До места, где нам предстояло разойтись, мы добрались быстро. И вот уже я, Яна, Ольга и Кларисса стояли напротив корабля, который по местным меркам считался небольшим. Всего-то шестьсот метров длины. На фоне флагманов и линкоров — почти прогулочная лодка. На фоне обычного человека — громадина.

Кларисса смотрела на судно, потом перевела взгляд на меня и произнесла:

— Мои люди доставят вас до одной планеты. Там торгуют кораблями, и выбор у них неплохой. Я бы помогла тебе с покупкой, Шель, но не могу. По крайней мере, не официально.

Она чуть помедлила, подбирая слова.

— Даже никто из моих людей не сможет сделать этого открыто. В Ордене все крупные траты отслеживаются и перепроверяются. Будет очень странно, если внезапно всплывёт покупка судна за много миллиардов.

— Понимаю, — кивнул я. — Не переживай. Разберёмся. Главное — долететь до точки.

Кларисса снова задумалась.

— Разве что… Покупать в тёмную, — произнесла она после паузы. — Но ты знаешь последствия этих действий…

Я сразу кивнул.

Последствия у такого варианта были крайне очевидны. На любой официальной планете, в любом крупном космопорте, при посадке ты регистрируешь не только своё имя, но и само судно: модель, класс, права владения, историю допуска. Если корабля нет в базе, у властей появляются вопросы. И вопросы эти обычно заканчиваются очень неприятно. Если же судно числится официально — никого уже не волнует, где именно ты его добыл.

Даже если оформить корабль на Ольгу, это всё равно рабочий вариант. Сейчас у неё новая личность, полученная через Клариссу. Этого достаточно, чтобы провести покупку.

Впрочем, кто именно станет владельцем, уже не имело значения. Асизаэль, скорее всего, и так выяснит, какой группой мы прибыли на праздник. А следом — и имена.

Поэтому сейчас главное — убраться как можно дальше.

Кларисса уже собиралась что-то добавить, когда со стороны послышались шаги. Мы все обернулись.

К нам шла троица моих учеников.

Полностью собранные. С рюкзаками. Хмурый, как и всегда, нёс на лице свою привычную хмурость, будто и вовсе родился с ней. Они подошли ближе и остановились рядом.

— Сбегаешь? — мрачно спросил он.

— Как видишь, — пожал я плечами. — Я ведь предупреждал, что за мной могут прийти серьёзные противники.

— И поэтому решил не брать нас с собой? — он чуть прищурился.

— Всё так, — кивнул я. — Хочешь верь, хочешь нет, но жизнь учеников мне дорога.

— Ты же понимаешь, что мы здесь не останемся…? — спросил он уже жёстче и хотел добавить что-то ещё, но я продолжил за него.

— У вас приказ от императора слушаться меня во всём.

Хмурый подался чуть вперёд и продолжил уже за мной:

— У нас приказ, чтобы мы всегда и всюду следовали за тобой.

Я тихо хмыкнул.

— Шпионы.

— А если и так? — не отступил он.

Я вздохнул, покачал головой и поочерёдно посмотрел на каждого из троицы.

— На приключения потянуло? Или вы и правда просто следуете приказу?

Девушка с длинными волосами ответила первой:

— Вы сказали, что будете нас обучать. Значит, мы будем следовать за вами.

В этот миг я заметил, как у хмурого едва заметно скривилось лицо. Тема обучения его до сих пор задевает. Да и в слова про великое ученичество он, похоже, верил куда меньше, чем пытался показать.

Впрочем, мне и без того было ясно: не только ради обучения они хотят быть рядом. Скорее всего, у них действительно прямой приказ — не выпускать меня из поля зрения.

И, если смотреть трезво, в этом было даже есть что-то разумное.

Я, конечно, мог бы попросить Клариссу задержать их, не выпускать до нашего отлёта. Но это уже стало бы прямым нарушением моего договора с Авадием. А этот старик мне ещё может пригодиться. Отказываться от учеников — одно. Насильно удерживать — совсем другое.

