На поле предстоящей битвы мой отряд прибыл заранее, вечером четвёртого дня. Восемь крытых возов, запряжённых лошадьми и дугарами, несколько всадников, гоблины на волках и пехота. Я указал место для лагеря на возвышенности за цепочкой глиняных карьеров, и орки принялись ставить там шатры и разводить костры. Место я присмотрел ещё несколько дней назад и выбрал неслучайно, поскольку слева от лагеря протекал широкий ручей с топкими болотистыми берегами, и атаковать с той стороны никакой враг бы не смог. Точнее, вражеская пехота сумела бы наверное там пройти по колено или даже по пояс в грязи и под градом стрел, вот только я не представлял командира, который в важном сражении впустую положит половину воинства ради сомнительного удовольствия форсировать вязкое болото.

Ручей снабжал нас водой и тёк в расположенный в метрах семиста позади нас широкий и почти что трёхкилометровой длины ров, заполненный тухлой стоячей водой — старую разработку глины затопило, причём ещё много-много лет назад, и через это естественное препятствие для перевозки сырья из новых карьеров был построен крепкий деревянный мост. Мост я тоже учитывал в своих планах. Если станет совсем жарко, можно будет отойти на противоположную сторону рва и держать оборону на мосту, а то и вовсе разрушить его.

Хоть мои орки и прибыли заранее, первыми мы далеко не были. Справа в полукилометре от нас на соседней возвышенности уже стояли палатки пехотинцев графа Альмара — наших союзников в предстоящем сражении, я понял это по характерным флагам с чёрным вставшим на дыбы жеребцом на полосатом бело-красном фоне. С помощью подзорной трубы внимательно осмотрел соседний лагерь и пересчитал количество больших и малых шатров. По моим прикидкам, пехоты граф привёл примерно семь сотен, хотя большинство солдат были облачены легко в стёганные или кожаные доспехи. Латников в графском лагере я почти не видел, разве что командиры были одеты в металлические кольчуги или чешуйчатые рубахи. Впрочем, в отдельно стоящих палатках в сумме человек на восемьдесят-сто под стягами барона Рюхена Траго я наблюдал людей в кольчугах и даже тяжёлой броне. По-видимому, это и была отправленная к графу Альмару панцирная пехота, про которую мне ранее рассказывал рыцарь Уолтер Траго.

Ещё дальше по правому флангу на берегу небольшого озерца находился объединённый лагерь других союзников графа: пришедшие на клич сюзерена мелкие вассалы со своими слугами, отряды наёмников, да и просто авантюристы и добровольцы, позарившиеся на щедрые посулы нанимателя. В том дальнем от нас лагере царил полный сумбур, никакого порядка в расположении палаток я не наблюдал, да и одеты бойцы были кто во что горазд. Среди вывешенных флагов участников этой «сборной солянки» не наблюдалось даже двух одинаковых, что лишь подчёркивало хаос и отсутствие центрального командования. Видел я на правом фланге и мечников, и лёгких конников, и стрелков, и даже просто селян с вилами и топорами, так что в дисциплину и эффективность в бою этого сборища откровенно не верил.

Получалось, что если не считать не подошедшей пока что тяжёлой рыцарской конницы, то на нашей сторонне завтра выступят где-то семьсот неплохо обученных пехотинцев графа, порядка восьмидесяти тяжёлых бойцов панцирной пехоты барона Рюхена, да где-то четыре-пять сотен наёмников и добровольцев. Плюс мои орки. В сумме выходило порядка полутора тысяч бойцов. Вроде немало, хотя это зависело от противостоящих нам сил неприятеля. Кстати, сколько их? Подзорная труба позволила ответить на этот вопрос.

На другом конце Глинского поля уже поставили шатры наши противники. Центральный лагерь вольного города Болток примерно соответствовал силам графа Альмара и мог вместить шестьсот — семьсот пятьдесят бойцов. Гербы на знамёнах над шатрами с такого расстояния я разглядеть не мог, разве что с уверенностью мог сказать, что флаги синего или голубого цвета. По левую руку от центра находился ещё один примерно такой же по количеству шатров лагерь — там стояли союзники вольного города Болток и отряды наёмников. И справа от центра располагались немногочисленные палатки эльфов Рода Невидимого Богомола. Эльфы стояли напротив моих орков, однако это ничего пока что не значило, поскольку лучников в бою могли задействовать на любом направлении.

