83

Постепенно небо окрашивалось в серые тона, а звезды исчезали одна за другой. Джек еле перебирая ногами, вышел из джунглей на пляж. Из одежды на нем были лишь не застегнутые штаны, да пара сапог. Он бросил взгляд в сторону и заметил нескольких своих товарищей. Перед глазами мгновенное вспыхнули образы прошлой ночи, и он вздрогнул, не в силах смотреть ни одному из своих друзей в лицо. Не могли же они?..Нет, наверняка, дело было в дерьмовом роме. Однако воспоминание было чересчур ярким.

Гребанные русалки.

Поморщившись от очередного воспоминания, Джек направился в сторону своего капитана. Дэмиан стоял вместе с Джонни и Калистой, одной рукой перебирая светлые волосы Аморы. Джек мог поклясться, что никогда еще не видел такой счастливой улыбки на губах своего капитана.

На ходу застегивая штаны, пират подошел ближе, Дэмиан обернулся и окинул взглядом всех, кто в смятении покидал джунгли, старясь не смотреть друг другу в глаза. Амора рядом с ним изо всех сил подавляла смех.

Следом за пиратами на песчаный пляж вышли восемь полностью обнаженных русалок. Во главе их шла Лилиана и с довольным выражением лица объявила:

– Мы готовы отправляться на пиратский остров.

Калиста вышла вперед, но рыжеволосая русалка, что приближалась к ним с другого конца пляжа в компании узкоглазой красотки возразила:

– Не так быстро. Сначала вы кое-что мне пообещаете.

Лилиана нахмурилась.

– Опять? – выпалила она, едва ли не начав скулить, но что-то во взгляде рыжеволосой заставило ее заткнуться и покорно опустить голову. – Конечно, ваше величество.

Остальные семь русалок столпились вокруг, будто бы в ожидании приказа. Рыжеволосая зачем-то разрезала себе ладонь и передала свой клинок блондиночке. Кровь снова окрасила белый песок красным. Джек не понимал, какого хрена происходило, лишь то, что это была какого-то рода магия. Рыжеволосая заговорила на непонятном, но жутковатом языке, от которого у пирата волосы на груди встали дыбом. Русалка пожала руку Лилиане, Джек не мог оторвать взгляда от этих красивых сисек и в особенности розовых сосков, что проглядывали сквозь длинные волосы, а потом когда один шикарный зад скрылся за другим в искрящем круге, Амора вдруг заговорила на ихнем языке:

– Ты попросила Лилиану передать Фелии, что на Оринф скоро нападут, что ты нашла меня, но не собираешься возвращаться и заключила союз с Королем пиратов, дабы остановить Миревийский флот. – ее светлые брови сошлись на переносице. – Ты ведь понимаешь, что наша матушка воспримет вторую часть как измену, да? Особенно, когда пойдут слухи, а они точно пойдут, что мы близки с пиратами.

Рыжеволосая пожала плечами и вскинула подбородок:

– Это не будет иметь значения, если мы все умрем, верно?

Амора ухмыльнулась.

– Верно.

Дэмиан подошел ближе, и Джек тут же оторвал взгляд от девушек.

– Ты плывешь с одной частью команды на Софию, если возникнут трудности, используй записную книжку Калисты.

Джек кивнул, игнорируя пульсирующую боль в висках.

– За корабль отвечаешь головой. – сильная рука опустилась на его плечо, и он приложил максимум усилий дабы не поморщиться. – Если я снова найду на палубе грязь, отрежу тебе яйца, понял?

– Да, капитан. – резко кивнул Джек и едва ли не всхлипнул от боли.

Дэмиан отпустил его и добавил:

– Док возглавит вторую часть команды и поплывет на Дьяволе.

– Понял.

Остальные пираты уже прошли через искрящееся кольцо, и Джек отправился следом.

На берегу осталась лишь небольшая компания, которой предстояло разделиться. Дэя подошла к Риду, который изо всех сил старался игнорировать ее присутствие, скрестив руки на груди.

– Итак, – подытоживала Калиста для всех. – У каждой пары будет два полных дня, потом я за вами вернусь. Если что-то пойдет не так…

– Ты воспользуешься нашей кровью, которую мы тебе дали. – закончил за нее Дэмиан.

– Но что если с ведьмой что-то случится? – подала голос Дэя.

Джонни тут же обнял свою жену за талию и притянул к себе.

– С ней ничего не случится.

Амора фыркнула.

– Это скорее, с тобой ничего не случится. Не переживай, она сумеет защитить вас троих.

Джонни нахмурился:

– Троих?

Калиста широко распахнула глаза. Дэмиан тут же закашлялся и попросил ведьму побыстрее открыть портал, якобы времени у них было не так много и нужно было торопиться.

Дэя с Ридом были первыми. Калиста сказала, что постарается подобрать для них малолюдное место, но все же им стоило быть на чеку.

