— Да, а кто же еще? Ты же не думал, что я назову Лауру или Магни милыми, не так ли? Эти двое были упрямыми северянами, любящими оружие и боевые приемы.

Он не отрывал взгляда от экрана.

— Мила — лучшая. Сейчас она руководит приютом для животных, помогает больным и травмированным животным.

— Сколько ей лет? Двадцать?

— Вроде да. — Тристан махнул рукой в сторону робота, продававшего холодное пиво.

— Это правда, что она собирается устроить турнир? — я спросил.

— Я не знаю. Возможно. Оба ее родителя придерживаются традиций и хотят, чтобы она вышла замуж за сильного воина. — Он потянулся за пивом и спросил меня через плечо: — Хочешь?

— Нет, спасибо. Я не пью пиво.

Тристан получил то, что ему было нужно, и сервис-бот ушел.

— Очевидно, что Магни и Лаура повлияли на нее, заставив подумать, что турнир — это хорошая идея.

Я откусила еще кусочек хлебной палочки и почесала нос.

— Это так старомодно. Мужчины борются за невесту…

— По крайней мере, минимальный возраст невест был повышен до двадцати одного года. Еще семь лет назад было восемнадцать. У Милы еще есть время принять решение.

— Турниры — это варварство, — воскликнула я. — Мила слишком хороший человек, чтобы ее заставляли заниматься чем-то средневековым.

— Эй, у Лауры и Магни все сложилось хорошо. Они, кажется, счастливы вместе. Может быть, у Милы тоже все получится. — Тристан слегка улыбнулся мне и оглянулся на гонку.

Проанализировав язык его тела, я поняла, что он не хотел обсуждать это дальше, но он спровоцировал меня, и я начала разглагольствовать.

— Тристан, знаешь ли ты, что до июня 2433 года невестам было всего пятнадцать лет, когда их наряжали и предлагали выбрать одного из пяти чемпионов? Воинами были взрослые мужчины, иногда более чем в два раза старше невесты, и они обладали огромной властью. Их несовершеннолетние невесты не могли работать, голосовать или даже свободно передвигаться. Говорить, что у Милы могло бы что-то получиться, было бы невежественно и подло. Если ты считаешь себя ее другом, ты должен сделать все, что в твоих силах, чтобы помешать ей выйти замуж за незнакомца.

— Но Мила ведь не собирается быть невестой-малолеткой, не так ли? Она взрослая и способна сама принимать решения. Если она считает, что турнир — это способ найти мужа, то я поддержу ее право выбрать его самой. — Тристан похлопал меня по плечу. — Оставь это, Шелли, это не наше дело.

Но мне было тяжело сдаваться, и мне нужно было оставить последнее слово за собой.

— Просто я не верю в турниры. Это неправильно.

— Тогда не устраивай себе его, — прагматично заметил Тристан.

— У Милы тоже не должно быть его, — настаивала я.

— Возможно, она не захочет. Возможно, это просто слухи или принятие желаемого за действительное со стороны Магни.

Я наклонилась вперед на своем сиденье, упершись локтями в колени и положив подбородок на ладони.

— Надеюсь, ты прав.

Через две минуты Тристан вскочил со своего места.

— Вот и все! Вперед, вперед, вперед! — Он сжал руку в кулак и закричал от радости, когда его дрон обогнал большой зеленый дрон на большом экране. — Сын дьявола, он теперь на третьем месте… — глаза Тристана были широко раскрыты, и он издал еще один восторженный крик, когда его беспилотник обогнал другого конкурента. Наклонившись вперед, он указал в сторону. — Они будут пролетать здесь через секунду — будь готова.

Я тоже встала, заразившись его восторгом, и подбадривала его, когда маленькие точки на горизонте быстро увеличивались в размерах.

— Да… давай. Вперед. Жми по максимуму. — Тристан приподнялся на цыпочки, когда его беспилотник пронесся мимо нас в мгновение ока. Толпа взорвалась от скорости и близости дронов. Люди кричали от восторга, и когда дрон Тристана вырвался вперед, мой друг отпраздновал это событие вместе со всеми окружающими.

— Я, черт возьми, спроектировал этот дрон. Это мой беспилотник, — сказал он окружавшим нас мужчинам, которые выразили ему свое восхищение.

Технически, это был не беспилотник Тристана, но на этот раз я поняла, что сейчас не время указывать на это.

Когда он обнял меня за плечи, я посмотрела на него и улыбнулась.

— Похоже, ты построил хороший беспилотник, Тристан.

Его лицо расплылось в широкой улыбке.

— Конечно, я построил. Я же говорил тебе, что у меня есть и внешность, и мозги.

Глава 6

Секс-бот на экскурсии

Марко

Шторм угостил меня пивом и ножкой индейки.

— Жаль, что у нас не было мест получше, — пожаловался он. — Держу пари, Тристан, благодаря своим связям, мог бы достать нам пропуска за кулисы.

— Ты его спрашивал? — спросил Хантер, который был одним из лучших друзей Шторм.

— Да, но он так и не перезвонил мне. Думаю, он все еще злится из-за того, что произошло, когда я женился на Дженни.

— О чем ты говоришь? — спросил я и оторвал зубами кусочек мяса индейки.

Шторм сделал большой глоток пива и покачал головой.

— Я вел себя как придурок по отношению к Тристану и другим моим друзьям. Совершенно забыл о них и просто хотел быть с Дженни.

— Да, ты был придурком, — согласился Хантер. — Я подумал, ты боишься, что мы понравимся ей больше, чем ты.

— Это приходило мне в голову. — Шторм откинулся на спинку сиденья, пряча глаза за солнцезащитными очками. — Я имею в виду, я ей, черт возьми, никогда особо не нравился.

— Ты с ней встречался? — спросил я Хантера.

— Ага.

— И что ты думаешь?

Хантер отвернулся и сделал большой глоток пива.

— Я так понимаю, ты тоже не фанат Дженни?

— Нет. Не фанат.

— Хантер не будет говорить гадостей, — сказал Шторм. — Но у меня нет проблем с тем, чтобы сказать, что Дженни — стерва.

Хантер отвел взгляд.

— Я знаю, что она приставала к тебе. — Шторм смотрел на Хантера. — Тристан рассказал мне, что произошло между тобой и Дженни.

Из-за яркого солнца зрачки Хантера были маленькими, когда он встретился взглядом со Шторм. Это подчеркивало зеленый цвет его глаз.

— Я не прикасался к ней, — его тон был серьезным.

— Я никогда этого не говорил.

— Вы вообще смотрите гонку? — спросил я, чтобы разрядить обстановку.

Шторм похлопал Хантера по плечу.

— Не волнуйся об этом. Тристан рассказал мне, как ты ей отказал.

Хантер торжественно кивнул.

— Я бы никогда не прикоснулся к замужней женщине.

— Я знаю. Эй, почему бы тебе не позвонить Тристану? Он должен быть где-то здесь. — Шторм оглядел трибуны. — Ты его видишь?

— Нет, почему бы тебе не позвонить ему самому?

— Я же говорил тебе — я пытался, несколько раз, но он меня игнорирует.

Хантер обновил свой браслет до последней модели, и, судя по тому, сколько времени ему потребовалось, чтобы разобраться с устройством и позвонить Тристану, я решил, что он еще не очень хорошо с ним знаком.

— Привет, где ты? Что? Говори громче, Тристан, я тебя не слышу. — Хантер нажал на свой маленький наушник. — Ты на гонках?

Я слышал только часть разговора, пока он говорил.

— Да, мы тоже здесь. Шторм купил билеты, хотя они и не очень хорошие. Двадцать четвертый ряд, в желтой секции. Где ты? — Хантер обернулся. — Черт возьми! Я знал, что у тебя есть билеты получше. Бьюсь об заклад, ты сможешь увидеть пилотов, когда они будут пролетать мимо, и все такое.

Шторм толкнул Хантера в плечо.

— Спроси Тристана, сможет ли он провести нас за кулисы после гонки. Я хочу увидеть его беспилотник поближе.

Хантер передал просьбу и кивнул.

— Понял. Ладно, увидимся там.

— Что он сказал? — спросил Шторм, и, поскольку он склонился надо мной, я отстранился, убрав с дороги пиво и ножку индейки.

Хантер удовлетворенно улыбнулся.

— Тристан сказал нам встретиться с ним у входа для VIP-персон после гонки.

— Да! — Шторм оживился. — Именно об этом я и говорю. Не то чтобы в этом была необходимость, если ты хочешь разыграть свою карту знаменитости.

Хантер был звездным футболистом, мы никуда не могли пойти без того, чтобы он не был окружен фанатами. Он уже успел сфотографироваться с несколькими людьми, пока мы шли к своим местам. Если он хотел попасть за кулисы, все, что ему нужно было сделать, это спуститься туда и назвать свое имя, но это было не в стиле Хантера.

— Где Тристан? — спросил я и повернулся на своем месте.

— В четырех рядах сверху, посередине — видишь его?

Я прищурился.

— Нет. Это на нем шляпа дрона?

Хантер засмеялся и показал пальцем, но от нас до верха было по меньшей мере пятьдесят рядов.

— Четыре… нет, через пять мест справа от того парня.

— В желтой футболке. Да, я вижу его. — Я нахмурился. — Подожди, это женщина рядом с ним? Он с ней?

— Я не знаю, я его не спрашивал.