Поэтому я кивнул.

— Хорошо. Летим вместе. Но сразу запомните: дальше будет опасно. Очень опасно. У меня такие враги, о которых вы даже не хотели бы услышать.

По их лицам было видно, что они приняли мои слова, но по-настоящему ещё не поверили в масштаб угрозы. Вряд ли даже представляют, что я сейчас говорю о Сарнойлах.

Хмурый чуть подумал, потом уточнил:

— Мои корабли тоже берём?

На миг я задумался. А затем утвердительно кивнул.

Экипаж может пригодиться уже на новом судне. Да и его люди, в случае чего, смогут помочь с покупкой. На его нынешних кораблях мы далеко не улетим — слишком медленно. Нам нужно что-то быстрое и манёвренное. Иначе смысла во всей этой спешке нет.

Конечно, потом его корабли придётся оставить где-нибудь в доке на одной из планет. Но в этом нет ничего страшного. Всё равно я собирался не воевать с пиратами в лоб такими малыми силами, а действовать скрытно. Выяснить, где Саша и где остальные Этераксийцы. Если мы полезем напролом, ничем хорошим это не закончится. Пираты слишком многочисленны. Да, разрозненны. Да, разбросаны по разным местам. Но если кому-то из их альянсов будет угрожать опасность, силы подтянут быстро.

И тогда мы тем более ничего не сможем сделать.

Я мотнул головой в сторону трапа.

— Идите. На борт.

Все, включая Яну и Ольгу, посмотрели на меня и без лишних слов двинулись к кораблю. Поднялись по трапу и исчезли внутри. Я же остался стоять напротив Клариссы.

Она тоже смотрела на меня молча. Потом вдруг подошла ближе и крепко обняла.

Её голос прозвучал тихо, пока она шептала на ухо:

— Будь осторожен, Шель. Прошу. Я не хочу потерять тебя снова.

Я мягко обнял её в ответ, прижимая к себе.

— Не потеряешь. Вот увидишь, скоро либо мы вернёмся, либо ты нас нагонишь.

Она ещё какое-то время так постояла, потом чуть отстранилась, кивнула и произнесла:

— Я сделаю всё возможное, чтобы к вам отправили подмогу. Поэтому прошу, если будет хоть малейшая возможность, не лезь напролом.

Я улыбнулся.

— Я никогда не действую вслепую. И ты это прекрасно знаешь.

Кларисса усмехнулась, покачала головой, но ничего не ответила. Тогда я просто кивнул ей и направился к кораблю.

До места торговли летательными аппаратами мы летели три дня. И все эти три дня хмурый был особенно хмур.

Впрочем, выражалось это не в молчаливом сидении по углам, а в тренировках. Он будто пытался выжечь в себе что-то через бой. Сам я пока в занятия не вмешивался — были и свои дела. Но пару раз замечал, как троица работает друг с другом. Иногда к ним присоединялись Яна и Ольга.

Вот и сейчас, зайдя в тренировочный зал, я застал знакомую картину.

Хмурый дрался с черноволосой так, словно сошёл с ума. Он наступал яростно, жёстко, почти не давая ей пространства. Девушка держалась достойно, отступала грамотно, пыталась его ловить на ошибках, но по лицу уже было видно, что она начинает паниковать.

Она попробовала подловить его на смещении, хмурый просто продавил её силу лобовой мощью. Следом — короткий всплеск пламени.

Удар оказался таким тяжёлым, что девушку на большой скорости отнесло в стену. Она вскрикнула, ударилась и медленно сползла вниз, опускаясь на колени.

Хмурый стоял напротив, тяжело дыша и глядя на неё с каким-то пустым, мрачным выражением.

Я прошёл чуть вперёд и, так как это вышло уже за грань, спросил:

— И чего ты этим добился?

Он резко посмотрел на меня, потом отвернулся, ничего не ответив.

