Тишина.

И тьма такая, что хоть глаз выколи.

Вытянув руку перед собой, я не смог разглядеть ее. Зато сумел сделать шаг. Еще один неуверенный шаг, и еще один… Нагрузка на мышцы чувствуется, хотя дороги не видно. Однако куда я иду и зачем?..

Но вот маленький островок света внезапно появился где-то вдали, словно свет в конце туннеля.

И одновременно с ним — сдавленный плач. Всхлипы.

Я внутренне напрягся даже при том, что понимал — это всего лишь очередное видение. Или же простое сновидение, что было наименее вероятно.

Медленно, шаг за шагом, я приближался к островку света, в центре которого, съежившись, сидела чья-то крупная фигура в разодранном плаще. Спина ее содрогалась от тихих рыданий и, остановившись всего в паре шагов от нее, я замер в нерешительности.

— Повернись, — скомандовал я существу.

Будто бы чувствовал, что подходить еще ближе чревато.

Тени вокруг меня сгустились. Стали вязкими и вполне осязаемыми на ощупь. Тогда-то я понял, что проделал весь этот путь не просто в кромешной темноте, нет. Я буквально утопал в скверне с кончиков пальцев ног по самую макушку.

Когда некто наконец медленно повернул ко мне голову, следующее осознание пришло так же быстро.

Я слышал не плач. Я слышал едва сдерживаемый смех.

Всего мгновение у меня было на то, что отшатнуться, когда демон рывком поднялся на ноги, а его руки потянулись к моему горлу.

Но вот когтистые руки Хашибара уже крепко сомкнулись на шее. Настолько крепко, что я даже один единственный вздох сделать не мог. Вцепился в его израненные пальцы, предприняв попытку освободиться, но хватка демона была стальной. Когти вонзились в кожу. Почувствовал, как ноги оторвались от земли. Глаза закатились, а из собственного горла раздался только надсадный хрип…

Я физически ощущал, как скверна бурлит внутри. Пытается поглотить меня целиком. Сожрать. Теперь уже не спрашивая разрешения, а упрямо настаивая на своем высвобождении.

Последнее, что я услышал — истерический хохот Хашибара…

* * *

…перед тем как в холодном поту вскочить с кровати, рвануть створку окна и исторгнуть из себя содержимое желудка.

— Твою… — вытер рот тыльной стороной ладони и, облокотившись на стену, сполз по ней вниз, — … мать. А вот это уже было сильно, — скривились губы в нервной усмешке. — Но всё равно недостаточно для того, чтобы я обезумел окончательно. Лучше бы брал пример с Кайроса — вот он действительно умеет выводить меня из себя…

Холодный по-осеннему ветер ворвался в покои из приоткрытого окна, по стенам скользнули тени.

Сижу один в комнате, веду монолог с самим собой. Поди, еще немного, и пропасть между мной и тетей Анной станет еще меньше. Не хотелось бы сдавать позиции так быстро. При всем уважении к тетушке Анне, конечно же…

Сидя на полу, запрокинул голову к потолку.

Ромео должен был разбудить меня сегодняшней ночью, чтобы вместе отправиться на встречу с Виктором и его «хорошими знакомыми, но мерзавцами редкостными», как он сам выразился. Значит, время до встречи у меня еще есть. Прекрасно.

Ночная рубашка неприятно липла к телу, поэтому предпочел переодеться сразу — о сне после подобного можно было забыть. А переодевшись, тихо вышел в коридор и направился прямиком к покоям Кары. Пусть она предпочитала находиться в своем домике, но в последнее время стала жить в поместье вместе со всеми. Какое-нибудь снадобье, расслабляющее тело и разум, сейчас очень не помешало бы, а темная уже не раз предупреждала меня, что у нее всегда хранится несколько порций про запас. На особый случай.

Остановился посреди коридора, когда увидел, что дверь в покои Кары приоткрылась и с улыбкой на лице оттуда вышла Ирина. Стекло бутылька в ее руке блеснуло в свете настенных светильников, а сама склянка очень быстро исчезла в декольте девушки, стоило ей увидеть меня.

— Влад?..

Но мой вопросительный взгляд говорил красноречивее слов.

— Зашла взять снотворное. Плохо… спится в последние дни, — поспешно разъяснила Ирина.

Мы еще некоторое время молча стояли и смотрели друг на друга, пока я не сделал шаг в сторону, пропуская ее.

