— Ты знаешь, — заговорила девушка оживленно, — я на самом деле за тобой скучала! Ну, когда с отпуска прилетела, с Анапы, а Дики такой: я больше не хочу быть в отношениях, и вот это все! — Она потянула его в сторону розовых кустов. — Пойдем туда, там такие подушки удобные. И там можно целоваться!

Майор стряхивал ее со своего локтя, Маня уходила по дорожке, засыпанной белым гравием, в сторону Будды и благовоний, и майор понятия не имел, что теперь делать.

Бежать за Маней? Останавливать?! Объясняться?!

— А По такая: все равно он не твоего поля ягода, а я ей, ну и что, но ведь девушка мечты может себе позволить раз в жизни влюбиться в бедняка?! А она мне: приветики, только время тратить и в рестике за себя платить!..

— Маня! — крикнул майор в отчаянии.

Писательница оглянулась и помахала ему рукой.

Она улыбалась.

Он вырвался от Хлои, девушки мечты, и в два шага оказался рядом с Маней.

— Что ты дуришь?!

Маня посмотрела ему в лицо.

Глаза бешеные, весь красный, волосы дыбом.

— Маня, я с ней спал.

— Иди ты.

— Я должен оправдываться? Вот прямо сейчас?! Вот прямо здесь?! Маня, я тогда был… не с тобой. Я тебя только по телевизору видел и на обложках! И что теперь мне делать?!

— Повеситься на дереве гинкго? — предположила Маня.

И тут он тоже посмотрел ей в лицо.

Она улыбалась, и не было в ее улыбке ничего страшного и грозового. Она улыбалась, как всегда, чуть кривовато — одной стороной губ, насмешливо.

— Я взбесилась, — объяснила она. — А чего ты от меня хочешь? Чтоб я ликовала при встречах с твоими любовницами? Никогда такого не будет! Иди вон и целуйся со своей Розамундой.

Тут она бросила портфель прямо на белый гравий, и с размаху они обнялись так крепко, насколько хватило сил.

— Маня, — сказал он прямо в ее пылающее ухо.

— Майор, — с наслаждением откликнулась Маня в его мокрую от недавнего страха и унижения шею. — Дики?

Он оттолкнул ее от себя, и они разом захохотали, как двое полоумных.

Хлоя, наблюдавшая в отдалении, нерешительно подошла.

— Дики, ты что? Ты так любишь тетю, да?..

— Да, — согласился майор. — Дядя любит тетю. Хлоя, ты, случайно, не знаешь такую Паулину Пахомову? Она тоже где-то здесь… худеет.

— Как не знаю! Дики, ты ваще не в ресурсе! Это же моя По! Я вас знакомила!.. Она должна увидеть, что ты вернулся…

— Она-то мне и нужна, эта По. Где ее взять?..

— Хло?! Что здесь происходит?! Откуда взялся Дики? Ты что, назначила ему свидание, а меня даже не предупредила?!

Новая девушка оказалась высокой, почти вровень с Маней, но намного изящнее и воздушней. У нее были черные как смоль, прямые волосы, пришитые губы и приклеенные намертво ресницы.

— Хло, ты позвала его сюда?! И мне не сказала?!

— По, он сам меня нашел!..

— Что ты гонишь!

— Дики, скажи ей!..

— Девочки, — произнесла Маня басом и подхватила обеих красавиц под ручки. — Не волнуйтесь по пустякам! У Дики несколько вопросов, просто по делу. Он их задаст — и сразу же исчезнет. Ну… Или останется с вами, как пожелает.

Тут она метнула в майора особый взгляд.

Тот как по команде рассвирепел:

— Маня!..

— А вы вообще кто? — отчего-то грубо спросила черноокая По. — Я вас откуда-то знаю. Вы что, из Сонькиной тусы? Она вас подослала?

— По, это его тетя, ну, тетя Дики. Они вместе приехали. Она тут на суставах.

По смерила Маню подозрительным взглядом.

