Земля. Поле боя на границе Российской и Китайской империи:

Когда идёт война, мир всегда делится надвое.

Вчера и сегодня. Жизнь и смерть. То, что есть сейчас, и память о том, что было утеряно.

На этой границе, между двумя империями, мир снова раскололся на две части. Земля гудела от взрывов, небо гудело от техник и энергии.

Под рокот почвы, которую разрывали снаряды, под треск разрываемых корпусов дирижаблей, под непрекращающийся грохот, в котором слышалась мольба небес остановиться, сошлись две армии. Каждая сторона помнила вчера, цеплялась за сегодня и хотела дожить до завтра. Только война редко спрашивает, кто на что надеялся.

Славка пронёсся между двумя гигантскими глыбами молниеносным рывком и вскинул голову вверх. В ту же секунду он увидел, как на их отряд падает огромный огненный шар. Не раздумывая, парень рванул в небо, используя щиты.

Клинок в его руке вспыхнул мягким оранжевым светом молний. Славка ещё сильнее ускорился и через миг уже врезался в технику врага, прошивая её лезвием насквозь. Пламя лопнуло и разлетелось в разные стороны, а сам он, проскочив через остатки огненной техники, сразу же развернул перед собой щит.

В этот щит немедленно ударили сотни техник. Воздух перед ним задрожал, по краям щита пошли трещины, но парень лишь поднял руку, и в небе друг за другом вспыхнули печати. Через мгновение вниз сорвались десятки громадных клинков молний.

Они стремительным потоком обрушивались вниз на развёрнутые синие щиты предвысших, заставляя их уходить в глухую оборону, пока вокруг них разрывалась и гудела от ударов земля.

Сам он в этот момент уже уходил вниз. Каменная глыба пронеслась рядом, но Славка лишь резко сместился в сторону, ушёл из-под удара и снова рванул к земле.

Приземлившись, он сразу пошёл в атаку на своего противника — предвысшего земляного типа. Тот уже ждал его, подняв вокруг себя полукругом несколько слоёв каменной защиты. Но Славка и не рассчитывал пробить его одним прямым ударом, используя техники и печати.

Эта битва давно перестала быть обычным столкновением армий. Теперь это мясорубка, растянувшаяся по всей линии фронта. Предвысшие вышли далеко вперёд, взяв на себя главную тяжесть боя, пока мастера оставались за их спинами и беспрерывно засыпали поле сражения техниками.

Но в этом сражении изменилось главное. На периферии зрения парень отметил, как полыхают и чуть ли не рвутся небеса далеко вверху. Там тоже шли бои. Бои высших. Раньше крупные столкновения высших на границе случались часто, но не так широко и не так массово. Сейчас же бои высших также шли почти по всей линии фронта.

То, что ещё недавно считалось почти запретом, стало новой нормой. Сами же высшие старались держаться как можно дальше от общей массы. Каждый из них слишком хорошо понимал, какой ущерб может нанести своей же армии, если потеряет контроль или отвлечётся на более слабых противников, тем самым уже самого себя подставляя под удар.

Видя всё это, Славка прекрасно понимал, что этот день и этот бой не закончится расходом армий. Китайская империя будет давить… Давить до последнего.

Неподалёку промелькнул силуэт Гриши. Славка успел увидеть, как тот сражается с предвысшим водяного типа, разрывая чужие техники и тут же уворачиваясь от новых. Слева и справа по всему фронту шли такие же бои и других предвысших. В том числе и из их Рода.

И хуже всего было то, что этот фронт они почти проиграли…

Понимая это, Славка стиснул рукоять меча. Ярость внутри поднималась с каждой секундой всё сильнее. Если всё продолжится так и дальше — их сомнут. Их силы уже сейчас вынужденно отходят всё дальше и дальше, а враг чувствует это и давит сильнее.

Славка бросился на своего противника с новой силой. Рывок, техника, уход вверх, короткий всплеск молнии, потом сразу вниз. Он не давал земляному предвысшему ни секунды на передышку.

Враг понял, что не справляется. Понял, что если продолжит принимать бой в таком темпе, его просто убьют. Поэтому начал отступать, пытаясь выиграть хоть немного пространства и времени, но Славка отпускать его не собирался.

Через несколько мгновений по и без того израненной земле волной пошли трещины. Потом вверх рванули глыбы и стены. Сотни каменных обломков разом поднялись из почвы и понеслись на него сплошной давящей массой.