— Тогда… спокойной ночи.

— Спокойной ночи, Влад, — коротко поклонилась та и прошла мимо меня, не оборачиваясь.

Зато обернулся я. Девушка пересекла коридор и скрылась за углом, пока я провожал ее внимательным взглядом. Но если она взяла безобидное снотворное, зачем тогда нужно было прятать его?

Вздохнув и собравшись с мыслями, постучал в комнату Кары и после тихого приглашения войти переступил порог.

Целительница сидела за столом, перебирая разноцветные склянки, и только после того как я прикрыл за собой двери, обернулась ко мне, вскинув бровь.

— Можете даже не объяснять. Видок у Вашего Светлейшества неважный, — быстро догадалась она о цели моего визита. — Снова кошмары?

— Вроде того, — не стал я вдаваться в подробности.

— Вот, — протянула мне Кара нужную бутылочку с содержимым зеленоватого цвета. — Такое же я давала вам с Ромео во время операции.

— Пойдет, — пожав плечами, подошел к ней, взял снадобье и осушил бутылочку в пару глотков.

Хотя бы вкус у него был поприятнее, чем у бодрящего чая, спасибо и на том.

Однако, даже получив желаемое, уходить я не спешил. Замешкался на пороге, взявшись за дверную ручку, что не скрылось от чуткого внимания Кары.

— Что-то еще? — поинтересовалась девушка.

— Что ты дала Ирине?

— Какая неожиданная заботливость со стороны Вашего Светлейшества… — насмешливо закатила она глаза. — Жаль, что раньше вы проявляли ее только из расчетливости.

— Советую поменьше общаться с Кайросом, иначе ты окончательно ему уподобишься. Я, кажется, задал прямой вопрос.

— А вы разве не слышали об этике целительного ремесла? Я не обязана раскрывать вам тайны своих пациентов, кем бы они ни были.

— Обязана, если на то моя воля, Кара.

Если пропасть между мной и тетушкой Анной с каждым днем уменьшалась, то с Карой всё было с точностью до наоборот. Ее глупые обиды и ревность у меня уже в печенках сидели, и это стало еще одной причиной моих подозрений.

— Она попросила у меня снадобье, которое помогло бы ей забеременеть, — вздохнув, наконец-то ответила темная. — Доволен теперь?

— Что?..

От такой новости внутри похолодело раньше, чем я успел в полной мере осознать её смысл.

— Сказала, что понимает, насколько для тебя важно обзавестись наследником до того как… До того как ты отправишься в этот самоубийственный рейд. И попросила моей помощи, как у бывшей деревенской повитухи. Я не смогла отказать, особенно ей. Вот и вся история.

— Понятно, — крепче сжал я дверную ручку.

Если сестру от одной мысли о браке и исполнении женского долга начинало воротить, то Ирина оказалась ее полной противоположностью. Больно уж ответственно она подошла к своей роли, даже будучи пока еще невестой. Это и восхищало, и немного пугало меня одновременно.

— Но если всё получится, а вы так и не определитесь с датой свадьбы до твоего спуска, — продолжила девушка, — в мире станет на одного бастарда больше. Так что советую тебе с этим не затягивать.

— Да, пожалуй, — ослабил я хватку. — И… спасибо. Прости, если надавил.

— Нам всем сейчас непросто, а многие и вовсе не переживут Мор. Пока что я радуюсь хотя бы тому факту, что жива, а чувства… это дело наживное. Сегодня есть, а завтра нет, — горько усмехнулась она, не поднимая взгляда. — Явно не то, о чем тебе стоило бы переживать в первую очередь. У тебя и так много забот и, поверь, мы все все понимаем.

Из покоев Кары я вышел в некотором смятении. И это при том, сколь много еще предстоит сегодня сделать.

Конечно, наша с Ириной свадьба выглядела закономерным итогом после всего, что между нами произошло. Но в таком случае не станет ли девушка еще одним рычагом давления на меня? Законная супруга одержимого князя и сына предателя короны. Такой себе титул для матери моего наследника…

Когда я вернулся в свою комнату, Ромео уже ждал меня там, сидя на краю кровати.

— Я уж думал ты без меня на поиски приключений отправился, — склонил он голову набок.

— Это не приключение, — прошел я к шкафу и достал из него черную дорожную накидку с капюшоном. — Это большой риск.

