36

Дэмиан вынул свой нож из стены, вернулся ко вновь поднятому столу, за который усадили Жозефину, и опустился на стул прямо напротив нее. Тео с Ридом находились по другую сторону стола, не давая Кларисе сбежать. Остальная часть команды окружила их со всех сторон, но только взгляд Аморы Дэмиан ощущал так, словно ее глаза были способны на физическое прикосновение.

Девушка стояла справа от них с Жозефиной, сложив руки на груди и наблюдая за происходящим со смесью скуки и любопытства. Дэмиан не знал, как она отреагирует на то, что ему придется сделать, но решил, что раз уж она осталось, бог знает по какой причине, то пусть лучше видит все его стороны. И если это ее отпугнет, что ж, тогда…

Он не был уверен, как закончить эту мысль.

Пусть уходит?

Пусть смирится, потому что теперь он не собирался ее отпускать?

Поставив кончик лезвия на стол, Дэмиан начал крутить рукоять, разглядывая причудливые узоры. Сам нож был подарком его отца, один из двух сентиментальных предметов, оставшихся как напоминание о прошлой жизни. Вторым была книга сказок его матери. Книга и нож. Вот все, что осталось. Все, что Дэмиан решил оставить.

– Итак, – начал он. – Все просто. Расскажи, что знаешь, Жозефина, и я оставлю тебя в покое.

Король пиратов поднял на женщину свои темные глаза и склонил голову набок без единой эмоции на лице. Волосы на затылке Аморы встали дыбом. Она привыкла к маскам своей матери, Королевы Оринфа. Знала, что порой они необходимы для выживания, однако она никогда не видела такой «мертвый» взгляд. Перед ней сейчас был Король пиратов, тот самый, о котором иногда даже русалки говорили шепотом. И Амора гадала, кто из них был настоящим? Тот Дэмиан, что широко улыбался, всячески пытался вывести ее из себя и приносил извинения или же тот, что сейчас был перед ней?

Что если оба были настоящими и один попросту не мог существовать без другого?

Амора перевела взгляд на женщину, Жозефину. Той было явно около пятидесяти, однако искусный макияж и подтянутое тело делали ее на несколько лет моложе. Даже седина в кудрявых волосах не добавляла возраста, а скорее наоборот, привлекала к ней внимание. Смуглая, как и у ее дочери кожа, была гладкой и без единого синяка, что заставило Амору задуматься. Почему мать выглядела лучше своей дочери? И почему дочь выглядела так, словно принимала все удары судьбы на себя?

Своей статью Жозефина и впрямь походила на знатную даму. Черное корсетное платье выгодно подчеркивало грудь и на вид было дорогим, как и алые рубины на шее, что напоминали капли крови.

– С чего я теперь должна соглашаться на переговоры? – выплюнула женщина. – Ты убил моего сына.

На мгновение зал погрузился в тишину, но следом Дэмиан вдруг запрокинул голову и рассмеялся. Так, что вдоль позвоночника Аморы пронеслась дрожь. Остальные пираты подхватили этот жестокий, лишенный всяческого веселья смех. Не смеялся лишь Рид и Тео. Кулаки последнего вообще были плотно сжаты, а взгляд насыщен ненавистью.

– Она решила, это переговоры. – протянул Дэмиан, обхватив рукоять ножа рукой и буквально вдавливая лезвие в деревянную столешницу с такой силой, что та затрещала. – Твой ублюдок надругался над сестрой одного из моих людей.

Амора тут же подняла взгляд на Тео и не смогла сказать, был ли он рад смерти того червяка или же наоборот. То, что речь шла о его сестре, она не сомневалась. И теперь жалела, что не заставила червяка отрезать себе причиндалы.

Атмосфера в зале стала тяжелее, словно все и каждый теперь желали вернуть ублюдка с того света, дабы снова его прикончить.

Дэмиан слегка подался вперед и кивнул в сторону Аморы.

– Он вполне заслужил то, что получил от нее. Я бы даже сказал, легко отделался.

Карие глаза Тео мгновенно столкнулись с Аморой.

– Так вот, почему я не нашел ублюдка. – выдохнул он.

Она напряглась всем телом, ожидая нападки с его стороны, но тот вдруг приложил один кулак к сердцу и медленно кивнул в знак благодарности. Что-то внутри Аморы сдвинулось при виде этого жеста. Ей всегда были чужды и благодарность, и извинения. Ее попросту не учили говорить ни того, ни другого. А если она когда-то и слышала «благодарю» или «прошу прощения», то эти слова всегда звучали фальшиво. При дворе, где она выросла, все всегда было именно таким – лицемерным и фальшивым.

