Элин Пир

«Гений»

Серия: Мужчины севера (книга 6)

Автор: Элин Пир

Название на русском: Гений

Серия: Мужчины севера_6

Перевод: Женя

Редактор: Eva _Ber

Обложка: Poison Princess

Оформление:

Eva _Ber

Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!

Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения.

Спасибо.

Глава 1

Тестирование секс-роботов

Шелли

Было интересно наблюдать за тем, как мужчины занимаются сексом.

Даже после двух недель работы в научно-исследовательском центре в Северных землях я все еще была заинтригована тем, как много разных способов мужчины могут использовать для секса с роботами.

Иногда я ловила себя на том, что смотрю повтор тестовой сессии, склонив голову набок и нахмурив брови. Меня поражало, насколько изобретательно некоторые мужчины подходили к поиску новых позиций и насколько разными были испытуемые разного пола.

Некоторые мужчины находились в комнате менее пяти минут, другие играли с роботами почти час.

Моя работа заключалась в анализе данных, которые мы получали от секс-ботов, чтобы помочь нам усовершенствовать нашу линейку продуктов. С помощью датчиков, установленных на испытательных роботах, мы смогли измерить, к какой области робота прикасались больше всего, какое давление было приложено, глубину и скорость проникновения и, конечно, как долго использовалось каждое отверстие на роботе.

Сидя в своем кабинете, я просматривала отчеты о пяти вчерашних сессиях. У меня не было ни необходимости, ни времени следить за всеми сексуальными контактами, поэтому я запрограммировала систему на поиск всего, что связано с фетишами, и длинного списка ключевых слов. В целом, я полагалась на статистику, полученную от роботов, а также на комментарии мужчин, которые были записаны во время использования робота. Система довольно хорошо справлялась с игнорированием хрюкающих звуков, которые были невербальными, но сегодня отчет был полон бессвязной чепухи, из-за которой его было трудно читать.

Система предупредила меня, что сеанс был связан с фетишем, и я только открыла его, чтобы убедиться в этом самой, как раздался звонок от Чарли, человека, на которого я работала в «Передовые технологии». Его голограмма появилась перед проигрываемым видео с подопытным 44 и секс-ботом.

— Да окружит тебя мир, — сказал Чарли и улыбнулся мне. Я чуть не рассмеялась над его реакцией, когда он повернул голову и увидел проигрываемое видео. Все произошло так быстро, что большинство людей ничего бы не заметили, но мои глаза были натренированы следить за языком тела, и я заметила мимическое выражение презрения, когда Чарли приподнял уголок рта.

— Пусть мир окружает и тебя тоже, — ответила я спокойным голосом.

— Что, черт возьми, он делает? — Чарли кивнул в сторону мужчины на видео. К этому времени выражение его лица стало таким, что он сморщил нос. — Он что, нюхает ее ноги?

— Он фетишист.

— Что?

— Фут-фетишист.

Пожилой мужчина покачал головой и пробормотал:

— Я не знаю, как тебе это удается, Шелли, или почему ты выбрала этот проект.

— Я биолог, мне интересно продолжение рода.

— Да, но в данном случае это больше похоже на имитацию продолжения рода, не так ли?

Я не ответила на вопрос, поскольку он был риторическим. Мы оба знали, что эти роботы не собирают сперму, как это делали другие наши модели.

— Если бы все мужчины были похожи на этого парня, — я указала подбородком на испытуемого номер 44, который в данный момент облизывал пальцы ног секс-бота, — мы бы все вымерли. Он предпочитает дрочить на ее ступни и пока не проявляет особого интереса к ее половым органам.

Чарли молча наблюдал за сексуальным актом.

— Как обстоят дела на Родине? — я спросил.

— Хорошо. — Он прочистил горло. — Очень хорошо. Но мы, конечно, скучаем по тебе. — Тряхнув головой, чтобы привести в порядок мысли, он отвернулся от видео и повернулся ко мне. — Не могла бы ты выключить его, пока мы разговариваем? Я нахожу это довольно отвлекающим и, если честно, тревожащим.

Минди, наша новейшая модель секс-бота, еще не выпущенная на рынок, улыбалась и подбадривала мужчину бархатисто-мягким голосом, шепча:

— Не останавливайся, ощущения от твоего языка восхитительны. — Он подчинился как раз в тот момент, когда я поставила видео на паузу, оставив обнаженного мужчину в довольно непривлекательной позе с закрытыми глазами и высунутым изо рта языком.

— Минди выглядит прекрасно. Как она нравится мужчинам? — спросил Чарли.

Я пожала плечами.

— Номер 44 выглядит так, будто он доволен собой, тебе не кажется?

— У тебя не слишком взволнованный голос.

— Я просто верю, что мы могли бы добиться большего успеха, если бы создали новое поколение моделей. Минди милая, но в реальной жизни ни одна женщина не выглядит так, как она. Ее габариты неясны. У нее слишком большие глаза и губы, грудь такого размера, как у нее, была бы слишком массивной, чтобы так эффектно выделяться в реальной жизни, и ни у одной женщины нет такой безупречной кожи, таких длинных ног или такой тонкой талии.

— Шелли, Шелли, Шелли… — нараспев произнес Чарли. — Мы это уже обсуждали. Предполагается, что секс-боты не должны выглядеть как настоящие женщины. Это сексуальные фантазии об идеальной женщине.

Я многозначительно посмотрела на него.

— Природа уже тысячи лет совершенствовала женщин. Нет необходимости создавать секс-робота искусственного вида, когда мужчины жаждут чего-то настоящего. Мы всегда должны проектировать с учетом биомимикрии. И кроме того, мужчины-секс-боты на Родине выглядят как настоящие мужчины, так почему женские версии не могут быть такими же?

Между бровями Чарли пролегла морщинка.

— Я согласен, что инновации должны вдохновляться природой, но в данном случае наше предыдущее исследование показало, что мужчины предпочитают усовершенствованную версию женщин. Это факт.

— Хм. — Я теребила свой рукав. — Я все равно хотела бы это проверить.

— Да, ты говорила это во время нашего последнего разговора. Ты провела собеседование с кем-нибудь из тестировщиков, как обещала?

— Ага. Пока что с семью.

— И ты следовала моим инструкциям по технике безопасности?

— Да, испытуемые никогда меня не видели. Я использовала хостесс-бота, чтобы задать вопросы, на которые хотела получить ответы.

— Хорошо. Мне не нравится мысль о том, что ты там одна там, в Северных землях. Ты могла бы проделать ту же работу и отсюда, подключившись удаленно.

— Я же говорила тебе, что мне проще быть на месте.

Чарли вздохнул.

— Возможно, но если бы ты увидела, сколько стоит твой телохранитель, ты бы согласилась со мной, что это слишком дорого.

— Ты считаешь, что любые расходы чрезмерны, но я почти никуда не хожу, так что все не может быть так плохо. Не стесняйся вычитать из моих личных баллов, их у меня предостаточно.

— Послушай, я не хочу, чтобы ты оставалась в офисе, потому что боишься расходов на телохранителя. Мы наняли его, чтобы он охранял тебя, когда ты выходишь на улицу, и чтобы в твоей жизни был баланс. Так что, иди, Шелли, я серьезно.

— Теперь женщины могут выходить на улицу без сопровождения.

— Это слишком рискованно, Шелли, и мои источники сообщают мне, что редко можно увидеть женщину одну.

— Пока я руководствуюсь здравым смыслом и не хожу по темным переулкам и не остаюсь на улице после наступления темноты, все в порядке.

— Шелли, ты не выйдешь из своего офиса без охраны. Это было частью сделки, которую мы заключили, когда ты настояла на поездке в Северные земли, и я ожидаю, что ты выполнишь ее.

Я тихонько вздохнула.

— Конечно.

— Хорошо. А теперь расскажите мне, как участники твоего интервью отреагировали на твою идею.

— Все они положительно отнеслись к идее создания естественного варианта, но проблема в том, что, когда им показали фотографии потенциальных моделей для робота, каждый выбрал свою женщину.

— Ну, это просто доказывает, что о вкусах не спорят, и то, что идеально для одного мужчины, не идеально для другого.

— Именно поэтому мы должны найти способ разработать доступных роботов для каждого человека в соответствии с его предпочтениями, вкусами и фетишами.

Чарли резко вскинул голову.

— Я не могу поверить, что ты только что сказала это. Какой огромной тратой ресурсов это было бы. Персональный секс-бот для каждого мужчины… — он покачал головой. — Так на Родине не делают.

Я вздохнула.

— Я знаю, но мужчины Севера не такие, как мы. Они не любят делиться, и поскольку большинство мужчин никогда не будут с настоящей женщиной, робот может стать хорошей альтернативой спутнице жизни.

Чарли был одет в синий свитер с принтом в виде большой розовой бабочки спереди. Он выглядел мягким и удобным, и самое главное модным. Это, а также то, что ткань была изготовлена без какого-либо ущерба для окружающей среды. С задумчивым выражением лица он заметил:

— Ты говоришь так, как будто для мужчины обязательно быть в паре с женщиной, чтобы жить полноценной жизнью. Оглянись вокруг и скажи мне: сколько мужчин, по-твоему, имеют такое желание?

— Нельзя сравнивать мужчин Севера и мужчин с Родины, — заметила я. — Вы, жители Родины, окружены женщинами и растете с матерями. Большинство мужчин Севера никогда в жизни не разговаривали с женщиной. Для них объятия женщины — это то, о чем они могут только мечтать.

Чарли перевел дух.

— Возможно, десять лет назад это было правдой, но сегодня многие состоят в отношениях.

Я так устала слушать этот миф. Скрестив руки на груди, я забарабанила пальцами по подлокотникам.

— Пятьсот тысяч мужчин, состоящих в отношениях, могут показаться большим количеством, но при населении в десять миллионов это всего лишь пять процентов. В Северных землях по-прежнему проживает девять с половиной миллионов одиноких мужчин, и это, Чарльз, создает огромный рынок сбыта. Если бы мы могли найти способ производить роботов по доступной цене, это улучшило бы качество жизни мужчин Севера. Я знаю, что так оно и было бы.

— Это в тебе говорит психолог? — спросил Чарли, имея в виду тот факт, что у меня было три разных высших образования. Благодаря самому высокому IQ на Родине, учеба всегда давалась мне легко. В семнадцать лет я получила диплом психолога, в двадцать — инженера, а в двадцать два — биолога. После этого я три года проработала в компании «Передовые технологии», где теперь возглавляла отдел дизайна и инжиниринга Чарли.

— Может быть, дело не в том, что я психолог, а в том, что я заботливый человек, — сказала я ровным тоном.