— Шторм, дай мне свои солнцезащитные очки на секунду. У них есть функция увеличения, верно?

— Конечно.

Я стянул их с его лица, но он запротестовал.

— Эй, будь осторожен, не сломай их.

— Как увеличить изображение? — Я нащупал какие-то кнопки сбоку.

— Вот, дай-ка я это сделаю. — Шторм показал мне, как увеличить изображение, и я снова посмотрел на Тристана, на этот раз видя его так отчетливо, как будто он сидел прямо передо мной.

— Что за хрень? — Я продолжал пялиться на секс-бота, сидящего рядом с ним.

— Что такое? — спросил Хантер.

— Тристан с… э-э-э… женщиной. — Я снял очки, и Шторм быстро схватил их.

Взглянув туда, Шторм присвистнул.

— Черт возьми, она просто прелесть. Кто она?

— Дай-ка я посмотрю, — настаивал Хантер и, надев очки, посмотрел на Натуру. — Нет, не в моем вкусе.

Шторм хлопнул Хантера по плечу.

— Что значит, она не в твоем вкусе? Она горячая штучка.

— Нет, она выглядит немного мужеподобно.

Я уставился на него.

— Мужеподобно? Ты под кайфом или что-то в этом роде?

— Не обращай на него внимания. — Шторм закатил глаза. — Хантер не в себе, когда дело касается женщин. Я надеюсь, что она одна из сестер Тристана, и мы сможем уговорить его познакомить нас с ней.

Мои колени подпрыгивали от неуемной энергии, а голова кружилась в поисках ответов. Тристан работал в «Передовых технологиях», но не с секс-ботами. По крайней мере, насколько я знал, нет. Почему он работал с прототипом? Было ли это частью ее обучения общению с реальными людьми? Он взял Натуру на экскурсию? Был ли Тристан одним из инженеров, работавших над ней, и если да, то видел ли он, как я занимался с ней сексом?

Моя челюсть напряглась от мысли, что за мной наблюдал кто-то из моих знакомых. Это было бы странно.

— Шторм, помнишь, я говорил тебе, что на прошлой неделе опробовал новый прототип?

Голова Шторма была откинута назад, глаза устремлены на большой экран.

— Реалистичный секс-бот. Конечно, а что?

— Это она.

Он искоса взглянул на меня.

— О чем ты говоришь?

— Тристан работает с секс-ботом, которого я тестировал на прошлой неделе.

— Верни мне мои очки. — Шторм повернулся на стуле, чтобы снова увеличить изображение Натуры. — Бот-девственница?

— Ты сказал, девственница? — спросил Хантер, и Шторм быстро ввел его в курс дела.

— Никому не говори. Я обещал, что не буду говорить об этом, — напомнил я им обоим.

Шторм пренебрежительно махнул рукой.

— Рассказывать своим лучшим друзьям не считается.

— Вы двое не мои лучшие друзья, я просто терплю вас, потому что у вас был бесплатный билет на гонку беспилотников.

Шторм ухмыльнулся.

— Не будь ослом. Мы все знаем, что тебе нравится тусоваться с нами, а не со всеми теми старичками, которых ты называешь друзьями.

Он был прав, поскольку два моих самых близких друга женились много лет назад и изменились из-за этого.

— Как думаешь, ты мог бы связаться с центром тестирования и спросить, могу ли я тоже протестировать ее? — нетерпеливо спросил Шторм.

Моим первым побуждением было сказать «нет». Мне не хотелось делиться информацией о Натуре, но в этом не было никакого смысла, поэтому я пробормотал:

— Наверное.

— Что ты делаешь? — спросил я, когда Хантер снова начал теребить свой браслет.

— Я звоню Тристану, чтобы спросить, не трахал ли он ее тоже.

— Не надо. Она узнает, что я рассказал об этом, и тогда Шторм будет исключен из группы тестирования.

— Я? — Шторм отшатнулся. — Я никому не рассказывал.

— Я занял твое место, помнишь? Они думают, что это ты проверял ее в тот день.

— Ладно. — Он кивнул. — Черт, я бы никогда не уступил свое место, если бы знал, что смогу испытать такого продвинутого секс-бота, как она.

Хантер снова позаимствовал солнцезащитные очки Шторм, чтобы еще раз взглянуть на нее.

— Она не похожа на секс-бота. Она выглядит как настоящая женщина.

— В этом-то все и дело, — сказал я. — Она — самое близкое к настоящей женщине создание, которое когда-либо создавалось.

— А что, если она настоящая женщина?

Шторм ударил Хантера по затылку.

— Идиот. В какой вселенной настоящая женщина могла бы предложить себя в качестве компенсации за сломанного секс-бота? Большинство женщин чертовски боятся нас, мужчин Севера.

— Она была роботом, — заверил я Хантеру. — Хорошо сложена, но определенно робот. Женщины не ведут себя так, как она. По крайней мере, с незнакомцами.

— Ладно, ладно, я просто пошутил. — Хантер ухмыльнулся и вернулся к просмотру гонки.

Я продолжал думать о том, что, черт возьми, Тристан делает с секс-ботом, и обернулся еще раз, прищурившись, чтобы разглядеть их.

Не может быть!

То, что я увидел, поразило меня. Натура откусывала кусочек хлебной палочки.

Твою мать!

Роботы не едят.

Либо Натура на самом деле была гибридом, либо… мои глаза расширились, когда более простое и гораздо более вероятное объяснение поразило меня, как удар молота.

— Что не так? — Хантер толкнул меня локтем. — Что тебе сделала эта куриная ножка? Не обязательно ее ломать.

Моя рука так сильно сжала голень, что мясо превратилось в кашу.

— Я сейчас вернусь, — пробормотал я, направляясь к центральному проходу. Когда мимо меня прошел мужчина сервис-робот, я выбросил свой напиток и еду, вытер руки салфеткой и стал подниматься по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки за раз.

Я был в хорошей форме, но все еще тяжело дышал, когда добрался до шестидесятого ряда и смог увидеть Тристана и женщину всего через десять рядов от себя.

— Тристан, — позвал я, но он не услышал меня из-за шума толпы. Натура, однако, увидела меня, и все ее лицо напряглось.

Возможно, ее напугало, что я подбегаю с красным лицом и выкрикиваю его имя.

Она встала, сказала Тристану несколько слов и отошла от меня к проходу с другой стороны. Тристан еще не заметил меня, но окликнул Натуру, покачав головой, и велел ей подождать его. Она продолжала пробираться к выходу из ряда, не тратя времени на то, чтобы выслушать его.

— Тристан, — снова позвал я и протиснулся сквозь целый ряд людей, которые расступились, чтобы дать мне пройти. Я добежал до прохода как раз вовремя, чтобы преградить путь Натуре, которая спускалась вниз. Она резко остановилась, увидев, что я стою прямо перед ней.

— Марко. — Тристан остановился у нее за спиной, не видя ее реакции. — Какое совпадение. Я не знал, что ты здесь.

— Я не должен был здесь быть. — Я перевел взгляд с нее на него. — Неро не смог прийти, поэтому Шторм отдал мне его билет.

— О, ты со Штормом?

— И Хантером, — добавил я.

— О, хорошо. Ты помнишь Шелли? — Тристан широко улыбнулся и махнул рукой в сторону Натуры.

— Шелли? — Я оглянулся на нее и покачал головой в ответ на его вопрос. Я знал только одну Шелли, и эта женщина была не она.

— Вначале она недолго работала в школе, — пояснил он. — Я думал, ты ее помнишь. — Тристан подошел ближе и остановился на ступеньку выше меня. — У Шелли была сестра по имени Рошель, которая училась в этой школе.

Я слышал, что он говорил, но в этом не было никакого смысла. Шелли, которую я знал, была миниатюрной, с плоской грудью и далеко не хорошенькой. Эта женщина была намного выше и потрясающе красива. Между ними не было никакого сходства.

— Я помню Шелли. Раньше я называл ее Умницей, — недоверчиво пробормотал я, внимательно изучая ее. Возможно, ее глаза действительно показались мне немного знакомыми.

— Совершенно верно. Мы с Шелли теперь оба работаем в «Передовых технологиях».

— Я этого не знал. — Я хотел, чтобы она посмотрела на меня, но Шелли смотрела куда угодно, только не на меня.

— Все в порядке, прошло десять лет с тех пор, как вы виделись в последний раз, и Шелли сильно изменилась. Я бы тоже ее не узнал.

— Десять лет, да? Забавно, такое чувство, что я видел тебя только на днях. Хотя я бы не узнал тебя в новом образе. Что с тобой случилось?

— Я выросла, — сказала она и посмотрела на свои туфли, прежде чем натянуто улыбнуться мне. — Послушай, я бы с удовольствием наверстала упущенное, но мне пора.

— К чему такая спешка? — спросил я, вставая у нее на пути, когда она попыталась пройти мимо меня.

— Ей нужно в туалет, — объяснил Тристан у нее за спиной, не отрывая взгляда от большого экрана.

— Нет проблем. Я могу проводить Шелли. В конце концов, мы старые друзья.

Прежде чем она успела возразить, Тристан одарил меня благодарной улыбкой.

— Ты уверен? Мне бы не хотелось пропускать последние раунды, но я пообещал нашему боссу Чарли, что буду защищать Шелли сегодня вечером.

