— Как дела, девочки? Что нового? С этой стажировкой мы стали мало видеться и ещё меньше общаться. Даже в академии всё происходит почти бегом.

Улыбка Воронцовой была широкой, глаза сверкали весельем, и вообще казалось, что настроение этой девушки никогда не падало ниже хорошего. Вот и сейчас она была единственной за столом в кафе рядом с академией, за которым сидели японки, и к ним же она присоединилась только что, кто улыбался.

— Не очень много причин для веселья, Кира, — ответила Минэко, — ты сама должна понимать почему.

— Как Алекс? — не обратила внимания на фразу подруги Айка.

— Так, говорю по порядку. Морозов в порядке, я лично его отвезла домой после всего, и он уже тогда был почти здоров, а сегодня тем более. Что касается твоих слов, — она посмотрела на Ватанабэ, — то твоей семье и Айки ничего не угрожает. Никто вас не подозревает, и это не мои слова, а вполне официальное решение.

— Только наши семьи? — красноволосая прищурилась. — Ты ничего не сказала про Аманду.

— Не помню, чтобы ты упоминала о вхождении твоей семьи в клан Киллиан. Я чего-то не знаю?

— Что за ерунда? — возмутилась Ватанабэ. Её характер всё-таки прорвался наружу.

— Вот и я про то же, — не переставая улыбаться, сказала Кира, — они вам чужие, а потому не стоит беспокоиться об их благополучии.

Айка видела, что Воронцова нарочно спровоцировала Минэко, а та купилась моментально. Это было ожидаемо, зная её темперамент, но с удивлением девушка поняла, что желание встревать отсутствует полностью. Её больше волновало, несмотря на слова блондинки, самочувствие Алекса, чем вспышка подруги, тем более ей пора бы уже самой начать себя сдерживать, а уж если не смогла, то и последствия расхлёбывать тоже самой.

— Ладно, нам лучше закрыть тему, тем более я вам рассказала всё, что смогла. Остальное касается только бюро и расследования, — улыбка резко пропала с лица Киры и снова, также быстро, появилась, — лучше расскажите что-нибудь новое? Как дела на потоке? Скандалы, интриги. Я как-то выпала из жизни последнее время.

— Болото, — немного скривилась Айка, — самое большее и обсуждаемое событие за последнее время — очередной кавалер Инги Романовой.

— Чем-то примечателен настолько, что его надо обсуждать? — живо заинтересовалась Кира.

— Он из семьи, что входит в клан Демидовых.

А вот теперь Воронцова реально удивилась. Две эти фамилии, сколько она себя помнит, ассоциировались с лютыми врагами. Представить, что кто-то из их наследников начнёт не то что встречаться, но даже просто здороваться нормально, было из разряда чего-то невероятного. Да о чём говорить, если почти половина дуэлей на арене академии проходили как раз между ними, притом очень часто кого-то из них выносили оттуда на носилках.

— Неожиданно, — протянула она, — а кто?

— Савелий, — ответила Минэко, — если я правильно произнесла имя, а фамилия…

— Волков, — это уже сама Кира закончила за неё.

Двух наименее подходящих друг другу, чем эти двое, было трудно представить. Инга, сильный сверх аспекта из стихии воздуха, коронным ударом у которой являлся настоящий торнадо, который ещё и молниями пулял во все стороны. Кроме этого, девушка полностью соответствовала своей силе. Сногсшибательно красива и с невыносимым характером избалованной стервы, что любила играть, притом жестоко играть с теми, кто пытался добиться её внимания, хотя добиться-то не сложно, а вот выдержать последствия… Тем же, кто всё-таки польстился на красотку и умудрился вляпаться, не везло капитально, она буквально растаптывала их достоинство в пыль просто ради спортивного интереса.

Волков же, наоборот. Тихий и спокойный парень, хоть и сверх, но слабый. Правда, аспект, насколько помнила Кира, никогда не применял, или она не видела. В дуэлях не участвует, старается на конфликты не нарываться. Вообще, девушка не сразу даже смогла вспомнить его внешность, настолько он был неприметным, и тут такое.

— Его по голове ударили, что ли? — искренне спросила она у подруг. — Или сам упал?

— Не знаю, что там случилось, но всех удивляет даже не то, что они стали появляться вместе, а то, как реагируют на это остальные из их кланов. — Чуть наклонилась вперёд Айка, и Кира ей подыграла, состроив крайне заинтересованную мордочку, что было недалеко от истины. — Никак.