Чарли посмотрел на меня так, словно не понимал, серьезно ли я говорю.

— Ладно, — сказал он немного медленно и, отведя взгляд, подчеркнул отсутствие уверенности. Было немного обидно, потому что все годы, пока я росла на Родине, мне говорили, что мне не хватает эмпатии и социальных фильтров. Некоторые шутили, что это связано с тем, что я гений, и были дни, когда меня это вполне устраивало. Люди в основном оставляли меня в покое. Или, по крайней мере, они не обращались ко мне за советом по личным вопросам. Это было к лучшему, поскольку я была склонна рассуждать логично и не хотела расстраивать людей своими прямыми ответами.

Тем не менее, бывали дни, когда я чувствовала себя одинокой и жалела, что не могу изменить свой мозг в пользу лучшей социальной осведомленности, которая заставила бы меня нравиться людям. Возможно, это помогло бы, если бы я научилась сдерживать себя от случайных лекций о вещах, которые никому, кроме меня, не были интересны. Или если бы я перестала указывать на неудобные истины, которые нормальные люди на Родине не стали бы произносить вслух. Но почему людям не нравится, что у них что-то застряло в зубах, перхоть на плечах или что они плохо готовят? И почему для людей должно быть социально приемлемо пукать, а для всех остальных — притворяться, что мы потеряли обоняние, и не обращать на это внимания?

— Кстати, — продолжил Чарли. — Поздравляю с наградой за дизайн для CBC. Не то чтобы это было неожиданно, но все же.

— Спасибо.

— Кажется, престижные награды в области дизайна сыплются на нас дождем с тех пор, как мы взяли тебя в команду, — Чарли улыбнулся и смягчил голос. — Я знаю, тебе не нравится, когда я слишком много тебя хвалю, Шелли, но я горжусь тобой. Ты тоже должна гордиться.

Он был прав. Мне не нравилось внимание или похвала моим изобретениям и дизайнам. Может быть, потому, что все, и не в последнюю очередь моя мама, знаменитая и любимая член городского совета Шиана Рене, всегда ожидали, что я вырасту и совершу что-то выдающееся благодаря своей гениальности — например, найду лекарство от всех болезней или увеличу продолжительность жизни людей на сотню лет. От одной мысли об этом у меня защемило в груди, и я закрыла глаза.

— Ты заслужила эту награду, — кивнул Чарли.

— Не уверена в этом. — Я вздохнула и снова открыла глаза. — Такое чувство, что я немного смошенничала.

— Потому что ты гений?

— Мне не нравится это слово.

— Это не твоя вина, что другим номинантам не посчастливилось родиться с таким же блестящим умом, как у тебя.

Его слова заставили меня почувствовать себя неуютно. Не то чтобы я что-то сделала, чтобы быть такой умной. Другие номинанты годами работали над своими продуктами, в то время как я потратила меньше трех месяцев на разработку своих идей для линейки продуктов CBC, прежде чем начала тестировать их на себе и других. CBC — это сокращение от «Удобный косметический уход», и был разработан для таких занятых женщин, как я, для которых поход в салон красоты не был приоритетом. С моим продуктом большая часть работы по уходу за кожей и ногтями была выполнена, пока я спала. Поначалу мне потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть, но теперь засыпать, пока мой аппарат массирует кожу головы и лицо, стало расслабляющим занятием. Часто я крепко спала, пока мою кожу очищали и ухаживали за ней.

Я изобрела это приспособление не потому, что была тщеславной. Правда заключалась в том, что в подростковом возрасте у меня были ужасные прыщи, не говоря уже о густых сросшихся бровях. Сколько я себя помню, множество доброжелательных людей давали мне непрошеные советы по моде и уходу за кожей. Я никогда не обращала на это особого внимания, поскольку для меня было около миллиона других, более важных вещей. Идея создания устройства CBC пришла мне в голову, когда моя сестра Рошель высказала свое мнение около года назад. Мы были дома у нашей мамы, когда Рошель обратила внимание на то, что я снова одета в неподходящий наряд, а мои ногти потрескались и стали неухоженными.

— Когда ты наконец начнешь гордиться тем, как выглядишь? Еженедельный визит в салон красоты не должен быть слишком тяжелым, — пожаловалась она.

— У меня нет времени, — ответила я.

— Это важно, Шелли.

— Не для меня.

В тот день Рошель раздраженно обратилась к моей матери:

— Клянусь, когда-нибудь я прокрадусь к Шелли и сделаю ей маникюр, пока она спит.

Эти слова не выходили у меня из головы в течение нескольких дней и вдохновили меня на создание того, что стало самой популярной вещью этого лета. Красота всегда была приоритетом для других людей, но, проснувшись, я увидела, что моя кожа сияет здоровьем, а ногти блестят новым веселым цветом, и это стало главным событием моего дня, и меня забавляло, когда люди из моего прошлого не узнавали меня с моей новой модной стрижкой и новым внешним видом.

— Ходят слухи, что ты претендуешь на премию «Инженер года 2448», — поддразнил Чарли.

Я покачала головой.

— Ты этого не знаешь. Номинации будут объявлены только в декабре.

— Шелли, милая. — Он бросил на меня отеческий взгляд, говорящий «Я-знаю-о-чем-говорю». — Это произойдет. Если не в следующем году, то скоро. Ты великолепна в том, что делаешь.

— Вот почему ты должен доверять мне, когда речь заходит о натуральном секс-боте, — сказала я и приподняла бровь. — Я также хотела бы добавить еще несколько фетишей в программу Минди.

— Фетиши. Какие именно фетиши? — Он снова повернулся к застывшему изображению мужчины, облизывающего пальцы ног Минди. — Мне кажется, Минди уже разобралась с этим.

— Как и ее предшественницы, Минди учитывает только самые распространенные и базовые фетиши; почему бы не расширить это понятие и не включить в него больше? Кто мы такие, чтобы судить? А роботам все равно.

Чарли потер подбородок и пожевал губами, заставляя их исчезнуть. Мой разум, как всегда, анализировал ситуацию и пришел к выводу, что разговоры о сексе заставляют его чувствовать себя неловко. Мелодичный голос в моей голове напомнил мне правило, которое я запомнила. То, что тебе не нравится слышать, заставит твои губы расплыться.

— Ты ведь не о странностях говоришь, не так ли? — спросил он, и его нос снова слегка сморщился.

Я пожала плечами.

— За последние две недели я столкнулась с четырнадцатью различными фетишами, включая вуайеризм, садизм, мазохизм, назолингус, пигофилию, щекотание, урофилию, катоптронофилию, книсмолагнию, подофилию и некоторые другие.

Глаза Чарли расширились, и он несколько раз моргнул.

— Не могла бы ты сказать это по-английски?

Поскольку он сам попросил, я начала небольшую лекцию.

— Вуайеристы — это люди, которые возбуждаются, наблюдая за другими в сексуальных ситуациях. Садистам нравится причинять боль другим, в то время как мазохистам нравится получать боль. Носолингусом называют людей, которым нравится сосать нос другого человека. Пигофилия — один из самых распространенных фетишей. Так называют людей, которым нравится рассматривать ягодицы, трогать их и играть с ними. Я не могу тебе сказать, сколько мужчин трогают, мнут и шлепают Минди по заднице. — Я продолжила рассказывать об удивительных видах фетиша. — Книсмолагния предназначена для людей, которым нравится, когда их щекочут. Урофилия связана с мочеиспусканием.

— Фу. — Чарли в шоке сморщил лицо.

— Катоптронофилия — это для тех, кто любит заниматься сексом перед зеркалами, и мы уже говорили о подофилии. — Когда Чарли стал выглядеть растерянным, я добавила. — Фут-фетиш, не забывай.

Грудь Чарли медленно поднялась, прежде чем он шумно выдохнул.

— И ты находишь это интересным?

— А ты нет?

— Нет. — Он решительно покачал головой. — Я нахожу это странным.

— Это ничем не отличается от Родины. Наши тестовые группы показали схожие результаты.

— Хм, я не знал об этом. — Чарли потер лоб.

— А как насчет тебя? У тебя самого есть какие-нибудь фетиши? — Я спросила из любопытства.

Его рука взлетела к груди, и он запротестовал:

— Шелли, это очень неуместный вопрос.

Я опустила взгляд на его ключицу, избегая его неодобрительного взгляда.

— Приношу свои извинения.

Я снова это сделала. Пересекла социальную границу, сама того не желая. Между нами повисло неловкое молчание.

— Хм, тогда ладно. — Чарли прочистил горло. — Я снова свяжусь с тобой через несколько дней.

— Хорошо.

— Продолжай в том же духе, эм… — он посмотрел на запись с Минди и подопытном 44. — Продолжай в том же духе, Шелли.

— Спасибо, Чарли, я так и сделаю, и передай привет остальным.

Он махнул рукой и исчез, и в этот момент я заметила, что красный индикатор мигает, предупреждая об опасности.

Глава 2

Чертово одолжение

Марко

Сделав два шага в свою квартиру, я услышал, как мое низкое рычание переросло в крик.

— Шторм, где ты, бл*дь, пропадаешь?

Я захлопнул за собой дверь ногой и направился прямиком в спальню Шторма, колотя в дверь.

Глубокие басы музыки стали громче, когда дверь распахнулась, и Шторм приподнял подбородок в молчаливом приветствии.

— Что ты сделал с моей кухней?

Высунув голову из двери, Шторм посмотрел на гигантский беспорядок на открытой кухне и пожал плечами.

— Не волнуйся, я сейчас все уберу.

— Сколько раз я тебе говорил, чтобы ты убирал за собой? Я не соглашался с тем, что ты можешь жить здесь и мусорить в моем доме.

— Никто больше не убирает, это так старомодно. Почему бы тебе не завести домашнего робота?

— Ты хоть представляешь, сколько стоят эти штуки? Если хочешь купить, пожалуйста, но пока не хочешь, прибери за собой. — Я не стал задерживаться, чтобы продолжить спор.

Шторму нужно было где-то остановиться после того, как его жена Дженни подала на развод пять месяцев назад. Они с самого начала не подходили друг другу, и, встретившись с ней несколько раз, я согласился с ним, что эта женщина сумасшедшая. В первый месяц, когда он жил здесь, я сочувствовал его горю, но теперь мое терпение иссякло.

Если Шторм был такой неряшливой свиньей, когда жил с Дженни, неудивительно, что она все время с ним спорила.

Стоя босиком и в одних трусах, Шторм принялся убирать на кухне, пока я готовил себе чашку кофе.