— Не беспокойся об этом. Я позабочусь о ее безопасности.

— Ты ведь не возражаешь, Шелли? — спросил ее Тристан, и, когда ее плечи напряглись, она молча покачала головой.

— Отлично, давай встретимся у входа в VIP-зал через десять минут, — сказал Тристан и поспешил обратно вверх по лестнице, в то время как Шелли побежала вниз по лестнице. Либо ей срочно понадобилось в туалет, либо она не хотела со мной разговаривать.

— Шелли. — Я схватил ее за руку и развернул лицом к себе, когда мы были возле туалетов. — Остановись на секунду. Я должен тебе кое-что сказать. Кое-что важное.

Она, казалось, нервничала и не могла смотреть мне в глаза.

— Ты в курсе, что компания «Передовые технологии» создала прототип секс-бота, который является твоей точной копией?

Она прищурилась.

— Что ты сказал?

— Это правда. Я видел его.

Шелли несколько раз моргнула.

— Ты знала? — повторил я.

— Нет. Я имею в виду, да.

Мое лицо окаменело.

— Ты позволила им это сделать?

Она пошевелила ногами, меняя равновесие.

— Это сложно.

— Это значит «да»?

— Марко, прости, но это не твое дело.

— Не мое дело? — Я отпрянул, во мне закипал гнев. Да что за чертовщина.

— Это всего лишь прототип. Окончательная версия не будет создана по моему образцу. — Она повернулась, чтобы снова уйти, но я был быстрее и преградил ей путь.

— Меня не волнует, что я не видел тебя десять лет, Шелли. Никто не будет делать из тебя шлюху. Даже если это для исследования. Тристан знает?

— Нет. Ты не можешь никому рассказать.

Я не сказал ей, что Хантер и Шторм уже знали часть истории.

— Просто скажи мне вот что. Ты разрешила компании «Передовые технологии» создать секс-бота по твоему образу и подобию?

Шелли глубоко вдохнула и прикусила нижнюю губу, но ничего не ответила.

— Правда? — я надавил на нее.

— Мы можем просто оставить это? Я не хочу об этом говорить.

— Нет, мы не можем просто так оставить это. Я видел это… ее… секс-бот.

— И?

— И я не знал, что это было создано по твоему образцу. Иначе я бы никогда… — я почесал плечо, не в силах закончить предложение. Если бы Шелли не знала, что я тестировал бота, я бы точно не сказал ей.

Ее бровь приподнялась.

— Ты бы никогда… что?

— Ничего. Просто расскажи мне, что ты знаешь о секс-роботе.

Шелли опустила глаза, плотно сжав губы.

— Какого черта, Шелли? Раньше ты была откровенной и честной. Что с тобой случилось?

— Я же говорила тебе, что это сложно.

— Ты поменяла свою индивидуальность на красоту или что-то в этом роде? Похоже, ты изменилась и внутри, и снаружи. — Мои слова прозвучали как тихое бормотание, но когда она подняла глаза, чтобы встретиться со мной взглядом, у нее был такой вид, словно я потряс ее до глубины души.

— Ты не поймешь, — прошептала она.

— Тогда объясни мне.

Шелли на секунду закрыла глаза, а когда открыла, на ее лице застыло страдальческое выражение. Мои легкие словно кто-то сжал в кулаке. Что бы она ни собиралась мне сказать, это были не очень хорошие новости.

— Марко, я…

Я перестал дышать, боясь ее следующих слов. Что-то было не так, я видел это по ее глазам.

— Дело в том…

— Шелли,… Марко, ты это видел? Мой беспилотник победил. — Откуда-то из-за моей спины раздался голос Тристана. Расстроенный, я обернулся, чтобы встретиться взглядом с гордым инженером по беспилотникам. Было очень заманчиво попросить его уделить нам несколько минут, но он подбежал ко мне с такой заразительной улыбкой, что я не мог не поздравить его. Мгновение между мной и Шелли прошло, и теперь она смотрела мимо меня на Тристана с улыбкой, в которой сквозило облегчение.

— Ты нашла уборную? — спросил ее Тристан.

— Нет, мы увлеклись разговором о нашем общем прошлом, — ответила Шелли и спрятала трясущиеся руки за спину. — Я просто напомнила Марко о том случае, когда он сказал мне не лезть в личные дела других людей. — Она тихонько рассмеялась. — Ты же знаешь, что тогда я всегда задавала самые непристойные вопросы.

— Ты и сейчас задаешь, — ухмыльнулся Тристан.

— Конечно, Марко был прав. Конфиденциальность важна.

Это было совсем как в старые добрые времена, когда Шелли разговаривала с кем-то еще и убеждалась, что я достаточно близко, чтобы передать сообщение, которое действительно предназначалось мне. Я слегка улыбнулся, заинтригованный ее уникальным способом общения.

— А я как раз хотел напомнить Шелли, что она забыла важную деталь из того, чему я ее тогда учил. Бывают ситуации, когда забота друзей важнее личной жизни, — сказал я будничным тоном, как будто это был всего лишь теоретический разговор.

Радостно подпрыгивая, Тристан направился к выходу, махнув нам рукой, чтобы мы следовали за ним.

— Пошли, мы идем за кулисы праздновать.

Шелли не смотрела на меня, когда сделала несколько шагов к нему и остановилась.

— Я бы с удовольствием пошла и отпраздновала с тобой, но я неважно себя чувствую.

Я не мог оторвать от нее глаз. Мой мозг все еще пытался понять, что эта красивая женщина была взрослой версией эксцентричного подростка, которого я когда-то знал. Не верилось, что человек может так сильно измениться. Она была на полголовы выше, пополнела в нужных местах, и от ее кустистых бровей и серьезных шрамов от прыщей не осталось и следа.

Эта Шелли выглядела так, словно много времени уделяла своей внешности, в то время как ту Шелли, которую я знал, подобные вещи совершенно не волновали.

Откинув назад свои блестящие каштановые волосы до плеч, она снова обратилась к Тристану.

— Ты не мог бы проводить меня до своего дрона? Я обещаю вернуть его тебе, когда вернусь домой.

Лицо Тристана вытянулось.

— Ты не останешься?

— Извини, но у меня сильно болит голова.

— Но… — он повернул голову в сторону VIP-зоны и снова повернулся к ней. — Как насчет того, чтобы мы остались на полчаса, а потом я отвезу тебя домой? Я не отпущу тебя домой одну.

— Это мило с твоей стороны, но я справлюсь. Со мной все будет в порядке.

— Пожалуйста, Шелли, дай мне десять минут. Хантер ждет меня у входа для VIP — персон. Он будет разочарован, если я не проведу его внутрь.

Шелли приподнялась на цыпочки и поцеловала Тристана в щеку. Это привлекло внимание проходивших мимо мужчин, и от некоторых из них послышались завистливые комментарии.

— Иди, поздоровайся с Хантером и Шторм. Я прослежу, чтобы она благополучно добралась домой, — предложил я.

Тристан выглядел расстроенным.

— Нет, Марко, все в порядке, я сам отвезу Шелли домой.

— Эй, я все равно собирался домой. Ты мог бы остаться и повеселиться.

Шелли уже двинулась в путь, не дожидаясь нашего решения. У меня было сильное чувство, что она надеялась, что сможет уйти одна, поэтому я похлопал Тристана по спине.

— Иди! Я пойду с Шелли. — Я не стал дожидаться его согласия, а поспешил догнать Шелли, которая быстро удалялась от нас. Мне было все равно, если бы она побежала, я бы, черт возьми, поймал ее и получил ответы на свои вопросы.

Глава 7

Ответы

Шелли

Я шла так быстро, как только могла, но не бежала. Может быть, Вселенная сжалится надо мной и позволит мне уйти до того, как Марко догонит меня.

Мой пульс бешено колотился, а глаза метались по сторонам в поисках чего-нибудь, что могло бы меня спасти. Для этого можно было бы взять напрокат беспилотник, но так близко к забегу его не пускали. Я ускорила шаг, направляясь к зоне прилета и вылета, а в голове прокручивался кошмарный момент, когда я увидела, как Марко взбегает по лестнице, выкрикивая имя Тристана.

Если не считать нашей встречи неделю назад, я не видела Марко десять лет. Каковы были шансы наткнуться на него на мероприятии с участием тысяч людей?

Жалея, что у меня нет крыльев и мне нужен беспилотник, чтобы улететь, я не поднимала головы, игнорируя все долгие взгляды мужчин, мимо которых я проходила.

— Эй, ты заблудилась? Где твой защитник? — окликнул меня кто-то.

— Хочешь, я провожу тебя домой? — предложил другой.

Это были приятные комментарии. Другие мужчины были настроены более агрессивно, а один даже развел руками, когда я пронеслась мимо.

— Привет, красавица, ты меня искала?

Я уже прошла мимо него, когда услышала голос Марко, приказывающий мужчине заткнуться.

Когда я оглянулась через плечо, Марко был совсем рядом, и, вероятно, был там все те несколько минут, пока я думала, что ухожу.

После нашего короткого зрительного контакта он зашагал рядом со мной, но не произнес ни слова, пока мы не оказались в зоне вылета.

— Мой беспилотник прибудет через секунду. — Он посмотрел на шеренгу дронов, ожидающих своих владельцев.

— Который из них? — я спросила.

— Вон тот, белый.

