25

Тело плашмя ударилось о воду. Кости задрожали, впитывая в себя боль. Амора успела лишь задержать дыхание, прежде чем море сомкнулось над ее головой. Пламя, что еще мгновение назад окутывало стрелу торчащую из горла медузы, потухло. Щупальца все еще крепко удерживали ноги Аморы, не давая ей обращаться, а рука твари уверено держала русалку на месте.

Чудовище оттолкнулось своими оставшимися конечностями от воды, погружаясь глубже в море. Ночью здесь была лишь непроглядная тьма, но даже если бы Амора и захотела осмотреться, времени не было, да и все ее внимание было полностью сосредоточено на дюжине змей у ее лица.

Ты, мать твою, выживешь.

Ты не перестанешь бороться.

И ты не умрешь вот так.

Крепче сжав клинок в левой руке, она вонзила его под ребра медузе и тут же вынула. Тварь заверещала на такой чистоте, которую Амора в жизни не слышала. Щупальца на ее ногах разжались, утаскивая за собой брюки Аморы. Русалка не медлила и нанесла еще один удар по руке, что продолжала сдавливать горло.

Все вокруг разом замедлилось. Пульс Аморы гулкими ударами отдавался в ее голове. Она видела, как медуза отпрянула назад, пытаясь достать стрелу из своего горла, чувствовала, как повязка с ее талии исчезла вместе с рубашкой. И все это сопровождалось ее превращением. Таким желанным и таким необходимым. Каждая клеточка ее тела ожила, вздохнула. Кости срастались, кожа сливалась воедино и покрывалась жемчужной чешуей. Однако этого было недостаточно.

Инстинкты требовали большего. Тело Аморы знало, чувствовало – нужно защищаться всем, что есть. Иначе не выжить. Полное обращение. Обжигающая магия в крови толкала ее сделать этот шаг, опуститься на самую глубину ее естества и достать чудовище наружу.

Амора не почувствовала, как клинок соскользнул из ее руки, потому что позвоночник разом изогнулся, а из горла вырвался болезненный крик. Боль была похожа на ту, что она испытала в свое самое первое превращение, только намного, намного хуже. Спину и хвост сзади обожгло, точно кто-то разрезал мясо до самой кости.

Плавники, острые как самые наточенные кинжалы вырвались из ее спины и хвоста. Уже существующий раздвоенный плавник удлинился и стал тверже. Жемчужная чешуя уплотнилась, превращаясь в естественную броню. Амора взглянула на свои руки. Из предплечий по бокам выросла новая пара плавников, а ногти превратились в самые настоящие когти, способные пробить грудную клетку человека насквозь. Она была уверена, что и зубы заострились. И это были не все изменения. Ее зрение и слух стали в разы лучше. Теперь она видела хаос вокруг так, словно солнце освещало мертвые тела пиратов вместе с медузами. Последние собирались в кучу вокруг своей королевы…

Тук. Тук. Тук.

Амора подняла голову к кораблю, что стоял на якоре совсем рядом. Этот стук шел оттуда. Сильный. Мощный. Наполненный жизненной энергией. Сердца. Она чувствовала сердца всех на том корабле. И эта крошечная мысль вкупе с секундой смятения стоила Аморе немало.

Все вокруг резко пришло в движение. Она знала, что обращение заняло у нее всего пару мгновений, но этого вполне хватило, чтобы медуза достала стрелу из своего горла и бросилась в атаку. Один на один. Так было заведено со времен сотворения мира. Одно чудовище против другого чудовища.

Медуза подалась телом назад, и огромные щупальца раскрылись веером вокруг Аморы. Русалка не успела моргнуть, как они обхватили ее тело, пытаясь раздавить. Однако острые плавники тут же вонзились в серую плоть, разрезая ее точно нож. Медуза зашипела, освободив Амору и намереваясь полоснуть по ней своими когтями, но русалка была быстрее. Намного быстрее. Она в жизни не чувствовала подобной силы.

Перекрутившись всем телом назад, Амора воспользовалась хвостом и резанула своим раздвоенным плавником по животу медузы. Алая кровь прыснула в воду, тут же растворяясь.

Амора перекрутилась и выровнялась в воде. Не мешкая ни секунды, она бросилась к медузе, проплыв под ней и оказавшись за ее спиной так быстро, что перехватило дыхание. В то же самое мгновение русалка направила предплечье к тонкой шее, намереваясь снести голову острым плавником. Но что-то остановило ее. Тело разом перестало ей подчиняться. Кровь в жилах закипела. Уже знакомая магия обожгла Амору изнутри, и она поняла, прочувствовала это знание всем своим существом.

Я не могу убить. Не могу убить ни одну из этих тварей.

Потому что она была не просто хранительницей, Амора была хранительницей чудовищ. Она должна была защищать их. Как только эта мысль коснулась ее сердца, она почувствовала это. Почувствовала точно крошечный разрыв нитей глубоко внутри нее. Те медузы, которых убивали на корабле, она ощущала их смерть.