— Сегодня звонила Дженни, — сказал он.

— И?

— И она хочет, чтобы я подписал бумаги, чтобы она могла снова выйти замуж.

— Ого. Она с кем-то встречается?

Шторм смахнул крошки со стола на пол и позволил моему старому пылесосу заняться этим, а сам отошел, чтобы помыть посуду.

— Насколько я слышал, она встречается не с одним человеком. — Его голос был тихим.

— И что ты собираешься с этим делать?

Он повернулся и посмотрел на меня.

— Нутром чую, что я должен бороться за этот брак, но, по-моему, этот корабль уже уплыл. Честно говоря, я бы хотел подписать бумаги и жить дальше. Знаешь, пусть она будет чьей-нибудь другой проблемой.

— А твоя гордость?

— Я не первый мужчина, который жалеет о женитьбе на мамаше. Эти женщины — сумасшедшие. Я говорил тебе, что Дженни не позволяла мне рыгать или пукать в собственном доме?

— Да, ты мне говорил.

— А я говорил тебе, что она хотела, чтобы я звонил ей каждый день, пока я на работе, и отказался от мяса, пива и ругани? — Шторм покачал головой. — Я не говорю, что все мамаши сумасшедшие, потому что в школе я встретил замечательных людей. Но Дженни была бескомпромиссной и злой стервой.

— Если тебе от этого станет легче, то подобные проблемы — обычное дело для смешанных пар, — заметил я. — Я слышал примерно такие же жалобы от своих друзей.

— Тебя не удивляет, почему такие женщины, как Дженни, приезжают сюда в первую очередь? Вот уже десять лет пары сталкиваются с подобными проблемами, и к настоящему времени жители Родины, которые регистрируются в программе подбора пар, должны знать, чего ожидать от нас, мужчин.

— И наоборот, — сказал я и запротестовал, когда он поставил хрустальный бокал рядом с другими бокалами. — Это антикварная вещь. Это подарок Боулдера и Кристины.

— Ты хочешь помыть его сам? — спросил Шторм.

— Нет, я хочу, чтобы ты перестал им пользоваться и тщательно вымыл его руками.

Закрыв посудомоечную машину, Шторм включил ее и повернулся ко мне.

— Ты умный, что не участвуешь в программе подбора пары. На каждую замечательную женщину приходится пять сумасшедших, если хочешь знать мое мнение. По крайней мере, у нас с Дженни был хороший секс, пока он продолжался. Жена моего друга Хенрика не хочет трогать его член. Она говорит, что он некрасивый.

Я рассмеялся.

— Может, так оно и есть. Ты его видел?

— Нет.

Потягивая горячий кофе, я пошутил.

— Держу пари, он кривой.

— Может быть, но она не соглашается сосать у него и не позволяет заняться с ней анальным сексом. Говорю тебе, многие мамаши — ханжи.

Я пожал плечами.

— Секс для них в новинку. Может, это вопрос укрепления доверия.

— Ты что, теперь, гребаный сексопатолог?

— Я бы хотел. Учитывая все проблемы, с которыми сталкиваются смешанные пары, могу поспорить, что я мог бы зарабатывать гораздо больше, работая сексопатологом, чем наставником. — Я вернулся к своему кофе и после нескольких минут молчания заговорил снова. — Честно говоря, вся твоя боль делает меня счастливым из-за моего решения жениться на северянке.

Шторм закатил глаза.

— Да, потому что у тебя все отлично получается, верно?

Он имел в виду тот факт, что я уже участвовал в трех турнирах и дважды становился одним из пяти чемпионов. Оба раза невесты выбирали кого-то другого, и я списывал это на то, что оба избранника были богаты.

— У меня есть хорошие шансы на участие в следующем турнире. Я усердно тренировался.

Шторм пнул пару туфель, переставляя их в прихожую.

— Жаль, что невеста некрасива.

— Луиза вовсе не уродина.

— Она также не королева красоты, но, думаю, с миллионом долларов в качестве призового фонда ты сможешь позволить себе сделать ей косметическую операцию.

Я прищелкнул языком.

— Некоторые люди прекрасны внутри.

— Верно. И ты всегда можешь выключить свет, когда займешься с ней сексом, — в тоне Шторм звучал сарказм.

— Заткнись на хрен. — Я многозначительно посмотрел на него поверх своей чашки с кофе. — Я бы предпочел милую и страшненькую, чем сумасшедшую и красивую.

— Это справедливо, но что, если Луиза страшная и сумасшедшая? Ты никогда с ней не разговаривал, так откуда тебе знать?

— Она северянка, это хорошее начало.

— А если ты ее не выиграешь?

— Тогда, думаю, мне придется подождать следующего турнира.

— Просто помни, что ты становишься старше. Невестам всего двадцать один год, а тебе уже тридцать. Скорее всего, они выберут кого-нибудь молодого и симпатичного, как я.

— Эй, я чертовски красив.

— Да, сейчас, но скоро ты растолстеешь и у тебя появится второй подбородок, — поддразнил Шторм. — Это твой последний шанс быть выбранным, и ты это знаешь.

Часть меня понимала, что он прав. Разница в возрасте была бы слишком значительной, если бы мне пришлось подождать еще несколько лет. Это уже было то, что беспокоило меня сейчас.

— Не волнуйся, парень, всегда есть программа подбора пары, если ты отчаянно хочешь жениться. Может быть, тебе повезет с невестой с Родины больше, чем мне.

— Я не отчаиваюсь, и я уже говорил тебе, что меня не интересует программа подбора пар.

— В таком случае, развлекайся с секс-ботами. — Шторм раскинул руки и улыбнулся мне. — Кстати, я опаздываю на пробный показ новейшей модели. Я слышал, она феноменальна.

— Подожди минутку. Тебя пригласили опробовать новую модель?

— Ага. Я должен быть там через сорок минут.

Я почесал бороду.

— Странно. Почему я не получил приглашения? Я, черт возьми, помогал создавать тестовую группу.

Шторм развел руками.

— Я не знаю, чувак. Может, ты просто не силен в сексе.

— Пошел ты. — Я показал ему средний палец.

— Тогда, наверное, дело в возрасте. Тебе исполнилось тридцать, а им нужны молодые мужественные мужчины, чтобы тестировать своих ботов. — Он ухмыльнулся. — Извини, но ты теперь выпускник.

Он увернулся, когда я запустил в него ложкой.

— Жаль, что они выбрали не тебя, — продолжил он. — Для старика в тебе еще много мужества.

Шторму было двадцать три, и он почти год учился у меня, когда ему исполнилось тринадцать. Тогда нас обоих отправили в первую экспериментальную школу, в которой учились мальчики-северяне и дети-мамаш. Он оставался в школе до пятнадцати лет, пока я не открыл вторую экспериментальную школу в Северных землях.

Только два года назад мы снова встретились.

— Вот что я тебе скажу, — сказал Шторм и снова посмотрел на часы. — Ты можешь занять мое место и протестировать бота.

— Нет, спасибо.

— Да ладно, я знаю, что ты этого хочешь, а у меня все равно есть куча дел, с которыми мне нужно разобраться. Ты окажешь мне услугу.

— Я сказал — нет.

Шторм наклонил голову.

— Марко, я серьезно. Ты бы оказал мне огромную услугу. — Его лицо расплылось в улыбке. — Понял? Услугу. — Он выглядел гордым своим каламбуром и не мог перестать ухмыляться. — Если они вызовут тебя позже, я могу пойти вместо тебя. Они никогда не узнают, что мы поменялись местами, и, честно говоря, всем этим все равно управляют роботы. Им наплевать, пока ты человек.

Мои пальцы забарабанили по столу. Я был напряжен несколько дней, и мне не помешала бы разрядка.

— Хорошо, я сделаю это.

— Отлично. — Шторм хлопнул в ладоши. — Просто назови им мое имя, и если роботы умеют распознавать лица и обвинят тебя в том, что ты не я, скажи им, что это они виноваты в том, что не прислали тебе VIP-приглашение. Напомни им, что ты помог запустить программу тестирования здесь.

Я пошевелился, когда автоматический пылесос направился ко мне.

— Совершенно верно. Я заслуживаю того, чтобы протестировать эту модель.

Когда я проходил мимо Шторма, он похлопал меня по плечу.

— Веселись, дружище. Испытай этого бота на прочность.

— Будет сделано, — сказал я и открыл входную дверь. Последнее, что я услышал от Шторма перед тем, как закрыть дверь, было: — По крайней мере, секс-боты не ханжи.

Глава 3

Неловко

Шелли

Красный сигнал тревоги указывал на то, что сотрудник мужчина Севера, который в данный момент находится на сеансе, запросил помощь. Согласно протоколу, сигнал автоматически отправил служебного робота.

Исследователи, подобные мне, посещали это учреждение только от случая к случаю, и нам редко приходилось взаимодействовать с людьми, проводившими тестирование.

Я переключилась на просмотр изображений с камер в испытательной комнате и увидела мужчину, склонившегося над Минди, которая не двигалась.

В комнату вошла та же самая робот-официантка, которая выполняла обязанности хозяйки и которая должна была поприветствовать мужчину, когда он прибыл.

— Что случилось? — спросила она с вежливой улыбкой и направилась к Минди.

— Вы скажите мне. — Мужчина выпрямился во весь рост. Из-за того, что он стоял спиной ко мне, я не могла видеть его лица, но его каштановые кудри и низкий голос напомнили мне кое-кого из моего прошлого, и одно это заставило мой пульс участиться.

Это не может быть он.

— Мы даже не успели начать, как она отключилась. Думаю, это можно назвать недостатком дизайна. — Он скрестил руки на груди и откинулся на пятки. Как и Минди, мужчина был обнажен. Он выглядел подтянутым и сильным, как большинство мужчин Севера, с рельефными мышцами и широкими плечами.

Это не может быть Марко. Я специально позаботилась о том, чтобы его не включили в тестовую группу.

— Если вы дадите мне секунду, я быстро перезагружу Минди. — Сервис-бот не двигалась, пока пыталась перезагрузить секс-бота. На своей панели управления я увидела, что система, которая была подключена ко всем роботам в этом учреждении, запустила перезагрузку Минди, но ничего не произошло.

— Позвольте мне попробовать еще раз, — дружелюбно сказала сервис-бот.

И снова ничего не произошло, и я вздохнула. Это был третий случай на этой неделе, когда у Минди случилась поломка. Я не была впечатлена инженерами, которые ее проектировали, и у меня уже был длинный список улучшений, которые я хотела внести, прежде чем Минди запустят в производство.

После трех попыток перезагрузить Минди сервис-бот извинился перед клиентом.