Итак, без учёта конницы, которую обе стороны пока что не показывали, представленные силы были примерно равными: где-то по полторы тысячи бойцов с каждой стороны. Совсем немного. Честно говоря, я ожидал намного больших масштабов от войн в Приграничье. Впрочем, чем меньше на поле будет бойцов, тем проще моим оркам будет выполнить свою задачу и расправиться с эльфами Рода Невидимого Богомола. Я рассмотрел с возвышенности всё, что меня интересовало, отправил гоблина на варге с сообщением для ещё не подошедших моих отрядов и вернулся в лагерь.

Вскоре к нашим палаткам от лагеря графа Альмара подъехал верховой проверяющий — уже знакомый мне рыцарь сир Андерс Си-Анори, командующий в этом бою всеми наёмными и союзными отрядами. Он с недовольным видом осмотрел орочий лагерь и полуголых по такой жаре дикарей, занятых приготовлением пищи. И сразу же, даже не попытавшись разобраться в ситуации, накинулся на меня с упрёками — мол, все наёмники должны располагаться вместе, справа от основного лагеря, а тут слева на самом высоком холме будет находиться ставка графа Альмара, который вскоре подъедет со своей свитой.

— Сир Андерс, вы осознаёте, что предлагаете? У меня две сотни диких орков, которые ни слова не понимают на человеческом языке, да и вообще людей меж собой не очень-то отличают, но зато очень агрессивные и подраться любят. А чёрный огр, — я указал на Уголька, которого заинтересовали блестящие украшения на попоне рыцарского коня, и он своими толстыми пальцами пытался оторвать одно из них, — так вообще обладает разумом трёхлетнего ребёнка, но зато силой трёх дугаров, так что голову человеку открутит просто из любопытства. Пустите их в бой, и орки сокрушат ваших врагов. Но если этих клыкастых дикарей поместить вместе с другими наёмными отрядами, то драка между ними неизбежна, и к утру вы лишитесь всех наёмников.

Конечно, я преувеличивал, и мои орки никогда не осмелились бы ослушаться вождя в боевом походе, но прозвучало весьма убедительно. Да и выглядели орки наверное устрашающе — настоящие кровожадные первобытные дикари, огромные, клыкастые и покрытые боевыми шрамами. Из всей одежды на них сейчас имелись лишь набедренные повязки, поскольку доспехи были аккуратно сложены в фургоны — я нарочно не хотел их демонстрировать заранее, чтобы ввести в заблуждение противника, который наверняка сейчас внимательно изучал нас, составляя планы на завтрашний бой.

Но в заблуждение удалось ввести не только противников, но и командующего наёмными отрядами. Сир Андерс Си-Анори согласился с тем, что драки между союзниками крайне нежелательны, и разрешил моему воинству размещаться отдельно здесь на левом холме.

— Что по поводу оплаты? Когда мы получим свои деньги? — напомнил я представителю графа, на что рыцарь повторил свои слова про «после боя» и указал на основной палаточный лагерь, заверив меня, что казна хранится там в запертом сундуке в одном из шатров, ключ от которого имеется только у графа Кубина Младшего Альмара. И поскорее ускакал обратно в свой лагерь, пока мой чёрный огр не оторвал все блестяшки с попоны его скакуна.

— Кирена, — подозвал я невидимую для остальных кикимору. — Проследи за этим хлыщом и послушай его разговоры. Мне нужно понять, собираются ли нам вообще платить, или завтра моих орков попытаются слить, направив на убой. И ещё. Направь двух толковых подруг на ту сторону луга к вражеским палаткам. Пусть поищут самые большие шатры и покрутятся возле них. Может кикиморы смогут подслушать разговоры командиров и узнать их планы на завтрашнее сражение.

* * *

Конница графа Альмара появилась уже в потёмках. Наверное, это было своего рода мерой предосторожности, чтобы враг не мог понять точную численность рыцарей и других всадников, хотя на мой взгляд это было очень наивно. Точное число рыцарей и их оруженосцев шпионы вольного города Болток «срисовали» ещё на ристалище города Чёрные Шахты, так что секретом для наших противников силы тяжёлой конницы графства Альмар не были.