Славка, видя это, огромной скорости, не сбавляя хода, врезался в эту стену и начал пробивать её одну за другой. Каменные глыбы разрывались под ударами молнии и меча, разлетались осколками и грязью. Враг не успел до конца осознать, что произошло. Ещё миг — и клинок уже вошёл ему в сердце.

Предвысший захрипел, дёрнулся и начал заваливаться вниз. Жизнь покидала быстро. Славка вырвал меч, стряхнул с лезвия кровь и даже не посмотрел, как тело окончательно рухнуло на землю.

Ещё один предвысший убит.

Но что значил один предвысший на фоне того, что происходило сейчас по всему фронту⁇! Слишком ничтожно мало для того, чтобы переломить общую картину!

Он меч Рода. Его дело — прорывать фронт, ломать строй врага, вести людей вперёд. А вместо этого он снова и снова вынужден обороняться и отступать!

Славка резко кинул взгляд вправо и увидел, как неистовствует и Гриша. Тот тоже не сдерживался, бил зло, жёстко, и по одному его движению было понятно — ему так же ненавистно это бесконечное отступление. Но выбора у них почти не оставалось. Таков приказ командования.

Меч Рода должен вести людей вперёд. Однако, кроме меча, есть ещё и тактики.

Славка может управлять группой, может вести отряд, но не командует всей армией. Не может единолично сорвать построение, бросить всех или рвануть сам в атаку, чтобы изменить общий ход боя. Для этого нужен приказ того, кто видит общую картину.

И потому приходится ждать. Это раздражало сильнее всего.

Он видел слабые места врага. Видел, где можно продавить, где можно пробить фронт. Но пока сверху не придёт команда, парень обязан держать строй и не рваться дальше дозволенного. Иначе один успех на его участке обернётся провалом на всех остальных и в итоге он подставит не только свой Род, но и весь фронт.

* * *

Космос. Корабль Клариссы:

Мне не показалось.

Точно не показалось.

Я видел всё это. Слышал её голос. Чувствовал тот отклик связи ясно. Я резко вскочил на ноги и уставился в стену перед собой, даже не замечая комнаты. Сердце гулко ударило в грудь, потом ещё раз, уже сильнее.

Я должен быть сейчас там. Должен.

Но сколько бы ни думал об этом, разум упрямо возвращал меня к одному и тому же выводу. Земля слишком далеко. Слишком. Настолько, что сама мысль о том, чтобы оказаться там, звучит безумно.

— Серёжа? — произнесла Яна, тоже быстро поднимаясь с места, и в её голосе сразу появилась тревога.

Я не ответил. Только поднял ладонь в её сторону, прося несколько секунд тишины, и снова прислушался к себе. Внутри всё гудело от напряжения, но самого отклика уже не было. Я стиснул зубы, пытаясь удержать в памяти это ощущение, и спустя пару мгновений оно вернулось — далёкое, тонкое, почти не ощущаемое. Но вернулось.

Я резко пошёл по комнате. Это не может быть так просто! Просто не может!

Мысли понеслись одна за другой. Образы. Варианты. Возможные решения этой ситуации. И среди сотен бесполезных ходов один я всё-таки выцепил. Остановившись, прикрыл глаза и сразу сосредоточился на Клариссе.

Всего миг — и она уже стояла здесь.

— Что такое? — произнесла девушка спокойно, но, заметив лицо Яны, тут же чуть нахмурилась.

Она перевела взгляд на меня, и я не стал тянуть.

— У тебя на корабле найдётся достаточно практиков, чтобы собрать построение тысячи звёзд? — произнёс я быстро, не тратя силы на лишние объяснения.

— Что? — удивилась Кларисса, ещё сильнее хмурясь, и на секунду замерла, пытаясь понять, к чему я веду. Потом глаза её сузились. — Дальняя связь?

Я коротко кивнул.

Она явно ждала продолжения, и я быстрым движением вызвал на коммуникаторе карту. Световой контур вспыхнул перед нами, и я сразу прочертил линию от нашего текущего положения до Земли.

Кларисса проследила её взглядом и сразу помотала головой.

— Это невозможно, — произнесла она. — Даже будь здесь со мной четыре святых, у нас бы ничего не вышло.

Девушка мгновение помолчала, потом вскинула на меня взгляд.

— Может, ты уже наконец объяснишь, что случилось? — произнесла Кларисса серьёзнее, и в голосе у неё появилась стальная требовательность.