— Мне очень жаль, но, боюсь, нам придется перенести ваш визит на другое время. В настоящее время Минди не отвечает, и ее необходимо будет починить.

— У вас нет запасного, который я мог бы протестировать?

— Не сейчас. Мне очень жаль.

— Могу я хотя бы поиграть с одним из старых прототипов — у вас ведь есть несколько таких здесь, не так ли?

Я наклонила голову и прищурилась. Этот голос.

— Для вас было бы бессмысленно экспериментировать с другим прототипом. Тестирование старых роботов не имеет никакого значения, поскольку они уже находятся в производстве.

— Я знаю, но теперь, когда я здесь, немного обидно уходить без… — он замолчал.

— Без чего? — спросила сервис-бот и подняла Минди с пола, как будто она ничего не весила.

— Было бы обидно уехать отсюда, так и не расслабившись. — Мужчина сел на кровать, и я ахнула, когда увидела его лицо.

Прошло десять лет, но не было никаких сомнений, что это Марко.

Отступив на шаг, я уставилась на него. Он выглядел еще красивее, чем я помнила, с его длинными вьющимися каштановыми волосами и глазами, которые были полны озорства и вызова, когда мы подшучивали друг над другом десять лет назад. Тому Марко, которого я помнила, было двадцать лет, и он пробуждал во мне странные желания. Этому Марко было тридцать, и я вспотела при виде его обнаженного тела. Из-за того, что он сидел, наклонившись вперед, я не могла видеть его самые интимные места, но все равно мне казалось неправильным наблюдать за ним в таком состоянии.

«Не говори глупостей. То, что видно, ты уже видела, когда мы со школой ходили на пляж на Родине. Тогда Марко был одет только в шорты».

Только это было не то же самое, потому что осознание того, что он голый, взволновало меня. Святая Мать Природа, за последние десять лет он набрал вес и накачал мускулы. Я не могла отвести от него глаз.

— Мы могли бы перенести встречу на завтрашнее утро, если хотите, — предложила сервис-бот.

Марко выглядел расстроенным, когда провел рукой по волосам.

— Я не могу, я буду работать завтра утром.

Они вдвоем говорили о переносе времени сеанса, в то время как у меня голова шла кругом. У меня возникло искушение сделать то, чего я обещала себе не делать, а именно восстановить связь, чтобы узнать, помнит ли он меня.

«Прошло десять лет; конечно, он не помнит. В его глазах ты была просто ребенком, и вы были знакомы всего несколько месяцев».

Тогда я была по уши влюблена в Марко, а он видел во мне всего лишь надоедливого ребенка, который был слишком умен для своего же блага.

В течение многих лет после того, как я поступила в школу, я как бы невзначай спрашивала о Марко у Кайи, учительницы в школе, где мы с Марко оба преподавали в качестве ассистентов. Но шесть лет назад кто-то рассказал мне, что Марко женился, и после этого я больше никогда не спрашивала.

Я как в тумане наблюдала, как Марко натягивает брюки резкими движениями, которые показывали, как он раздражен тем, что потратил впустую свое время.

Почему он здесь?

Его имени не было в списке, а даже если бы и было, для мужчин Севера было ненормально заниматься сексом с другими после вступления в брак, но, возможно, секс-боты не в счет.

В то самое время, когда Марко застегивал штаны и нагибался, чтобы подобрать ботинки, я стояла в комнате неподалеку от него, застыв во внутренней борьбе между желанием и разумом.

«Пусть он уйдет. Он думал, что ты доставляешь ему неприятности, когда вы познакомились».

«У вас не было ничего общего тогда, а сейчас у вас еще меньше общего», — утверждала рациональная часть меня.

Но тут Марко поднял голову, и я увидела лицо, которое в юности часами тайком изучала. Тогда у него была щетина, а сейчас у него была густая, темная, короткая и подстриженная борода. Его нос был достаточно широк, чтобы казаться идеальным, а еще у него были эти невероятные золотистые глаза, обрамленные густыми черными ресницами. Мой желудок сделал сальто, и я на мгновение потеряла контроль над собой.

Я должна была узнать, помнит ли он меня.

С сильно бьющимся сердцем я распустила свой конский хвост и провела пальцами по густым темным волосам. Зеркала у меня не было, но белая кофточка, длинная нежно-голубая юбка и босоножки, которые были на мне, вполне подходили.

Выйдя в коридор, я почувствовала себя отделенной от своего тела, когда сумасшедшая импульсивная часть меня подошла к тестовой комнате и постучала в дверь.

«Что ты делаешь? — рациональная часть меня закричала. — Это будет так неловко для вас обоих. Что ты вообще собираешься ему сказать? Ты никогда не умела ладить с людьми. Поспеши вернуться в офис, пока он тебя не увидел».

— Да? — позвал Марко из комнаты и поднял голову, когда я открыла дверь.

— Привет. — Его улыбка стала шире, когда он увидел меня.

— Привет. — Я улыбнулась в ответ, ожидая, что Марко назовет меня по имени в знак узнавания, но он этого не сделал.

— Неужели руководство все-таки сжалилось надо мной? — спросил он, держа рубашку в руке и подзывая меня поближе. — Ты не старый прототип, я никогда тебя раньше не тестировал.

Он думает, что я робот.

Это было так неловко, что я не знала, что сказать.

«Я говорила тебе, что это была ошибка. У него не осталось приятных воспоминаний о тебе, потому что он тебя совсем не помнит. Если бы он помнил, он бы вспомнил, что называл тебя Умницей и смеялся над тобой».

Пока я стояла, пряча разочарование за улыбкой, Марко вторгся в мое личное пространство и провел пальцем по моему обнаженному плечу. У меня по спине пробежали мурашки.

«Пожалуйста, вспомни меня», — просила я его мысленно, хотя, рассуждая логически, я понимала, что прошло десять лет, и что после нашей последней встречи я поздно повзрослела и превратилась в женщину. Я совсем не была похожа на того ребенка, которого он когда-то знал.

«Скажи что-нибудь, скажи ему, что ты Шелли.… ну же, не стой здесь просто так с натянутой улыбкой на лице».

— Хочешь немного поразвлечься со мной? — спросил он с очаровательной улыбкой, от которой даже рациональная часть меня растеклась лужицей по полу. Мне следовало сопротивляться, когда он спустил лямку моей кофточки мне на плечо. Мне определенно следовало возразить, когда он обхватил мою грудь. «Ну же, Шелли, назови свое имя», — уговаривал меня внутренний голос, но когда я открыла рот, чтобы заговорить, прозвучало нечто другое.

— Твоя жена знает, что ты здесь?

Он поднял голову.

— Моя жена? — странный вопрос.

Я сохраняла бесстрастное выражение лица, ожидая ответа.

— Нет. Я не женат.

— Нет?

Марко выглядел так, будто только что что-то вспомнил.

— Подожди, я хотел сказать, что Дженни скоро станет моей бывшей женой.

Он был плохим лжецом и потер нос, прежде чем пробормотать:

— В любом случае, я не хочу ее обсуждать.

— Понятно.

«Понятно? Правда? После такого механического ответа неудивительно, что он не принял меня за человека».

— Хорошо, тогда почему бы нам не сосредоточиться на более приятных вещах? — Марко взял меня за руку, и мне в голову пришла самая безумная мысль. Я могла бы заняться сексом с Марко прямо здесь и прямо сейчас.

Возможно, это мой единственный шанс.

Это был бы просто эксперимент.

Никто бы не узнал.

Я потерла висок, чтобы прочистить мозги от этого безумия, но это не помогло.

Меня не интересовали отношения с мужчиной, но мне был интересен секс, и единственный мужчина, к которому я когда-либо испытывала физическое влечение, стоял прямо передо мной и просил заняться с ним сексом.

С бешено колотящимся сердцем я проигнорировала все сигналы тревоги в своей голове.

Конечно, в своих подростковых фантазиях я представляла себе занятия любовью с Марко совсем не так, но в каком-то смысле притворство секс-ботом имело свои преимущества, и мой мозг быстро провел анализ.

1: Мы могли бы исключить все эмоции во время секса и избежать неловких разговоров о прошлом.

2: Это было бы отличным исследованием с точки зрения моей идеи секс-бота «естественная женщина».

3: Марко никогда не узнал бы, кто я на самом деле.

4. Он пришел сюда за сексом, и я дала бы ему то, что он хотел, а также исполнила бы одно из своих желаний. Это была бы беспроигрышная ситуация, и никто бы не пострадал.

После того, как я объяснила это самой себе, я приняла решение. Улыбнувшись ему, я сказала:

— Мы сожалеем о поломке Минди. От имени руководства я здесь, чтобы предложить вам повышение класса обслуживания с обновленной моделью.

Марко одарил меня насмешливой улыбкой.

— Обновление? — то, как его взгляд скользнул по моему телу, дало мне понять, что я не обладаю невозможными качествами секс-бота.

— Меня зовут Натура, и я из нового поколения секс-ботов, — солгала я. Натура было очень распространенным именем на Родине, и я записала его в свои заметки несколько недель назад.

— Красивое имя, — сказал Марко и, игриво улыбнувшись, подошел к кровати и разделся, прежде чем броситься на голубые простыни. — Я заинтригован, — сказал он и приподнялся на локтях, чтобы получше рассмотреть меня.

«Соблазнительно придвинься к нему», — приказала я себе, но в данный момент мой мозг был занят тем, что я просто дышала и сохраняла на лице эту глупую улыбку. Это было невероятно неловко.

— Расскажи мне о своих улучшениях. Что в тебе такого особенного? — С любопытной улыбкой он подозвал меня поближе.

Я облизнула губы и, наконец, смогла медленно подойти к кровати. Мое впечатление о сексуальной развязности перешло в неуклюжую руку на бедре и несколько неуклюжих шагов, которые вряд ли произвели бы впечатление на любого мужчину.

— Я… Я самая близкая к реальной женщине из всех, кто когда-либо был создан. На данный момент я всего лишь прототип, и тестирование моих функций еще не должно было состояться, но из-за поломки Минди руководство решило позволить вам протестировать меня.

— Мне повезло. — Марко потянулся ко мне. — Иди сюда, я хочу прикоснуться к тебе.

Мое сердце бешено колотилось, а улыбка превратилась в гримасу, когда я остановилась у кровати и взяла его протянутую руку.

— Сядь, — приказал он, и я быстро подчинилась.

