54

Стрела просвистела рядом, зацепив плечо Дэмиана, от чего он выругался и пригнувшись, бросился в сторону густых кустов, что располагались прямо за колодцем.

Его пульс ускорился. Пират почувствовал, как из раны на левой руке потекла теплая кровь, пропитывая рубашку. Ему было трудно переварить то, что только увидел там в небе. Сделав глубокий вдох, он прижался спиной к стволу широкого дерева и замер, стараясь даже не дышать. Нужен план, нужно…

Раздался странный звук. Один. Второй. Словно что-то упало с неба. Или кто-то. Дэмиан выглянул из-за ствола дерева и сквозь густую листву сумел разглядеть двоих. Женщины с огромными черными крыльями, что сложились за их спинами.

Какого дьявола?

Головы и тела были человеческими, но вот ноги напоминали огромные птичьи лапы с острыми когтями, которые явно предполагались для того, чтобы хватать добычу с неба. Дэмиану тут же на ум пришли слова Джонни. На Севере видели «крылатых демонов».

Матерь Божья.

– Мы не хотим вредить, только говорить. – протянула одна из женщин с сильным акцентом, звуки которого напоминали тот язык, на котором говорили наемницы. Так что пират сильно сомневался, что они свалились с неба исключительно для того, чтобы языком молоть. Нет. Амора с Калистой ясно дали понять, что Миревия убивает всех, кто знает о магии. Его и принцессу убьют, если он в ближайшее время что-то не предпримет.

Но откуда вообще принцессе было знать, что они объявятся именно сейчас? Черт, как только она вылезет из этого гребанного колодца, он надерет ей зад за эти ее хреновы секреты.

Одна из женщин – их вообще можно было так называть? – направилась в сторону кустов, что находились чуть дальше от укрытия Дэмиана, и тут он заметил, что это было неспроста. Там появилась узенькая тропинка, прямо параллельно с ним, а вокруг самого Дэмиана зелень как будто бы стала гуще. Словно джунгли каким-то образом помогали ему.

Он тряхнул головой. Лучше сильно не думать обо всем этом, иначе можно свихнуться.

Снова бросив взгляд в сторону колодца, пират подметил, что вторая охотница – да, он будет называть их так – осталась стоять караулить Амору. Значит, выбора ему не предоставили. Сначала нужно убрать ту, что ближе, а потом и ту у колодца. Если ему повезет, Амора будет под водой еще какое-то время.

Дэмиан перевел взгляд на охотницу, от которой его отделяла всего пара тройка кустов. Она стояла к нему боком, и он мог разглядеть плотно сложенные крылья, что тянулись за ней, кожаные доспехи с металическими вставками на груди и короткие клинки в руках.

Немного подумав, он тихо снял с себя ножны с саблей, в таких условиях, от нее все равно не было толку, и достал из сапог свои два ножа. Придется биться грязно. Застать врасплох и всадить клинок в горло. Другого варианта нет. Хотя ведь Дэмиан был пиратом, так что, это было далеко не впервой, когда грязные маневры ощущались как плевок в лицо тем ценностям, что прививали ему с детства. Его учитель по боевому искусству наверняка всадил бы ему палку в задницу, узнав как далеко Дэмиан теперь оказался от благородства и честности.

Амора же тем временем зависла в воде на самом дне колодца и буквально таращилась в пустоту. Их души перерождались. Да, из всего, что она услышала, именно этот факт не давал покоя больше всего. Потому что проблемы Севера в данный момент были где-то там далеко, а вот Дэмиан был вполне близко. И он был реальным, в отличии от суки ведьмы, что украла ее медальон. Ее она не знала. А вот его…Три жизни. Три жизни подряд они каким-то образом находили друг друга. Причем, не все души перерождались, нет, кто-то становился звездной пыльцой и на этом прекращал свое бессмысленное существование. Амора же намеренно выбирала снова сюда возвращаться, точнее, не она, а ее душа, но сути это не меняло.

Зачем?

На кой черт снова и снова проходить через те же муки существования, когда можно просто стать гребанной пылью и не мучиться?

Она не могла этого понять. Что означало, к сожалению, то, что понять она не могла себя. И это было как-то грустно.

Что вообще такого в этом пирате?

Ладно, допустим, он был умен.

Дэмиану надирали зад. Жестко надирали. Маневр оказался неудачным. Но откуда он мог знать, что эти хреновы крылья так чувствительны? Только он сделал шаг в сторону охотницы, как это гребанное крыло заехало ему прямо по лицу, и все полетело к чертям.

Еще Амора могла бы назвать его красивым, да, сексуальным и иногда смешным, сильным, крайне редко благородным и чаще всего высокомерным, невыносимым, заносчивым и наглым. Короче говоря, всеми теми словами, которыми называли и саму Амору.

Русалка выпустила весь кислород из легких, из-за чего образовались пузырьки, и медленно поплыла к поверхности, размышляя о том, какова будет цена богов за информацию, что ей дали. Аморе совсем не понравилась ухмылочка Бога хаоса, когда он уточнил, что так как она попросила правды, то и плата будет соответствующей.