— Если вы приехали заселфиться со знаменитостью, а потом выложить, убирайтесь. Я не фотографируюсь. И вообще, здесь частная территория!

— А вы знаменитость, да? — заинтересовалась Маня.

Рассерженная По закатила глаза, а потом перевела взгляд на подругу, а потом на Дики, в недавнем прошлом Дмитрия Раневского.

— Кто это? — брезгливо спросила она у обоих.

— Да говорю же, тетя! Они все в этом возрасте бестолковые, По!

— Мы можем где-нибудь присесть поудобнее? — И Маня снова повлекла красавиц за собой. — Просто на пару минут!

По выдернула руку и встряхнула безупречными волосами, почти задев Маню по лицу.

— Вон там такие удобные подушки, в конце лужайки! — прощебетала Хлоя. — Давайте все туда! И можно попросить, чтоб подали смузи! У тебя сегодня какое?

— Петрушка и сельдерей. И семена чиа.

— А у меня огурец, кабачок и заряженная вода!

Мешки, наполненные чем-то сыпучим, и впрямь оказались поблизости, в розовых кустах. Девушки красиво на них присели, словно райские птички на ветке дерева гинкго.

Маня слегка попинала свой мешок носком сандалии.

Если она на него плюхнется, подниматься придется в несколько приемов и задницей вверх.

Вот ужас-то. Вот унижение.

Особенно на глазах у птичек.

Майор вынул из кармана блокнот и сел прямо на траву.

Маня продолжала топтаться.

— Вас зовут Паулина Пахомова, верно? — начал он. — Выпускница колледжа сервиса и дизайна в Ярославле. В последнее время вы исполняли роль жены шеф-повара Анатолия Истомина. Вопрос первый: кто вас нанял и в каких целях?

Если бы майор на глазах у девиц начал обрастать шерстью, превратился в собачку Дика и приветственно завилял хвостом, они удивились бы меньше.

У Хлои приоткрылся ротик.

Паулина коротким броском накинула на глаза темные очки:

— Это… это провокация!

Она стала изо всех сил дергаться и дрыгать ногами, намереваясь вскочить и убежать, но подняться из глубин мешка было на самом деле не слишком просто.

— Что вы себе позволяете? Хло, что он себе позволяет? Кого ты привела?! Да я сейчас позвоню, и от тебя мокрого места не останется!..

Майор вздохнул.

— Вы не волнуйтесь, — посоветовал он добрым голосом. — И позвонить вы сейчас никому не сможете, у вас телефона нет. Так когда и зачем вас наняли?..

— Отстань от меня ты, придурок!..

Раневский взял разъяренную тигрицу, бывшую птичку, за запястье и придержал слегка.

— Я служу в Следственном комитете. Вопросы задаю по делу. Прошу на них отвечать, или я доставлю вас в отделение.

— Правда, — сказала сверху Маня. — Давайте просто поговорим. Не поедем в отделение.

— Хло, это подстава! Это ты меня подставила, сучка?! Или Сонька? Махмуд вам всем уши отрежет, вы что, не въезжаете ни фига?! И отцепись от меня, придурок! Убери руки!

— Анатолий Истомин убит, — проинформировала Маня. — Идет следствие. Его ведет майор Раневский. Поговорим?..

— Как это… убит? — не поверила Паулина. — Что, совсем? До смерти?

Раневский опять вздохнул.

Хлоя взялась руками за щеки:

— По, Толяна убили?! Ты знала?!

— Да ничего я не знала, они гонят!..

— Но Дики же говорит…

— Положить мне на твоего Дики!

— Девочки, девочки, — перебила Маня, продолжавшая стоять, — вы потом, на свободе, все друг другу выскажете, ладно? А сейчас нужно ответить на вопросы майора. Я понятно объясняю?..

Паулина подняла голову, смахнула очки и уставилась на Маню.

И прищурилась:

— Я тебя знаю! Ни хрена ты не тетя! Я тебя видела, точно видела! Ты блогер?!

