Аксенов спал. Георгадзе наломал пышных березовых веток, подложил ему под голову и беспокойно посмотрел в сторону села.

«Неужели с ними что-нибудь случилось? — подумал он о лейтенанте и Мазуре. — В такой обстановке все может быть».

Время подходило к полдню. Под дуновением ветра тревожно позванивали листья. В воздухе непрерывно сновали вражеские самолеты. С востока доносился то удалявшийся, то приближавшийся гул орудий.

— Нелегко приходится нашим. Негодяи, напали, как разбойники, исподтишка, — обращаясь к сонному Аксенову, сказал тихо Георгадзе. — А мы с тобой в лесу прячемся. Ну, ты не можешь драться, это верно, а у меня ведь и царапины нет…

В березнике послышался шорох, затем показался Мазур. Шагах в пяти за ним шли немец и Романюк.

«Что за чертовщина? Кто кого ведет, Мазур их или они Мазура? — схватился за оружие Георгадзе. — А где же лейтенант?»

Но вот появился и Удальцов.

Правой рукой он сдерживал бежавшего впереди Дружка. Георгадзе облегченно вздохнул.

— Ну, как себя чувствует Аксенов? — обеспокоен-но спросил лейтенант.

— Стало легче, уснул. А это что за птицы? — покосился Георгадзе на немца и Романюка, только сейчас заметив, что руки у обоих скручены ремнями.

— Эсэсовец и его новоявленный помощник. Хотели выследить Мазура и захватить всех нас…

Удальцов проверил, не развязались ли пленные, рассказал коротко о схватке с фашистом и его прислужником.

— Когда они убедились, что Мазур их заметил и ведет не туда, набросились на него. Но тут подоспел Дружок, а потом и я, — и игра, как видишь, кончилась в нашу пользу…

Лейтенант подошел к Аксенову, поправил ветки, служившие ему вместо подушки и, вернувшись на цыпочках обратно, начал допрос пленных.

Немец, зная несколько десятков русских слов, рассказал, что его зовут Гансом Вебером, что войска Гитлера за две недели захватят Москву и посоветовал пограничникам сдаться. Вел себя Вебер самоуверенно, словно не Удальцов допрашивал его, а он Удальцова. Романюк притворился жертвой Вебера.

— Ведь Миша мне словно сын родной, — лепетал он. — Если бы я что-нибудь плохое имел против него, то мог это сделать с ним дома. Пусть он сам расскажет, как я его принял. И еду вам передал… Советовал уйти подальше от немчуры…

— А кто выдал коммунистов? По чьему доносу повесили ни в чем неповинных людей? — оборвал его Удальцов.

— Кто выдал коммунистов, не знаю. А я… я и мухи не обижу.

Мазур зло взглянул на Романюка, отвернулся. Лежавший возле него Дружок настороженно поднял уши.

— Георгадзе, проверь, что там? — кивнул лейтенант в ту сторону, куда смотрел Дружок.

Георгадзе скрылся в густой листве и тотчас появился с врачом и двумя рабочими с сахарного завода. Через несколько минут подошла группа колхозников, решивших присоединиться к пограничникам. Врач наклонился над застонавшим Аксеновым.

Пришедшие окружили гитлеровца и предателя. Удальцов, поняв их намерение, поднял руку, хотел предотвратить расправу, но не успел. Колхозники набросились на Романюка и эсэсовца, и через минуту все было кончено.

— Извини нас, товарищ лейтенант, что не могли сдержаться, малость погорячились, — сказал высокий усатый колхозник. — Если бы ты видел, как они оба издевались над людьми, что вытворяли, проклятые.

— Отныне все здесь должно делаться только по моему приказу, — сказал немного погодя Удальцов. — За любое нарушение буду строго наказывать. Называться мы будем партизанским отрядом имени Погранзаставы. Согласны?

— Согласны, — последовал дружный ответ.

— Всех я вас знаю хорошо, знаю, зачем сюда пришли, только должен предупредить, что беремся мы за трудное и опасное дело. Будем вести партизанскую войну и мстить врагу, сколько хватит сил и умения. Жизни своей за наше святое дело не пожалеем. Вот так, товарищи. Кто готов на это, оставайтесь в отряде, а кто хоть в чем-нибудь сомневается, пусть уходит…

— Среди нас таких нет, — ответил усатый колхозник.

— Маловат отряд, но не беда. Завтра, послезавтра станет больше, — продолжал Удальцов и, переведя взгляд на трупы Вебера и Романюка, кивнул: — Оттащите их куда-нибудь в болото.

Несколько минут спустя партизаны, усевшись на траве вокруг лейтенанта Удальцова, принялись за разработку плана предстоящих боевых операций.