Впрочем, темноту использовал и я сам. Группа орков по моему приказу направилась вперёд на луг и разместила в высокой траве меж ближайшими к нам глиняными ямами «сюрпризы» для вражеской конницы, если таковая попытается атаковать мой фланг. Ими были вбиты толстые колья, меж которыми на высоте сантиметров тридцати над землёй натянута прочная стальная проволока. Также орки вырыли несколько узких неглубоких траншей глубиной всего по локоть и присыпали травой — попасть в такую траншею для разогнавшейся рыцарской лошади значило сломать себе ноги или как минимум запнуться, покатившись кубарем и теряя всадника.

А ещё в темноте ко мне прибыло подкрепление. Сотня стрелков Жёлтой Рыбы под командованием Диассы Ловкой Лани, причём вместе с моими бойцами пришли и оставшиеся верными княгине эльфы-лучники Рода Мудрого Филина в количестве тридцати трёх. Пришли и закованные в броню бойцы штурмовой пехоты под командованием Фадира Твердолобого. Приехали и ещё возы, на которых в лагерь прибыла целительница Луана со своими помощницами, ребята Мансура, несколько шаманов, а также призванная героиня Мурена и вампирша Тильда Ур-Вайетт. Таким образом, количество войск на левом фланге выросло с двухсот до четырёхсот пятидесяти, причём всё это, я очень на то надеялся, осталось незамеченным для врага.

Тильда первым делом похвасталась новой броней из шкуры василиска у неё и у темнокожей подруги, Мурена к тому же получила новые парные клинки из клыков этой огромной гадины.

— Альвар, а какова ситуация в целом? — поинтересовалась любознательная баронесса, рассматривая едва видимые сквозь опускающийся туман далёкие огоньки вражеского лагеря.

— Нас завтра хотят списать со счетов, — объявил я недавно доставленную Киреной новость. — Это было сказано прямым текстом самим графом Альмаром на совещании армейских командиров, на которое меня даже не пригласили. Причём слить собираются не только нас, но и все наёмные отряды. И если кто-то из наёмников сумеет выжить в кровавом сражении с неприятелем, то таких граф приказал ни в коем случае не выпускать с Глинского поля и не оставлять в живых. Граф Кубин Младший Альмар в долгах по уши, и у него просто-напросто нет денег для всех обещанных щедрых выплат.

— Совсем невесело… — выдавила встревожившаяся баронесса. — Если не враг, то свои же и убьют. И что планируешь в связи с этим делать, Альвар?

— Собственно, ничего не изменилось, и по-прежнему наша основная цель: разобраться с эльфами Рода Невидимого Богомола. Просто теперь на графа и его армию нам действительно уже плевать, и если они проиграют в сражении, горевать мы не станем.

* * *

Наутро мы обнаружили, что и к врагам пришло подкрепление. Рядом с эльфийскими палатками Рода Невидимого Богомола возник ещё один лагерь где-то на полтысячи бойцов, причём флаги над их шатрами были одинаковыми красными с каким-то тёмным рисунком. Да и центральный лагерь вольного города Болток заметно вырос, там добавились шатры, а пыль от лошадиных копыт стояла столбом, мешая разглядеть подробности. Вот теперь уже численное преимущество однозначно было на стороне наших противников. Впрочем, это ничего не меняло.

Я выстроил свои войска и выступил перед бойцами с пламенной речью. Объявил, что сегодня очень важный шаг на пути к становлению величия нового государства, и сегодня мы должны продемонстрировать всё, чему учились на изнурительных тренировках. Что после сегодняшнего дня об орках Жёлтой Рыбы узнают не только наши ближайшие соседи-орки и эльфы, но вообще всё Приграничье. И что наша задача выступить в сражении настолько мощно и впечатляюще, чтобы нас зауважали, и чтоб ни у кого из людей отныне и навсегда не возникало желания покушаться на земли Жёлтой Рыбы. После чего велел оркам преклонить одно колено и вызвал младшую целительницу Луану для благословения идущих в бой героев.

Собственно, об этом ещё со вчерашнего дня просили меня сами орки. Ходившие вместе со мной в восточную экспедицию бойцы уже поведали остальным товарищам, насколько же сильно помогают благословения, которые даруют хрупкие человеческие жрицы в мантиях. В проклятой долине наш маленький отряд выжил там, где умирали все до нас, бойцы не ведали страха и были преисполнены отвагой, а удача всюду нас сопровождала. И потому инициатива благословения перед важным сражением исходила действительно от орков.