— И именно поэтому ты решил лично присутствовать на встрече? Доверил бы всё Виктору, а сам руководил бы из-за кулис.

— Должен же я хотя бы посмотреть на людей, от которых зависит столь многое, — накинул я накидку на плечи. — Мерзавцы, знаешь ли, тоже бывают разные.

Спустя несколько минут мы уже ехали к месту встречи. Молча, под цокот копыт, свист ветра и трели полуночных птиц.

Но теперь я ощущал не только беспокойство из-за вероятности быть пойманным с поличным за нарушение законов Империи. Я чувствовал, как после стольких лет слабеют веревки, связывающие мои руки.

* * *

Место для встречи со своими старыми знакомыми Виктор выбрал символическое — руины недостроенной лечебницы для тяжелобольных на окраине Иркутска. Строительство ее началось еще перед предыдущим Мором, но после его начала было заброшено и забыто на долгие годы. Ныне же голые стены поросли мхом и лишайником от сырости, а на неровных полах виднелись грязные лужи из-за постоянных протечек крыши.

— Романтика… — мечтательно протянул Ромео, спешившись и привязав лошадь к столбику покосившегося забора.

— Иначе и не скажешь, — хмыкнул я, последовав его примеру, и пониже натянул капюшон на лицо.

Видит Бездна, что я с самого начала намеревался играть по правилам, какими бы жестокими и бесчестными они для меня ни были. Однако всякому терпению когда-нибудь приходит конец.

— Но осторожность тоже не повредит, — похлопал демон лошадь по шее и, накинув на голову капюшон, отправился к полуразрушенному дверному проему следом за мной.

Под ногами хрустели осколки кирпича подобно хрусту костей, а запах сырости чувствовался в воздухе даже отсюда. Будто бы сама лечебница напоминала нам, что ее бросили на произвол судьбы перед самым Мором.

— Может прозвучать странно, но этому бастарду я доверяю. Поболее, чем некоторым, кто законов Империи не нарушал никогда, — тихо произнес я, и сам же улыбнулся своим словам.

«Там, в Бездне ты так рьяно и отчаянно сражался за каждую жизнь, что это зрелище будто бы… как сказать?.. вправило мне мозги обратно, — припомнил я искренний монолог Виктора на кладбище Январьска. — Наверное, наставник назвал бы тебя неплохим парнем. Я так думаю. Поэтому… почему бы нам не забить на все условности и не избавить этот мир хотя бы от толики заполонившего его дерьма сообща?»

Должно быть, в тот самый момент я понял, что обзавелся еще одним верным союзником в лице человека, сильного как телом, так и духом. Лишь бы внезапно свалившийся на него графский титул не извратил эту силу, как это обычно случается с власть имущими.

Мы вошли внутрь, и Виктор тут же вышел к нам из полуразрушенной комнаты. Без маски и без капюшона — скрывать ему от старых знакомых было нечего.

— Они еще не подъехали, так что пока можем заняться обсуждением деталей. Милости прошу к нашему, так сказать, шалашу, князь, — широко улыбнулся он, насмешливо склонил передо мной голову и жестом пригласил войти в комнатку, которая, судя по расположению, должна была стать приемной.

— Мне казалось, что за чаем мы обсудили всё, что должны были, — поморщившись от запаха и витающих в лунном свете пылинок, прошел я за ним.

— Значит, распространение слухов — это всё, что тебе нужно? Не передумал? Обычно, с грязными игроками играют так же грязно. Особенно если они первыми начинают вставлять палки в колеса.

— Только слухи. Не более, — остался я тверд в своем решении. — Никаких подкупов, убийств и всего того, на что ты намекаешь. Естественный отбор и так начнется с наступлением Мора. Зачем же помогать ему раньше времени?

Взгляд скользнул по трещинам в стенах. Они расползались по ним, словно капилляры, а гуляющий по зданию сквозняк так и норовил сорвать капюшон с головы.

— Что ж, дело твое, — пришлось согласиться Виктору. — И деньги сразу не показывай. Сумму тоже называть не стоит. Я этих кретинов насквозь видеть научился, так что договориться о более выгодных условиях будет несложно. Часть сразу, часть потом, как только положительные результаты получим. Чтобы в их же интересах было задницу рвать за каждую копейку.

Я кивнул.