Мы подождали еще пять минут, я чувствовала себя маленькой в толпе больших людей. Неподалеку стояли беременная женщина и ее муж. Она прислонилась к его груди, а он обнял ее, положив обе ладони ей на живот. Она улыбнулась мне, вероятно, предположив, что Марко — мой муж. Я не могла сказать ей, что его рука, лежащая на моем плече, давит на мою совесть тяжестью в две тонны. Для нее и для всех остальных Марко был моим защитником. Но, как я поняла, именно толпа защищала меня от него. Пока они были там, он не требовал ответов.

Когда его белый беспилотник приземлился, несколько человек прокомментировали, что он был разбит. Маленький беспилотник выглядел старым и поцарапанным как внутри, так и снаружи.

— Я знаю, что беспилотник Тристана намного лучше, — сказал Марко, когда мы поднялись с земли. — Я бы хотел, чтобы обучение детей оплачивалось так же хорошо, как работа инженера-аэродинамика.

— У тебя отличный беспилотник, — сказала я и выглянула в окно. У нас, жителей Родины, не было личных беспилотников. Это считалось ненужной роскошью и пустой тратой ресурсов. Наши беспилотники были общедоступными, и немногие из них были в лучшем состоянии, чем этот.

— Где ты живешь? — спросил Марко.

Я снимала комнату у жительницы Родины и ее мужа, но терпеть не могла там оставаться и большую часть времени спала на диване в офисе. Я не знала, куда пойти, поэтому колебалась.

— Дай мне знать, когда будешь готова поговорить, — сказал Марко, но я по-прежнему не смотрела на него.

— Шелли, по крайней мере, скажи мне, куда тебя отвезти.

Я медленно повернула голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Я всегда находила их яркими и выразительными по сравнению с моими.

— Как насчет того, чтобы мы сначала высадили тебя, а потом ты позволил бы беспилотнику отвезти меня домой?

— Почему?

— Разве это не очевидно? — Я была начеку. Из двух зол я предпочла бы, чтобы он счел меня трусихой, чем узнал правду о том, что произошло между нами.

— Ты не хочешь, чтобы я знал, где ты живешь?

Наклон моей головы подтвердил это.

Марко наклонился вперед, положив руки на колени.

— Что, черт возьми, я тебе сделал?

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— В последний раз я видел тебя десять лет назад, и ты попросила меня обнять тебя. Что-то я не припомню, чтобы мы были врагами. Что за манера вести себя как ледяная королева?

Я отвела взгляд.

— Посмотри на меня. Нам было весело вместе. Разве ты не помнишь?

— Я помню, как мы часто подшучивали друг над другом.

— Конечно, но это было дружеское подшучивание. Ты была моим умным другом, а я был твоим…

Мои глаза расширились.

— Моим кто? — Он знал, что я по уши в него втрескалась?

— Ты развлекала меня. Ты всегда комментировала мои глупые выходки, и мы заставляли людей смеяться. — Марко покачал головой. — Раньше у тебя было острое чувство юмора, а теперь ты холодна и обращаешься со мной, как с никем. Я бы не принял тебя за сноба.

— Сноб?

— Да, знаешь, слишком хороша, чтобы общаться с таким простым парнем, как я. Ну и что, что я все еще наставник, а ты важная персона на Родине?

— У меня все еще отличное чувство юмора. Просто оно временно пропало.

— Почему?

Почесывая ключицу и избегая его взгляда, я искала правдоподобную причину.

— На работе много стресса.

— Ты работаешь в «Передовых технологиях», верно?

— Да.

— Чем именно ты занимаешься?

— Я разрабатываю продукты. Одним из моих последних изобретений был бьюти-бот.

— Почему я не удивлен? — Марко указал на мои руки. — Мне нравятся цвета ногтей и послание.

Подняв руку, я растопырила пальцы. На каждом из них была маленькая буква, написанная белым цветом поверх синего цвета морской волны.

— «Живи и учись», — прочитал он.

— Это напоминание.

Марко нахмурил брови и серьезно посмотрел на меня.

— Шелли, у секс-бота, которого я видел, было что-то похожее, но не те цвета или сообщение. — Внимание Марко было приковано к моему лицу, как будто он пытался прочитать выражение моего лица.

Я попыталась посмотреть ему в глаза, чтобы выразить уверенность, но исходящие от него вопросы заставили меня занервничать, и я опустила глаза и пробормотала:

— Я же говорила тебе, что не хочу это обсуждать.

— А я сказал тебе, что хочу получить ответы. Я не собираюсь оставлять это так, так что, может, ты все-таки расскажешь мне, — настаивал он твердым голосом. — Что ты знаешь о секс-роботе? Если они сделали это против твоей воли, я помогу тебе с этим бороться.

— Мне не нужна твоя помощь. Я хочу, чтобы ты забыл об этом.

— Этого не произойдет, — сказал он и решительно выпятил челюсть. — Почему ты здесь? Я имею в виду, в Северных землях. Я думал, ты живешь на Родине.

— Я здесь уже несколько недель. Я провожу кое-какие исследования в области передовых технологий.

— Какого рода исследования?

Я никогда не умела врать, поэтому вздохнула и сказала правду.

— Все, что я могу тебе сказать, это то, что в данный момент я работаю в испытательном и исследовательском центре на Мэр-Стрит. Большую часть времени…

Меня прервали, когда Марко вставил:

— Мэр-Стрит. Именно там они тестируют секс-ботов.

— Как я уже говорила, — продолжил я. — Большую часть времени я анализирую статистику, чтобы улучшить работу конечного пользователя.

— На секс-ботах? — в голосе Марко звучало недоверие.

Я еще глубже вжалась в сиденье, потирая переносицу, как будто так можно было спрятать лицо, и пробормотала:

— Да.

— Ты работаешь с секс-ботами?

— Верно.

В течение долгих секунд никто из нас не произносил ни слова.

— Скажи мне правду, — сказал Марко и придвинулся ближе ко мне с суровым выражением лица. — Ты знаешь, что я был в твоем учреждении на прошлой неделе?

Я облизала губы, несколько раз моргнув.

— Я в курсе.

— Ты видела, как я тестировал бота?

Мой взгляд сосредоточился на точке на полу.

— Шелли, посмотри на меня, — голос Марко слегка повысился.

Когда я это сделала, он прочитал ответ на моем лице.

— Черт… ты видела, не так ли?

— Мне жаль. — Мои щеки горели, и я теребила кольцо на пальце, поворачивая его все снова и снова.

— Кто изобрел этого бота? Ты? — На этот раз его вопрос прозвучал обвиняюще.

— Марко, может быть, будет лучше, если мы не будем это обсуждать. Никто никогда не должен об этом узнать. Мы могли бы просто забыть, что это вообще произошло.

На мгновение он закрыл лицо руками и тихо выругался.

— Скажи мне правду, Шелли. Почему я?

— Что ты имеешь в виду?

— Почему ты выбрала меня для тестирования бота? Или, может быть, все это было подстроено. Был ли я вообще первым, кто его испытал?

— Да. Больше никто его не видел, — настаивала я.

— Тогда почему я?

— Я не знаю. Тебя даже не должно было там быть. Я позаботилась о том, чтобы тебя не включили в тестовые раунды.

— Почему?

— Потому что я не хотела, чтобы ты был там. — Это была правда.

— Я занял место Шторма, — объяснил Марко, и последовала долгая пауза, во время которой мы просто смотрели друг на друга, прежде чем он заговорил тихим, недоверчивым голосом. — Ты видела, как я занимался сексом с твоей копией.

Я не знала, что на это ответить, поэтому промолчала.

— Тебе было неприятно или ты была взволнована? — Марко бросил мне вызов, его ноздри раздувались от нарастающего гнева.

— Ты всегда знал, что ученые наблюдают за испытаниями. Тебе говорят об этом каждый раз, когда ты приходишь, — напомнила я ему.

— Верно, но я понятия не имел, что за мной наблюдает кто-то из моих знакомых.

— Это должно научить тебя не лгать, — ляпнула я, не подумав, и тут же мое лицо стало вишнево-красным от смущения. Кто я такая, чтобы так говорить?

— Если ты хочешь поговорить о правде, то, может, поделишься со мной некоторыми подробностями? — Мы добрались до города, и беспилотник летел в противоположную сторону от того места, куда я хотела попасть.

— Ты можешь отвезти меня на работу? — я спросила.

— Как только ты начнешь говорить.

— Мне нечего рассказывать. Ты был там, ты испытал это на себе, и лучше всего просто двигаться дальше.

Марко приказал беспилотнику лететь на север, как я просила, и повернулся ко мне.

— Знаешь, как странно для меня смотреть на тебя и осознавать, что у меня был секс с тобой… или, скорее, с Натурой.

Я потеребила свои руки.

— Для меня это тоже странно, но это был всего лишь эксперимент. Не нужно больше об этом думать.

Марко усмехнулся.

— Да, точно. Звучит как хороший план.

— Я серьезно, тебе не обязательно видеть меня снова.

— Но разве ты не понимаешь, что я буду задаваться вопросом?

— Каким?

Он развел руками.

— С чего ты хочешь, чтобы я начал?

Я ничего не сказала, мои глаза смотрели на город, раскинувшийся под нами, и мои мысли были сумбурными.

— Здания здесь выглядят совсем по-другому. На Родине у большинства растения и трава растут сверху донизу домов.