Дэя вошла в портал вслед за Калистой и Ридом. Ее нога наступила на что-то мягкое, и тело в следующую секунду полетело вперед. Ладони и лицо погрязли в коричневом песке.

– Увидимся через два дня. – услышала русалка слова Калисты.

В следующее мгновение они остались вдвоем. Рид бросил на Дэю пренебрежительный взгляд и даже не пытаясь помочь ей подняться, развернулся и ушел. Русалка грязно выругалась и утопая в песке, не без усилий, встала. Сухой воздух прилипал к лицу, черные волосы теребил редкий теплый ветерок, а вокруг были одни только песчаные дюны. Дэя тут же почувствовала себя рыбешкой, выброшенной на берег, потому что море еще никогда не ощущалось таким далеким.

Рид стремительно отдалялся от нее, и она поспешила следом, лишь мимолетно осознавая, где оказалась. В пустыне, что находилась на самом юге континента. Русалки старались держаться как можно дальше от этих богами забытых мест, потому что ближайший водный источник находился слишком далеко. А чем дольше русалка не обращалась, тем больше была вероятность того, что она останется человеком. Дэя содрогнулась от одной только мысли, но успокоила себя тем, что через два дня окажется далеко отсюда.

Она нагнала пирата, который уже вышел на более твердую каменистую тропу, что вилась между дюнами. Солнце едва выглянуло из-за горизонта, но воздух уже раскалился. Русалка почувствовала капли пота, скатывающиеся по затылку, и пожалела о том, что потеряла свою любимую заколку где-то в Дрейзийском море.

– Почему этот город называют крас… – Дэя не смогла договорить, потому что забравшись на песчаный холм, увидела ответ перед своими глазами.

Город, опаленный солнцем, раскинулся в разные стороны так далеко, что не видно было конца, а все дома в нем были построены из темно-красного камня. Будто вылепленные из песка, они имели плоские крыши и громоздились друг на друга.

Рот Дэи приоткрылся, но звуков не последовало. Пират двинулся дальше, вниз по холму и прямо к городу, что гудел так, будто вовсе и не ложился спать.

На многих улицах между зданиями были протянуты шатры, дабы создать тень и хоть как-то защититься от палящих лучей. Однако они никак не помогали от удушающего сухого воздуха. Горло Дэи начало царапать так, будто она не пила днями. Пот под черным платьем скатывался ручьями. Ей хотелось сорвать себя одежду прямо посреди улицы. Вдобавок ко всему, ей начало казаться, что песок появился даже в тех местах, где его быть ну никак не могло.

Пару раз русалка взглянула на своего спутника. Жара будто бы вообще его не беспокоила, хотя и он был облачен во все черное. Подойдя к повозке, из которой в воздух поднимался ароматный дым, Рид сказал что-то пожилому мужчине, тыкнул пальцем в содержимое повозки, а затем словно вспомнив о чем-то и искоса взглянув туда, где в тени стояла Дэя, достал из кармана еще пару монет.

– Сядь. – бросил пират, указав на деревянные круглые столики с низкими скамьями, что находились рядом с повозкой.

Дэя раздраженно стерла пот со лба и села на скрипучую скамью, разглядывая прохожих, а точнее, их одеяния. На удивление, они были с ног до головы укутаны в ткани. Мужчины в длинные рубахи и штаны, а женщины в платья. И головы у многих тоже были прикрыты. Черный цвет был редкостью. Предпочтение здесь отдавали всем оттенкам бежевого, коричневого, красного или же голубого.

– Вот. – Рид опустил перед ней большую кружку и сел напротив.

Дэя набросилась на воду и едва не застонала, когда прохладная жидкость немного остудила внутренности. Пират внимательно наблюдал за ней, и когда кружка с треском опустилась на стол, протянул лепешку с каким-то вкусно пахнущим содержимым.

– Вам нужно много воды, да? – предположил он, когда Дэя приняла еду, понюхала и начала есть. Она была очень голодна и была готова съесть что угодно. Ну, почти, что-угодно. Особых предпочтений у нее не было, но скажем, и дерьмо она бы есть не стала.

То, что было у нее в руках, дерьмом нельзя было назвать. Однако ей совсем не хотелось знать, что именно готовил старик в этой на вид пыльной повозке. Порой было лучше не знать. Достаточно и того, что это вполне съедобно, даже вкусно.

– Очевидность твое второе имя, да? – спросила она с набитым ртом.

Рид нахмурил свои медные брови и принялся молча уплетать свою лепешку.

– Конечно, нам нужна вода. – продолжила русалка. – И в этом климате в особенности. Сухость и жара буквально высасывают из нас все силы. Тебе стоило предупредить, что мы отправляемся в пустыню.

– И что бы ты сделала? Передумала?

– Нет. – фыркнула русалка. – Но хотя бы не стала надевать корсет.

Он уже пропитался потом насквозь.

