45

Из темного водного туннеля Фелия выплыла к широкому просторному залу, который, если исключить богатое убранство, являлся просто огромной пещерой, часть которой выходила прямиком в открытые воды. Вид отсюда был просто потрясающий. Весь Оринф как на ладони.

Справа и слева от Фелии вверх тянулись несколько ярусов открытых балконов, где русалки разного происхождения, по большей части, дочери знати, общались и лениво проводили время. С потолка на разном расстоянии друг от друга свисали люстры, насыщенные магическим светом. Он отражался от золотого хвоста принцессы Оринфа желтыми бликами, от чего присутствие русалки не осталось незамеченным. Все, кто проплывал мимо нее, почтительно склоняли головы и старались держаться на приличном расстоянии.

Следом за Фелией тенью увивались двое стражниц в кольчуге из гоблинской стали и трезубцами в руках. Принцессе сегодня нужно было предстать во всей мощи, дабы оказать должное влияние на тех, кого она намеревалась заставить исполнить свой приказ.

Ее зеленые глаза скользнули к верхним ярусам, и она без проблем обнаружила на одном из балконов нужную русалку со светлыми волосами и бледно-голубым хвостом.

Фелия устремилась к ней и зависла в воде прямо перед выступом балкона, на котором лежали сразу пять девушек, смеясь и о чем-то болтая.

– Ваше высочество, – тут же оживилась голубоглазая Лилиана. – Какой сюрприз.

Ее голос прозвучал в голове Фелии легко, но с нескрываемым любопытством.

– Я хочу говорить с сестрами Шерис. – холодно произнесла принцесса всем присутствующим. – Оставьте нас.

Три русалки мгновенно расплылись в стороны, а сестры, что отличались лишь оттенком хвостов выпрямили спины, напрягаясь.

Получив достаточно приватности, Фелия бросила взгляды на своих стражниц и обнаружив, что те остались на достаточном расстоянии, встав на свои посты, присела на край балкона, свесив хвост.

– Чем обязаны вашей компании? – улыбнулась Лилиана.

– Мне нужно, чтобы вы двое сегодня на рассвете отправились на корабле с одним пиратом в небольшое путешествие.

Сестры переглянулись, и их глаза округлились. По возрасту они были немного младше Аморы.

– Но, ваше высочество, это ведь нарушение закона. – ответила Элиана, младшая сестра Лилианы.

Фелия пожала плечами.

– Не больше чем выход на сушу без королевского разрешения. – ответила она русалке как между прочим.

Серые глаза Элианы в панике уставились на принцессу и забегали вокруг. Фелия перевела взгляд на Лилиану.

– И уж точно не серьезней, чем в тайне забеременеть и избавиться от ребенка.

Да, принцессе было известно об этом грязном секретике сестер. И она знала, что схватила их за жабры.

– Вы младшие дочери, так что вашего даже многодневного отсутствия никто не заметит. Но одно мое слово и капля сыворотки правды, и едва ли вы увидите сушу в ближайшие несколько лет. Это если вам вообще повезет, и ваши головы не окажутся на трезубцах. Решать вам.

Сестры переглянулись. Они знали, что выбора у них не было. Так что, Фелии лишь оставалось дать нужные инструкции и отправиться на поиски еще парочки русалок с гнилыми ракушками в шкафах. Фелия не один год собирала эти ракушки, и теперь собиралась пустить их на благо всего мира.

Той же ночью, когда солнце еще только-только собиралось подняться над горизонтом, а стражницы уже сделали свой обход камер, принцесса Оринфа снова предстала перед пиратом.

– Я думал, ты уже не появишься. – сказал он тут же вместо приветствия.

Фелия моргнула.

– Я не имею склонности нарушать свое слово, в отличии от представителей твоего вида. Можешь выходить.

Джонни нахмурился, не понимая. И тогда русалка закатив глаза, легко сняла щеколду с замка и распахнула камеру. Брови пирата удивленно выгнулись. Он не ожидал, что все это время находился в незапертой клетке. В замках не было особой необходимости, ибо пленники здесь в жизни не смогли бы сбежать.

Не дожидаясь мужчину, Фелия двинулась к выходу.

– А как же они? – вдруг спросил пират, ускорив шаг.

Русалка бросила взгляд в камеры вокруг себя, не понимая вопроса.

– Мы же не можем оставить их просто так. – он поморщился, посмотрев на потерявшего рассудок пирата. – Если они все равно обречены. Можно же хотя бы лишить их страданий…

Фелия замерла и обернулась. Пират остановился, едва не врезавшись в нее.

– Все, кто находится здесь, заслужили страдания. Мы не убиваем, потому что весело. И уж точно не делаем это из страха. Не стоит судить других по себе.

Бросив слова ему в лицо, принцесса развернулась и направилась к выходу. У пирата не осталось слов. Да и что он мог вообще сказать в подобном случае?