— Это не Родина, и ты меняешь тему.

— Знаешь ли ты, что подводное земледелие становится все более популярным в южной части Материка? Мы используем большие герметичные теплицы, расположенные на глубине примерно семи-девяти метров под поверхностью. — Я начала разглагольствовать. — Это эффективный способ борьбы с вредителями, штормами, засухами и заморозками, которые могут нанести вред сельскохозяйственным культурам на суше.

— Шелли.

— Большинство людей этого не знают, но давление под водой ускоряет рост растений.

— Шелли. — Марко уставился на меня. — Прекрати читать мне лекции о растениях. Я хочу знать, не ты ли подослала этого секс-бота, чтобы я трахнул его?

Я откинула голову назад, мои глаза расширились от шока.

— Что?

— Не ты?

— Я…

Он наклонил голову, его губы сжались в тонкую линию.

— Это вопрос типа «да» или «нет».

— Это сложно.

— Хорошо, если это так чертовски сложно, тогда давай задавать вопросы по порядку, чтобы даже такой не гений, как я, мог понять. Ты знала, что в той комнате был я?

— Да, — призналась я. — Я увидела твое сообщение о том, что Минди сломалась.

— Ты отправила бота заняться со мной сексом?

— Ты просил другую модель.

Марко приподнял бровь.

— Значит, ты прислала прототип, созданный по твоему образцу?

Я заправила прядь волос за ухо.

— Вроде того.

— Вроде того?

Для человека, который в обычный день общается без фильтров, я была очень осторожна, стараясь не раскрывать слишком многого.

— Ты разрешила, чтобы секс-бот был создан по твоему образу и подобию?

Я с трудом сглотнула и задумалась над своим ответом, когда беспилотник начал снижаться.

— О, смотри, мы на месте. — Никогда еще я не была так рад увидеть испытательный центр.

— Ты не ответила на мой вопрос. — Марко не выглядел довольным нашим прибытием.

Я мысленно отсчитала семнадцать секунд, пока беспилотник не опустился на землю и дверь не открылась.

— Спасибо, что отвез меня обратно, — сказала я и поспешила выйти.

Марко последовал за мной, и когда я вошла в здание, он не смог проследовать за мной.

— Я не уйду, пока ты мне все не расскажешь, — сказал он и скрестил руки на груди с таким видом, который говорил мне, что он никуда не уйдет.

«Если ты хочешь, чтобы он ушел, все, что тебе нужно сделать, это сказать ему правду. Он будет в ярости и убежит отсюда».

— Шелли, перед тем, как Тристан прервал нас на гонке дронов, ты собиралась рассказать мне; я видел это по твоим глазам.

Развернувшись, я пошла по коридору в свой кабинет, оставив дверь открытой для него. Минди стояла в углу с непокрытой головой. Я ждала, когда ей привезут новый чип из штаб-квартиры.

— Она снова сломалась? — спросил Марко.

— Да, уже второй раз с тех пор, как ты здесь.

— И Натура. Где она? Могу я ее увидеть?

— Зачем?

— Просто любопытно.

— Прости. — Я села на свой вращающийся стул, уперев локти в бока и сплетя пальцы.

Марко предпочел облокотиться на стол напротив меня.

— Что ты мне недоговариваешь?

Я немного посмеялась, чувствуя, как меня охватывает напряжение.

— Мы не виделись десять лет, и после тридцати минут, проведенных в моей компании, ты ждешь, что я расскажу тебе все?

— Нет, конечно, нет, я просто хочу узнать о Натуре. Это ты создала ее?

Я пожала плечами, стараясь выглядеть непринужденно.

— А что, если бы это сделала я?

Марко глубоко вздохнул.

— Я не уверен, стоит ли мне делать тебе комплимент или испытывать к тебе отвращение. Натура невероятна, но делать из нее копию себя — это неправильно во многих отношениях, Шелли. Большинство мужчин здесь используют секс-ботов, и каждый узнал бы тебя на улице. Можешь себе представить?

Я потерла лицо обеими руками.

— Я понимаю твою точку зрения и обязательно исправлю эту ошибку.

— Значит, ты никому не позволишь увидеть или протестировать Натуру?

— Нет, не позволю.

— Ты обещаешь?

— Да.

— Хорошо! — Марко удовлетворенно улыбнулся. — Я рад, что мы смогли с этим разобраться. Есть еще кое-что.

— Что?

— Запись, на которой я и Натура. Не могла бы ты стереть ее?

— Почему?

— Потому что я не хочу, чтобы кто-нибудь это видел.

— Не волнуйся, только несколько уполномоченных людей имеют доступ к записям.

Марко постучал пальцами по столу.

— Если ты не хочешь удалить это, то, по крайней мере, дай мне копию.

— Нееет, — воскликнула я. — Я не могу.

— Почему нет?

— Мне это запрещено.

— Значит, ты можешь это смотреть, а я нет?

— Технически, я могла бы это посмотреть, но не собираюсь. — Я не сказала ему, что я была единственным человеком, у которого был доступ к этой записи, и что я уже просмотрела фрагменты из нее три раза.

Марко вытянул ноги.

— Послушай, ты сама приняла решение отправить Натуру и посмотрела запись. Я думаю, будет только справедливо, если я тоже ее посмотрю.

К этому времени мое лицо, должно быть, стало пунцово-красным.

— Разглашать это противоречит протоколу компании. Натура — секретный проект, мы не можем допустить, чтобы ее записи пропали без вести.

— Шелли, тебя не беспокоит, что кто-то может принять Натуру за тебя и подумать, что мы с тобой занимались сексом?

Выпрямившись на стуле, я бросила на него острый взгляд.

— Ты говоришь так, будто стыдишься заниматься сексом со мной. Кто теперь сноб? — Мои глаза расширились, когда я поняла, в чем его настоящая проблема. — Это из-за твоей жены, не так ли? Ты боишься, что Дженни это увидит.

— Дженни? — Марко скривился. — Кто рассказал тебе о Дженни?

— Я слышала, ты женился много лет назад. Но не волнуйся, тебе не нужно бояться, что Дженни узнает, что ты был со мной. Я могу заверить тебя, что любые записи засекречены. Она никогда их не увидит.

— Что я был с тобой? — глаза Марко сузились, а ноздри расширились, как у волка, почуявшего запах крови.

— С Натурой. Я имела в виду Натура.

— Но это не то, что ты сказала. Ты имела в виду себя.

— Просто выдаешь желаемое за действительное, — пошутила я и рассмеялась. — Я, конечно, шучу.

Марко посмотрел на меня скептически.

— Кто тебе сказал, что мою жену зовут Дженни?

— Ты сказал, когда тестировал Натуру, помнишь?

— Правильно. — Марко встал и, возвышаясь надо мной, наклонился так, что мы оказались почти лицом к лицу. — Только я не женат, это у Шторма есть бывшая жена по имени Дженни.

Я попыталась отстраниться, но меня прижало к стулу, а Марко сидел передо мной.

— Но ты ведь был женат, верно?

— Нет. Я никогда не был женат. В тот день я сказал о Дженни, потому что притворялся Штормом. Натура была связана с системой, а в системе я был Штормом.

Мои глаза расширились, когда я осознала свою ошибку.

— Ты, однако, знала, что это был я.

Я затаила дыхание, потому что вопрос был прямо в его глазах, и я никак не могла помешать ему задать его.

— Я должен был догадаться, что что-то не так. Секс-бот никогда бы не спросил меня о моей жене. Либо ты проинструктировала Натуру задать этот вопрос, либо… — он прищурился. — Скажи мне правду, Шелли. Был ли я с секс-ботом по имени Натура или я был с тобой?

Глава 8

Реакция

Марко

Когда Шелли просто уставилась на меня, я повторил свой вопрос.

— Это ты была со мной в той комнате?

Она облизнула губы. Ее дыхание было прерывистым, а лицо пылало.

— Это была ты? — Я повторил это в третий раз, уже зная ответ в глубине души.

— Конечно, нет. — Шелли теперь смотрела на мое плечо. — Это было бы просто безумием.

— Шелли, посмотри на меня. — Я подождал, пока она это сделает. — Это очень просто. Покажи мне Натуру, чтобы я сам мог убедиться, что я тестировал робота, или скажите мне правду прямо сейчас.

Ее плечи опустились еще ниже, и она не могла встретиться со мной взглядом.

— Ты… мы… это не может… — я попытался составить связное предложение, но не мог ясно мыслить. Отодвинувшись, чтобы увеличить расстояние между нами, я уставился на Шелли. — П очему? — Наконец, мне удалось спросить.

Она не стала ничего объяснять, а просто отвернулась, пряча от меня лицо.

— Почему, Шелли? — во мне закипал гнев. — Это был какой — то розыгрыш?

— Н ет. — Она покачала головой и, наконец, встретилась со мной взглядом.

— Ты солгала мне.

— В какой — то степени.

— В какой — то степени? Что, черт возьми, это должно означать. Т ы секс-бот нового поколения? — вопрос был риторическим.

— Нет, но я планирую создать такого. И в свою защиту могу сказать, что это ты решил, что я робот. Я просто смирилась с этим. И моя кожа сделана из человеческих тканей.

— Господи, Шелли, ты всегда была другой, но я никогда не считал тебя лгуньей.

— Я не лгунья, — запротестовала она. — По крайней мере, обычно.