То есть, Амора должна будет расплатиться правдой. Но что это вообще значило?

Ты поймешь, сказали они. И ей это очень, очень не нравилось.

Практически вынырнув из воды, русалка почувствовала нечто странное. Чутье подсказывало, что прямо рядом с колодцем кто-то стоит. Вот только вибрации, проникающие в воду, заставили Амору замереть на месте. Там был не просто кто-то, кто-то магический.

Ох, так быстро? Эта сука действительно нечто. Но Амора не собиралась доставлять ей удовольствие и облегчать задачу. Она не умрет. Из принципа сделает все, чтобы выжить, и чтобы этот чертов медальон не дал суке того, чего она так жаждала.

Раскинув чутье еще дальше в разные стороны, русалка искала своего пирата. Вряд ли с ним уже расправились, но он не должен был увидеть то, что она собиралась сделать.

Они были где-то слева от колодца, вместе с пиратом был кто-то еще, и они находились на достаточном расстоянии для маневра, который собиралась провернуть Амора.

Вернув зеркало в тайник, а затем сняв кольца с пальцев, русалка снова выпрямилась в воде в полный рост и призвала холодное чудовище из своего сердца. Как и в первый раз, из ее предплечий с острой болью вырывались новые плавники, а те что уже были, затвердели, превращаясь в лезвия. Чешуя срослась плотнее, становясь настоящей броней, кожа стала бледнее, а когти длиннее. Меж пальцев образовались более толстые перепонки, позволяя плыть в разы быстрее.

И только платок на косе напоминал о чем-то человеческом. Из красивого сверкающего существа, что манило всех одним своим видом, она стала той, кем пугают детей, дабы те не совались в воду одни.

Она слышала пульс, слышала сладкую музыку этих сильных сердец. Их было трое, и одно ближе всего. Оно даже не подозревало об опасности, что поджидала совсем рядом. В Миревии позабыли о том, кем были русалки на самом деле. Позабыли о той хищной стороне, что приходилось подавлять, дабы поддерживать мир и порядок. А зря, очень зря.

Ускорившись, Амора резко устремилась вверх. В одну секунду она была на самом дне, а в другую уже выпрыгнула на половину из воды. Причем так быстро и с такой силой, что женщина перед ней успела лишь моргнуть, как ее уже схватили за грудки и утащили в воду. Ни два острых клинка, ни красивые большие крылья, ни даже цепкие острые когти не сумели уберечь ее от неминуемой гибели.

Они обе были хищницами. Одна в небе, другая в воде, но на суше у них были вполне равные шансы. Эта мысль и пронеслась в голове женщины воительницы, когда последний глоток кислорода покинул ее легкие.

Если бы я только не стояла так близко к воде…

Дэмиан поднялся на ноги, тяжело дыша. Его конечности ныли, одно из ребер явно треснуло. Снова. Во рту стоял привкус крови, а правый глаз уже начал опухать. Давненько он так хреново себя не чувствовал. Приложив руку к своей ране на плече, он бросил взгляд на тело рядом с собой. Повсюду были перья и кровь. Глаза охотницы остекленели, а из горла торчал нож Дэмиана. Тот самый, что был подарен ему отцом.

Вздохнув пират, вынул его с хлюпающим звуком, вытер кровь и убрал обратно в сапог. Тоже самое сделал и со вторым ножом, что торчал из бедра охотницы. По размеру нога была как человеческая, разве что чуть больше и покрытая темными короткими перьями.

У Дэмиана в голове не укладывалось, как нечто подобное могло существовать в реальном мире? Но он подумает об этом позже, сейчас нужно было срочно разделаться со второй охотницей, что угрожала его принцессе.

Забрав ножны и снова прицепив их к поясу, он встряхнул головой, вышел из леса и приготовился к очередному сражению, но обнаружил там лишь почти одетую Амору. Она уже прицепляла свой мешочек к поясу.

– Ты в порядке? – он бросился к ней, его рука рефлекторно коснулась ее щеки, заставив поднять голову. – Я боялся, что она застанет тебя врасплох.

Амора приоткрыла рот от удивления.

– Ты боялся за меня?

– Конечно. – в его глазах было столько беспокойства, а еще облегчение, особенно, после того, как он осмотрел ее с ног до головы и не нашел никаких повреждений.

Сам же пират выглядел, мягко говоря, потрепанным.

– Она ведь могла тебя убить. – выпалил он с чем-то, что напоминало злость.

Он боялся, что ее убьют? Забавно, ведь в прошлой жизни именно он и убил. Аморе стало жутко любопытно, смотрел бы он так нее, увидев, кем она была еще мгновение назад.

Будто бы почувствовав, что ляпнул лишнего, Дэмиан одернул руку и прочистил горло:

– В смысле, если бы с тобой что-то случилось, кто бы достал мне зеркало? – усмехнулся он.