— То есть? — моргнула ещё больше удивлённо блондинка.

— То есть им, похоже, плевать, — послышалось от Минэко. — Остальные всё также друг друга не переваривают, а этих двоих словно нет для них. Не в том смысле, что объявили бойкот или ещё что-то, наоборот. Когда Инга без Волкова, то спокойно общается со своими и отвечает ненавистью на ненависть Демидовым. Парень тоже со своими также общается, но стоит им оказаться рядом, как словно тумблер какой включается, и они заняты только друг другом.

— Охренеть, — Кира даже рот слегка открыла от таких необычных новостей.

Неожиданно дверь кафе громко хлопнула, и подруги невольно обратили внимание на причину шума.

— Алекс, — улыбнулась Айка и машинально поправила свои волосы, Минэко же нахмурилась, а Воронцова бросила взгляд на телефон и только сейчас увидела пропущенные вызовы.

Внешне Морозов был спокоен, но Кира уже успела его немного узнать, чтобы понять, что тот слегка недоволен, ну или зол.

Хлоп! Папка ощутимо шлёпнулась на стол, а парень резко отодвинул стул со скрипом и сел сам.

— То, что твой папаша наш начальник, не делает меня твоим слугой, который будет писать за тебя отчёт.

— И не надо так нервничать, — быстро ответила девушка. — Я всё напишу, просто была занята. Договорим с девочками и…

— Сейчас. Ты напишешь его сейчас!

— Мог и сам написать, я, между прочим, о тебе позаботилась, выбила машину и отвезла домой. Ещё рассказала Айке, что всё хорошо и ты здоров. Не стыдно? Мог и сделать такую малость, как написать пару листов за меня, — Воронцова сделала такое расстроенное лицо, что посторонний человек мог бы подумать, что ещё немного и она расплачется.

Парень прикрыл глаза, а потом слегка помассировал виски, после чего тихо выдохнул и снова посмотрел на девушку:

— Кира, отчёт нужен от каждого сотрудника, написанное проверяется, и если увидят, что твой написан не твоей рукой, у нас будут неприятности. Их изучают аналитики, чтобы находить незаметные детали, которые пропустил один агент, а другой мог увидеть. Потому очень прошу, не делай так больше и не заставляй меня выслушивать от нашего куратора с утра пораньше его мнение о наших умственных способностях.

Эти слова, а главное то, кто их произнёс и каким тоном, удивили Воронцову не меньше, чем новость, рассказанная ей подругами. Она даже машинально протянула руку и потрогала лоб парня. Тот дёрнулся, но отстраняться не стал.

— Жара нет, — посмотрела Кира на Айку, — тогда с чего вдруг такая доброта и вежливость, хотя минуту назад ты был зол?

— Я умею признавать свои ошибки и да, ты помогла мне вчера, потому спасибо готов выразить вот в такой форме, — хмыкнул Морозов, — постараюсь быть более сдержан и вежлив, тем более это нетрудно делать в сторону красивой девушки, но на частые такие акции от меня не рассчитывай. Айка, Минэко, — он перевёл взгляд на японок, которые тоже сидели слегка растеряны такой резкой переменой, — я не поздоровался и приношу за это извинение.

Обе посмотрели друг на друга, а потом снова на парня.

— Эм, ну ладно, — промямлила Ватанабэ, — ничего страшного.

— Мир? — спросил Александр.

— Мир, — кивнула Айка и улыбнулась.

— Кхм, отчёт, — напомнила о себе Кира, — у меня так-то всё готово было ещё вчера, просто не успела отдать. Нужно было сначала заехать в академию. О тебе, кстати, спрашивал декан.

— Я знаю, спасибо, — кивнул парень, — у меня с ним встреча в конце дня, но перед этим нам надо приехать в бюро.

— Снова дело? — встрепенулась девушка, — что-то интересное?

Вместо ответа Морозов протянул руку и аккуратно, пальцем, пододвинул к девушке её телефон.

— Прочитай сообщение, послушай голосовые. Думаю, ты узнаешь всё, что тебе нужно, и парочку неизвестных тебе характеристик о себе. С утра очень даже бодрит, — хмыкнул парень.

Девушка подозрительно посмотрела на своего напарника, который вёл себя сегодня очень странно и нетипично, но любопытство пересилило её, а потому она подхватила смартфон, после чего поднялась и отошла в сторону. Содержимое сообщений может быть не для посторонних ушей.