Предупредил я заранее и Луану, а потому юная девушка была морально готова и не колебалась ни секунды. Вышла перед строем, посмотрела на встающее над восточными холмами солнце и удивительно чётким хорошо поставленным голосом воззвала к Матери-Живице, попросив небесную богиню ниспослать на её детей свою благодать. Подняла высоко над головой небольшой волшебный жезл, и… свершилось чудо! Изголовье жезла засверкало слепящим золотым светом, а через пару секунд от него распространилась золотая волна, пробежавшая по замершим в благоговейном восхищении оркам, эльфам, гоблинам и людям.

— Идите в бой, дети мои! И принесите мне победу! — громко крикнула Луана на языке орков, а затем повторила эти же слова на языке эльфов, и ответом девушке стал восторженный рёв сотен глоток.

Это было что-то невероятное. За свою целительницу дикари-орки готовы были рвать врагов хоть голыми руками. И даже эльфы, которые вообще-то не особо поклонялись «старым богам», предпочитая веру в духов-хранителей Рода, и то преисполнились решимости идти в бой и победить, раз того требует богиня-мать. Посланник от графа Альмара, ставший невольным свидетелем этого события, сидел на лошади с открытым от изумления ртом. Наконец, гонец пришёл в себя и, найдя меня в толпе, подъехал с сообщением.

— Альвар, твои орки будут на левом фланге. Любой ценой остановите пехоту княжества Энген, которая подошла к врагам ночью. Благородный граф Кубин Младший Альмар просил передать, что ваша награда вырастет до четырёхсот золотых монет. Возрадуйтесь же щедрости его светлости! И покажите, что граф не зря тратит на диких орков своё золото!

Насколько же легко граф раздавал щедрые обещания, которые не собирался выполнять! Впрочем, я постарался не выдать своих эмоций и низко поклонился, признавая щедрость нанимателя. Посланник ускакал, я же занялся последними приготовлениями к сражению. Проверил дугаров, на которых орки ставили конструкции из острых лезвий. Пообщался с вернувшимися от врага кикиморами. Отдельно поговорил с Диассой Ловкой Ланью и велел трём десяткам её соплеменников, не проходившим суровую подготовку в армии Жёлтой Рыбы, находиться позади в резерве и особо в бой не лезть, разве что в том возникнет острая необходимость — мне не хотелось, чтобы княгиня теряла и без того немногочисленных сторонников.

После чего резко стало не до разговоров. Вдалеке протрубили трубы, и над Глинским полем поднялись тучи пыли — вражеская конница пошла в атаку. Причём, как сообщили недавно кикиморы, атаковать всадники собирались именно мой левый фланг, поскольку вражеский полководец посчитал диких полуголых орков самым слабым звеном в обороне графства Альмар. По его замыслу, тяжёлые рыцари должны были пройтись по нам катком, после чего зайти в тыл армии графа Альмара. Пришедшие же следом за кавалерией пехотинцы княжества Энген завершат разгром, а заодно перекроют мост через ров, чтобы пресечь возможность отступления разбитой армии графа.

* * *

— Щитоносцы, на позиции!!! Строимся!!! Все по местам!!!

До этого я показал врагу лишь небольшую часть орков-берсеркеров, уже стоящих жиденькой линией позади глиняных карьеров, вся же остальная армия Жёлтой Рыбы скрывалась пока что за холмом. И вот настало время раскрыть часть моих карт. Сверкающие кольчугами рослые орки с копьями и одинаковыми жёлтыми щитами с чёрной эмблемой Богини Смерти Мораны на них спешно строились в два ряда, а за ними занимали свои позиции лучники и бойцы тяжёлой пехоты, да и количество берсеркеров увеличилось вдвое. К тому же, враг этого не видел, но бойцы задних рядов тащили длинные заточенные колья, втыкали задней частью в землю, а переднюю устанавливали на деревянные козлы — удар разогнавшихся десятков и сотен тяжеленных всадников рыцарской конницы это вам не шутка, и погасить эту бешеную кинетическую энергию без таких вот хитростей крайне непросто.