О, то была ложь. Она это знала, он это знал, но ни один из них не стал развивать данную тему. Вместо этого Дэмиан спросил очевидное:

– Что ты с ней сделала?

Амора кивнула на колодец.

– Утопила.

Темные брови пирата взлетели вверх, он заметил клочки перьев, застрявшие в каменной кладке колодца и был несколько удивлен. Хотя когда дело касалось Аморы, ему бы уже пора было перестать удивляться.

– Ага. – буркнул он, переведя взгляд на принцессу, которая быстро выжимала свою косу, будто торопилась куда-то. Неужели ей так не терпелось вернуться к ведьме? Или она снова знала что-то, чего не знал он? – Кто они вообще такие?

– Гарпии. – ляпнула Амора, тут же замерев.

Странно, ответ вышел как-то сам по себе.

– Гарпии? – усмехнулся Дэмиан с неверием. – Но это миф.

Амора перекинула свою влажную косу через плечо и выпрямилась.

– То есть в медуз ты поверил и глазом не моргнув, а в гарпий нет? – схватив с борта колодца зеркало, она устремилась по тропинке обратно к домику ведьмы.

– Всем пиратам известно, что море опасно. – догонял ее Дэмиан, при этом немного прихрамывая. – Среди нас до сих пор ходят легенды о чудовищах. То тут, то там постоянно видят русалок и странных морских существ. Море не так изучено как суша, у меня нет причин сомневаться в том, что под водой находятся не только рыбы. Но та тварь?..

– Всего лишь женщина в своей полной магической форме. – резко бросила Амора, остановившись посреди тропы. – От ведьмы, Калисты, например, которую ты считаешь своим другом, ее отделяет лишь способность отращивать крылья и когти.

Дэмиан моргнул, пыл, с которым Амора защищала ту тварь, буквально застал его врасплох.

– Они хотели нас убить. Почему ты их так защищаешь?

– Потому что тот факт, что конкретно эти две пытаться с нами расправиться не делает весь вид тварями, ты тупоголовое двуногое создание!

Его рот приоткрылся, а Амора не могла поверить в то, что только что это сказала. Она не хотела ничего говорить. Не собиралась говорить. Слова будто вырвали из нее.

– Так то у тебя тоже две ноги. – буркнул Дэмиан, нахмурившись.

Ничего не ответив, она развернулась и продолжила путь, крепче сжав в руке зеркало. Боги были правы, их отношения был обречены, потому что и в этой жизни она совершила глупость и снова выбрала быть русалкой. Что хуже всего, он опять пират? Им что, было мало прошлой жизни? Или же она переродилась, чтобы отомстить? Тогда зачем переродился он? Чтобы искупить ошибки? Исправить то, что натворил?

– Подожди. – раздался хриплый голос за спиной, Дэмиан догнал ее и схватил за локоть, заставив остановиться.

Она упрямо смотрела на ближайшие кусты, пока он изучал ее лицо.

– Объясни. – вдруг тихо произнес он то, чего она совсем не ожидала. – Позволь понять.

– Что именно? – ее глаза встретились с его, и она сложила руки на груди.

– Твой мир. Расскажи, каким его видишь ты.

– Какой в этом смысл? Ты все равно будешь видеть то, что хочешь.

– Ты настолько плохо обо мне думаешь?

– Да.

Этот ответ заставил его невесело рассмеяться и тут же схватиться за бок. Кажется, Дэмиану не помешал бы доктор.

– Просто дай мне шанс. – снова попросил он, не сводя с нее глаз. – Кто знает, может, я тебя еще удивлю.

Амора долго смотрела на него, размышляла о том, как выразить тот клубок, что с каждой секундой раздувался все сильнее, буквально мешая ей дышать, а потом она произнесла:

– Ты против рабства.

Он кивнул.

– Рабство это угнетение, верно? Один человек хозяин, другой его вещь?

Снова кивок.

– Насколько знаю, Эсумия раньше была небольшим государством, которое со временем поглотило все остальные, и большая часть тех, кто не являлся коренным эсумийцем, была обращена в рабство.

На этот раз Дэмиан не кивнул, только внимательно слушал, уже догадываясь о том, к чему она клонит.

– Кто-то решил, что один хуже другого по принципу, который от нас никак не зависит. Происхождение. Уверена, в вашей империи кто-то и рабов называет тварями, скотом или чем похуже.

Плечи Дэмиана поникли. Он знал, что она была права.

– Тот факт, что крылья с когтями для тебя не норма, не делает других тварями, но делает тебя тупоголовым узколобым червяком.

На этих словах, она развернулась и ударив его по лицу своей мокрой косой, направилась глубже в лес.

Дэмиан знал, что Амора была красивой, черт, да все, кто ее хоть раз видел, это знали. Но до этого самого момента, он даже не подозревал, что еще сексуальней в его глазах были не шикарное тело и длинные ресницы, а острый язык и цепкий ум.