Я перевёл взгляд на черноволосую. Она уже поднималась, морщась от боли.

— Какой смысл вымещать гнев на собственной команде? — спросил я снова.

На этот раз вместо него ответила длинноволосая. На её лице лежала тень недовольства.

— Какой смысл брать нас в ученики, если вы ничему не учите? Да, ваши советы полезны. Они действительно заставляют думать. Но…

Я усмехнулся.

— Техники. Вас интересует только это, верно?

Троица посмотрела на меня чуть отчуждённо. Даже Хмурый снова повернулся.

— Молодость, — кивнул я, медленно проходя по залу. — Когда-то я был таким же, как вы.

На их лицах тут же проступило непонимание.

Да, я решил чуть приоткрыть им завесу. Не полностью. Не настолько, чтобы они поняли всё сразу. Но достаточно, чтобы у них начала складываться картина.

Ритуал развоплощения — запретная вещь. Им пользуются крайне редко. Поэтому я сильно сомневаюсь, что эта троица вообще способна о нём подумать. Значит, их нужно было осторожно подтолкнуть в нужную сторону. Если, конечно, они и дальше будут идти за мной не только по приказу.

Я остановился напротив хмурого, примерно в двадцати метрах, и произнёс:

— Чем сильнее техника и чем она масштабнее, тем сильнее ты сам — так ты думаешь? Хмурый, атакуй меня одной из своих сильнейших техник.

Он на миг замер. Потом привычно нахмурился и уставился на меня так, будто пытался понять, издеваюсь я или нет.

— Давай, — произнёс я чуть твёрже. — Ты ведь хочешь чему-то научиться? Тогда получишь урок.

Он недолго думал, и практически сразу отступил на два шага назад. В его руке появился огненный меч.

Дальше всё пошло быстро. Плавные, но стремительные движения по воздуху. Резкие росчерки. В пространстве пламенем вспыхнула огромная печать. Хмурый, явно наслаждаясь шансом показать себя, ударил по ней ладонью.

Из печати вырвалась громадная голова огненной змеи.

Сама тварь, ревя и пылая, понеслась прямо на меня. Техника была сильной. Очень. И видно, что отработанной до автоматизма. Сжатое пламя внутри буквально пожирало воздух вокруг.

Я не стал уничтожать её грубой силой. И не собирался показывать превосходство прямолинейно. Нет. Я решил продемонстрировать кое-что иное. То, что способны делать лишь немногие святые и просвещённые.

Абсолютный контроль энергии.

В моей руке появился меч из молний. Я за одно мгновение разобрал структуру змеи, нашёл её узловые точки, проследил, как в ней движется энергия. Когда техника почти настигла в меня, я вытянул вперёд меч, словно собираясь нанести прямой удар.

Но клинок лишь коснулся пламени и одной из ключевых точек. В следующий миг вдоль змеи рванула молния.

Я лёгким, почти мягким движением повёл меч вокруг себя — и вслед за этим движением повело и саму технику. Огромная змея сделала оборот. А затем я направил её обратно — в самого хмурого.

Теперь она неслась на него, напитанная ещё и молнией. Во взгляде парня мгновенно появился нешуточный ужас. Он знает силу своей техники

Но парень растерялся всего на пару ударов сердца, а затем начал в спешке ставить щиты. Один за другим. Но каждый следующий пробивался почти сразу. Его собственная техника предала его, обрушившись на хозяина.

Это было одно из умений, которых у меня раньше не было возможности использовать. Слишком мало энергии, слишком слабый энергетический потенциал. Но чем сильнее я становлюсь, тем больше возвращается мой прежний арсенал. И кое-что из него я уже мог показывать.

Тем временем хмурый лихорадочно ставил всё новые и новые щиты, но они лопались. Змея всё равно настигла его.

Парень встретил её самым плотным огненным барьером, но не выдержал. Его вместе со щитом понесло к стене на огромной скорости.

Однако, ровно за мгновение до удара о стену, я сжал молнию.