— Может, поужинаем как-нибудь вместе? — спросил Александр внезапно у японок, когда Воронцова отошла. — Просто у нас как-то не задалось с самого начала, а потом усугубилось ещё больше. Можем начать всё сначала. Поговорить и если не быть друзьями, то хотя бы добрыми знакомыми мы можем?

— По-моему, Айка меня обманула, и ранили тебя не в плечо, а в голову, — ответила Минэко. — Другим я объяснить не могу такую резкую перемену. Никак не получается, что очень бесит!

— Знаешь, я могу помочь тебе с этим. С твоими вспышками ярости.

— Что ты можешь знать об этом⁈ Ты…

— Минэко! — резко сказала Айка. — Успокойся.

Ватанабэ не только не успокоилась, она, наоборот, после слов подруги разозлилась ещё больше, а то место на столе, где лежала её рука, в прямом смысле стало потихоньку дымиться.

— Немало, — всё так же спокойно ответил ей парень. — А если ты забыла, то напомню. Я — бес. Помнишь, кто это? Сверх, который во время вспышек сильных эмоций, в основном гнева и злости, теряет над собой контроль, правда, становится при этом сильнее, но плюс в этом сомнительный и в первую очередь тем, что бес плохо контролирует себя в этот момент, а значит, может напасть на всех подряд.

Александр слегка наклонился, после чего накрыл своей рукой руку девушки, ту самую, из-под которой поднимался дымок.

— Только ты наверняка не знаешь, что со временем у таких, как я, вспышки изменяются. Они трансформируются в кое-что другое, — пальцы его слегка сжались, а лицо, что секунду назад было совершенно спокойно, исказилось не просто от злости, там полыхнула ярость. Минэко вздрогнула и попыталась вырваться, но ничего не получилось, слишком крепко держал он её за руку. Мгновение страха, и вот Морозов снова спокоен. — Я теперь всегда зол. Потому да, многое знаю об этом чувстве. — сказал парень и отпустил девушку.

— Как ты ещё с ума не сошёл? — прошептала Айка.

— Тренировки, тренировки и ещё раз тренировки, — пожал он плечами. — Минэко, если тебе будет нужна помощь, обращайся, потому что если не научишься сдерживать свой нрав, когда-нибудь будешь очень жалеть об этом.

Воронцова вернулась, когда Ватанабэ была уже спокойна и даже начала нормально разговаривать с Морозовым. Вообще Кира слегка нахмурилась, увидев мирно и вполне мило беседующего парня с девушками. Он что-то им рассказывал, спрашивал, они не отставали от него, особенно Айка. Кобаяси вовсю флиртовала с ним и была полностью довольна, когда Александр не пытался отмахиваться от неё, а наоборот, отвечал взаимностью.

— Нам пора, — резче, чем хотела, сказала Кира. — Куратор приказал прямо сейчас ехать в контору.

— Надо, значит надо, — Морозов встал, но про японок не забыл. — Мы договорились? — те кивнули. — Отлично. Тогда место и время обсудим чуть позже, а то неизвестно, что там случилось. Не хочу в последний момент подвести вас и отказаться от встречи.

— Мы понимаем, — сказала Айка. — В любом случае надо будет ещё обговорить ваши тренировки с Минэко. Тогда и решим.

— Я наберу, — ответил Александр. — Был рад вас видеть.

— Мы тоже, — это уже Ватанабэ отличилась.

— Ой, может хватит уже рассыпаться в любезностях, — не выдержала Кира. — Девочки, пока, а ты, пошли быстрее, нас ждут…

* * *

С силой сжал виски пальцами, но помогло мало. Тупая, ноющая боль в висках продолжала пульсировать, намекая, что если не изменю режим, не начну давать себе нормальный отдых, то может случиться беда.

— Как встреча прошла? Декан хвалил или наоборот? — Кира задала вопрос как между прочим, больше для поддержания разговора, чем реально интересовалась.

На встрече, что упомянула девушка, ничего интересного не было. Аристарх Венедиктович интересовался моими успехами в бюро, только непонятно зачем, если и так всё прекрасно знает обо всех случаях, что случились со мной.

Хвалил за то, что моя бесовская натура ни разу не вылезла, если не считать того случая с поводырём. Живо расспрашивал о подвижках в развитии аспектов, что и как делаю, какие приёмы или техники использую. Короче, разговор был обо всём и ни о чём. Единственное, о чём декан не спросил, так это об учёбе в академии. Зачем звал? Мутный старик.

— Ни то ни другое, — ответил девушке, смотря в боковое окно машины. — Обычный разговор на самые простые темы. Ничего интересного.