Вблизи глаза Марко казались еще более захватывающими, с этими зелеными крапинками, смешанными с коричневыми красками, которые мне так нравились. У него был поблекший шрам под глазом и еще один, побольше, на виске, которого не было десять лет назад, но единственное, что не изменилось, — это его полные губы, которые я так часто представляла, целуя их. Когда он улыбался, один из его нижних передних зубов был немного кривоват — деталь, о которой я совсем забыла.

Для меня Марко по-прежнему оставался самым привлекательным мужчиной в мире.

— Напомни, как тебя зовут? — спросил он.

— Натура, — пробормотала я, заикаясь, когда он встал на колени и начал осматривать меня. Когда он был обнажен и стоял на коленях, определенная часть его тела оказалась так близко к моему лицу, что мне пришлось закрыть глаза, чтобы не задохнуться.

— Ты не такая, как все, — пробормотал он. — Ты даже покраснела. Зачем им заставлять секс-бота стесняться?

Быстро подумав, я придумала ответ.

— Это из-за программы «Девственница», с которой я работаю.

— Программа «Девственница»? — Марко приподнял мои длинные каштановые волосы и понюхал кожу на шее. — Ты хорошо пахнешь.

— Спасибо.

Его сильные руки ощупывали мою кожу головы, и я знала, что он ищет неровности. Он был опытным тестировщиком и знал, что слабые места часто скрываются под волосами. Со мной он не нашел ни одного.

— Твои волосы выглядят и ощущаются очень естественно, а кожа головы гладкая.

— Это потому, что я усовершенствована. Это настоящие волосы, — заверила я его.

— Впечатляет. — Он наклонился ближе и заглянул мне в глаза. — Вау, твои зрачки даже расширяются и сужаются. Кто-то действительно хорошо поработал, создавая тебя.

Я улыбнулась, и на этот раз улыбка была более искренней.

— Программа «Девственница», — снова пробормотал он и начал раздевать меня. — Так вот почему на тебе нет сексуального белья? Я никогда не видел секс-бота в таком количестве одежды.

— Да. Это часть подлинного опыта общения с настоящей женщиной и возможности раздеть ее.

— Что именно представляет собой программа «Девственница»?

Мои инженерские идеи помогли мне ответить на его вопрос.

— Эм, я буду учиться по мере того, как буду заниматься сексом, но поскольку ты мой первый… сексуальный партнер, у меня нет опыта, и мне нужно, чтобы ты научил меня.

— Очаровательно. — Марко провел большим пальцем по моим ногтям. — Я действительно первый, кто испытывает тебя?

— Да.

— А как насчет инженеров? Они хотя бы попробовали тебя прокатить?

— Прокатить? — Я наклонила голову. — Инженеры, которые создали меня, — женщины, и никто из них не катал меня. Вы бы хотели, чтобы я прокатилась для вас? — Я никогда не видела, чтобы кто-нибудь из мужчин просил Минди прокатиться для них, но если это заводило Марко, я была готова это сделать.

Он усмехнулся.

— Не бери в голову. Может, ты и не типичный секс-бот, но твоя застенчивость определенно в новинку, и ты симпатичная.

— Спасибо. Кроме того, руководство было бы признательно, если бы вы сохранили этот опыт в тайне, поскольку моя модель еще не должна быть протестирована. Пока мы разговариваем, Минди исправляется, и она скоро вернется.

— Я умею хранить секреты, и для меня большая честь, что мне предоставили такую возможность. Теперь подними руки, — проинструктировал Марко и снял с меня белую кофточку. — Ха! — сказал он и принялся изучать мою грудь. — Как странно.

Я почувствовала себя униженной и уязвленной его реакцией и инстинктивно прикрылась руками, отворачиваясь. Это был такой глупый план. Как я могла подумать, что заинтересую его, когда прямо по улице у него был доступ к неограниченному количеству секс-ботов идеальных размеров, не говоря уже о множестве программ, созданных для его удовольствия. Чарли был прав: мужчины предпочитали искусственно улучшенных секс-ботов.

— Не делай этого, — сказал Марко и потянул меня за руки. — Дай мне посмотреть на тебя.

— Тебе не нравится то, что ты видишь.

— Мне нравится, я просто удивлен, что они сделали твои сиськи такими маленькими.

Моя грудь не была маленькой. Она была обычной, но по сравнению с секс-ботами у большинства женщин грудь показалась бы маленькой.

— Они увеличиваются? — Он обхватил их ладонями, чтобы почувствовать их вес, и сжал мои соски, вероятно, проверяя, есть ли в них регулятор размера.

— Нет, они не увеличиваются. Я же говорила тебе, что я создана для того, чтобы быть похожей на настоящую женщину, а у настоящих женщин грудь бывает любого размера.

В своем исследовательском настроении Марко наклонился и пососал один из моих сосков. Покалывание, пробежавшее от моей груди к югу, заставило меня вздрогнуть и издать тихий звук удивления.

— На ощупь ты невероятно мягкая, и, клянусь, я почувствовал… — он прижался ухом к моей груди и простоял так несколько секунд, пока снова не поднял глаза. — Черт, у тебя даже сердце забилось.

— Да, и скорость увеличивается или уменьшается в зависимости от того, что я делаю, — объяснила я.

— Спасибо инженеру, который тебя создал, — глаза Марко сияли от возбуждения. — Я действительно рад, что Минди сегодня не выдержала.

— Правда?

— Открой рот, — велел Марко. Когда я это сделала, он осмотрел мой рот, как любопытный мальчик изучает свою новую игрушку. — Он выглядит совершенно настоящим.

— Я знаю.

— Ты можешь втягивать зубы, когда делаешь оральный секс?

— Нет, у нормальной женщины не бывает втягиваемых зубов.

— Ха. Иди сюда, я хочу кое-что попробовать. — От возбуждения он потянул мою голову к своей промежности. — Пососи меня.

Я смотрела на его огромный инструмент, и это было ужасно.

— Давай, Натура, просто открой рот и отсоси мне, — сказал он и прижался кончиком к моим губам.

«Ты сама этого хотела», — напомнила я себе и чуть приоткрыла рот.

— Открой шире, — уговаривал он и улыбнулся, когда я подняла на него глаза. — Вот так, красотка, открой рот и дай мне проверить, насколько реальной ты чувствуешься.

Мне показалось, что он заставил меня разжать челюсти своими настойчивыми толчками, и у меня на глаза навернулись слезы, когда он начал раскачиваться взад-вперед.

— Сын дьявола, как же хорошо. — Он застонал и закрыл глаза. — Хорошая девочка, возьми все это. — Обхватив меня рукой за шею, он прижал свой член к моему горлу и несколько раз толкнулся, прежде чем я вырвалась, кашляя и хватая ртом воздух.

— Что не так? — спросил он, нахмурившись.

— Ты меня душишь, — удалось мне произнести между двумя приступами кашля.

— Тебе нужно дышать? — Марко присел на корточки и провел рукой по волосам. — Послушай, это впечатляет, что ты так близка к реальности, но это вызывает у тебя рвотный рефлекс и потребность дышать, это просто глупо. Кто, черт возьми, мог так поступить?

— Вот каковы настоящие женщины. Они дышат, знаешь ли, — защищалась я.

— Да, это справедливо, но тебе следует записать это в свой журнал. Первый тестер недоволен рвотным рефлексом и твоей потребностью дышать. Эти две функции должны быть приостановлены во время орального секса. И было бы неплохо добавить ретракцию зубов.

— Принято к сведению, — сухо сказала я и в последний раз глубоко вдохнула через нос, прежде чем снова почувствовала себя в порядке.

— Почему бы тебе не снять трусики и не позволить мне осмотреть твою киску? — Марко говорил будничным тоном.

После его последнего замечания о том, что он недоволен, мне не хотелось больше выставлять напоказ свое несовершенное тело.

— Не хотите ли закончить сеанс? Может быть, я могла бы пойти и посмотреть, готова ли Минди к использованию. — Я встала с кровати, схватила свою белую кофточку и направилась к двери.

— Стой! — крикнул Марко у меня за спиной. — Я не хочу заканчивать сеанс, и ты вернешься сюда прямо сейчас.

С закрытыми глазами и опущенными плечами я вернулась, как робот.

— Сними трусики, — повторил он, и я механическими движениями потянула их.

— Не так, — он остановил меня движением руки. — Включи музыку и потанцуй для меня.

Черт возьми, все боты были подключены к аудиосистеме, а я — нет, и, кроме того, я не могла танцевать.

— Извините, но это не входит в программу «Девственница».

— Ха! — Он почесал свою короткую бородку. — Тогда что?

— Рекомендуется, чтобы девственница чувствовала себя в безопасности, и быть с ней нежным, — сказала я, опустив глаза.

— Хорошо. И как мне это сделать?

Я поколебалась, прежде чем ответить.

— Может быть, придерживаться основ и двигаться дальше?

Марко тихо сидел на кровати, и на секунду я подумала, что он потерял ко мне интерес, но потом он встал передо мной и приподнял мой подбородок.

— Как насчет того, чтобы начать с поцелуя?

Глава 4

Секс-бот девственница

Марко

Глаза секс-бота потрясли меня до глубины души. Я всегда считал, что глаза — это зеркала человеческих душ, поэтому меня чертовски смутило, что я смотрю в искусственные глаза и читаю эмоции.

Натура была застенчивой и неуверенной — и все это читалось в ее глазах. Я и раньше видел искусственные глаза, похожие на живые, но кто-то сотворил чудеса с этим секс-ботом, потому что она заставила меня почувствовать себя дерьмом. По тому, как она краснела, заикалась, когда нервничала, и не могла смотреть мне в глаза, когда стеснялась; я вполне мог представить, что юная девственница должна быть именно такой, и когда она почти выбежала из комнаты, я на самом деле почувствовал угрызения совести из-за того, что засунул свой член ей в глотку.

За последние восемь лет я протестировал множество секс-ботов, но то, что я тренировал одного так, как тренировал бы женщину, говорило о моей защитной стороне. Я предался фантазиям о том, что она реальна, и улыбнулся, прежде чем поцеловать ее. Сначала она была напряжена, но когда я отстранился и улыбнулся ей, она немного расслабилась.

— Ты сказала, что я твой первый тестер. Другие смогут протестировать тебя позже сегодня?

— Нет, это только потому, что ты уже была здесь. На сегодня у Минди были запланированы еще два обследования, и, как указано в протоколе, их перенесут.

— Значит ли это, что у нас нет ограничений по времени? — я спросил. — Я могу задержать тебя на всю ночь?

Натура выглядела удивленной.

— Я не могу подтвердить это. Ваш запрос был направлен руководству.

— Хорошо. Скажи им, что я очень расстроен, что Минди не работает, и что я хочу провести ночь с тобой в качестве компенсации.