Какое-то время они ели в тишине, и Дэя наблюдала за пиратом. В отличии от нее, он казался совсем не тронутым местной жарой. Капельки пота блестели на его смуглой шее, а медные волосы прилипли к вискам, но выражение лица у него было таким, будто его кости совсем не плавились.

– Ты часто тут бываешь? – поинтересовалась она.

Он отправил остатки лепешки в рот и покачал головой. Взгляд скользнул по пыльным улицам.

– К счастью, нет. – ответил, поморщившись, словно вспомнив о чем-то плохом.

Риду явно не по душе приходились здешние места, однако дело было вовсе не в жаре, тут было что-то другое, и Дэя решила ткнуть пальцем в море.

– Ты родом из этих мест?

Плечи пирата мгновенно напряглись, а взгляд стал, если это вообще было возможно, еще мрачнее. Русалка поняла, что попала в точку, но он явно не собирался делиться подробностями. Поэтому она предложила:

– Я отвечу на любой твой вопрос, если ответишь на мой.

Темные глаза прищурились, и он вдруг выпалил то, чего она совсем не ожидала:

– Те шрамы у тебя на спине. Откуда они?

Дэя не дрогнула, лишь улыбнулась и легкомысленно ответила:

– Часть моего воспитания. Так меня и моих сестер учили выносить пытки и игнорировать боль. – она пожала плечами и отправила остатки лепешки в рот. – Но лично мне всегда казалось, что моей матери просто нравится наблюдать за чужими страданиями.

Рид хмыкнул.

– Моя продала меня и моих сестер, стоило нашему отцу умереть. Мы жили в двух улицах отсюда.

Дэя нахмурилась.

– Но у тебя ведь есть еще брат.

– Тогда он был далеко отсюда. Пытался заработать и ничего не мог поделать. Мы снова нашли друг друга намного позже.

Девушка задумалась, изучая взглядом шрам на красивом лице, медную копну волос и карие глаза, которые никогда не улыбались.

– Где твоя мать сейчас?

– Понятия не имею. Может умерла, может завела новую семью. Хрен ее знает.

– Ты желаешь ей смерти?

– Иногда. – без колебаний ответил он. – Особенно после общения с матерью Тео.

– Хм, а я вот своей матери смерти не желаю. – произнесла русалка ровным голосом. – Смерть это слишком просто, а вот долгие годы страданий куда интересней. И думаю, вскоре мое желание исполнится.

Если Миревия победит, правлению ее матери придет конец. Рано или поздно.

– Насколько я понял, – вдруг начал Рид, подавшись вперед и сложив руки на столе. – Твоя мать собирается напасть на мать Аморы, верно?

Дэя кивнула.

– И у кого больше шансов на победу?

– Почему спрашиваешь?

Рид пожал плечами.

– Было бы неплохо узнать расстановку сил в море. На всякий случай.

Девушка смахнула каплю пота с виска и ответила:

– Оринф падет в прямом столкновении с Ливаной.

– Откуда такая уверенность?

Она вздохнула, и слегка задрав платье под столом, расставила ноги в стороны, дабы хоть немного проветриться. Рид заметил жест, скользнул взглядом по декольте и влажной коже на ее шее, затем стиснул челюсти и уставилась ей в глаза.

Дэя подавила улыбку и начала объяснять:

– Весь магический мир держится на балансе. Стоит ему нарушится, как что-то неизбежно страдает.

Рид нахмурился, явно не понимая, о чем она.

– Численность Оринфа заметно уменьшилась за последние годы. В среднем у русалки за всю ее жизнь рождается от восьми до десяти детей, а у нынешней Королевы лишь трое. Причиной может быть что-угодно, но я считаю, что дело в многолетней политике, запрещающей русалкам свободно покидать море. Многие там ограничиваются лишь обращениями внутри города и дворца, но этого недостаточно. Мы созданы для того, чтобы жить в двух мирах, а не в одном. Баланс был нарушен, и Оринф пожинает последствия. Все эти годы Ливана готовилась к войне, растила свою численность и армию, в то время, как в Оринфе русалкам было все ложнее забеременеть.

– Но почему вообще был создан этот запрет?

– Оринф находится в Теринфийском море. Как думаешь, почему русалкам запретили выходить на сушу?

Риду потребовалось мгновение, чтобы понять.

– Пираты.

Дэя кивнула.

– Вы заполонили ту часть морей, были первыми, кто осмелился заплыть так далеко от континентов. Годами вели войны с русалками и пытались их истребить, считая чудовищами. Всем нам пришлось залечь на дно на какое-то время, но оринфийкам в особенности. Именно поэтому вы до сих пор такие суеверные. Легенды о русалках, сиренах и прочих морских тварях никогда не были вымыслом. Вы научились нас убивать, а мы вас ненавидеть.

– И смотри, где мы теперь. – задумчиво протянул Рид, а затем встал. – Ладно, пошли. Нам нужно успеть добраться до центра, пока солнце еще не в зените.

Предвкушая невероятно жаркие и потные два дня, Дэя вздохнула и направилась вслед за пиратом.