— Да? Странно, — Воронцова резко перестроилась из ряда в ряд, отчего меня качнуло и голова почти вписалась в стекло. — Не часто он вот так приглашает к себе студентов. Значит, ты для него интересен.

— Тёмный аспект и всё, что с ним связанно, да ещё у беса, — ответил ей. — Нет ничего удивительного в любопытстве.

— Возможно, ты прав, — она снова резко перестроилась.

Эта девка начинает меня бесить. Своим неуёмным любопытством, скрытым гонором, а ещё тем, что считает себя умнее всех.

Уже был вечер, и по идее должно быть темно, но дорожные фонари, свет других машин разгоняли мрак. Смотря за всем этим, что проносилось мимо несущейся машины, я пытался отрешиться от ноющей боли, что не хотела меня покидать, но Кира… Резкими манёврами, вопросами и одним своим присутствием доставала не хуже пульсации в голове.

Её лицо на секунду отразилось в стекле, и передо мной пронёсся миг даже не будущего, а моего желания протянуть руку, а потом резко крутануть руль в сторону, чтобы эта колымага влетела куда-нибудь в стену и наконец остановилась. Потом взять эту прелестную головку, что продолжает ехидно улыбаться, и наконец-то быстро, до щелчка, крутануть, чтобы наступила благословенная тишина.

— Ты какой-то сегодня не такой. Молчишь сейчас, у Кирилла Петровича почти ничего не говорил, только соглашался, что опять же странно, я помню твои выступления в прошлые разы. Хотя с японочками, должна признать, был довольно мил, молодец. Может, скажешь, что с тобой?

— Думаю бросить эту работу, — ответил ей, — оказалось в ней намного больше минусов, чем плюсов.

— Например? — потребовала, а не попросила ответа Кира.

— Например, я уже несколько раз чуть не сдох. А ради чего? — откинул я голову на подголовник и прикрыл глаза. — Деньги? Не такие они и большие. Предполагаемое развитие в силе? Ничего такого нет и в помине. Все, с кем бы я ни говорил, не смогли ничего предложить, помимо уже известных мне вещей. Даже архив почти оказался бесполезен. Ещё у меня нет никакого желания переться сейчас с тобой по тупому поводу, от которого хрен откажешься! Хватит тебе причин?

— Тебя не трогают кланы, пока ты в Б. К. Р.

— Здесь тоже мимо, — не согласился с ней, — кланам плевать на меня. Уверен, что они в большинстве своём и не догадываются о моём существовании, а неприятности с твоими друзьями меня не пугают, тем более нахождение в академии — мера вынужденная. Уйди я из неё, как они забудут очень быстро и переключатся на другие развлечения.

Машина начала сбрасывать скорость, а через пару минут совсем остановилась.

— Приехали, теперь надо ждать, — сказала девушка.

— Угу.

Нам предстояло тупейшее занятие. Провести в этой машине хрен знает сколько времени, наблюдая за одним заброшенным, на первый взгляд, зданием на окраине спального района, и если там что-то случиться, связанное с силой, то сообщить об этом в контору, а потом дождаться спецназ. Феерия, блин.

— Всё равно не понимаю, — раздался в тишине машины голос Киры, — у тебя сейчас куча возможностей, чтобы подняться наверх, а ты жалуешься на это.

— Зачем?

— Что зачем?

— Подниматься на твой верх. Зачем мне это?

Она сразу не нашла, что ответить.

— Власть, деньги. Возможность решать судьбы людей, — немного запальчиво сказала девушка, — все хотят быть богатыми, знаменитыми. Хотят получать самое лучшее. Хочешь сказать, ты этого не хочешь?

— Власть, деньги, — словно попробовал на вкус эти слова, — а они помогут вернуть мне семью? Помогут отмотать время назад и всё исправить? Можешь не напрягаться с ответом.

На какое-то время снова воцарилась тишина, за что испытал лёгкое чувство благодарности. Лёгонкое прям, потому как голова болеть не перестала. Да и с чего бы ей переставать, когда энергия продолжала делать своё дело.

Вдох, выдох. Тысячи вариантов будущего пролетают перед глазами, но мне плевать. Я не пытаюсь увидеть их, просто пропуская мимо. Вдох, выдох. Ядро пульсирует, выдавая новую порцию энергии, что летит в сторону мозга, чтобы сделать меня ещё на крохотный шажок ближе к цели.