— У нас был секс. — Осознание этого поразило меня, и я скривился. — Ты, черт возьми, обманула меня.

Она заламывала руки, все еще сидя в кресле, ее брови были сведены так близко, что напоминали сросшиеся брови, которые у нее когда — то были.

— Почему ты переспала со мной?

Теперь ее взгляд был прикован к собственным бедрам.

— Посмотри на меня, — потребовал я, и когда она посмотрела, ее глаза увлажнились.

— Ты использовала меня, Шелли. Тебе следовало сказать мне, кто ты такая.

— М не жаль.

— Этого недостаточно. Ты должна мне, черт возьми, все объяснить.

Она заломила руки и заговорила так тихо, что мне пришлось наклониться, чтобы расслышать ее.

— Мне было любопытно.

— Любопытно?

— М не жаль.

Я обошел ее стол и вернулся обратно.

— Вот почему я никогда не хотел жениться на мамаше. Все думают, что вы добрые и благородные люди, но это не правда, не так ли? Как бы ты себя чувствовала, если бы я обманом заставил тебя заняться со мной сексом?

Шелли выглядела опустошенной.

— Ты прав, мне бы это не понравилось. Мне также не понравилось, когда я тебя обманула.

Что — то в этом предложении меня обеспокоило.

— Ты хочешь сказать, что тебе не понравилось обманывать меня или что тебе не понравился секс?

Встав со стула, Шелли начала беспокойно ходить по комнате. Сначала она подкатила свой стул обратно к столу, а затем начала бесцельно передвигать вещи.

— Наверное, будет лучше, если ты сейчас уйдешь.

Я все еще злился, но вопросов больше не было.

— У йти? Я не думаю, что ты понимаешь последствия того, что ты сделала.

— Я разозлила тебя, и мне жаль.

Я усмехнулся и подошел, чтобы развернуть ее.

— Я просто, черт возьми, не понимаю, почему ты это сделала, и мне бы хотелось, чтобы у меня был выбор.

— Я понимаю.

— Сомневаюсь. — Я сжал челюсти. — Это значит, что мы поженимся

Шелли отступила на шаг.

— Н ет.

Я поморщился.

— Не будь дурой. Когда ты спала со мной, ты выбрала меня. Ты не можешь переспать с мужчиной, а потом не захотеть выходить за него замуж. Здесь, на Севере, так не принято. Теперь ты моя.

Шелли недоверчиво хмыкнула.

— Марко, ты злишься и плохо соображаешь.

— Не думаю. Я не из тех, кто притворяется тем, кем на самом деле не является. Очевидно, что твоя гениальность подтолкнула тебя к безумию. Я бы сказал, что у меня здесь самый ясный ум.

— Я никогда не выйду за тебя замуж. — Ее глаза были широко открыты, и она смотрела на меня.

Я отдернул голову.

— Ого. Это жестоко даже для тебя

На ее лице промелькнуло сожаление, прежде чем она отвела взгляд.

— Я не пытаюсь причинить тебе боль, я просто не верю в брак. У нас все равно ничего не получится, ведь я здесь ненадолго, а потом вернусь на Родину.

— Тогда какого хрена ты переспала со мной?

Она отошла от меня и остановилась перед большой стеклянной доской с заметками, которые не имели для меня никакого смысла. Повернувшись ко мне спиной, она повторила то, что говорила мне раньше, ее голос снова стал тихим и извиняющимся.

— Мне просто было любопытно.

Моя голова разрывалась от вопросов, но я был слишком смущен, расстроен и унижен, чтобы говорить об этом спокойно.

— И тебе никогда не приходило в голову сказать мне, кто ты? — прошипел я.

Шелли опустила голову от стыда, и в ее голосе звучали оборонительные нотки.

— Да, но потом ситуация обострилась. Я не знала, что ты так разозлишься из — за этого.

— Я чертовски зол.

— Я слышу это. — Ее голос был хриплым, и она кивнула, по-прежнему стараясь держаться ко мне спиной.

Я наблюдал, как она подошла, встала перед Минди и принялась возиться с руками робота, делая вид, что занята, и в то же время не обращая на меня внимания. По легким движениям ее плеч я понял, что она сдерживает слезы. Ее дыхание было поверхностным и прерывистым, как будто она вдыхала воздух, но не выпускала его обратно. Я много раз наблюдал такое поведение у мальчиков, когда они были слишком горды, чтобы плакать на глазах у других.

— Ты хочешь, чтобы я ушел, не так ли?

— Да… — ее слова оборвались, и я понял, что она была близка к последней капле, прежде чем разрыдаться. Это задело меня за живое. Шелли была такой же чувствительной и гордой, как и десять лет назад.

— Мы поговорим об этом позже. Это должно научить тебя не лгать, — сказал я, возвращая ей ее же собственные слова, прежде чем захлопнуть за собой дверь и уйти.

***

Всю дорогу домой я был в состоянии шока, и мой первоначальный гнев сменился недоверием. У меня был секс с настоящей женщиной, которая отдалась мне по доброй воле. В каком мире это произошло?

Шелли была красивой и умной, так почему же меня так беспокоило то, что произошло между нами?

Потому что мне казалось, что она все это время смеялась надо мной. Она знала, что происходит, в то время как я был тупицей, которого обманули.

Но это была только половина дела.

Вернувшись домой, я пнул ботинки Шторм, лежавшие посреди прихожей, и снова удивился, почему я ее не узнал. Может быть, потому, что каждый раз, когда я думал о Шелли за последние десять лет, ей было пятнадцать, и у нее была такая же пышная грива непослушных волос, как и в последний раз, когда я ее видел. Открыв верхний ящик стола в своей спальне, я достал маленькую коробочку и взял морскую ракушку, которую она подарила мне перед тем, как уйти из школы. Воспоминания вернули меня в прошлое.

— Морская раковина в некотором смысле символична, — сказала Шелли, держа в руках маленький камешек, который я подарил ей в шутку. Я назвал его портретом, но на самом деле нарисовал на нем ее гигантский мозг.

— Символ чего? — я спросил.

— Тебя. Животное, которое жило внутри этого панциря, было мягким и ранимым внутри, и ему тоже нужен был твердый панцирь.

Я рассмеялся и настаивал, что я такой же крепкий, как и все остальные, но Шелли знала, что это не так, и просто пожала плечами.

— Как скажешь.

— Я буду беречь эту раковину. Если люди спросят меня, я скажу им, что это замечательное напоминание о гениальной девушке, которая была невероятно умна, но время от времени ей приходилось держать язык за зубами. Ну, знаете, как моллюск или устрица.

В своей обычной манере Шелли легко парировала.

— А я покажу людям твой подарок и скажу, что это напоминание о молодом человеке, у которого вместо мозгов были камни.

Я бы никогда не стал смеяться над отсутствием у нее здравого смысла, если бы знал, что в тот единственный раз, когда мне понадобится, чтобы она высказалась, она замолчит и не скажет мне, кто она на самом деле.

Мысль о том, что я побывал внутри Шелли Саммерс, заставила меня плюхнуться на кровать, закинуть руки за голову и уставиться в потолок, погрузившись в воспоминания о том дне.

Шелли всегда была похожа на гребаного единорога. Настолько редкая и особенная, что все вокруг знали, что для них большая честь познакомиться с ней. Она была из тех людей, которые войдут в историю за то, что сделали мир лучше благодаря своей чертовой гениальности. Дети узнают о ней в школе и будут говорить о ее вкладе в развитие мира. Я просто знал это!

Если бы я знал, кем она была в тот день в испытательном центре, я бы отнесся к ней с уважением и заботой, которых она заслуживала. Ее печальное лицо, когда она уходила, снова преследовало меня и заставило выругаться вслух. Я ранил ее чувства и отпускал бестактные комментарии о ее теле и умениях в постели. Я, черт возьми, говорил о ее несовершенствах и засунул свой член ей в глотку. Господи!

Отвращение к себе уступило место стыду, когда перед моим мысленным взором отчетливо предстали подробности того дня. Она была такой красивой, а я жаловался, что не могу увеличить ее грудь. Каким же я был идиотом.

Каким — то чудом женщина проявила ко мне интерес, и у меня появился шанс доказать, что я достоин ее.

Что я сделал с этой возможностью, которая выпадает раз в жизни? Я, черт возьми, упустил ее.

Не то чтобы у меня было много шансов с самого начала. Это была Шелли Саммерс, черт возьми. Гений.

Я злился на себя и на нее за то, что она обманула меня, заставив думать, что она машина и ничего больше. Черт, жаль, что я не знал. Она должна была мне сказать!

В моей квартире было тихо, и я долго сидел на диване, размышляя. Когда Шторм вернулся домой, он сразу прошел на кухню.

— Не допивай последнее пиво, оно мое, — сказал я из открытой гостиной.

— Черт, ты меня напугал, — воскликнул он. — Я тебя не заметил. Почему ты не включил свет?

— Когда я вернулся домой, было еще светло, и, наверное, я задремал. — Это была неправда. Я был так погружен в свои мысли, что не обратил внимания на закат за окном.

— Ты пропустил самое интересное. Какого черта ты так быстро ушел? Мы с Хантером и Тристаном смогли прокатиться на победившем дроне. Это заняло всего несколько минут, но все же. Ты не поверишь, как быстро он разгоняется. Такое ощущение, что все твое тело вжимается в сиденье, и ты не можешь пошевелиться.