Поэтому сейчас принцесса не знала, куда девать глаза и уставилась на Жозефину, которая в свою очередь таращилась на нее с нескрываемой жаждой мести. От этого уголок губ Аморы дернулся вверх, и она едва заметно ухмыльнулась. Это заставило челюсти женщины плотно сжаться, а вену на ее лбу неистово пульсировать. Русалка поразилась ее самоконтролю. Подобный она видела лишь у Королевы Оринфа.

– Вопрос сейчас в том, – продолжал Дэмиан, махнув Риду, что удерживал Кларису. – Сможешь ли ты хранить секреты Черного глаза, когда страдает второй твой ребенок, Жозефина?

Рид с Тео силой вытянули руку теперь уже вырывающейся женщины и положили одну ее ладонь на стол перед Дэмианом. Амора вдруг вспомнила, как ровно шесть дней назад ее удерживали точно так же. Она пыталась бороться прямо как Клариса сейчас.

Дэмиан почему-то мельком взглянул на Амору, и на мгновение ей показалось, что в его глазах промелькнуло нечто похожее на сомнение, но в следующую секунду все исчезло, и Король пиратов обратился к рычащей женщине, чьи волосы из-за пота прилипали ко лбу и шее. Она явно не могла тягаться в силе с мужчинами вокруг, но не собиралась сдаваться.

– Скажи, – с искренним любопытством поинтересовался Дэмиан. – Ты использовала эту руку, когда похищала детей из Тевии, а затем продавала их в качестве рабов тем, кто больше заплатит?

Клариса резко замерла всем телом и бросила на свою мать взгляд, полный паники. Та даже и бровь не повела, когда Король пиратов повернул к ней голову и произнес:

– Да, мне известно, что вы первыми нарушили данное обещание, а вместе с тем и наш договор.

Не сводя глаз с Жозефины, пират без колебаний всадил свой нож в ладонь ее дочери. Та издала болезненный крик, и кровь хлынула сквозь ее пальцы на грязный стол.

Дэмиан внимательно следил за реакцией и понял, что на мадам Морель это не оказывало никакого влияния. Как он и подозревал, той попросту было плевать на свою дочь. Поэтому-то она и продавала ее своим богатым покровителям с малых лет. Сын был ее наследником, а дочь лишь инструментом на пути к той власти, которую она сейчас имела.

Кажется, Амора пришла к тому же выводу, потому что она вдруг направилась в сторону Жозефины. В следующее мгновение блеснула сталь.

У принцессы Оринфа были превосходные рефлексы. Именно поэтому, когда женщина достала из складок своего платья тонкий клинок и нацелилась в туловище, Амора перехватила руку, крепко взяла ее за волосы на затылке и приложила лицом о стол так, что послышался хруст.

Пираты вокруг раскрыли рты, и даже Дэмиан был слегка удивлен. Во-первых, потому что все произошло слишком быстро. А во-вторых, он никак не ожидал подобного от Аморы. Да, все только что стали свидетелями тому, как она фактически единолично укладывала одного ублюдка за другим, но подобная жестокость и запугивание требовали определенных черт и таланта, что приобретаются исключительно грязным путем.

Амора подняла голову женщины и используя ее же руку, направила клинок прямо ей в сердце. Она чувствовала сопротивление. Даже с разбитым носом, из которого теперь хлестала кровь, женщина пыталась не дать Аморе пронзить свою грудь, используя для этого и вторую руку. Принцесса в любой момент могла оборвать эти жалкие попытки и лишь делала вид, что кончик острия вошел в тело неглубоко только из-за оказанного сопротивления.

– Полегче, дорогая. – протянул Дэмиан, нахмурившись, и вырывал свой нож, за чем последовал очередной болезненный крик. – Не убей ее ненароком, как сделала это с тем ублюдком наверху.

Амора тут же стрельнула в него гневным взглядом, и пират вскинул руки в знак поражения.

– Знаю. Да. Ладно. – кивнул он. – Ты сделала это мне назло. Намеренно.

Кто-то в зале прыснул от смеха, тут же замаскировав звук под кашель.

Амора закатила глаза.

– Но тут другой случай. У нее есть необходимая мне информация.

Принцесса выгнула бровь, якобы напоминая о том, что и у нее таковая имелась. Она искренне не могла понять, чем они отличались. Да, Амора не продавала детей в рабство, как делали эти падшие женщины, однако он то этого не знал. Почему с ней он не надевал маску Короля? Ни разу. С кем он играл? С Аморой или же с Жозефиной?

Словно прочитав ее мысли, пират растянулся в поистине дьявольской улыбке.