— На Земле идёт сражение, — произнёс я, глядя ей прямо в глаза. — Ситуация там крайне напряжённая и мне нужно оказаться там.

— Хорошо, — произнесла она вновь после короткой паузы. — Даже если допустим, что мы смогли бы активировать дальнюю связь. Чем бы ты им помог?

— Это не важно. Главное — чтобы я смог там очутиться. Я знаю, что смогу помочь. Святых можно заменить сильными артефактами, — продолжил я, быстро всё обдумывая. — Космического уровня. У тебя есть что-то такого уровня на корабле?

Кларисса отвела взгляд в сторону. Несколько секунд молчала, затем тяжело выдохнула, покачала головой и махнула рукой.

Между нами в воздухе появился длинный чёрный клинок.

И в тот же миг, как только он проявился полностью, во все стороны ударила его аура. Резкая. Плотная. Настолько тяжёлая, что воздух в каюте будто сжался. Волна прошла мимо меня и мимо Клариссы, а вот Яна не успела сделать ничего, кроме инстинктивной попытки защититься волей.

Её с огромной скоростью впечатало в стену. Я специально не вмешался.

Ей нужно учиться. И в этот раз она молодец — успела поднять ауру почти мгновенно. Только против такого уровня этого всё равно не хватило.

Кларисса сразу же повела рукой ещё раз. Две печати вспыхнули одна за другой, и аура меча оказалась запечатана. Давление исчезло. Яна тяжело рухнула на пол, хрипя и пытаясь нормально вдохнуть.

Я всё это время смотрел только на клинок, потому что узнал его сразу.

— Мой меч, — тихо произнёс я. — Точнее, один из первых. Я ходил с ним очень долго.

Клинок висел в воздухе неподвижно, чёрный, вытянутый, с глухим матовым блеском по лезвию. В нём ещё жило всё то, что я когда-то в него вбил: бой, кровь, годы, бесконечные столкновения. Это не духовный клинок. Но оружие, прошедшее через сотни сражений и горы смертей, начинает обретать собственную волю. Именно это с ним и случилось.

— Да, — произнесла Кларисса, глядя на меня внимательно. — Я планировала вернуть его тебе позже. Когда ты окрепнешь ещё сильнее. Но из того, что у меня сейчас есть, он подходит лучше всех.

Я смотрел на клинок и чувствовал, как в груди поднимается лёгкая, почти болезненная тоска, но я быстро задавил это чувство.

Кларисса прикрыла глаза.

Когда она вновь их открыла, взгляд у неё уже стал другим — полностью собранным.

— Я уже отдала приказ садиться на ближайшую высокоэнергетическую планету, — произнесла девушка быстро и без колебаний. — Не знаю, чем именно ты сможешь помочь на Земле, но у тебя появится немного времени.

* * *

На то, чтобы найти нужную планету, у Клариссы ушло совсем немного времени.

Корабль сел и едва трап опустился, мы проследовали наружу. Уже выйдя увидел, что девушка уже всё подготовил. На зелёной поляне стояли сотни практиков. Каждый занял своё место заранее. По одному их виду ясно, что такие построения для них не редкость. Это не случайные бойцы, а обученные члены Ордена, привыкшие работать как одно целое.

Они выстроились в широкий круг, плотный и ровный. Но в самом центре, на расстоянии примерно десяти метров от внутреннего края, оставалось свободное пространство. Именно туда и направились мы.

Я, Яна и Кларисса.

Когда мы встали в центре, Кларисса быстро посмотрела на меня.

— Ну что, начинаем? — спросила она спокойно…

Я коротко кивнул и сразу сел в позу лотоса. Яне тоже указал взглядом вниз, и она без лишних вопросов сделала то же самое. Кларисса обернулась к одному из своих людей. Тот внимательно следил за нами со стороны внешнего круга и, поймав её взгляд, коротко кивнул в ответ.

После этого девушка тоже опустилась. В итоге мы образовали треугольник. В самый его центр Кларисса лёгким движением направила запечатанный меч. Клинок завис между нами, неподвижный и тёмный, удерживаемый её силой.

Я смотрел на него, одновременно отмечая, как по краям огромного круга практики начали формировать печати.

На периферии зрения вспыхивали руны и печати. Один за другим. Воздух вокруг уже не был спокойным. Его мелко потряхивало от наполняющейся энергией зарождающейся структуры. Печати, создаваясь в воздухе, медленно опускались вниз и сплетались друг с другом, формируя новый, куда более крупный рисунок.