Колебание вновь стоило Аморе решающего удара. Огромная щупальца ударила по ее боку, и русалка отлетела в сторону. Ее ребра взвыли, а рана, что еще полностью не зажила, начала снова кровоточить.

Дерьмо.

Если она не могла их убить, то как не дать им убить ее. Магия. Ну, разумеется, она должна была каким-то образом использовать магию, чтобы подчинить их себе. Без нее их потребность добраться до Аморы не исчезнет. То были базовые инстинкты. Королева медуз бросила ей вызов, потому что чувствовала более сильного хищника, и все внутри русалки желало ответить. Однако в этом вообще не было никакого смысла, если Амора не могла нанести решающий удар.

Что мне, Тритон подери, делать?

Медуза вновь бросилась к Аморе, на этот раз в дело пошли не только щупальца. Острые когти слегка полоснули по плечу русалки, но Амора успела увернуться. Пусть она и не могла убить, зато могла покалечить. Вместо прямого нападения, она начала кружить под медузой, разрезая щупальца одно за другим. В ход шло все – хвост, плавники рук, когти и спина.

Металлический запах крови заполонил все вокруг. Аморе едва удавалось разрезать плоть, как она получала другой конечностью по животу.

Они кружили вокруг друг друга, не желая сдаваться. Медуза лишилась одной щупальцы и была покрыта множественными порезами. Ребро Аморы справа явно треснуло, были еще кровавые полосы на плече, порез на щеке и горле. В общем, везде, где у Аморы не было чешуи, медуза умудрилась оставить следы.

Русалка вновь вынырнула из-за спины, намереваясь отрезать еще одну щупальцу, однако медуза резко обернулась. Эта самая щупальца обвилась вокруг тела Аморы, сдавливая бедра. Ее хвост дернулся, но не сумел добраться до медузы. Той явно было уже плевать на боль, что приносили плавники Аморы. Вокруг того места, где серое щупальце пронзал спинной плавник русалки, начала проступать кровь. И тем не менее, медуза подняла соперницу еще выше. Амора вонзила когти в плоть, погружаясь глубоко и пуская еще больше крови в воду. Однако медуза не дрогнула и на этот раз, не выпустила русалку, а только опасно зашипела и начала тянуть изуродованную щупальцу к себе.

Нет. Нет. Нет.

Сердце Аморы окутал страх. Змеиные головы. Их яд парализует ее тело, и тогда ей точно конец. Вертикальные зрачки медузы слегка расширились в триумфе. Остальные твари, что наблюдали вокруг, задергались в предвкушении. Амора в панике обратилась к своей магии, но та продолжала свободно вливаться и выливаться из нее. Холодная ладонь обхватила Амору за горло, и щупальце сжалось крепче, едва не ломая ей кости.

Ты так просто не сдашься.

Медуза приближала лицо Аморы к змеям, что высовывали свои тонкие языки, желая вонзиться в плоть. Как только они укусят ее, у нее останется совсем мало времени, прежде, чем тело окаменеет, перестав ей подчиняться. Для Аморы это было хуже смерти от клинка Фины, потому что это тварь перед ней должна была подчиниться.

Стиснув зубы, она выбросила правую руку вперед и тоже обхватила медузу за горло, вонзив в нее свои когти. Там уже была рана от стрелы Рида, так что медуза зашипела сжимая удавку на шее и теле Аморы сильнее. В это же время сразу несколько змей впились в кисть русалки, прогрызая кожу едва ли не до самой кости. Конечность обдало жаром и болью, но Амора не дрогнула.

Она не дрогнула, когда впервые обратилась в русалку, получив самый красивый хвост во всем Оринфе вместе с ошеломляющей болью. Не дрогнула, когда Королева наказывала ее ударами плетью, сказав, что остановится только, когда Амора попросит прощения за проявленное на балу неуважение. Не дрогнула, когда сам Король пиратов отправил ее раненную пройтись по доске. Она выжила. То были самые страшные моменты в ее жизни, и она выжила.

Она была Аморой, принцессой самого крупного королевства во всем подводном мире, а так же хранительницей Семи морей, чтобы это ни значило.

Она не будет никому подчиняться.

Магия вспыхнула в жилах русалки, когда пальцы погрузились еще глубже в глотку медузы. Та зашипела, и Амора ответила, клацнув зубами. Она чувствовала, как яд проникал в тело, борясь с ее волей. Магия разгоралась сильнее, противясь смерти медузы, что была близка, но Амора стиснула челюсти, сопротивляясь. Она, нахрен, не собиралась позволять Богине Смерти забирать ее душу, просто потому что на ней не было какого-то там медальона.

Собрав все свои остатки сил, Амора заглянула медузе прямо в глаза и прошипела, используя голос. Она не была уверена, что это сработает на ком-то, помимо людей, но все равно насытила свою природную магию всей уверенностью, что у нее была.