Они добрались до самого края пещеры, где находился водный барьер, и остановились. С их стороны водная гладь казалась почти черной, и Джонни не выдержал, высунул руку наружу, поражаясь тому, что вода не попадала внутрь. Достав ладонь обратно, он уставился на нее шокированным взглядом, она была мокрой. В это время Фелия уже сбросила с себя халат и сделала шаг вперед, мгновенно оборачиваясь русалкой.

Джонни уставился на нее во все глаза. Кожа за секунды начала покрываться чешуей, точно жидким золотом, ноги срослись и удлинились в хвост. Между пальцев на руках прорезалась чешуя, волосы приобрели яркий насыщенный оттенок, а глаза будто бы светились в темноте. Это было настолько жутко, что завораживало.

Пират сделал невольный шаг назад, но рука русалки выбросилась вперед, ухватилась за его рубашку и с силой, немыслимой для молодой девчонки, утянула за собой. Джонни широко раскрыл глаза и в панике махал конечностями, дабы удержаться на плаву, со всех сторон его окружала непроглядная тьма. И лишь небольшой шар света, следовавший за русалкой по пятам, освещал ее жуткий оттенок кожи и блестящую чешую.

Русалка подплыла ближе и закрыла своей ледяной рукой его рот. В ушах раздался странный звон, похожий на пение китов. Русалочий рот открывался, будто она что-то шептала. И когда закончила, звон прекратился, а вокруг его носа и рта образовался воздушный клапан. Он сделал глубокий вдох и моргнул, пораженный происходящим.

Она схватила его за шкирку и устремилась вперед. Ему казалось, будто они ненароком врежутся в какую-нибудь стену, вот настолько зрение его подводило. Но спустя мгновение она начала подниматься выше, туда, откуда струился слабый свет.

У него перехватило дыхание, а сердце ускорилось, когда справа показался дворец, какого он в жизни своей не видел. Разная морская живность мелькала среди ярких красок и света. Драгоценные камни и золото усеивали гигантское строение, что по форме напоминало острые скалы.

Русалка скользнула ниже и дворец пропал из виду. Ее хвост вдруг начал ускоряться. Настолько, что кроме пузырей, Джонни не видел ничего. Глаза щипало от скорости и соленой воды, но он все равно держал их широко открытыми.

Спустя пару хаотичных ударов сердца, русалка резко свернула направо, замедлившись, и пират едва не врезался в острый риф, пульсирующий мягким розовым светом. Он видел светящийся планктон, видел огромный костяк рыб, скатов и живность, названия которых не знал.

Они плыли то выше, то ниже и когда ему уже показалось, что прошла целая вечность, очутились в месте, что видом своим напоминало городскую улицу. Джонни мотал головой из стороны в сторону, проплывая мимо зданий с различными вывесками. Где-то были обустроены целые террасы с огромными ракушками вместо диванов, где-то сквозь стеклянные витрины можно было разглядеть блестящие драгоценности. Улицы были пустыми, прямо как в тот самый час перед рассветом, когда все еще спали перед началом нового дня.

Домов становилось все меньше и меньше, и в какой-то момент Джонни решил обернуться. Ему никогда не забыть то, что предстал перед его глазами. Целый город. Подводный мир, в центре которого, точно на пьедестале, находился королевский дворец.

Ему казалось, русалки ничем не отличались от чудовищ. Казалось, они были дикими опасными существами, что охотились на людей. Однако впервые у него закралась мысль о том, что девчонка была права. Он кретин мыслил слишком узко. Его человеческому разуму просто было не под силу представить, что на глубине моря, которое Джонни к своим годам исследовал вдоль и поперек, могло быть целое подводное царство. Со своим языком, культурой и обычаями. Он все еще не мог поверить в это. Должно быть, это был сон. Нет, он просто умер или все-таки сошел с ума в той камере, и все, что было сейчас перед ним лишь иллюзия, мираж.

Город, названия которого он даже не удосужился узнать, все уменьшался и уменьшался, пока не превратился лишь в крошечный клубок света вдалеке. Теперь они плыли в открытом море. Причем на такой глубине, что трудно было сказать, где вверх, а где низ. Пират даже не представлял, как этой русалке удавалось плыть в нужном направлении. Ее хвост снова набрал скорость, и на этот раз Джонни все же закрыл глаза.

Он даже не пытался работать своими конечностями. Это было бесполезно, ибо его тащили, точно тряпичную куклу. Ему оставалось лишь не мешать и плыть по течению.

Когда он уже окончательно потерял счет времени, его грубо швырнули на какую-то твердую поверхность. Руками он почувствовал под собой что-то, напоминающее дерево, а затем открыл глаза. Рядом с ним была знакомая мачта, знакомая палуба. Это же Дьявол. Его корабль.