— Хорошо. Сообщение отправлено.

«Натура» — имя звучало слишком монотонно, поэтому я оставил комментарий для журнала.

— Примечание для инженера, — ее голос только что стал механическим.

Натура моргнула и опустила глаза.

— Эй. — Я снова поцеловал ее и прижал к кровати, поглаживая руками ее спину. — Все в порядке, — прошептал я. — Мы не будем торопиться и будем заниматься любовью всю ночь, и я оставлю твоим инженерам все свои заметки.

Она затихла и позволила мне осторожно опустить ее на кровать.

— Дай-ка я посмотрю, как хорошо они поработали с этой частью тебя. — Я улыбнулся и провел руками по ее бедрам. — Что за хрень? — Я снова дотронулся до нее и наклонился, чтобы рассмотреть поближе. — Это что, крошечные волоски у тебя на бедре?

Натура застыла и наблюдала, как я осматриваю ее.

— Как такое возможно? — Волоски были такими тонкими и светлыми, что их не было видно, если не приглядываться. Я подул на них и был очарован тем, как они приподнимались над ее кожей и насколько реальной она выглядела от этого. Я перевел взгляд на ее руки и увидел, что там было то же самое. — Подожди, я хочу кое-что попробовать. — Встав с кровати, я схватил кувшин с водой и достал кубик льда.

— Что ты делаешь? — она спросила.

— Я хочу кое-что проверить. — Она не протестовала, когда я положил кубик льда ей на бедро, и зачарованно наблюдала, как ее кожа реагирует, покрываясь мелкими мурашками. — Невероятно, — выдохнул я. — У тебя настоящие волосы и кожа тоже настоящая, я не понимаю.

— Моя кожа была выращена из человеческих тканей, — пояснила она.

Я прищурился.

— Вау, я не могу поверить, что это возможно — это вообще законно?

— Конечно, человеческую кожу постоянно выращивают и используют для пересадки в случае травм. Пока что это было слишком дорого для использования на роботах, но я являюсь прототипом, разработанным для проверки того, готовы ли мужчины Северных земель платить более высокую цену за то, чтобы испытать что-то близкое к человеческому, — объяснила Натура. — Я предназначена быть чем-то большим, чем секс-ботом.

— Больше?

— Компаньон.

— Да! О какой более высокой цене мы говорим? — я спросил.

— Цена еще не определена.

— Ха! — Я снял с нее трусики, раздвинул ей ноги и коснулся треугольника темных волос на ее киске. — Ясно.

— Тебе нравится? — спросила она с очаровательной застенчивостью.

— Угу, — рассеянно ответил я, потому что был занят тем, что расправлял складки и проверял детали. Меня смутило, что я не заметил никаких обычных признаков фальсификации. На внутренней поверхности бедер не было ни одной линии, и я подумал, как они будут убирать нижнюю часть для чистки. — Как работает твоя программа гигиены?

— Я принимаю душ, как настоящие женщины.

— Не может быть! — воскликнул я. — Ты серьезно?

— Да. Я принимаю душ точно так же, как и ты.

— Нет. — Я потратил минуту, чтобы посмотреть на нее, лежащую на кровати, готовую принять меня, с раздвинутыми ногами и глазами, полными желания.… что? — Я отстранился, когда заметил, что ее грудь быстро поднимается и опускается, ее глаза устремлены на меня, а зрачки расширены. — Ты в порядке? — я спросил.

— Да, я просто нервничаю. Это часть программы «Девственница».

— Тогда давай позаботимся о твоей девственности, чтобы ты могла насладиться этим. — Это прозвучало неубедительно даже для меня. Конечно, мысль о том, что секс-бот может получать удовольствие от секса, выдавала желаемое за действительное, но Натура была настолько реалистична, что я позволил себе пофантазировать о том, что она настоящая. — У тебя есть функция смазки?

— Да, но она активируется во время прелюдии.

— Интересно. — Я опустил голову и прикоснулся языком к ее мягким складочкам, ожидая ощутить химический привкус. Мои глаза расширились, но это было совсем не плохо. — У тебя другой вкус.

— Плохой?

— Нет, просто другой. Я не могу сравнить это с настоящими женщинами, но мне это нравится.

Натура немного расслабилась, пока я продолжал лизать ее и массировать пальцами.

— На заметку инженеру, тихие стоны возбуждают и звучат очень реалистично, по крайней мере, по сравнению со старым порно, которое я видел в прошлом, — прокомментировал я. — Температура и мягкость ее внутренностей тоже хороши, но она кажется такой маленькой, — продолжил говорить я им.

Натура следила за моими движениями глазами. Она выглядела такой милой и невинной.

— Твоя программа девственности перезагружается для каждого клиента или со временем ты станешь опытной любовницей?

— Это еще не решено. Руководство все еще выясняет, какими функциями меня снабдить.

— Ты уже достаточно влажная, — заключил я вслух и, раздвинув ее ноги, опустился на нее сверху.

Секс-робот напряглась, когда я ввел в нее кончик своего члена. Я нахмурил брови, когда не сразу проскользнул внутрь.

— Думаю, они сделали тебя слишком узкой, — сказал я и надавил чуть сильнее.

У Натуры вырвался стон боли, и это заставило меня остановиться. Конечно, я знал, что существуют программы для мужчин, которым нравится издеваться над секс-ботами, и боты будут притворяться, что им больно, но мы не играли в такие игры. Почему она закрыла глаза и так напряглась? Я надавил еще сильнее, но словно наткнулся на стену сопротивления.

— Бл*дь! — Я вздохнул и опустил голову. — На заметку инженеру, у прототипа есть серьезный недостаток. Киска слишком маленькая для полового акта.

— Это потому, что я девственница, — сказала Натура, и на ее глазах выступили слезы. — А ты очень большой.

— Извини? — Я уставился на нее, недоумевая, почему она притворяется такой эмоциональной. Почему кто-то мог подумать, что это может завести мужчин?

— У женщин есть девственная плева, которая традиционно доказывает мужчине, что он был с ней первым. В прошлом это было важно, потому что мужчина должен был быть уверен, что он не женится на уже беременной женщине и не будет содержать потомство другого мужчины.

— Понятно, — я скривился.

— Поскольку моя модель предназначена для продажи частным потребителям, идея состоит в том, чтобы гарантировать покупателю, что он первым воспользуется роботом.

— А, в этом есть смысл.

— Тебе придется протолкнуться, — проинструктировала она.

— Хорошо, но если ты ошибаешься, мне тоже будет больно. Мне не очень-то хочется биться членом о стену.

— Девственная плева порвется, если ты протолкнешься через нее, — настаивала Натура.

— Ты уверена, что это не дефект дизайна и ты просто прикрываешь это историей? — Я медленно покачивался взад-вперед, наслаждаясь ощущением кончика моего члена внутри нее. Я никогда ни о чем подобном не слышал.

— Да, я уверена.

— Но не сломаю ли я тебя, если буду настаивать и продолжать?

— Нет.

— Будет ли это восстановлено для следующего испытуемого?

— Нет, это так не работает.

— На заметку инженеру, голос секс-бота иногда звучит немного сухо. Попробуйте придать ему более любовный или кокетливый оттенок.

Положив руки мне на плечи, она прикусила нижнюю губу с решительным выражением на своем красивом лице.

Повинуясь внезапному порыву, я поцеловал ее и продолжал двигаться вперед и назад, двигая только головкой члена. Она была немного неуклюжей в своих поцелуях, страстной и неопытной одновременно.

— Не засовывай свой язык мне в глотку. Делай вот так, — проинструктировал я и показал ей, как мне нравится целоваться. Она быстро освоилась и подражала тому, как я покусывал ее губы и играл с ее языком.

По мере того, как я сосредотачивался на наших поцелуях, мой член терял терпение, а движения бедер становились все тверже и глубже. Натура выгибалась и издавала звуки дискомфорта, но я полагал, что все это было частью программы и предназначалось для мужчин, которых возбуждали подобные вещи.

Теперь я делал вдохи и выдохи с большей силой, и наше дыхание стало тяжелее. Она все еще ощущалась невероятно тесной, но я чувствовал, как ее внутренние стеночки приспосабливаются к моим размерам.

— Теперь я чувствую себя хорошо, и мне нравится, что ее дыхание совпадает с моим.

Натура откинула голову назад и подняла руки, ее рот был открыт, а глаза закрыты.

— Похоже, ей это нравится. — Я заметил инженерам: — Это хорошо.

— Мне это нравится, — выдохнула Натура и встретила мои толчки покачиванием таза.

— Ты можешь говорить какие-нибудь непристойности? — спросил я, прежде чем пососать ее сосок.

— Непристойные разговоры?

— Просто шепни мне на ухо что-нибудь возбуждающее.

— Хорошо. — Она выглядела неуверенной.

— Только не говори мне, что я должен научить тебя и этому тоже.

— Нет… — она облизнула губы и запустила руки в мои волосы. — Ты кажешься таким большим внутри меня.

— Верно. Продолжай. — Настала моя очередь закрыть глаза и представить, что Натура была настоящей женщиной, которая хотела меня.

— Мне нравится твое сильное тело и то, как ты наполняешь меня.

— Чем, детка? Скажи это слово.

— Своим… — она замолчала.

— Я наполняю тебя своим большим чем? — Я вошел глубоко и увидел, как ее брови сошлись на переносице.

— Твоей эрекцией.

— Член, детка, я хочу, чтобы ты сказала «член».

— Хорошо… — она замолчала, когда я ускорил темп, и ее стоны стали глубже, а руки на моих плечах сжались сильнее.

— Да, да, — выдохнула она мне в ухо, и на этот раз ее тон был каким угодно, только не ровным.

Мои яйца напряглись, и мне пришлось отстраниться, чтобы не кончить. Опираясь на предплечья, я прижался к ней и прошептал ей на ушко:

— Я бы хотел, чтобы это было по-настоящему.

Ее ногти впились мне в плечи.

— Я действительно хочу, чтобы ты была моей и чтобы я выиграл тебя на турнире.

Она не ответила мне, но как она могла? Натура была роботом, созданным для удовлетворения сексуальных фантазий мужчин о женщине. Она не имела ни малейшего представления о внешнем мире и была лишь имитацией моего самого сокровенного желания.

Мне никогда не нравились секс-роботы в миссионерской позе, и я подумал о том, чтобы развернуть ее и попробовать другие позы. Но что-то удерживало меня между ее ног, лицом к лицу с ней. Секс с Натурой был каким-то особенным и более интимным, чем с любым из других роботов, с которыми я занимался. Она казалась мне такой невероятно реалистичной.