— Боже сохрани.

— Ты что-то ведешь. Да? Где-то что-то ведешь! Интервью. Да, точно, интервью! Нет, шоу. Какое-то шоу! Тут кругом скрытые камеры, да? Это подстава! Меня хотят слить? Кому я помешала? Соньке? Они решили ее раскручивать?! Ничего не выйдет, мои подписчики при мне останутся!..

— Да шут с ними, с подписчиками. — Маня старалась быть как можно убедительнее. — Ты на вопросы ответь, и мы пойдем себе.

Тут Паулина объявила:

— Я буду говорить только в присутствии своего адвоката!

— Тру-ту-ту, — протрубил майор. — Тра-та-та.

Все помолчали немного.

— Значит, в отделение и под протокол, — резюмировал Раневский. — Поднимайтесь, гражданка Пахомова, и поедем потихоньку. Где ваши документы? Нужно взять с собой документы и одеться… поудобнее. Возможно, придется заночевать в камере.

Паулина была в белоснежных обтягивающих брючках и коротком топе, открывающем мускулистый живот.

— По! — вскрикнула Хлоя, словно подругу уже повлекли на гильотину. — Дики, не забирай ее! Она ни в чем не виновата!

— Виновата, не виновата, дело десятое, а мне нужно гражданку Пахомову опросить. На месте она не соглашается, придется в отделении.

— По, согласись уже! Пусть он тебя опрашивает на месте! Если он тебя заберет, мне отпуск одной догуливать, что ли?!

— Вот именно, — поддакнула Маня. — И ваше похудение пропадет, Паулина! Курс тут наверняка недешевый!

— Ой, не говорите, — освобожденно заговорила Хлоя про понятное. До этого было ничего не понятно. — Ценник конский! Нет, процедуры отличные, особенно очистительные клизмы на зеленом чае и обертывания. Ну, и глина, конечно! Глина дальневосточная, и они ее прям сырую выкапывают и везут сюда на специальном самолете, она каждый день свежая! Вот глина прям похудательная! Но такое бабло дерут, глаза на лоб лезут! Зато эффект!..

Паулина подумала немного.

— У тебя шоу, — сказала она Мане, но без прежнего пыла. — Ты хочешь меня подставить.

— Я писательница. У меня нет шоу.

— Кто-о-о? — недоверчиво протянула черноокая красавица. — То есть ты… что делаешь?

— Пишу книжки.

— Зачем?!

— Чтоб читать.

— Ты их сама пишешь и сама потом читаешь?

— Когда вы в последний раз видели Анатолия Истомина, Паулина? — вмешался майор, которому надоело это дело.

— Да прям перед пулом! Перед записью его программы!

— Вы ж еще тогда чуть не подрались, помнишь? — встряла верная подруга Хлоя.

— Заткни пасть! Ничего мы не дрались!..

— Они должны были вместе к Сереге лететь, — продолжала Хлоя, глаза у нее блестели. — Артист знаменитый, Сергей Рене! Ну, вы знаете! Он в сериале «Бойня на Литейном–4» снимается! У него дача в Пятигорске, что ли, или еще в какой-то дыре тут поблизости. А Толян…

— Заткнись! Что ты понимаешь, сучка!

— Сама сучка! Дики, она меня оскорбляет!

— Да я тебя сейчас так приложу, мало не покажется!

— Девочки, девочки, — опять перебила Маня. Тон у нее был примирительный. — Давайте договорим, и вы потом спокойно подеретесь. Из-за чего у вас вышла ссора с Толяном, Паулина? Соня Крузенштерн решила вас подвинуть с места боевой подруги?

— Да она пустое место, Сонька! Да если б не Гарик, у нее ваще подписчиков бы не было! И подкаст ее никто не смотрит!

— Чье это было решение — заменить вас на Соню? — спросил майор и смешно почесал карандашом за ухом. — Вы же сами никаких таких решений не принимаете! Принимают хозяева бизнеса. Кто хозяин?