– Ты другая, принцесса.

Амора прищурилась с недоверием, и Дэмиан добавил:

– Ты красивая.

Вокруг раздались разного рода согласия, и сама Амора уж никак не могла отрицать подобный аргумент. Она действительно была красивой. Но значило ли это, что Дэмиан сохранил бы ей жизнь, узнав все, что ему было нужно? На этот вопрос у нее не было ответа.

– Остановите ее. – вдруг заверещала Жозефина, когда острие вошло еще глубже в ее грудную клетку, и вниз потекла струйка алой крови.

– Не могу. – пожал плечами Дэмиан. – Я приказываю только членам своей команды, а она? Даже близко не член.

С этим Амора тоже не стала спорить, просто протолкнула клинок глубже. Женщина издала визг, от которого принцесса поморщилась.

– Хорошо! Ладно! Дьявол. Я расскажу, где его тайник.

– И что он пообещал другим баронам. – добавил пират.

– Да. – тут же выпалила женщина, чьи руки уже дрожали от напряжения. – Я скажу все.

Амора подняла взгляд на Дэмиана и невинно захлопала ресницами, даже не думая убирать оружие. Нет. Она ждала, и он это знал, как и знал то, что своими приказами раньше и словами сейчас вырыл себе могилу.

Бросив взгляд по сторонам, Дэмиан приказал всем:

– Займитесь делом, это место должно пылать, когда мы закончим.

Команда тут же с недовольством разбрелась в разные стороны, начиная то тут, то там разбивать лампы с керосином. Только Тео с Ридом остались стоять столбом, удерживая Кларису на месте.

– Амора, дорогая, – сладко-сладко протянул Дэмиан, поднявшись на ноги. – Убери клинок, пожалуйста. Взамен я буду должен тебе любое желание, что скажешь?

Принцесса задумалась над предложением и спустя пару мгновений сочла его весьма справедливым. Лишь слегка ослабив хватку, она вытащила острие клинка, но руки не отпустила.

Жозефина начала рассказывать о том, что уже на протяжении нескольких месяцев тот, кого зовут Черный глаз, окучивал баронов и воровал средства не только у самого Дэмиана, но и у жителей Софии, а так же занимался работорговлей за спиной своего Короля.

Когда Амора забралась в лодку вместе с Ридом, Тео и Дэмианом, то место, которое они покинули, было охвачено адским пламенем. Джек с остальными пиратами разместились на двух других шлюпках и охраняли связанных мать и дочь.

– Скажите, что вы нашли ее тайники. – бросил Дэмиан рядом с Аморой, когда они отплыли на достаточное расстояние от берегов вверх по каналу.

Тео кивнул.

– Все три, включая тот, где была нужная нам карта Северного континента. Вот только…

Все внутри Аморы замерло, она даже перестала крутить в руках тот клинок, что забрала у Жозефины.

Тео почесал затылок, нахмурившись.

– Она на каком-то странном языке. Я еще не видел подобного. Какие-то крючки и закорючки. И обозначения странные. Надеюсь, ты сможешь разобраться.

Дэмиан напрягся.

– Но ты уверен, что на ней изображен Северный континент?

– Определенно.

Дэмиан выдохнул с облегчением, а Амора продолжила крутить в руках клинок. У людей не могло быть карт Северного континента. Принцессе это было хорошо известно. В свое время ведьмы, феи и русалки позаботились об этом. Однако если она существовала, то лишь избранные могли ее прочесть. Те, кто обладал магией и говорил на миревийском, ури или шимари. Что значит, в теории, Амора могла найти свой дом. И более того, она могла узнать живы ли Гива с Фелией.

Довольная улыбка растянулась на ее губах, принцесса выпрямилась и выбросила клинок в вонючую воду.

– Зачем ты это сделала? – нахмурился Рид, продолжая грести. – Это было хорошее оружие из дорогой стали, ты могла бы его использовать.

Амора лишь пожала плечами. Не было ничего лучше гоблинской стали.

– И слава богу, что выбросила. – пробормотал себе под нос Дэмиан. – А то с ее темпераментом, жить мне недолго осталось.

Тео согласно хмыкнул в ответ, но принцесса полностью проигнорировала обоих, доставая украшение из рубинов из своего рукава.

– Как ты?.. – ошарашено вытаращился Дэмиан и тут же обернулся, бросив взгляд на лодку, в которой плыла Жозефина. – Ты стащила ее ожерелье.

Не только, подумала Амора, застегивая рубины на своей изящной шее. Вдобавок к ним, она получила желание от самого Короля пиратов. Любое желание.