Честно говоря, уже сейчас на душе демоны скребли, и я вовсе не Хашибара имел ввиду. Но раз уж дипломатично отстоять свою точку зрения не получилось, иного выхода я не видел. Чем больше мирных людей покинет Иркутск до начала Мора, тем лучше, а методы… Какая вообще разница, если меня и так считают угрозой безопасности Империи?

— Смотрю, ты и лакея своего сюда притащил, — украдкой кивнул Виктор на стоящего поодаль Ромео. — Сильно же вы сблизились с тех пор как он у тебя появился… Знаю, конечно, что ты питаешь слабость к людям со сломанными судьбами, но чтобы настолько?..

— Если я здесь, значит, мне доверяют в той же степени, что и вам… Ваше Сиятельство, — не растерялся Ромео, воззрившись на парня из-под капюшона. — Остальное вам знать не обязательно.

— Смотри-ка, как быстро освоился! — хохотнул граф. — Или это вы, княже, так дурно на него повлияли? Впрочем… не суть важно.

Казалось, он так же быстро потерял к моему «лакею» интерес, что было мне только на руку. Однако человеком Виктор всегда был проницательным до зубовного скрежета. Догадался он об истинной природе Ромео или же нет, теперь оставалось только гадать.

— А что насчет тебя самого? — предпочел я сам сменить тему и направить ее в иное русло. — Твое положение сейчас видится более шатким. В каких бы доверительных отношениях с этими ребятами ты ни состоял, ныне твой статус исключает контакты… подобного рода.

— Кто сказал? — усмехнулся бастард, уселся на валяющийся рядом ящик и закинул ногу на ногу. — Я и сам не горел желанием входить в высшее общество, если ты об этом. Много не потеряю, если вести о моих сомнительных знакомствах разойдутся дальше, чем нужно. Ну а нынешние суммы на счетах меня тоже не очень-то прельщают. На тот свет все эти деньги всё равно не заберешь. Вот так и живем…

— Сейчас на твоих плечах и другая ответственность лежит. Не только дела своего рода вести и на светских раутах его представлять.

— И какая же?

Я выдержал небольшую паузу, прежде чем ответить:

— Наследники.

Мне только кажется или я постепенно начинаю превращаться в Кайроса?.. Все нервы мне вымотал со своим стремлением подложить меня под женщину, а теперь я будто бы и сам принял правила его игры.

— Такими вещами я пока что голову не забивал, но когда-нибудь обязательно подыщу себе кроткую и хозяйственную вдовушку с сильной кровью. Наконец-то мечты могут стать явью, и благодарю за заботу, — вновь перевел он всё в шутку, отчего я даже немного расслабился.

Но ненадолго, потому что шорох и треск кирпича со стороны улицы оповестили нас о том, что приятели Виктора наконец-то добрались до оговоренного места встречи.

Я машинально прикоснулся к капюшону, чтобы убедиться, что он достаточно хорошо прикрывает лицо. Или хотя бы волосы — в лицо-то меня навряд ли узнают.

— Сколько лет, сколько зим, Витя-я-я! — звонко хлопнул в ладоши некто за моей спиной. — А принарядился-то как, любо-дорого поглядеть! Заказы, смотрю, так и сыплются один за другим?

— Знаешь же, что их никогда не бывает слишком много, — в той же манере ответил ему бастард рода Громовых, разведя руками. — Да и ты, насколько я знаю, не бедствуешь. Мелкое воровство, шантаж, вымогательства… Но капля по капле камень точит.

— Тогда, раз уж с церемониями закончили, может, расскажешь, зачем элитному охотнику на нечисть впервые за долгие годы понадобились мои услуги? — появились в голосе незнакомца металлические нотки. — Сомнительные услуги, за оказание которых, по твоим же словам, я однажды сгнию до костей в тюремной камере?

— Они понадобились не мне. Моему заказчику, — бросил Виктор на меня взгляд исподлобья. — Так уж вышло, что дело весьма специфично для такого человека, как я… ну а для тебя работенка вполне подходящая.

Я медленно обернулся, не отрывая взгляда от пола, чтобы увидеть три пары ног в ботинках, частично вымазанных в грязи.

— Заказчику, который так тщательно скрывает свое лицо? — весело произнес некто. Носки его обуви развернулись в мою сторону. — Из высокородных, значит? Ты и раньше направлял ко мне своих знакомых, но вот платежеспособных, пожалуй, впервые. Какая неслыханная щедрость…