Змея разорвалась на части. Пламя взревело в последний раз, закружилось, а затем молния искрами развеяла остатки техники. Через пару секунд исчезла и она.

Хмурый, чуть пригнувшись, тяжело дышал и смотрел на меня ошарашенно.

— Понял хоть что-нибудь? — спросил я.

Он помедлил и мотнул головой.

Впрочем, непонимание было написано не только на его лице. Все смотрели на меня одинаково — поражённо и ошарашенно, пытаясь уложить в голове то, что только что произошло. Ведь такого им явно ещё никто толком и не показывал.

Я спокойно продолжил:

— И не поймёшь. А также не освоишь никогда. Не в таком состоянии. Пойми наконец: чтобы пробить стену, не нужно долбить в неё кулаками до крови, надеясь, что она рухнет. Нужно изучить её. Понять, из чего она состоит. Найти слабое место. И ударить туда. Тогда она рассыплется не перед твоей силой. А перед твоим пониманием того, как эту силу нужно использовать, — ппосмотрел на каждого по очереди. — Всё это время я не учил вас техникам и не собираюсь пока учить, потому что вы ещё не поняли одного простого принципа: энергия не терпит глупцов. Важно не то, насколько мощна твоя техника. Важно то, насколько хорошо ты контролируешь её.

Сделал короткую паузу, чтобы информация усвоилась и продолжил:

— Но контроль техники начинается не с ядра и не с энергии. Он начинается с контроля над собой. Да, можно отточить технику до блеска. Сделать её почти идеальной. Но если ты научишься управлять собой, своим разумом, своими желаниями и своим гневом — тогда и техника станет не просто сильной. Она станет по-настоящему твоей.

В зале было тихо. Никто даже не шевелился, боясь пропустить хоть что-то.

— Всё это время, — продолжил я, — я учил вас самому важному. Смирению. Пока вы не постигнете его, вы не сможете меня услышать. А чтобы учиться у меня, нужно именно слышать. Иначе всё это лишено смысла.

Я перевёл взгляд на длинноволосую, затем на коротковолосую, потом снова на Хмурого.

— Я уже произносил это раньше и повторю ещё раз. Я не обучаю тех, кто хочет просто набрать побольше техник. Я обучаю тех, кто хочет превзойти собственные пределы. И пределы тех, кто когда-то считал себя вершиной. Если вы готовы к этому — учитесь меня слышать. Если нет — я отдам вас в ученики кому-то из своих людей. Возможно, из вас и вырастет неплохой средний результат. Но не более.

Смотря на хмурого, на этот раз задал вопрос:

— А теперь мне нужен ответ. Почему ты сцепился с тем парнем на празднике?

Он ничего не произнёс. Только смотрел на меня всё так же ошарашенно.

— Я жду, — добавил я твёрже.

Пару секунд он молчал, а потом всё же ответил:

— Всё дело в их учителе.

— Ясно, — хмыкнул я и сразу понял суть.

Старая болезнь молодёжи никуда не делась. Чем сильнее и знаменитее у тебя наставник, тем эффектнее ты выглядишь в чужих глазах. Какая же это ересь.

Я немного подумал и произнёс:

— Ладно. На этом сегодняшний урок закончен. А теперь вы…

В этот момент я ощутил лёгкий укол на руке. Коммуникатор. Сразу же поднял вверх руку, открывая сообщение от команды корабля и услышал голос одного из офицеров:

— Господин. У нас проблемы!

Перед нами развернулся голографический экран, где было видно, как планета, на которую мы летели, со всех сторон обстреливалась огромным флотом…

Все смотрели на это в полном шоке. Да, это далёкое, но космическое пространство Ордена, а значит такие атаки чреваты их охотой на нападающих.

В этот момент я почему-то сразу вспомнил Асизаэль… Могла ли она пойти на это, чтобы лишить меня возможности купить корабль и скрыться от неё…?

Если это так… То с этой девкой дела и правда плохи. Она чокнутая.