— А как же Айка? Или Минэко? — она не смогла долго высидеть в тишине, — ведь если ты не сможешь забраться наверх, то никогда не сможешь встать рядом с ними на равных.

— С чего ты взяла, что мне это важно и нужно?

— Потому что видела, как ты смотришь на Кобаяси, но твоя реакция на Аманду перекрыла всё остальное, хотя скрываешь чувства ты довольно умело, признаю. — Она даже улыбнулась победно, словно разгадала самую сложную загадку, — тебе не видать МакДуган как своих ушей, пока за тобой не будет стоять серьёзной силы. Или что? — Кира наклонилась в мою сторону, — нравиться, когда кто-то другой вставляет девушке, которую ты любишь? Я слышала, что через месяц её муж посетит нашу страну, и думаю, они по полной оторвутся, навёрстывая долгую разлуку. Что же ты сделаешь? — Она отодвинулась, — хотя о чём я? Ты никто, а потому останется только терпеть и с умным видом рассуждать о том, как тебе неинтересна власть. — Она хмыкнула, — ты там сегодня любезничал с Ватанабэ. Ну так знай, что скоро ей тоже найдут достойного мужа, который будет делать с ней всё, что захочет, а потом настанет Айки черёд, и ты снова ничего не сможешь с этим сделать.

— Мрачная перспектива, — хмыкнул в ответ, а потом провёл под носом, чтобы незаметно смахнуть каплю крови, — только ты забыла в этот список включить себя и то, как я буду страдать, зная, что тебя имеет уже твой будущий муж. — Поток энергии, чтобы исцелить повреждения, а потом снова за дело, — ведь не могу же не начать мечтать о такой красотке, как ты. Неприступная принцесса, что легко играет чужими чувствами и регулярно пополняет свою коллекцию сердец, которые были брошены к её ногам.

Разозлилась Кира ещё больше. Вон как глазами сверкает, и температура в машине начала падать. Ещё немного дожать, и метеорологов можно будет выгонять с работы, потому как накроет один, конкретно этот, район столицы лютой, незапланированной бурей.

Когда она сказала Астафьеву, что ногти её были особенностью силы, то не соврала, но только отчасти. Стоило девушке хоть немного выпустить энергии, как они становились крепче стали, но это был всего лишь побочный эффект, основное же направление аспекта Карины являлись погодные явления в самых их худших проявлениях. Пусть сила не быстрая, мгновенного применения не получалось, но если же дать ей чуть-чуть времени, то будет беда. Если понижение температуры, то сразу до лютого мороза, если же поднятие, то вскипишь в прямом смысле слова, дождь, значит, вода стеной, грозища и ветер по типу урагана. Короче, затейница она ещё та, притом перешагнувшая средний рубеж и, подозреваю, что вплотную подобралась к мастеру.

— Смотри, не лопни от злости, а лучше вот о чём подумай. Ты вообще не в моём вкусе — пар изо рта пошёл. Ладно, ещё немного — и я сдам тебя с потрохами, если раскроешь наше с тобой здесь нахождение.

— Урод, — выдохнула Воронцова.

— Ещё какой и постоянно совершенствуюсь, — подмигнул, — ладно, сама сиди тут, мёрзни или жарься, на своё усмотрение, а я пойду перекусить куплю. Видел, когда проезжали, круглосуточный магазин, — с этими словами вылез из машины и захлопнул дверь. Эта дурочка прошла по краю…

* * *

Карина досадливо цыкнула. Морозов умудрился задеть её не только достаточно спокойной реакцией на провокацию, она рассчитывала совсем на другое, но и словами, хотя силу она выпустила специально.

— Хм, совершенствуется он, — досадливо мотнула головой девушка, а потом откинулась на спинку сиденья и слегка улыбнулась, — крепкий орешек.

На самом деле Воронцова не была злой, заносчивой или, тем более, избалованной. В её семье такое не приветствовалось. Её мать была и остаётся сторонницей строгости, дисциплины в воспитании детей. Девушка в полной мере прочувствовала в своё время эту черту характера своей матери, а потому нет, нельзя Карину назвать избалованной.

Хитрая, в чём-то жестокая, до крайности целеустремлённая, ставящая перед собой цель, а потом стремящаяся достичь её любыми способами. Опасная в своём стремлении стать сильней и выше остальных.

Никто не знал, кроме её семьи, что она каждый день изнуряет себя тренировками, работает с силой, стремясь достичь ступени мастера и войти в тот список людей государства, с которыми считаются, прислушиваются и подчиняются.