Земля дрожала от гула копыт, вражеская конница быстро приближалась. Но… что такое? Я ожидал классического удара клином в духе рыцарей Тевтонского Ордена, или как говорили далёкие предки-русичи «свиньёй», когда на острие атаки находятся самые бронированные и тяжёлые рыцари, но враг предпочёл иную тактику. Впереди с копьями наперевес скакали «второсортные» всадники в недорогой амуниции или даже в кожанках и просто кольчугах, их было сотни полторы-две, а элита рыцарства в сверкающих доспехах наступала второй волной следом.

Необычно… хотя наблюдающий вместе со мной с холма за вражеской атакой Мансур подтвердил, что именно так обычно и делается при высокой траве, не позволяющей всадникам развить полную скорость. Первая волна приминает траву и атакует, нарушая целостность рядов врага. А дальше идёт уже основная волна, за счёт скорости и крепких лат с лёгкостью проходящая сквозь любые ряды пехоты, словно горячий нож сквозь масло.

Ну что ж… на этот раз «цвету рыцарства» вольного города Болток повезло, и на расставленные ловушки напоролись конники первой волны, дружно попадавшие со своих скакунов и устроившие массовый завал. Крики, звон железа, конское ржание… Опытные рыцари заметили неладное и по приказу командиров успели развернуться влево, проскакав металлической лавиной на расстоянии всего полусотни метров от моих передовых позиций. Орки-арбалетчики и эльфы-лучники запоздало дали по ним залп, но если кого и ранили, особого результата всё равно не достигли. А между тем берсеркеры и подошедшие копейщики умело и быстро расправлялись с попадавшими всадниками, многие из которых и без того находились не в лучшем состоянии после жёсткого падения на полном скаку.

— Передайте своим бойцам, чтобы брали самых ценных всадников в плен! — поспешил я скомандовать ментально сотникам Ааху Венорезу, Фадиру Твердолобому и Хуго Проворному, пока орки не прикончили вообще всех. — Получим потом за них выкуп, да и как заложники могут пригодиться. А ещё скажите бойцам, чтобы ловили лошадей, пока те не разбежались. Лошадей и пленников пусть тащат в наш лагерь. Мансур и девчонки, — я перевёл взгляд на своих спутников, — принимайте пленников, связывайте и сажайте в яму.

Не ожидавший такого горячего приёма противник на какое-то время оставил моих орков в покое. Рыцари города Болток нашли себе противников в лице конников графа, поскакавших вперёд, да и пехота с обеих сторон массово спешила в центр, где начиналась большая заруба. На правом фланге наёмники графа Кубина сошлись врукопашную с наёмниками вольного города, и лишь про нас все как будто забыли. Что ж, это дало оркам время разобраться с принудительно «спешившимися» всадниками и собрать трофеи. Но прозвучал далёкий рог, и на нас дружными рядами пошла пехота княжества Энген под красно-чёрными знамёнами. А за ними… я мысленно воздал хвалу Моране и её небесной сестре Живице… с луками в руках шли эльфы-стрелки Рода Невидимого Богомола. Отлично! Не придётся их искать и гонять по всему полю!

— Строимся полукольцом за глиняными ямами! — я решил сыграть от обороны и удерживать промежутки между глубокими карьерами. — Снять натянутую проволоку! Уголёк, Чевух, Тап, готовьте дугаров! Скоро будет ваш выход!

Сам я откинул крышку со стоящего ящика с пороховыми бомбами и, захватив три кувшина, тоже поспешил вперёд, поскольку не хотел доверять никому столь опасное дело.

Враги приближались. Щиты и копья в первом ряду, классика жанра. Далее я видел топоры, мечи, вилы, в общем никакого единообразия. Шли пехотинцы княжества уверенно однородной массой, ровными рядами по пятьдесят бойцов в строю и десять в глубину, но… всё равно как-то не впечатляли. Мои орки делали бы то же самое намного более эффектно. И, кстати…

— Барабаны!

Бум! Бум! Бум-бум-бум!!! Бум! Бум! Бум-бум-бум!!! Над полем прокатился барабанный бой. И не знаю, кто из орков первым прокричал, но его крик дружно подхватили остальные бойцы, даже эльфы.

— Альвар! Альвар! Альвар!

