Заодно посмотрим, не потащится ли следом за ним та самая синяя машина.

Если потащится — дело может оказаться серьезнее, чем предполагали в Следственном комитете.

Забор дачи был красив настоящей богатой южной красотой — на столбах грозные пятигорские орлы при раскрытом крыле, на створках щиты и сабли, поверх сабель пущены чугунные завитушки.

В высоту красота простиралась почти до небес.

Майор Раневский немного полюбовался забором, потом с некоторым трудом разыскал в переплетении виноградных листьев калитку с домофоном и надавил новенькую кнопку.

Зазвучала переливчатая мелодия, потом щелкнуло, и калитка приотворилась. Раневский зашел на участок.

— С правой стороны поставь, — сказал домофон шершавым голосом. — Щас заберем.

Майор прихлопнул за собой калитку и не спеша пошел к дому.

Над дорожкой были сооружены арки, сплошь увитые розами, и от этого майору казалось, что он находится на «выездной регистрации брака» и вот-вот бойкий ведущий провозгласит: «В знак любви и верности, жених, поцелуйте невесту!»

В последнее время все мужики-сослуживцы женились именно под арками, как сговорились!..

Из кустов наперерез ему вылез небритый гражданин в голубых шортах.

— Жара какая, — пожаловался майору гражданин, почесал волосатый живот и зашаркал шлепанцами к калитке.

Майор, моментально узнавший в гражданине артиста Сергея Рене, продолжил путь к дому.

Возле затейливого крыльца, украшенного гипсовой фигурой обнаженной Венеры верхом на оскаленном льве, никого не было, и Раневский пошел в обход.

За домом простирались ряды фруктовых деревьев. Траву почти спалило пятигорское солнце, лишь вдоль монументального забора еще чуть-чуть зеленело.

— Сереж, я здесь, в балагане!..

И впрямь посреди самого пекла торчало некое сооружение, то ли из проволоки, то ли из маскировочной сетки.

Майор откинул марлевый полог и заглянул.

От духоты и чугунного сковородочного жара моментально взмокла шея и под волосами, по щеке поползла капля.

Под брезентовым потолком гудели тучи мух. На пластиковом столе громоздились пустые бутылки, тарелки с окурками, остатками еды и арбузными корками. Наполовину съеденные куски шашлыка на пластиковых тарелках почему-то на полу. Рядом воткнуты шампуры — букетами.

Раневский вытер пот со лба и щеки, но текло уже везде — и по спине, и по шее, и, кажется, по ногам тоже.

— Добрый день, — поздоровался майор в пустоту и в арбузные корки.

— Ты кто такой? — спросили из угла, и он повернулся.

В брезентовом походном кресле сидела особа в темных очках, свесив на одну сторону длинные желтые волосы. Она обмахивалась мятой салфеткой.

— Майор Раневский.

Особа со стоном переложила голову на другую сторону, а потом собралась с силами и захрипела:

— Сереж, тут какой-то майор приперся!

Охнула, сильно наклонилась вперед. Очки упали на землю.

Майор от греха бросил марлевый полог, повернулся и нос к носу столкнулся с Сергеем Рене.

— А ты чего? — спросил тот. — Не привез ничего?

— Ничего не привез, — признался майор.

— А ты разве не доставка?

Раневский крепко взял артиста за потный локоть и повел прочь от шатра, в котором изнемогала шамаханская царица.

— У тебя есть где присесть?

— Да вон, в балагане… — Артист облизал запекшиеся губы и покосился на цепкую руку майора.

— В балагане не пойдет, — уверил Раневский, — там и без нас с тобой не протолкнуться. У тебя в доме кондеры работают?

— А чего им сделается. Постой, а доставка-то где?

— В пути.

— Точно? — не поверил артист, но майор уже повлек его по ступеням мимо Венеры и льва.

В доме оказалось не намного лучше, чем в балагане, зато прохладно.

— А чего, все разошлись уже, что ли? — Оглядываясь по сторонам, удивился артист.

— Давно, — подтвердил майор. — Вы с пятницы гудите?

— А сегодня что?

— Вторник.

— Погоди, а доставка где?

Не торопясь, Раневский извлек удостоверение и некоторое время манипулировал им, стараясь, чтоб оно попало в фокус зрения артиста, которому было немного трудно сосредоточиться.

Шевеля губами от усилий, тот в конце концов охватил удостоверение взглядом и бухнулся в кресло.

И прикрылся рукой — жесткое солнце резало ему глаза.

— Мы чего, шумели, что ли, сильно? Соседи пожаловались? Так я штраф заплачу.

— Майор Раневский, Следственный комитет. У меня к вам несколько вопросов в связи с убийством Анатолия Истомина.

— Да не убивали мы никого! Ну, шумели, было дело! Постой, а сегодня правда вторник?!

— Вы хорошо его знали? Когда видели в последний раз?

— Кого?

— Истомина.

— А это кто?

— Убитый Анатолий Истомин вел кулинарное шоу, вы с ним приятельствовали.

Сергей Рене отнял руку от налитых кровью глаз.