Свой клан и она во главе. Достойная цель для молодой девушки из семьи, которая пусть и была богата, влиятельна, но по факту не имела той власти, что концентрировалась в руках старых кланов, а потому смотревших на Воронцовых всегда слегка снисходительно, прекрасно понимая зыбкость положения влиятельного чиновника. Сегодня ты глава Б. К. Р., а завтра впал в немилость титана и летишь на самое дно, где тебя вместе с семьё разорвут на части все те, кто ещё вчера улыбались.

Кира этого не хотела, а потому даже не думала связывать свою судьбу навсегда с Бюро. Набраться опыта? Сколько угодно. Обзавестись связями или накопить компромат на будущих соперников? Обязательно.

Все её действия, решения и поступки диктовались только этим. Слова же Морозова о собираемой ей коллекции разбитых сердец не совсем были тем, чем казались. Просто девушка искала и перебирала среди своего окружения того, кто разделит с ней её устремление, того, кто будет таким же целеустремлённым во всём и если станет даже не парой, то хотя бы союзником. Пока ей не везло.

Далеко не во всех семьях воспитывали детей так же, как у неё, а потому среди золотых, как их называл Александр, было реально много избалованных придурков, которые свято верили, что им все должны просто по праву рождения, и вот как только Кира понимала, что очередной кавалер из этой категории, то тут же рвала отношения, иногда довольно жёстко. Потому репутация за ней закрепилась крайне неоднозначная, как о холодной, хитрой стерве, что, несмотря на красивое личико и добрую улыбку, может легко растоптать и унизить просто за косой взгляд.

Что же её напарник? Зачем она его провоцирует и не оставит парня в покое? Огромный потенциал, который она чувствует в нём, не даёт девушке покоя и буквально заставляет совершать не всегда правильные поступки. Даже сейчас. Кира не собиралась доводить всё до конфликта, а просто хотела его немного расшевелить, но получилось то, что получилось.

Её буквально бесит его пофигизм при таких возможностях. Единственный, наверное, универсал, который не был слабаком на её памяти. Умудрившийся выжить, а потом пробудить в себе уникальный аспект, связанный каким-то образом с одним из сильнейших кланов страны, полностью наплевал на великолепные перспективы, открытые перед ним.

Да, он учится, тренируется, растёт в силе, отец не отказывает девушке в возможности почитать отчёты о Морозове, и она знает многое о его жизни, но и только. Блин, девка, которая живёт в его доме, и то старается подняться над тем уровнем, на котором они сейчас находятся. Открыла компанию, работает и вполне успешно, раз за такое небольшое время смогла уже вырасти до того, что пришлось нанимать сотрудников. Притом Кира была уверенна, что её напарник к работе этой Алёны не имел никакого отношения и просто жил с ней в одном доме, скорей всего спал в одной кровати, но и только.

Блондинка вздохнула. Она давно бы уже поставила крест на напарнике при таких раскладах, если бы не одно но. Маленький червячок сомнения, который грыз её всегда, когда она задумывалась о нём. А что если это обман? Что если всё-то, что видят она и остальные, просто маска и ширма, за которой скрывается совсем другое? Ведь если это так, то… Холодок опасности пробежал по спине Киры. Отказаться или рискнуть?…

Пассажирская дверь резко открылась, а потом на сиденье плюхнулся тот, кто занимал слишком много мыслей в её голове.

— На, кофе и пирожок. Кофе дрянь, конечно, но пирог топовый, тёплый и с картошечкой. Вещь! — Александр просто пихнул в руки девушки стаканчик с напитком и завёрнутую в салфетку выпечку.

Девушка осторожно сделала глоток, обычный растворимый кофе, а потом откусила немного от пирога. Напарник оказался прав, оказалось вкусно.

— Спасибо, — поблагодарила Кира.

— Ага, — кивнул он, а потом посмотрел на дом. — Чего там, всё спокойно?

— Тихо, — кивнула девушка. — Мне вообще кажется, что куратор отправил нас сюда просто так, чтобы под ногами не мешались.

— Не исключено, а потому предлагаю прогуляться, когда доешь. Осмотрим тут всё, и если ничего не найдём, то завалимся спокойно спать до утра. Он быстро пошарил по сиденью, оглянулся назад, а потом сказал: — Сиденья откинем и спать, место позволяет, а то меня как-то не вдохновляет пялиться на пустой дом. Как план? — посмотрел Александр на девушку, которая заметила кривую ухмылку и хитрый взгляд.

— Подходит, — кивнула она, приняв решение…