Шторм накладывал еду на тарелку. Он вошел, держа ее в одной руке, а в другой — стакан.

— Тристан сказал, что он был там с Шелли, и что ты отвез ее домой. — Он сел на диван рядом со мной.

— Да, у нее разболелась голова.

— Я помню Шелли. Она была необычной.

— И сейчас такая же, — сказал я ровным тоном. Определенно необычная.

— Но я в замешательстве. Если Шелли сидела рядом с Тристаном, то почему ты решил, что она секс-бот?

— Я ошибался. — Я повернул голову и посмотрел на Шторм. — Она просто выглядела похожей, но когда я подошел поближе, то понял, что это не она.

Шторм начал набивать рот и издавать невербальные звуки из — за того, что во рту у него было полно еды.

— Я понятия не имею, что ты только что сказал.

Он сглотнул.

— Я сказал, я не могу поверить, что Шелли оказалась такой сексуальной. Когда мы были знакомы, она была прыщавой и уродливой.

— Эй, я помню, у тебя тоже было немало прыщей. Мы все выглядели забавно, когда были подростками. По крайней мере, у Шелли было больше мозгов, чем у всех нас, вместе взятых.

Шторм рассмеялся.

— Верно, но помнишь, как она всегда говорила о разных вещах, до которых никому не было дела? Или как мы все боялись, когда она дежурила на кухне?

Я лениво повел плечами, уголки моего рта приподнялись.

— Я помню, как однажды нам с ней пришлось заниматься декоративно — прикладным искусством с вами, дети. Шелли пришла в голову идея, что мы все могли бы заняться чем — то, что называется вязанием. Она изучила технику и могла прекрасно все объяснить, но у нее были такие неумелые пальцы, что это была пустая трата времени. Я так смеялся, потому что она отказывалась сдаваться и продолжала это делать еще долго после того, как дети ушли. Это было нелепо, но у нее была выдержка, надо отдать ей должное.

— Я не помню, чтобы она вязала, но я помню, что она не умела ни бегать, ни драться. — Шторм чистил банан. — Помнишь, как она всегда терялась на утренних пробежках, потому что ее отвлекал какой — нибудь цветок, дерево или животное, к которым ей нужно было подойти поближе?

— Это проклятие умных людей, — сказал я. — У них не так много здравого смысла.

Шторм что — то проворчал в знак согласия, и я схватил несколько чипсов с его тарелки, добавив к разговору:

— Но когда дело доходило до научных знаний, Шелли была феноменальна.

— Не могу с этим поспорить. Но, честно говоря, мне это всегда казалось немного жутковатым, — пробормотал Шторм.

— Что значит жутковатым?

Он пожал плечами.

— Я не знаю, просто она была не совсем человеком.

Когда я нахмурился, между моими бровями образовался треугольник.

— Нет. Я почти уверен, что Шелли — настоящий человек.

— У нее была потрясающая фотографическая память, и она могла прочитать страницу за секунду.

— Она не могла прочитать ни страницы за секунду. — Я бросил в него чипсом. — Такого не бывает.

— Может, и не за секунду, но она прочитывала главу за то время, которое у меня уходило на прочтение страницы, и мы часто проводили с ней викторины, чтобы проверить, как много она может запомнить. Это было жутковато.

— Ты имеешь в виду, впечатляюще.

Шторм несколько минут ел свою еду, а затем заговорил снова.

— Хантер сказал, что Уиллоу может скоро приехать в гости. Знаешь, что было бы забавно?

— Ч то?

— Встреча выпускников. Мы могли бы пригласить всех первых учеников школы и устроить летнюю вечеринку. Я имею в виду, что Шелли и Тристан уже здесь.

— Тристан не ходил в нашу школу.

— Нет, но он часто там бывал, так что он считается.

— Я не знаю. Похоже, придется потрудиться, чтобы разыскать всех. Особенно тех, кто с Родины.

— Это не так уж и много, если подумать. Мила и Рейвен живут на Западном побережье со своими семьями, а поскольку Шелли живет здесь, а Уиллоу гостит у Хантера, нам нужно найти еще шестерых. С Рошель все просто, так как она сестра Шелли, и я уверен, что, поскольку она с Родины, у нее есть контактная информация и о других.

Я поднял руки вверх.

— Если ты хочешь это сделать, дерзай. Если у тебя получится, я бы с удовольствием пошел.

Шторм задумчиво побарабанил пальцами по подлокотнику.

— Я попрошу Хантера и Тристана помочь. Это будет грандиозно.

— Это здорово.

Шторм откинулся на спинку дивана, стряхивая крошки со своей футболки.

— Может быть, мы сможем провести еще один тест на Шелли. Посмотрим, все ли у нее в порядке с головой.

— Тест? — Моя шея начала зудеть, когда вспыхнула.

— Да, держу пари, у нее все еще фотографическая память. Как ты думаешь, она позволит нам проверить ее?

Я не ответил, потому что его слова о проверке Шелли вызвали у меня сильные воспоминания о том, как я был глубоко внутри нее. Мысль о том, что кто — то еще может быть так близок к ней, заставила меня вспыхнуть гневом.

— Ч то не так? — спросил Шторм.

— Ничего.

— Тогда почему ты вдруг стал таким раздраженным?

— Ничего такого.

Шторм сменил тему, и когда все, что он получил от меня в ответ, было ворчание и односложные предложения, он вскоре скрылся в своей комнате.

Я, с другой стороны, был потрясен силой собственнического чувства, которое вызвал во мне его рассказ о проверке Шелли. Последнее, что мне было нужно, — это испытывать к ней чувства. Она ясно дала понять, что я ее не интересую и что она скоро вернется на Родину. Кроме того, я собирался поехать на турнир и, надеюсь, жениться на Луизе.

Тихонько застонав, я свернулся калачиком на диване. Это все было так хреново!

Глава 9

Головная боль Тристана

Шелли

— Ты почти ничего не ела. — Тристан кивнул на тарелку, которую я отодвинула в сторону.

— Это потому, что здесь нет ничего вкусного.

— Пирог с курицей очень вкусный. — Тристан схватил мою тарелку и отправил в рот кусочек брокколи.

— Да, они знают, как готовить мясо. Они портят зелень и салаты. Жареный рис с овощами не должен быть таким уж жестким. Даже я могу приготовить его, и это о многом говорит, потому что я не кулинарный эксперт.

— Это правда, мои вкусовые рецепторы все еще не оправились от того ужасного торта, который ты испекла.

— Я не специально поменяла местами соль и сахар. Иногда я просто отвлекаюсь.

— Вот почему я рад, что ты не работаешь в лаборатории с химикатами, — заметил Тристан с искорками юмора в глазах. Мы были в одном из его любимых мест. Мне паб показался похожим на довоенный музей со всеми этими деревянными панелями на стенах и скамейками и столами, сделанными из цельных досок. Большая вывеска над баром гласила, что ирландский паб McGregor’s и барменши топлесс разливают пиво из больших бокалов многочисленным посетителям бара.

— Раз уж ты все равно не ешь, не возражаешь, если мы взглянем на чертежи? — Тристан освободил место на середине стола для большого листа бумаги с рисунками.

Я пощупала бумагу.

— Это настоящая бумага, сделанная из деревьев?

— Д а.

— Разве у тебя нет этого документа в электронном виде?

— Это всего лишь черновик. Ч то не так?

— Иногда кажется, что ты вообще никогда не жил на Родине. Т ы знаешь, что традиционная бумага не использовалась веками. На самом деле, количество древесины в этом месте было бы оскорбительным для большинства.

— Я знаю, но мне здесь нравится. Здесь уютно, и это Северные земли — у нас нет ничего, кроме деревьев.

— Деревья — живые существа, Тристан. Они общаются с другими деревьями, и если одно из них пострадает от удара молнии или нашествия насекомых, другие будут распределять воду через корневую систему. Как житель Родины, ты воспитан в том, чтобы ценить всех живых существ и признавать, что их жизнь тоже наполнена смыслом и важна.

— К онечно. — Тристан наклонился над столом. — Но иногда я бунтую и все равно пользуюсь бумагой. Мы так делали в школе, помнишь?

— Да. Но есть и альтернативы.

— Шелли, ты никогда не жаловалась на это в школе, так что не зацикливайся на этом сейчас.

Я пожала плечами.

— Ладно, я не совсем типичный житель Родины, не так ли?

— Х орошо. Итак, теперь, когда ты выплеснула свою маленькую тираду, мы можем сосредоточиться на моем продвижении по службе?

Положив руки на стол, я наклонилась, чтобы рассмотреть чертежи.

— Расскажи мне об этом.

Тристан работал над системой общественного транспорта, которая должна была поддерживать как Северные земли, так и часть Материковых земель. Он не находил это таким увлекательным, как разработка гоночных беспилотников, но он был увлечен тем, как много людей выиграет от этой системы.

— Перл уточнила, что скорость и комфорт входят в список пожеланий, но являются второстепенными по сравнению с долговечностью и надежностью, — пояснил он.

— На чем он будет работать?

— На биотопливе из водорослей или электричестве. Я не уверен. У Перл, вероятно, есть свое мнение на этот счет.

— Я думала, ты инженер.

Тристан постучал пальцами по столу.

— Верно, но, как жена правителя, Перл имеет право голоса во всем. Кроме того, я ценю ее вклад. Ей требуется время, чтобы разобраться в происходящем, и она прислушивается к мнению других.