– Ты. Подчиняешься. Мне. – отрезала она каждое слово, точно лезвием.

Ее рука задрожала от боли и магии, что пыталась не дать пальцам оторвать голову медузе, но хватка щупальца на ее теле вдруг стала немного слабее.

Амора придвинула голову медузы ближе к себе так, словно ее не сколько не беспокоила отнимающаяся конечность.

– Я твоя гребанная королева. – голос перешел на крик, и жар разорвал все ее тело.

На одно короткое мгновение она почувствовала, как древняя магия, магия Семи морей заполнила каждую клеточку ее израненного существа. Она действовала инстинктивно. Сделав вдох, ухватилась за магию, не дав той покинуть тело, затем выдохнула и протолкнула эту магию через свою руку к медузе.

Тварь тут же вздрогнула всем телом и отпустила Амору, следом покорно склонила голову. Ее примеру последовали и все остальные медузы вокруг.

Русалка почувствовала, как невидимые нити внутри нее стали крепче, толще. Она вынула когти из глотки медузы и опустила руку, та тут же повисла безвольным грузом.

Сглотнув, Амора вскинула подбородок и оглядела медуз с высокомерием, которому позавидовала бы даже сама Королева.

– Исчезните. – прошипела она приказ, и все разом дернулись, развернувшись, и направились в сторону, из которой и приплыли. К скалам, что пираты называли Дьявольской ловушкой. Амора могла только гадать, что случилось бы, если бы корабль столкнулся с ними там. У пиратов не было бы ни единого шанса.

Амора задумалась над тем, что делать дальше. Яд уже был в ее крови. Через несколько минут он охватит все ее тело, погрузив на время в состояние похожее на сон. Одному Тритону известно, какие еще твари наплывут, если она останется лежать на дне, или еще хуже, будет дрейфовать без сознания на поверхности. Кто-то из пиратов найдет ее тело и…

Она встряхнула головой. Нет. Она не останется в море. Медузы были пушистыми зверьками в сравнении с другими обитателями подводного мира. В нынешнем состоянии Амора – ничто иное, как добыча. Так что прижав еще действующую руку к своей кровоточащей ране на животе, русалка поплыла вверх, ближе к поверхности, которую уже касался рассвет.

Три темные фигуры нырнули в воду рядом с кораблем.

Дерьмо.

Амора замерла. Нужно было оборачиваться сейчас, прежде, чем пираты ее заметили, но в человеческом виде она могла не успеть доплыть. Выругавшись еще раз, она прокляла Богиню Судьбы и задержала дыхание. Она знала, что боль будет невыносимой. Дернув еще пару раз хвостом, Амора бросила взгляд на троицу, что нырнула в воду. Их сердца бешено колотились в груди, обещая подарить силу, которая сейчас была русалке так необходима. Амора отвернулась, чувствуя, как онемение переходит в плечо и начала обращение.

Бесшумный крик пронзил воду. Пузырьки воздуха вырвались вверх. Спина русалки выгнулась под неестественным углом, и плавники заново разрезали плоть, возвращаясь обратно под кожу. Хрящи и кости разрывались, чешуя и перепонки между пальцами исчезали, жабры срастались, перекрывая доступ к кислороду. Тело Аморы снова стало более хрупким, человеческим. Боль нагнала те чести тела, что были повреждены, но онемение проглотило ее, уже достигнув талии. Девушка даже поблагодарила яд. Стиснув зубы, она принялась усердно работать ногами, чтобы приблизить себя к поверхности. Легкие жгло, но оказавшись так близко к воздуху, Амора не собиралась сдаваться. И плевать на черные пятна перед глазами. Плевать на тот факт, что она не чувствовала большую часть своего тела. Она продолжала толкаться ногами изо всех сил. Выше и выше. Снова и снова. Пока солнце не коснулось ее кожи. Пока рот не раскрылся, хватая желанный кислород. Всего на мгновение, прежде чем снова погрузиться под воду. За эту короткую секунду на поверхности, Амора услышала крики.

– Вон там, слева по борту. – вопил кто-то, но девушка уже вновь была под водой.

Ее ноги больше не двигались, а тело разом отупело, превратилось в безжизненный сосуд. Она потеряла контроль на своими движениям, но все еще чувствовала холодную воду и недостаток кислорода в легких, а вместе с тем и…

Кто-то рывком вытянул ее на поверхность.

– Держу. – раздался мужской голос, но то был не тот грубый высокомерный голос, который она почему-то ожидала услышать. Это был не Король пиратов. – Жива, солнце?

Амора не могла ответить, не могла даже моргнуть. Ее глаза были закрыты. Мужчина прижал пальцы к ее шее.

– Слава Богу. – с облегчением выдохнул он, и Амора узнала Рида в этих хриплых нотках. – Я знал, что ты выживешь.