Пират оглянулся и ошалел, раскрыв рот. Вдалеке виднелись еще десятки похожих затонувших посудин. Это было настоящее кладбище, и по спине Джонни пробежал холодок.

Он поднял голову выше и рефлекторно отполз назад, тут же врезавшись спиной в широкую мачту. Невысоко над ним была не одна, не две, а целых восемь русалок. Они не обращали на него ни малейшего внимания и взявшись за руки, образовали что-то вроде круга.

Уши пронзил резкий звон, и все вокруг пришло в движение.

Корабль зашевелился, точно очнулся ото сна. Песок на дне поднялся, а вода начала расступаться, словно кто-то выталкивал ее из деревяшек. Пират крепче прижался спиной к мачте, пытаясь заглушить этот немыслимый звон руками. Дьявол тронулся с места и начал медленно подниматься вверх.

Быть этого не могло. Невозможно. Все происходящее не могло существовать. Ему казалось, он находился на грани безумия. Эти русалки, они не могли поднимать корабль со дна. Они попросту не могли существовать. Это все было далеко за пределами его понимания.

Череп сдавило, но уже не от звука, а от резкой смены давления. Он почувствовал металический привкус во рту, и едва дыша, застыл на месте.

Корабль устремился вверх, сначала на поверхности показались кончики мачт, затем борты. Джонни зажмурился, издав приглушенный крик. Его пузырь вокруг рта лопнул, и свежий морской воздух хлынул в легкие.

Опустив руки он уткнулся затылком в мачту, даже не пытаясь встать. Ноги все равно бы не выдержали. Услышав движение вокруг, он открыл глаза. Теперь перед ним стояли восемь девушек. Обнаженных девушек с разным цветом кожи, волос и глаз. Все были явно не сильно старше той, что притащила его сюда.

– Что теперь? – спросила Лилиана Фелию.

Они находились посреди открытого моря.

– Теперь, – принцесса схватила с пояса свой кинжал и разрезала руку. Алая кровь хлынула тонкой струйкой капая на палубу. – Мы заключим кровавый договор.

Лилиана вместе с остальными русалками поморщилась.

– Это обязательно, ваше высочество?

– Да. Вашему слову я доверяю еще меньше, чем словам пирата. Так что, прошу. – она протянула руку Лилиане, и та нехотя разрезала свою ладонь.

Они соединили руки и Фелия начала.

– Ты будешь сопровождать пирата на этом корабле до тех пор, пока он не доставит послание своему королю. Если же он попытается причинить тебе физический вред, ты вольна выбросить его за борт. Но в остальном ты обязуешься защищать его. – струйка крови просочилась наружу и обвилась вокруг сцепленных рук, превращаясь в красную нить. – Как только послание будет передано, можешь вернуться в море. Если исполнишь свою часть сделки, я клянусь сохранить твой секрет.

– Клянусь. – ответила русалка, и нить вспыхнула, растворяясь под кожей и касаясь сердца.

Нарушение кровавого договора влечет за собой неминуемую смерть одной из сторон.

Фелия проделала тот же трюк и с другими шестью русалками. Для целой команды этого маловато, но теперь у пирата хотя бы был шанс выжить.

Когда все семь договоров были скреплены, Фелия повернулась к Джонни.

– Не буду говорить, что судьба всего мира в твоих руках. – произнесла она на его языке. – Но ты будешь идиотом, если хотя бы не попытаешься предупредить свой народ о грядущем. – указав руками на девушек, принцесса добавила. – Они теперь твоя команда. Уважай их, и они не будут пытаться свернуть тебе голову.

– Команда? – черные, налитые кровью глаза, распахнулись. – Они?

Фелия кивнула.

– Они укажут тебе путь, куда бы ты ни отправился. – уголок ее губ дернулся вверх, а зеленые глаза сверкнули. – Будь хорошим мальчиком, не заставляй меня пожалеть о своем решении и открывать охоту на тебя. Потому что будь уверен, я найду тебя даже если ты навсегда решишь покинуть Семь морей.

На этих словах она развернулась и ловко запрыгнула на борт, намереваясь вернуться в воду, но вдруг услышала хриплый голос пирата за спиной.

– К-как тебя зовут?

Повернув голову, принцесса лукаво улыбнулась.

– Фелия.

Пират сглотнул, коротко кивнув.

– Спасибо тебе, Фелия.

Сказать, что он обязан ей жизнью, у Джонни язык не повернулся. Да русалке это было и не нужно. Она оттолкнулась ногами от борта и уже в следующую секунду совершенно беззвучно погрузилась в воду.

– Я голодна. – заворчала одна из голых девушек со светлыми волосами и голубыми глазами. – Нужно срочно на Пиратский остров за припасами.

Остальные закивали.

Дьявол, должно быть, решил поиздеваться над Джонни, ибо еще не было случая, чтобы пират управлял кораблем с командой не просто женщин, а гребанных русалок.