— Не останавливайся, — прошептала она и погладила меня по лицу.

Я наклонился и крепко поцеловал ее, вложив в этот поцелуй всю тоску по близости и любви, которую чувствовал в своем сердце. Я надеялся, что когда-нибудь найду то, что нужно, и получу такой же опыт, занимаясь любовью со своей женой.

Натура ответила с такой же жгучей страстью, и мне пришлось перевести дыхание после нашего поцелуя.

— Ты быстро учишься, — заметил я и улыбнулся ей.

— Спасибо.

— Ты уверена, что не знаешь, насколько ты была бы дороже других моделей? — Я очень надеюсь, что смогу себе это позволить.

Натура улыбнулась мне в ответ.

— Руководству будет приятно услышать, что вы довольны.

— Еще не совсем. — Я снова начал двигаться. Теперь я без проблем входил и выходил из нее. — Сначала я кончу в тебя.

Ее глаза расширились.

— Как насчет того, чтобы ты кончил мне на живот?

— Нет, я хочу кончить в тебя.

— Будет лучше, если ты кончишь мне на живот или грудь.

Я продолжал вращать бедрами и вжимался глубже, опираясь на правый локоть, в то время как левая рука играла с ее сиськами.

— Как мило, что ты споришь со мной. Какой умный способ придать всему этому аутентичный вид.

— Я не пытаюсь с тобой спорить. — Ее тихие стоны стали громче. — Я просто очень хочу… э-э-э… посмотреть, как это будет выглядеть, когда ты кончишь.

— Очень жаль, милая. Это моя фантазия, и я наполню тебя своим семенем.

— Я секс-бот, ты не можешь меня оплодотворить, так почему бы тебе не кончить…

— Тссс…

Она не протестовала, когда я начал трахать ее сильнее.

— Обхвати меня ногами за бедра, как будто хочешь прижаться ко мне.

Натура подчинилась, и я представил, что это моя первая брачная ночь, и моя жена отдается мне.

— Тебе это нравится, не так ли?

— Дааааа.

Ее тело выгнулось подо мной, пятки уперлись в мою задницу, а руки вцепились в мои плечи, словно она держалась изо всех сил.

— Дааааа.

Момент, когда ее внутренний насос начал доить мой член, и она взорвалась в имитируемом оргазме, был рассчитан идеально. Я закрыл глаза и поддался собственной эйфории, сосредоточившись на своей сексуальной фантазии о том, как я оплодотворю свою будущую жену.

Я прижимал ее своим большим телом, и обычно это не имело значения, так как секс-боты были сконструированы таким образом, чтобы выдерживать это, но Натура оттолкнула меня, жалуясь, что ей нечем дышать.

Я перекатился на бок, переводя дыхание, и оглядел ее.

— На заметку инженеру, функция дыхания раздражает и ограничивает время, которое пользователь может лежать на ней после секса. С положительной стороны, модель выглядит великолепно с раскрасневшимися щеками и расширенными зрачками.

Натура повернула лицо и тихим голосом спросила:

— Ты думаешь, я выгляжу великолепно?

— Ага. Да, и на заметку инженеру, то, что ее внутренний насос включается только при имитации оргазма, — это что-то новенькое. Все остальные модели, которые я пробовал, могли включать и выключать эту функцию в зависимости от предпочтений.

Натура посмотрела на меня.

— Вы хотели бы еще что-нибудь добавить?

— Да, я впечатлен тем, насколько реалистично ты выглядишь. Особенно твои глаза. Я и раньше видел у роботов глаза, похожие на живые, но твои как будто светятся интеллектом и…

— И что же?

Я усмехнулся.

— Я собирался сказать «эмоциями», но это звучит глупо.

— Новая технология.

— Да, но у тебя как будто есть настоящие чувства.

— Я запрограммирована на чтение языка тела и тона голоса, а также на расшифровку юмора. Если вы чувствуете, что я естественным образом реагирую на ваше поведение, это признак того, что команда инженеров, создавшая мою модель, добилась успеха.

— Как получилось, что ты можешь говорить о таких вещах?

Натура подняла глаза к потолку.

— Хотя моя сексуальная программа изначально ограничена, у меня есть программы для непринужденной и стимулирующей беседы. Я создана для того, чтобы быть компаньоном, а не просто секс-ботом.

— Не может быть! — Я потер нос и улыбнулся.

— А еще я умею шутить.

— С таким роботом, как ты, нет необходимости жениться на настоящей женщине, — пошутил я. — Может, я научу тебя еще и готовить?

Натура отвела взгляд.

— Пока что приготовление пищи не входит в прототип моей модели.

Как только она это произнесла, у нее заурчало в животе.

— Что это было? — я спросил.

Она выглядела взволнованной.

— Просто еще одна аутентичная черта, имитирующая голод, чтобы я казалась более человечной.

Я прищурился.

— Послушай, я понимаю, что где-то на Родине инженер провел целый день, создавая бота, максимально приближенную к настоящей женщине, но если ты скажешь мне, что ты также пукаешь и рыгаешь, я должен буду подвести черту. В этом нет ничего очаровательного или привлекательного.

Натура слегка улыбнулась мне.

— Некоторые могут не согласиться. Есть люди, которых возбуждают подобные вещи.

— Только не меня. На заметку инженеру, мне действительно нравится эта модель, но, возможно, стоит найти баланс между реалистичностью и практичностью. — Я поворачивал ее лицо из стороны в сторону, изучая его. — И, возможно, сделать ее чуть менее изысканной. — Только вблизи я могу разглядеть ее недостатки. Я лизнул ее кожу. — У тебя соленый вкус, как у настоящего пота. Это гениальная деталь.

Она приподняла бровь.

— Ты не знаешь, они будут делать твою модель в разных вариациях?

— Вы имеете в виду модель с большей грудью? — спросила она тем же сухим тоном, что и раньше.

— Мне просто интересно, будут ли разные оттенки кожи, цвет волос, рост и все такое.

— Я не знаю.

— Ты создана по образу и подобию реальной женщины?

— Да.

— Надеюсь, не живой женщины? — спросил я.

— Почему?

Я подумал, что это говорит само за себя, но все же ответил.

— Потому что кто бы захотел, чтобы секс-бот был сделан по вашему образу и подобию? Если бы бедная женщина когда-нибудь приехала в Северные земли, у каждого мужчины она ассоциировалась бы со шлюхой.

Ее большие карие глаза моргнули, прежде чем она встала с кровати.

— От имени руководства я благодарю вас за то, что нашли время протестировать меня. Мы ценим ваш вклад.

— Эй, подожди минутку. Ты сказала, что у тебя нет ни одного тестера после меня, так почему я не могу провести с тобой больше времени? Я бы с удовольствием прошел еще несколько раундов. Может быть, ты могла бы притвориться моей женой или что-то в этом роде. Мне бы этого хотелось.

— Боюсь, что ваша просьба провести со мной ночь отклонена. — Натура продолжала одеваться сама, стоя ко мне спиной.

— Примечание для инженера. Вам нужно поработать над поведением модели после секса. Ее голос снова стал ровным, и она выглядит пренебрежительной, как будто хочет быстрее уйти от меня. Это не привлечет клиентов, которые захотят вернуться.

Натура надела свою одежду и сандалии и направилась к двери. Ее длинные блестящие каштановые волосы откинулись назад, когда она бросила на меня последний взгляд через плечо и вышла за дверь.

Почему, черт возьми, у меня было такое чувство, будто я обидел мертвое существо? Так не должно быть. Секс-боты были кокетливыми и веселыми. Ни один из них не выражал никаких эмоций, кроме вожделения и радости.

Что бы инженеры ни придумали в своей лаборатории на этот раз, у этого был пугающий побочный эффект. Эта машина Натура была достаточно реальной, чтобы заставить вас что-то почувствовать, и это меня чертовски смутило.

Глава 5

Тупой гений

Шелли

Для человека с невероятно высоким IQ я была невероятно глупа. Вот уже восемь дней я пыталась разобраться в своем безумном поведении.

Я переспала с Марко.

Я действительно переспала с Марко.

Сотни раз я повторяла эти слова в своей голове, но они все равно казались мне нереальными.

Я видела достаточно мужчин, занимающихся сексом, чтобы понимать, что это превращает разумных людей в одержимых природой приматов.

Но звуки, которые я издавала, когда была с ним. То, как я стонала и выгибалась всем телом. Я закрыла глаза.

Это были самые неловкие тридцать минут в моей жизни.

Это были самые удивительные тридцать минут в моей жизни.

Я не могла связать то, каким человеком я стала в той комнате с Марко, с тем, какой я видела себя.

Испытывая стыд за свое поведение и шок от того, что позволила ему войти в себя, я снова и снова винила себя.

Сожалея об этом.

Не сожалея об этом.

Сожалея об этом снова.

Забеременеть после однократного полового акта было маловероятно. Но я по натуре не была склонна к риску, так почему же я его не остановила?

Потому что секс-бот не сказал «нет». Это раскрыло бы мое прикрытие, и я бы не знала, как справиться с этим унижением.

Я проигнорировала тихий голосок, говоривший, что меня возбудили его слова о том, что он хочет наполнить меня своим семенем. Я была не из тех женщин, которые мечтают о муже и детях, так почему же это меня заводило? Одна только мысль об этом заставляла меня съеживаться, и единственное объяснение, которое я могла найти, заключалось в том, что потребность в продолжении рода была предрасположенностью с древних времен, которая обеспечивала выживание человеческой расы.

Теперь, когда уровень моих гормонов пришел в норму, я была полна решимости унести то, что произошло в той комнате, с собой в могилу. Никто не должен был узнать о том, что я сделала. Особенно Марко.

Было около шести вечера, когда хостесс-бот предупредил меня, что кто-то просит разрешения войти в наше офисное здание.

На сегодня у нас не было запланировано никаких тестовых сессий, и мое сердце учащенно забилось в груди, когда я подумала, что, возможно, Марко вернулся.

Взглянув на наружную камеру, я поняла, что это был не Марко, а мой друг Тристан, который хотел войти.

Я попросила сервис-бота отпереть входную дверь и впустить его, прежде чем вышла в коридор поприветствовать его.

— Привет, я ищу Шелли Саммерс, — сказал Тристан и помахал мне рукой.

— Очень смешно. — Я улыбнулась и раскрыла объятия.

Тристан чуть не подхватил меня на руки, когда крепко обнял.

— Я просто еще не привык видеть тебя такой красивой.

— Ты хочешь сказать, что раньше я не была красивой?

Он рассмеялся.

