за тем, как этот вечно серьезный пират опускался перед ней на колени.