— Она посоветует тебе найти способ сделать беспилотники самодостаточными. Т ы ведь используешь углеродное волокно, верно?

— Конечно, он легкий и прочный.

— Что, если бы ты использовал модульные солнечные панели? Углеродные волокна могли бы накапливать энергию, а солнечные батареи заряжали бы их. Это было бы идеально с экологической точки зрения.

Тристан приподнял бровь.

— Это было бы замечательно, но я предвижу всевозможные проблемы.

— Мы инженеры. Самое интересное — находить решения.

— Но у меня нет модульных солнечных панелей, которые могли бы выдержать давление или погодные условия. Это не то же самое, что устанавливать солнечные панели на крыше или велосипедной дорожке, Шелли. Сопротивление ветру значительно, не говоря уже о возможном граде, дожде, снеге и молниях. Я даже не думаю, что у них было что — то передовое до войны.

— Тогда тебе придется их построить.

Тристан бросил на меня взгляд, который говорил, что это легче сказать, чем сделать.

— Я помогу тебе с идеями, и ты можешь попросить инженеров из отдела охраны окружающей среды тоже помочь тебе. Уверена, им понравится этот проект. — Постучав по чертежу, я добавила: — И это тот самый дизайн?

— Да, это всего лишь грубый набросок, но меня вдохновили военные беспилотники, которые есть у нас в Северных землях. Они могут перевозить до пятидесяти человек одновременно и напоминают больших шмелей.

Я уставилась на него.

— Почему, черт возьми, ты выбрал что — то подобное?

— Потому что ты всегда советовала мне подражать природе.

— Да, но когда дело доходит до полета, шмель — не самый совершенный экземпляр.

— Я сосредоточился на его размерах.

Проведя пальцами по контурам большого беспилотника, который он создал, я покачала головой.

— Мне это не нравится.

— Тебе не нравится? — в голосе Тристана слышалось разочарование.

— Нет. Биомимикрия — это восхищение совершенством природы. Чему бы ты хотел подражать? Назови пять твоих главных черт.

Тристан посчитал на пальцах.

— Я хочу, чтобы он был бесшумным, быстрым, энергоэффективным, гибким и надежным.

Я задумчиво прикусила верхнюю губу.

— Мы уже говорили о топливе, так что давай придадим форму, которая создает как можно меньшее сопротивление воздуха. Если мы сможем заставить этого плохиша взлететь, это будет идеально, не так ли?

— Взлететь — это хорошо, но людям есть куда пойти. Например, на работу. — Тристан откусил еще кусочек пирога, и его воспитание на Родине сказалось в том, что он прикрывал рот рукой, когда говорил, жуя. — В этом тоже должна быть какая — то скорость.

— Скорость — это твоя специальность. Я верю, что ты можешь творить чудеса.

— Верно, но гоночные дроны не рассчитаны на размещение сорока или пятидесяти человек.

Накручивая на палец прядь волос и напряженно размышляя, я некоторое время сидела, перебирая в голове варианты, слушая, как Тристан бросает вызов своему дизайну.

— Пингвин Адели.

— Что?

— Пингвиненок Адели.

Тристан почесал в затылке.

— Мы говорим об аэродинамике, Шелли. Пингвины не летают.

Я наклонилась вперед.

— Это верно. Но они прекрасно плавают и скользят. Это могло бы придать твоему устройству нужный ракурс.

— Пингвины так очаровательны своей белой и черной окраской. — Тристан нахмурился. — Если природа такая гениальная, то почему у них белая и черная окраска, если они живут на льду? Можно подумать, они все белые, чтобы маскироваться под лед и избегать хищников.

— Это хороший довод. — Я постучала пальцем по губам. — Этому должно быть логическое объяснение.

— Это не имеет значения, Шелли. Это было просто наблюдение. Знаешь, потому что я такой сообразительный. — Тристан усмехнулся, но я его не слушала. Я мысленно перебирала все, что когда — либо читала о пингвинах.

— У пингвинов Адели на суше не так уж много хищников. Они добывают пищу в океане, и черный цвет их спины будет сливаться с глубиной, если смотреть сверху, в то время как белый цвет спереди не позволит им выделяться на фоне яркой морской поверхности, когда тюлени или другие хищники приблизятся снизу.

— Ага. Да, в этом есть смысл. Итак, ты хочешь, чтобы я использовал их форму для нижней части беспилотника?

В голову пришла другая мысль, и я схватила Тристана за предплечье.

— Зимородок (прим. мелкая птица семейства зимородковых, немного крупнее воробья)! — Волнение наполнило меня изнутри.

— Зимородок?

— Да, пожалуйста, скажи мне, что ты слышал о зимородке в школе.

— Хм, — Тристан почесал шею. — Если мы и слышали, я этого не помню.

— Невозможно изучать аэродинамику и не изучить зимородка. — Я достала изображения на своем браслете и повертела их в воздухе, чтобы рассмотреть птицу под разными углами. — Пингвин Адели — это торпеда в воде, в то время как зимородок ныряет с неба в воду, чтобы поймать рыбу. Пингвин опускается так быстро и с такой точностью, что, касаясь поверхности воды, почти не оставляет ряби. Обрати внимание на клюв — видишь, какой он острый — и на то, что вся голова птицы похожа на стрелу?

— Ага. — Тристан поерзал на стуле, моргая глазами, словно фотографируя, чтобы запомнить. — Покажи мне

Я нашла видео, где птица ныряет.

— Ого, я понимаю, что ты имеешь в виду.

— Если ты хочешь сделать его бесшумным и энергоэффективным, тебе понадобится минимальное сопротивление воздуха. Таков рецепт природы. Т ы должен имитировать эту форму.

— Но беспилотник не может быть такой формы.

Я удивленно подняла бровь.

— Откуда ты знаешь?

— Я не думаю, что это будет хорошо смотреться. Дроны — это не ракеты и не птицы, у них не должно быть заостренных передних частей.

Я встала:

— Делай, что хочешь. Это твое задание, Тристан. Если ты хочешь установить ряд ограничений на то, как, по твоему мнению, должен выглядеть беспилотник, то твоя работа проста. Просто сделай еще одну копию беспилотников последних четырех столетий и покрась ее в другой цвет.

— Шелли, перестань. Я не это имел в виду. Я просто говорю, что в области аэродинамики есть правила, о которых ты не знаешь. Я изучал это, помнишь?

Я слегка усмехнулась.

— Если ты хочешь сказать мне, что любой из созданных человеком беспилотников превосходит по аэродинамике зимородка и других птиц, то я должна задаться вопросом, чему тебя учили в школе.

— Возможно, я просто недостаточно дальновиден, чтобы понять, как ты можешь воплотить это в дизайн, который можно использовать. — Тристан тоже встал и протянул мне карандаш. — Пожалуйста, Шелли, помоги мне.

Я вздохнула и взяла карандаш.

— А что, если ты сделаешь вот так… — Я никогда не была сильна в рисовании и была разочарована тем, что картинка в моей голове плохо переносилась на бумагу. На заднем плане люди в баре становились все громче и шумнее.

— Т ы можешь масштабировать его в зависимости от необходимого размера. Я предлагаю тебе использовать разные варианты размеров, а затем комбинировать их, когда тебе нужно перевозить большое количество людей на мероприятиях. В противном случае у тебя получатся огромные дроны, которые будут летать полупустыми или большую часть времени будут сидеть на земле. Подумай о том, чтобы запрограммировать дроны на полет в строю, как это делают настоящие птицы. Это позволит экономить энергию при меньшем сопротивлении ветру. Поверь мне, птицы тысячелетиями совершенствовали построение.

Мы с Тристаном сидели, погруженные в поток идей и созидания, не обращая внимания на пьяных людей в баре. Только когда роботы — бармены начали мигать лампочками на потолке, мы подняли глаза.

— Черт. — Тристан тихо выругался, и я заметила, что другие поднимаются со своих мест.

— Ч то не так? — спросила я, все еще обдумывая одну из своих идей.

— Они вызвали полицию. Вероятно, потому, что кто — то был пьян и угрожал. Свет — это сигнал для людей, чтобы они выходили.

— Ох. — Я заметила группу мужчин, спорящих у бара. — Может быть, им нужна помощь в примирении? Может, нам предложить свою помощь?

— Н ет! — Тристан уже встал, его руки торопливыми движениями складывали бумагу. Поняв намек, я допила свой напиток долгим глотком.

— Нам следует заняться своими делами и убраться отсюда. — Его взгляд метался между мужчинами в баре и мной. — Давай, Шелли, поторопись.

Мы уже собирались уходить, когда вбежал отряд полиции из двух полностью вооруженных офицеров с четырьмя полицейскими роботами. Чтобы нас не затоптали, мы снова зашли внутрь, и тут начался хаос. Неуправляемая группа мужчин не собиралась расставаться со своими напитками, и когда полицейский робот подошел слишком близко, призывая группу успокоиться или подвергнуться аресту, крупный парень сердитого вида запустил в робота стаканом с пивом с криком:

— Оставь меня в покое, черт возьми!

Тристан накрыл меня своим телом, прижимая к стене, когда что — то начало летать по воздуху.

— Черт, черт, черт, — пробормотал он и закрыл лицо руками, когда в нашу сторону полетел нож для стейка.