Пока мы были внутри, наступила ночь. Небо стало черным, как смоль, поднялся свирепый ветер и разметал во все стороны тлеющие угли походных костров. Одна из искр, подхваченных ветром, прожгла мой плащ, но это было наименьшей из моих забот. Каждый воин в лагере бежал к берегу Дарна, сжимая в руках чудовищных размеров кувалду или увесистый топор.

– Не надо нам путаться у них под ногами, – повторяла я в пятнадцатимиллионный раз. Кэррион не послушал меня в первый, не слушал и сейчас.

– Я не собираюсь прятаться в палатке, когда нам всем угрожает смертельная опасность, – сказал он.

– Ты забыл, сколько раз Рен сбил тебя с ног сегодня утром? Мы им не помощники.

Однако на лице Кэрриона застыла решимость.

– Может, я и не смогу сравниться с этими ублюдками в бою, но сломать лед точно смогу. И вообще, оказывается, моя бывшая умеет делать шрапнель из мечей, так что, думаю, у нас все будет в порядке.

– Я не твоя бывшая. И я не знала, что такое могу! И не думаю, что получится повторить это снова!

– Будем надеяться, что нам не придется это выяснять. – Кэррион сорвался с места и помчался с бешеной скоростью. На секунду я задумалась о том, чтобы вернуться в штаб, но он был прав. Я не могла просто спрятаться там, когда казалось, что наступает конец света. Мне потребовалось двадцать секунд, чтобы догнать Свифта. Еще минута ушла на то, чтобы спуститься к берегу реки.

Мы оба застыли там, ошеломленные, в полном молчании наблюдая за творящимся хаосом.

Огромные воины, вдвое выше и шире Фишера, стояли на краю реки. Под бой барабана, который раздавался ниже по течению, они поднимали над головами гигантские кувалды и с ужасающей силой опускали их на толстый лед.

БУМ!

БУМ!

БУМ!

Замерзший лед трескался, издавая металлические, вибрирующие звуки, но ледяной панцирь еще держался. На другом берегу реки собралась и ревела кипящая темная масса существ.

– Что… это? – прошептал Кэррион.

Мимо нас, задыхаясь, промчался воин. Это был Холгот, земляной эльф, который приветствовал нас по прибытии в лагерь.

– Это… – выдохнул он. – Это элитные части орды Санасрота. Пятидесятитысячная армия. Мы их не ждали. Если они переправятся, то… сметут нас!

– Что это за орда такая? – крикнул ему вдогонку Кэррион, когда эльф уже бежал к реке.

Холгот прокричал в ответ одно слово:

– Вампиры!

БУМ! БУМ! БУМ!

Кувалды обрушивались на лед.

Я всматривалась в темноту в поисках хоть каких-нибудь признаков Фишера, но его нигде не было видно. Как и Рена. Повсюду незнакомые воины, взвинченные до предела, бежали к реке, чтобы внести свой вклад в борьбу со льдом. Голубая вспышка на мгновение озарила сцену, осветив другой берег, и от того, что я там увидела, у меня подкосились ноги.

Их были тысячи.

Корчащихся. Злобных. Рычащих. Щелкающих зубами.

Пятьдесят тысяч кровожадных вампиров, неистовствующих на берегу реки. Когда появился источник голубого света – раскаленная добела сфера, описавшая дугу в воздухе и упавшая на середину реки, – первые вампиры уже двигались по льду. Шар взорвался, пробив в толще льда небольшое отверстие. Вода взметнулась на пятьдесят футов в воздух, но вампиры, казалось, ничего не заметили. Толпой они приближались к нам.

– Черт возьми, – пробормотал Кэррион. – Гребаное дерьмо.

Я не могла выговорить ни слова. Но чувствовала то же самое.

Еще одна бело-голубая сфера рассекла воздух, отбрасывая дикие тени на приближающихся мертвецов и воинов на нашей стороне берега. Еще одна, и еще, и еще взмывали в воздух. Громкие звуки ломающегося льда разрывали ночь, когда они взрывались, проделывая все большие отверстия. Теперь, когда этот участок льда стал непрочным, кувалды, бьющие по поверхности у края реки, стали более эффективными. Постепенно лед начал покрываться паутиной трещин.