Основной каркас строила именно Кларисса. В этом построении она играет ключевую роль. Она связывает всех остальных в единый узор, потому что это её люди, и девушка лучше знает, как с ними работать.

Я сидел спокойно, хотя внутри и чувствовал напряжение от ожидания и потери времени.

Ритуал такого уровня я прежде не проводил. И всё же я уверен, что если всё сделать точно, как нужно, оно сработает.

Когда Кларисса закончила первый этап, вокруг нас уже была готова огромная печать. Единая структура, вобравшая в себя всех практиков и соединившая их энергию в один общий поток. Девушка подняла на меня взгляд, давая понять, что теперь очередь за мной.

Я поднял руку вверх и прикрыл глаза.

По памяти начал создавать свои печати. Три из них сразу взмыли вверх и закружились над всеми, постепенно набирая высоту. Воздух едва заметно завибрировал, поднимаясь тонкими спиралями. Я продолжал. Печать за печатью. Над нашими головами начал выстраиваться новый рисунок.

Когда закончил, то открыл глаза и посмотрел на меч.

Ни секунды не колеблясь, протянул к нему руку.

Кларисса убрала с клинка печать. И в тот же миг из него во все стороны ударила энергия. Яростная и необузданная. Всплеск получился таким мощным, что воздух вокруг нас сотрясся и загудел. Но Кларисса уже создала барьер и закрыла нас троих им, а заодно ещё и накрыла Яну своей волей, не давая давлению раздавить её.

Я коснулся лезвия кончиками пальцев.

Сначала по коже пополз дикий, режущий холод. Он рванул вверх по руке, жадный и яростный, напоминая, что передо мной не просто артефакт, а оружие с собственной памятью и характером. Но уже в следующий миг всё изменилось. Клинок узнал меня. Холод ушёл. Вместо него пришло знакомое тепло сотен битв…

Я чуть наклонил голову к мечу.

— Мне нужна твоя помощь, — произнёс я тихо и не сводя с него взгляда. — Ты долго служил мне верой и правдой. Не подведи и сейчас.

Клинок, до этого бесновавшийся энергией, начал успокаиваться. Давление понемногу сходило на нет. В конце концов меч совсем опустился вниз и застыл, почти касаясь остриём травы.

— Начинаем, — произнесла Кларисса уже гораздо жёстче и тут же развела руки в стороны.

Перед ней вспыхнула ещё одна печать. Она принялась перестраивать её быстрыми, точными движениями, не теряя ни одного мгновения. Я, подавая пример Яне, опустил ладонь на круг, проявившийся между нами. И сразу направил в него энергию.

Кларисса закончила свою часть и резким движением расправила печать во все стороны. Та разошлась вокруг нас вторым слоем, вклиниваясь между внешней формацией Ордена и моими верхними узорами. Воздух загудел ещё сильнее. Теперь энергия уже почти виделась глазом. Она поднималась снизу вверх плотным дрожанием, шла от круга практиков к нашим печатям и дальше, к тем трём структурам над головой.

Кларисса не отвлекалась. Не смотрела ни на меня, ни на Яну. Просто продолжала собирать и направлять одну печать за другой, удерживая весь этот гигантский узор в единой форме. Я же подхватывал её работу и вёл потоки туда, куда требовалось.

Когда всё было готово, девушка, как и мы, положила ладонь на круг.

Энергия резко ушла в три стороны и общая печать засияла жёлтым светом.

Меч в центре едва заметно вздрогнул. А затем очень медленно начал вращаться вокруг своей оси.

Кларисса подняла на меня серьёзный взгляд.

— Шель, учти, времени у тебя будет совсем немного, — произнесла она сухо.

— Я знаю, — ответил я спокойно…

Кларисса перевела взгляд на Яну.

— Сосредоточься только на вашей связи с ним, — произнесла она тихо. — Не добавляй лишней энергии.

Яна кивнула. На лице девушки была лёгкая взволнованность, так как мы лишь в кратце объяснили ей принцип, но она ведёт себя сдержанно.

Я закрыл глаза.

Сосредоточился на той тонкой, едва заметной и тихой связи, которая звала меня. Всё остальное начал отрезать одно за другим. Сначала исчезли звуки. Весь гул построения и ветер. Потом ушло ощущение земли под ногами. Затем исчезло и само напряжение тела.

Осталась лишь тишина и пустота.

Затем раздался неясный, далёкий звук.

Я прислушался, и через пару секунд понял, что это двигатели дирижабля.