Я увидел, как сбились с шага копейщики первого ряда врага. Они морально готовились ко встрече с диким неорганизованным сбродом, который непременно должен быть напуган их атакой, но увидели поджидающую их смерть, не терпящую обагрить клинки кровью. Лучники-дальнобои дали первый залп, а затем разрядили своё оружие и мои арбалетчики, собрав щедрый урожай смертей. Их болты прошивали насквозь деревянные щиты врага, даже особо и не замечая преграды. Но это были ещё цветочки!

Я специально два дня тренировался использовать пращу, как раз для этого случая. Горшок с подожжённым фитилём полетел по классической параболе и рухнул, пусть и не совсем по центру вражеского войска, но всё же удачно в самую толпу. С такого расстояния грохот взрыва показался совсем нестрашным, но через секунду наши ряды накрыл дождь из кровавых ошмётков. Многие враги попадали, другие побросали оружие и просто тупо стояли, держась руками за кровоточащие уши.

Снова отстрелялись эльфы-дальнобои, впрочем на этот раз к их залпу присоединились и гоблины, поскольку враг подошёл уже на расстояние выстрела. Я же уже раскручивал второй горшок, на этот раз «усиленный».

Мать моя женщина… Нет, попал я удачно, примерно куда и метил, но осколки долетели даже до наших позиций. В трёх шагах от меня упал убитый берсеркер. Завыл от боли орк-копейщик в первом ряду — осколок ранил его в грудь даже сквозь щит и доспехи. Кто-то ещё стонал. Но во вражеской армии всё было во сто крат хуже — половины отряда словно и не существовало, да и боеспособность остальных вызывала серьёзные вопросы. Осторожные же эльфы Рода Невидимого Богомола остановились шагах в двухстах от нас и теперь стояли, рассматривая творящийся впереди кровавый хаос.

— Диасса, стреляйте навесом по вражеским эльфам!!! С каждым убитым легче будет вернуть тебе трон главы Рода! Все остальные расступитесь, дорогу нашим дугарам! Уголёк, давите этих красно-чёрных неудачников!!!

Да, вы не ошиблись, наши шерстистые носороги с их массивными широкими ступнями спокойно проходили по узким траншеям, где полегла вражеская конница. Что все три зверя тут же и продемонстрировали. Эльфы дали по движущимся в их сторону страшным «газонокосилкам» залп, но не зря мои ремесленники потратили столько времени, разрабатывая непробиваемую с передней полусферы и с боков броню для зверя и его ездока. И тут в моей голове прозвучал голос Костолома, который я ждал с самого раннего утра.

— Вождь, мы на поле. Сотня копейщиков Альвара Везучего тоже с нами. Видим с пригорка вас и эльфов. До врагов четыре сотни шагов.

— Отлично! Тихо без шума идите вперёд, растягивайтесь полукольцом, чтобы не дать никому из остроухих вырваться из окружения.

Теперь нужно было отвлечь внимание эльфов Рода Невидимого Богомола, чтобы они не заметили заходящую к ним с тыла опасность. Тройка дугаров уже собирала кровавый урожай и отлично притягивала на себя взгляды эльфов, разъезжая перед строем лучников на расстоянии метров ста и превращая в кровавый фарш остатки княжеской пехоты. Но нужно было усилить эффект. Я отдал приказ пехотинцам поднять стяги со знаменем Жёлтой Рыбы и наступать под бой барабанов и воинственные крики.

Сработало! Эльфы начали пятиться, дали по нам залп, но очень издалека и мало кого зацепив. А дальше было уже поздно — кольцо окружения сомкнулось, и закованные в металл рукопашники с упоением кинулись крошить в салат небронированных растерявшихся стрелков. Я тоже находился среди атакующих, поддавшись безумству боя и кормя глефу эльфийской кровью. Рядом, покрытая кровью с ног до головы, рубилась вампирша, беспрерывно хохоча. Через три минуты лишь горстка последних длинноухих стрелков — восемь или девять — сгрудилась спина-к-спине, побросав луки и выставив кривые эльфийские клинки. И вот тут, когда я уже хотел отдать приказ добить их или просто-напросто расстрелять из луков и арбалетов, один из замызганных эльфов в окровавленных одеждах прокричал громко и чётко на языке орков.

— Альвар Завоеватель! Я, князь Валькор Непревзойдённый Мечник, вызываю тебя на поединок! Сразись со мной или дай беспрепятственно уйти!

И мои орки сразу же остановились и опустили копья с ятаганами, не смея встревать в поединок чести двух вождей или мешать моим планам.