— Погоди. Нет, ты погоди!

Он поднялся и куда-то пошел.

Зашумела вода, что-то забренчало, потом упало и покатилось. Потом опять зашумела вода.

Раневский ждал, рассматривая стены и двери. Артисту он не слишком сочувствовал, ибо на собственном опыте знал, что пить три дня в такую жару — идиотизм. В двадцать два года простительно, в сорок — уже нет.

Сергей появился в комнате с полотенцем на голове. С полотенца капала вода.

— Толяна убили?! Да ладно! Когда?! Я из Москвы только неделю как уехал, у меня съемки закончились, теперь на озвучание десятого только, а потом опять экспедиция…

— Вы хорошо его знали?

— Не могли его убить! За что?! А, чтоб тебя!.. — Он сорвал полотенце и бросил на пол. И вытер ладонями лицо. — Да он самый мирный чувак, вообще никогда ни с кем не ссорился!

— Вы знали его хорошо?

— Ну, как хорошо! Тусили вместе, в прошлом году в Марокко летали, потом еще на острова… как их?.. Ну, с бабами туда все летают!

— На Мальдивы, — подсказал майор.

— Выпивали вместе тоже. Мы на съемках познакомились, он у нас консультантом был на проекте про ресторан, называется «Для своих»! Он нас учил, как стоять, как руки держать, какая обувь. А потом продюсеры решили его тоже снять, он в нескольких сериях самого себя играет! Да его все смотрели, сериал этот!

— Когда вы в последний раз видели Истомина?

Сергей Рене посмотрел на майора, и по лицу его очень медленно, нехотя и покачиваясь, прошла мысль, что дело серьезное, майор самый настоящий, скрытая камера не снимает их для программы «Розыгрыш».

— Подожди.

Он опять пошел куда-то и вернулся с бутылкой, от вида которой у Раневского в горле и в желудке сделалась судорога.

Актер запрокинул голову и влил содержимое бутылки в себя.

— Щас… я щас…

Хлопнула входная дверь, и появилась давешняя особа из балагана.

— Сереж, ну что такое-то?! Где доставка?! Куда ты провалился?!

— Прикинь, Толяна убили, — сказал актер более или менее твердым голосом.

— Кто сказал?!

— Вот он, мент.

— Сереж, не делай мне голову. Он доставка.

Майор Раневский откинулся на спинку кресла, положил ногу на ногу и от души почесал лодыжку, где давеча комар укусил.

— Ну вот что, господа и дамы, — сказал он совершенно иным тоном. — Меня зовут Дмитрий Львович, фамилия Раневский, я из Следственного комитета. Анатолий Истомин убит. Я расследую дело. На мои вопросы отвечать толково и по существу. Не врать, я все проверю. Когда вы его видели? Где?

И достал из заднего кармана блокнот.

— Да на той неделе… он в бильярдную приезжал, мы там иногда шары гоняем… они как раз накануне с Полинкой чуть не подрались… а Толян тогда… — заговорили оба разом.

— Тиха! — скомандовал Раневский, и они испуганно замолчали. — Говорить по очереди. Как вас зовут?

— Окси.

— Имя, фамилия, отчество. И паспорт сюда.

— Оксана Игоревна Миняева, — пропищала желтоволосая. — Я тоже актриса. А паспорт… где мой паспорт, Сереж?

— Откуда я знаю? Я за твоими вещами смотреть на нанимался!

— Да ты его показывал, когда в самолет садились! И куда потом девал?

— Не девал я никуда, на кой хрен мне твой паспорт!..

— Тиха!.. — снова гаркнул Раневский. — С кем Истомин чуть было не подрался, Оксана Игоревна? И когда это было?

— Да боже ж мой, да на той неделе! Серега доснялся, ну и чего делать? Нужно ж отдохнуть, почилить как следует! Ну, вот он и кинул идею — айда в Пятигорск, там дом пустует! А Толян позвал Соньку, а Полинку не позвал, он вообще от случайного чела узнал, что тут вся туса собирается!

— А она в скандал, — перебил Сергей. — Она все давно рассчитала!

— Она вообще расчетливая! Хоть и тупая курица! — подхватила Оксана Игоревна. — Он на ней жениться хотел.

— Не хотел он жениться! Полинка хотела его на себе женить! А ему на нее все равно! Плевать он хотел!

— Да вам всем только плевать, козлам безрогим, а чуть что, бежите, спаси, помоги, пропадаю!..

— Кто такая Полина? — опять повысил голос майор.

— Ну, он с ней в отношениях… Толян! Ну, та, которая для раскрутки! Для фоток, чтоб рилзы пилить! Когда его стали продвигать, нашли спутницу приличную!

— Везде пишут, что Полинка его жена! — вступила Оксана Игоревна. — А она не жена, а тупая курица!

— Курица, а тюнинг что надо!

— Тебе видней, Сереженька, какой там у нее тюнинг!.. Только в прошлом году булки себе сделала, дура! Все продвинутые селебрити, ну, нашего круга, уж давно…

— Полное имя девушки!

«Продвинутые селебрити» посмотрели друг на друга в затруднении.