— Твоя красота всегда сияла изнутри.

— О, спасибо тебе. — Я наклонила голову.

— Просто это было трудно разглядеть из-за того, что ты изображала тролля. — Тристан подмигнул мне и поспешил сказать: — Я шучу, шучу.

Я пожала плечами.

— Все в порядке. Пока мне не приходится выполнять какую-либо реальную работу, я сохраняю этот образ. — Я провела его в свой кабинет, который был полон деталей роботов, досок с чертежами и расчетами, а также Минди, которая стояла в углу, похожая на спящую красавицу. — Все было бы по-другому, если бы у меня не было CBC. Красота — это нечто поверхностное, и обладать ею приятно, но она не является для меня главным приоритетом.

Тристан плюхнулся в мое кресло, подняв одну ногу и положив лодыжку на колено другой.

— Для меня это тоже не является приоритетом. — Небрежным движением он переплел пальцы и каким-то образом устроил их так, что они казались удобной подушкой у него под головой. Одарив меня очаровательной улыбкой, он добавил: — Мне просто повезло родиться и с мозгами, и с привлекательной внешностью. Жаль, что тебе так не повезло.

Другие могли бы счесть юмор Тристана грубоватым, но шесть месяцев, проведенных подростком на Севере, научили меня иронии и сарказму. На Родине это не часто употреблялось, но я полюбила это. Мужчины не обижались, когда я говорила что-нибудь резкое. В большинстве случаев они думали, что я иронизирую, и отшучивались.

Жители Родины, однако, находили меня слишком прямолинейной и бесчувственной.

— Спасибо за твое сочувствие, но все в порядке. Мы все несем свой крест. Например, я вижу, что ты все еще страдаешь от плохого зрения и некоторой доли нарциссизма. — Я одарила его милой улыбкой.

Тристан откинул голову назад и рассмеялся.

— Боже, я скучал по тебе и твоему острому язычку, Шелли.

— Я тоже по тебе скучала. — Это было правдой. Тристан и я впервые встретились в экспериментальной школе на западном побережье, когда нам обоим было по пятнадцать, и в течение многих лет мы не общались. Только год назад, когда компания «Передовые технологии» наняла его возглавить кафедру аэродинамики, мы снова встретились.

— Зачем ты здесь, Тристан?

— Я здесь, чтобы пригласить тебя куда-нибудь.

— Куда именно?

— Сама увидишь. Просто отключи системы и не задавай вопросов. Это будет весело.

Я скептически посмотрела на него.

— Весело?

— Да, очень весело.

— Когда я слышу это слово от тебя, я начинаю нервничать. В последний раз, когда ты это сказал, ты водил меня в бойцовский клуб. Мне никогда в жизни не было так страшно.

— Ты же сама сказала, что тебе интересно побольше узнать о Северных землях, но ты прячешься здесь.

— А люди там будут скандалить и драться?

— Не-е-ет, не волнуйся, Шелли.

Я глубоко вздохнула и одарила его своим самым суровым взглядом.

— Тристан, я не пойду с тобой, пока ты не скажешь, куда ты меня ведешь.

Он опустил руки и отодвинулся на край сиденья.

— Отлично! Один из дронов, которых я сконструировал, участвует в соревнованиях сегодня вечером. Я хочу быть там, когда он победит.

Я наморщила лоб.

— Тогда иди один. Гонки дронов — это слишком утомительное занятие для меня. Этот шум и все эти люди.

— Я обеспечу твою безопасность, обещаю.

— Меня беспокоит не моя безопасность. Я просто не умею обращаться с толпами людей.

Указав подбородком на мое рабочее место, он приказал:

— Больше никаких оправданий. Выключи это. Ты идешь со мной. Это приказ Чарли.

Я уперла руки в бока.

— Тебя прислал Чарли?

— Да, он упомянул, что ты слишком много работаешь и что он беспокоится о тебе. Я даже не знал, что ты в Северных землях, пока он мне не сказал.

— Я понимаю.

— Эй, не смотри на меня так. Меня бы здесь не было, если бы я не хотел провести с тобой время. И, честно говоря, это мне следовало бы обидеться, что ты с самого начала не сказала мне, что ты здесь.

Я навела порядок на своем рабочем месте.

— Прости, я хотела. Я просто была занята.

— Я прощаю тебя, но только если ты пойдешь со мной на гонку дронов.

Со вздохом смирения я посмотрела на него.

— Мы будем только вдвоем, верно?

— Таков план. Если только у тебя нет симпатичных подружек, которых ты хотела бы пригласить.

Мои приподнятые брови сказали сами за себя.

— Нет, я так и думал. — Он рассмеялся. — Значит, тогда останемся только мы с тобой. Со мной тебе даже не придется брать с собой того защитника, которого нанял для тебя Чарли.

— Слава богу. Честно говоря, он мне не очень нравится.

— Почему? Он заигрывает с тобой?

— Нет, он просто очень разговорчив, и иногда это перебор. Я пыталась держаться с ним холодно, но ты же знаешь, каковы мужчины — они не обижаются на грубость местных жителей.

Тристан смеялся и придумывал всевозможные идеи о том, как оскорбить мужчину.

Час спустя мы сидели высоко на трибунах, откуда открывался вид на большую площадку, где дроны выстраивались в очередь для участия в забеге.

— Извини за еду. В этом заведении не так много вегетарианских блюд. — Тристан протянул мне свою коробку. — Куриные палочки вкусные и острые, хочешь попробовать?

— Скажи мне еще раз, когда ты начал есть мясо? — спросила я и откусила от большой хлебной палочки, которая была моим единственным выбором.

— Когда я учился здесь в школе. У них не всегда были вегетарианские блюда, так что оставалось либо голодать, либо есть мясо.

— Мне жаль это слышать.

Тристан проглотил кусочек.

— Я не ем много мяса, но научился получать от него удовольствие, когда ем.

— Как поживает твоя семья? — спросила я, зная, что у Тристана была огромная семья, так как он вырос на Родине со своей биологической матерью, а также у него была семья по отцовской линии.

— Ты имеешь в виду моего отца и Афину?

— Да, как они?

Тристан улыбнулся и посмотрел на происходящее перед нами. Восемь дронов парили над землей в стартовой зоне, в то время как последние два медленно поднимались, чтобы занять позицию.

— Иногда я завидую своему отцу и Афине. То, что у них есть вместе, — это такая редкость. — Он повернул ко мне голову и выглядел серьезным, когда заговорил. — Ты знала, что они держатся за руки на людях? Как будто они не могут удержаться, чтобы не прикоснуться друг к другу. — Тристан покачал головой. — Это странно, но в то же время я чертовски хотел бы найти это с кем-нибудь.

— Я возьму тебя за руку, если хочешь, — предложила я и протянула ее ему.

Тристан принял мое предложение и улыбнулся.

— Спасибо, Шелли. Ты хороший друг. Жаль, что между нами нет такого влечения.

— Мы бы не были хорошей парой. Ты такой же чудак, как и я.

Тристан рассмеялся.

— Никто не может быть таким чудаком, как ты.

— Все так плохо, да? — Я хотела отпустить его руку, но он схватил ее крепче.

— Ты идеальна такой, какая ты есть, с причудами и все такое.

Пока Тристан снова сосредоточился на гонке и наблюдал за взлетом дронов, я продолжала думать о его словах:

— Никто не может быть таким изворотливым, как ты.

— Гребаный любитель. — Мужчина перед нами закричал, когда толпа разразилась криками и свистом после того, как синий беспилотник врезался в красный, на котором была черная линия в форме молнии.

На трибунах должно было быть не менее двух тысяч человек, и еще больше зрителей должно было находиться вдоль трассы. Гонки на беспилотниках были популярны в Северных землях.

— Ты это видела? — Тристан встал, прикрывая глаза от солнца обеими руками и глядя в направлении беспилотников. — Он все испортил. Я с самого начала велел пилоту выжать максимум. Я, бл*дь, сконструировал эту машину, чтобы выдерживать удары, а потом он сдался. — Недовольные возгласы сменились новыми жалобами. — И зачем ему пытаться занять место справа от восьмого? Он мог бы уже стать первым.

— Пилот все еще может догнать их, не так ли? — спросила я, чтобы подбодрить его.

— Сомневаюсь. — Не отрывая взгляда от большого экрана, на котором мы могли следить за забегом, Тристан снова сел и достал из коробки еще одну куриную палочку.

— Уверена, что не хочешь? — он спросил.

— Да, я уверена. — Пока он наблюдал за забегом, я разглядывала мужчин вокруг нас, ловя на себе любопытные взгляды некоторых из них. За последние десять лет тысячи женщин переехали в Северные земли, но мужчин по-прежнему было намного больше, чем женщин, а строгие законы защищали женщин от того, чтобы к ним приближались незнакомцы или прикасались к ним без их согласия. Впрочем, в этом не было ничего противозаконного, и у многих из них не было хороших манер пялиться на женщин. Я не обращала внимания на их пристальные взгляды, не находя их ни в малейшей степени привлекательными. И снова воспоминания о времени, проведенном с Марко, нахлынули на меня, и я сделала глубокий вдох, чтобы успокоить бешено бьющееся сердце.

— Эй, Шелли…

Я повернула голову и встретилась взглядом с Тристаном.

— Да?

— Перестань думать о своей работе. Я слышу, как у тебя крутятся колесики в голове, и тебе нужно отдохнуть несколько часов.

— Я не думала о работе.

— Хорошо, потому что тебе нужно немного равновесия в своей жизни.

— Я уравновешенная, — солгала я, прекрасно понимая, что семидесятичасовая-восьмидесятичасовая рабочая неделя не оставляет места ни для чего другого. — Я просто смотрела на зрителей, гадая, зачем им бусинки.

— А-а-а. — Тристан пренебрежительно развел руками. — Это дань моде. Судя по всему, Магни носил в бороде одну единственную темно-синюю бусинку, а ты знаешь, как всем хочется быть похожими на него.

Я насчитала по меньшей мере двадцать или тридцать мужчин, у каждого из которых в бороде была вплетена бусина.

— Магни был бы последним человеком, от которого я ожидала бы, что он будет носить бусы. Жители Родины носили бы.

— Возможно, он проиграл пари, — предположил Тристан. — В любом случае, он выглядел в этом довольно круто, а сейчас это в моде.

— Ты часто с ним разговариваешь?

— Нет, иногда. В основном я общаюсь с Милой.

Мила училась в экспериментальной школе, и ее удочерили Магни, второй человек в Северных землях, и его жена Лаура.

— Я слышала, она все еще добрая и нежная, — сказал я.

— Кто, Мила?