– Это сработает? – прошептал Кэррион.

– Не знаю. Пойдем. Мы должны помочь.

Было нелепо говорить это. Даже один из огромных воинов с кувалдами мог бы в одиночку снести половину зданий в Третьем округе, и все же лед был настолько толстым, что процесс шел медленно. Мы были такими слабыми по сравнению с ними. Просто людьми. Но все же мы оба взялись за тяжелые молоты, которые нашли на берегу, и со всей имеющейся силой обрушили их на Дарн.

Струи огня пронеслись над рекой, как только первая волна вампиров оказалась в пределах досягаемости. Мертвецы вспыхивали, как хворост, но пламя их не останавливало. Они приближались.

Руки ныли, спину сводило от мучительной боли, но я била по льду, обдирая кожу на ладонях с каждым ударом молота.

Лед содрогнулся, издал дьявольский стон и внезапно сломался.

Как только это произошло, реку заволокло облаком черного дыма. Вампиров, которые с трудом выбирались на лед после погружения в ледяную воду, черный дым безжалостно заталкивал обратно. Он закручивался вокруг них, сбивал с ног, обволакивал и утаскивал в могилу подо льдом.

– Что происходит? – Дикий взгляд Кэрриона метался по берегу.

– Фишер, – мрачно ответила я. – Это Фишер.

Вампиры перестали наступать. Огромные воины-ледорубы все еще колотили и разбивали лед слева и справа, но обезумевшая орда на санасротской стороне реки не утруждала себя новой попыткой. Они рычали и стонали, но оставались на своих местах.

– Добрый вечер, Кингфишер! – раздался голос из темноты. – Я так рад, что ты решил выйти поиграть! Не хочешь поздороваться?

Воительница с ярко-рыжими волосами, которая боролась со льдом на том же участке берега, что и мы, побледнела при звуке этого голоса. Как и несколько других воинов.

– Это Малкольм? – Она произнесла это имя так, словно не могла поверить собственным ушам. – Не может быть…

– Это точно он, – проговорил мужчина с неровным шрамом вдоль челюсти, мрачно вглядываясь в темноту. – Вышел из своей крепости, чтобы поиздеваться над командиром.

– Но…

– Ну же, Кингфишер! Разве ты не покажешься? Я сделаю это первым, если хочешь! – Толпа монстров на том берегу расступилась, и появился он. Высокий, худощавый, ничем не примечательный мужчина, одетый в черное. Его прямые как стрела и белые как снег волосы спускались ниже плеч. У него были тонкие черты лица. Почти красивые. Кроваво-красные глаза осматривали наш берег, как будто клубы черного дыма, все еще стелющиеся над поверхностью реки, совершенно ему не мешали. – Давай, Кингфишер, – нараспев протянул дьявол. – Я знаю, что ты там. Прошла всего пара недель с тех пор, как мы общались в последний раз, но что могу сказать? Я скучаю по тебе.

Среди воинов поднялся ропот. Малкольм скучал по Фишеру? И прошло всего пару недель с тех пор, как они разговаривали? Намек был очевиден. Этот Малкольм, король вампиров, хотел, чтобы все знали, что их драгоценный лидер, наконец-то вернувшийся к ним, так или иначе в сговоре с врагом. Диверсия в ее лучшем исполнении. Самый простой способ выиграть войну – посеять раздор в рядах противника, чтобы он тратил время и силы на борьбу внутри, а не с вами. Это был умный, но очевидный ход. Тем не менее, судя по лицам окружавших нас воинов, Фишеру придется объясниться.

– Отлично! Будь по-твоему, дорогой! – воскликнул Малкольм. Жестокая улыбка расплылась по его лицу, обнажив ряд острых зубов. – Прячься за спинами своих маленьких друзей. Мы очень скоро увидимся!