— Ну, чего ты пялишься на меня, откуда я знаю!

— Так ведь ты ее Толяну знакомиться привел!

— И че?! Я сделал, че меня продюсер попросил!

— Звать Паулина, а дальше мы не знаем, товарищ полковник.

— Майор, — машинально поправил селебрити Раневский. — Кто попросил вас познакомить ее с Истоминым, Сергей? Когда это было?

Сергей пожал плечами. Он немного пришел в себя, хорохорился, и этим нужно было воспользоваться, ибо вскоре его совсем развезет и ничего нельзя будет добиться.

— Да года полтора, наверное, где-то так. А попросил продюсер, который сериал про ресторан снимал.

— Зачем? Он объяснил? Зачем вы должны были их познакомить?

— Спутницу ему нашли, — как слабоумному, попыталась растолковать Оксана Игоревна. — Ну, жена у него старая тупая курица, а ему нашли новую, красивую! Ну, чтоб спортик гоняла, позировала правильно, чтобы на фотках хорошо выходила, чтобы страничка своя в Сети! Что особенного-то?

— Зачем нужно было, чтобы познакомили их именно вы, Сергей?

Актер вздохнул:

— Ну… он такой… простой мужик… Толян. Понимаете?.. Ну, вот так не подойдешь, не скажешь — вот тебе девочка, пользуйся, все оплачено!.. А я представил как свою хорошую знакомую, наплел чего-то, мол, она в финансовой сфере работает, то-се, пятое-двадцатое!

— А она в финансовой сфере и работает, — язвительно поддакнула Окси. — Задарма на унитаз не сядет! А когда Толян на нее запал, его и подвели мягко — вот она и будет для всех как бы твоей женой.

— Он согласился, — подхватил Сергей. — А что?! Это она его?!

— Она могла! — воскликнула Окси. — Когда Сонька появилась, Паулина пообещала, что, если он к ней переметнется, она его прикончит!

— Соня Крузенштерн? — уточнил майор.

— Ну да! Толян когда раскрутился, от девок отбоя не стало! Он не старый, язык подвешен, собственное шоу у него! Сонька ему предложила подкаст делать, он и согласился!

— А Паулину выбесило! Она сказала, не бывать этому, она на него время тратила, а время дорогих денег стоит!.. Лайки всякие, артписы! Она все рассчитала, товарищ капитан.

— Майор, — поправил Раневский.

— И в ее расчетах никакой Соньки с подкастом не было, понимаете?.. А Толян — простой мужик, говорю же! Его вокруг пальца обернуть — раз плюнуть!

— Когда Истомин поссорился с Паулиной?

«Селебрити» опять посмотрели друг на друга.

— Вот как раз накануне крайней съемки! Он программу записывал, а после записи должен был сюда к нам прилететь! Паулина думала, с ней, а тут Сонька! Ну, и понеслось.

Раневский прикинул.

Все возможно.

Разгневанная эскортница Паулина явилась на площадку и задушила любовника. Наверняка она умеет гримироваться до неузнаваемости, а там посторонних была тьма, целый зал массовки, никто никого особенно не проверял.

Зашла в гримерную и задушила. Вышла и села в студию, как все остальные.

— Да говорю вам, она это, Паулина, — подлила масла в огонь Окси. — Она уже платье выбирала по дизайнерам и квартиру в ипотеку! Самую центровую. Теперь на Патриках не модно, теперь все живут…

— Истомин собирался приехать в Пятигорск с Соней Крузенштерн, правильно я понимаю? — недослушал майор. — Паулина утверждала, что она этого не допустит, после чего Истомин был убит.

— Так и есть.

— А если она его пришила, зачем тогда сюда приперлась? — вдруг спросил Сергей Рене. — Зачем это ей надо-то?..

Майор вздохнул. Час от часу не легче.

— Паулина тоже в Пятигорске?

— В Кисловодске она! В санатории «Нирвана», карму чистит. Она ко мне заезжала, про Толяна спрашивала. Когда будет и с кем, вот это все… Ну, я сказал, в пятницу должен прилететь, но не прилетел почему-то.

— Его убили, — подсказал Раневский.

Домофон издал мелодичную фразу, и все на него оглянулись.

— Ваша доставка прибыла. — Майор поднялся и сунул блокнот в карман. — Значит, так, граждане пассажиры. О моем визите не распространяться. Узнаю, что по всему интернету раззвонили, привлеку обоих, это не шутка. Из Пятигорска не выезжать. Сидеть за забором тихо, пить нарзан, лечить печень. Это понятно?

Актер с актрисой кивнули, что поняли.

— Вот и молодцы, — похвалил майор и неторопливо пошел к выходу.

Телефон зазвонил, когда, обливаясь потом, он поднимался по широкой лестнице к памятнику Ленина.

— Дим, привет, я освободилась! — в ухо ему радостно сообщила Маня Поливанова. — Послушайте, а что будет, если вы, допустим, потеряете фуражку?

— Какую фуражку? — Раневский остановился, вытер лоб тыльной сторон ладони, стряхнул с пальцев горячие капли.