— Так тебя слили?! — поразилась Хлоя. — Вообще?! Совсем?! По, что ты теперь будешь делать?! Ты ж ничего не умеешь! Обратно в эскорт?

— Да заткнись ты уже, шизофреничка, дура!

— Дики, она обзывается!..

— Ти-ха! — гаркнул майор, и из-за розовых кустов выглянуло несколько худеющих, потревоженных шумом. — Паулина, отвечайте на мои вопросы. Кем и когда было принято решение нанять вас в качестве… спутницы Анатолия Истомина? Это первое. Второе: кто и когда решил заменить вас на Соню Крузенштерн?

Тут произошло неожиданное.

Паулина странно скривилась, пришитые губы поехали вниз, глаза налились слезами, и она даже не зарыдала, а заревела трубно, как из бочки.

Исхудавшие лица курортников со страху попрятались в розах.

Маня тут же плюхнулась коленями на злосчастный мешок и полезла с утешениями. Она всегда утешала, уговаривала, старалась как-то сгладить острое, причиняющее боль.

— Ну что ты, что ты, — бормотала писательница, гладя девушку по жестким, словно искусственным, волосам. — На вот, попей водички, у меня нарзан холодный… Не переживай ты так, все обойдется, как-нибудь обойдется, я знаю, что говорю…

Она была уверена, что Паулина рыдает по Толяну Истомину, так или иначе, он был близким ей человеком, и вдруг погиб, такое потрясение!

— Они… меня… слили, — горестно проикала Паулина, запрокинула бутылку с нарзаном и стала булькать. — Из-за Соньки!.. Но ведь он раскрутился на моем ресурсе! А не на Сонькином! И все денежки от меня пошли!.. А те… теперь что? Я никому не нужна?!

Майор дождался, пока она перестанет булькать, и спросил:

— Кто вас слил?

Паулина махнула рукой.

— Продюсер ихний! Он меня всегда выбешивал, а тут слил!.. Гад ползучий!..

— Ты расскажи толком, — попросила сердобольная Маня, продолжая гладить девушку по голове. Она все еще верила, что Паулина плачет по убитому повару. — Не торопись и все расскажи.

— Да что рассказывать! — вдруг вмешалась Хлоя. — По раньше была девушкой продюсера! Ну, девушкой на выход, все понятно! Ему лет сорок, да, По? И жене наверняка лет тридцать пять, ну куда?.. И детей трое. Да, По?.. С женой не пойдешь на тусу, она старая и толстая. Ну, вот он По и стал выводить потихоньку, а потом сплавил ее Толяну!

— Зачем? — это Маня спросила.

— Так Толяна решили раскручивать! — горестно ответила Паулина. — А для раскрутки деньги нужны. На свой канал в инете, на съемки в телике, на интерьеры красивенькие. Вот Гарик, продюсер, его увидел в ресторане каком-то, позвал в эпизоде сняться. Толян там отличился, всем понравился. И в него решили вкладывать, он перспективный. Ну, меня наняли для фотосессий, чтоб красиво, чтоб я фотки правильные делала и у себя на странице выкладывала! Ну, где мы с Толяном как бы пара! А Гарик еще какой-то колхоз купил до кучи. Ну, где продукты делают! Молоко, яйца. Холдинг, что ли.

— Агрохолдинг, — подсказала Маня.

— Ну вот, Гарик и подумал, что Толяна раскрутит, и тот будет ему рекламировать вот это все, жратву разную. А там деньги не просто большие, конские!..

— То есть ты была к нему приставлена в качестве… красивенькой девушки? — уточнила Маня. — Или контролера?

— Ну, и то и другое! Я Гарику все докладывала — куда ходил, с кем ходил, сколько пил, с кем пил! Гарику же не в цвет, чтоб Толяна какой-нибудь другой продюсер перекупил. Гарик вложился, имя ему сделал, вон он на всех щитах мазик рекламирует!