Кира задумчиво смотрела на экран смартфона. Разговор с отцом вышел немного странным.
Нет, он был приветлив и больше не напоминал ей об ошибке, но и на новость о странной бабке сверхе не отреагировал почти никак. Лёгкое любопытство и всё, словно его мысли были заняты сейчас совсем другим. Ещё один момент. Отец почти приказал не возвращаться раньше времени, но особенно смотреть за напарником и если что-то случится или ей просто покажется странным, то немедленно сообщить ему. Кроме этого, случись такое, то девушке надо будет не только сообщить, но и скрыться от него как можно скорее.
— Что там случилось? — прошептала она.
— Где случилось? — послышалось из двери ванной.
Морозов как раз вышел оттуда, вытирая голову одним полотенцем, а замотан был в другое.
— В столице, — посмотрела на него Кира, на секунду задержав взгляд на торсе парня. — Отец был странным.
— Ну, у него наверняка куча забот, — пожал Александр плечами. — Работа такая. Лучше скажи, он ничего не говорил, долго нам ещё тут мариноваться или нет?
— Ничего, — взгляд девушки постоянно соскальзывал с лица парня немного ниже. — Ты, может, оденешься?
— Обязательно, как только ты выйдешь, — но тут он хитро ухмыльнулся и добавил: — Или ты желаешь понаблюдать?
— Больно надо, — отмахнулась Кира, после чего вышла из спальни, но в последний момент всё-таки украдкой бросила ещё один взгляд на парня. Сложен тот был очень хорошо.
Мы торчали тут уже почти две недели, и кроме того дела с отелем ничего интересного больше не было. Маньяка поймали без нас сами местные. Им оказался работник одного из отелей. Он высматривал своих жертв среди одиноких туристок, а когда находил подходящую, то… Короче, находили их не сразу, а когда находили, не сразу могли установить личность жертвы. Слишком уж тот уродовал несчастных.
Всё остальное было настолько мелким и незначительным, что шевелиться ради этого не было никакого желания. Тоска.
Чем же мы занимались? Гуляли, ходили по заведениям, туристическим местам и проводили время на пляже. Мило, красиво, а ещё очень скучно. Если бы я был здесь с Алёной, то ещё могли бы найтись интересные варианты, но с Воронцовой…
Девушка после случая в отеле Молотовых сначала была насторожена, потом сделала несколько попыток поговорить о случившемся с ней в прошлом, но я это пресёк. Её прошлое меня не интересовало нисколько. Своего хватало.
Стоило Кире успокоиться в этом плане, как она кинулась в другую крайность, попытавшись сблизиться, и если бы я захотел, то без особых усилий мог оказаться в её постели, но нет. Пока нет. Не время или не так быстро, если оно вообще наступит.
— Чем займёмся? — спросил, когда оделся и вышел в гостиную. — У меня идей больше нет. Возвращаться назад мы не можем, приказа нет. Дел тут особых для нас тоже нет, а шататься по второму кругу по местным приметным местам надоело. Про пляж вообще молчу. Отгонять от тебя желающих посмотреть, что скрывает твой купальник, было прикольно первые пару раз. Сейчас у меня крепнет желание оторвать просто несколько голов, чтобы все запомнили, а это, сама понимаешь, — покрутил неопределённо рукой в воздухе, — так себе идея.
— Ревнуешь? — хмыкнула Воронцова. — Я говорила, что влюбишься.
— Мечтай. — отмахнулся от этого утверждения. — Легенда есть легенда, какой бы дурацкой она ни была. Для всех ты моя жена, а потому даже не мечтай закрутить интрижку на стороне, пока в таком статусе.
Кира рассмеялась, а потом потянулась, как кошка.
— А сам? Даже сейчас смотришь, — девушка провела руками по себе сверху вниз, — наверняка хочешь узнать, что под ним.
— Не усложняй, Воронцова, — не стал отрицать очевидного, — можешь пожалеть потом.
— Почему же? Ты красивый, перспективный и сильный. Думаю, отец будет не против.
— Ты тоже ничего так, — не поддержал её игривый тон. — Займёмся чем?
— А пошли по магазинам? — предложила девушка. — Купим что-нибудь, раз уж Бюро платит. Тебя приоденем, а то пара твоих футболок мне уже надоели, а ещё шорты и одни штаны, и…
— Ладно, я понял, — остановил поток критики, — и вообще, мне хватает.
— А мне нет, потому пошли завтракать и вперёд, за покупками…
— Посмотри, милый. Правда чудесная вещица?
Это была ошибка. Идти с девушкой по магазинам, да ещё когда у неё есть деньги на них, глупость эпических масштабов.
Воронцова словно отключила мозг и порхала из одного бутика в другой. Платья, юбки, блузки, футболки и ещё много всего, что было ей перемеряно, слились для меня в бесконечный поток шмотья. Только ладно бы она не трогала меня в этот момент, но нет. Всё, что Кира надела на себя, было представлено на оценку, чтобы я сказал своё мнение.
Первые пару часов ещё держался, а потом начал тихо звереть, но недооценивать её не стоило. Воронцова очень чётко почувствовала момент, когда у меня осталась капля терпения. Что же сделала девчонка? Завернула в магазин с купальниками.
Дело пошло веселей. Фигурка у Кира была что надо, а наглости её не занимать, потому без всякого стеснения демонстрация продолжилась. Синие, белые, красные… Раздельные и слитные… Закрывали почти всё и… Открытые. Да. Если прилично сказать, то просто открытые.
В купальниках мы проторчали ещё пару часов, а потом всё-таки был обед, но вот после него… Платья, про которые она сказала, что рассчитывает найти себе на вечер.
— А что вечером?
— Хочу сегодня ужин в красивом месте, — мечтательно зажмурилась девушка, — тихая музыка, вкусная еда и неспешная беседа с приятным человеком.
— А, ну тогда ладно, иди, — ответил её в тот момент, — я посплю в этот момент.
— Морозов, — наставила на меня пальчик, — в роли приятного человека выступаешь ты, и нет, — быстро перебила она меня, — отказы не принимаются. Не так много я прошу.
Будь мне в тот момент нужно, то спокойно бы послал напарницу, но дел не было, потому сдался, и походы по магазинам продолжились.
Платье было куплено, а к нему туфли, сумочка и ещё что-то, что девушка долго выбирала в магазине нижнего белья. Туда меня брать она не стала. Просто обозначила, что я свободен на пару часов, и настояла, что это время я потрачу на покупку хоть чего-то приличного, отличного от моей повседневной одежды.
Два часа? Угу. Я справился за тридцать минут, а остальное время провёл за столиком в кафе, которое было напротив выбранного Кирой бутика. Успел плотно перекусить ещё раз, посмотреть все новости в открытых источниках, потом новости в закрытых источниках и составил примерную картину происходящего в столице. Причин нервозности отца Киры не нашёл, но догадывался, в чём она.
— Всё, я готова, — появилась передо мной Воронцова в белом облегающем платье с открытой спиной, смелым декольте и длинным подолом до самого пола, хотя девушка сделала маленький шажок, который открыл разрез до середины бедра, — Как тебе?
Я ждал на диване в гостиной, а на вопрос просто покрутил пальцем. Она всё поняла и легко крутанулась вокруг себя.
— Красиво, — признал очевидное.
Воронцова выглядела великолепно и на все сто подтверждала статус одной из самых красивых девушек Академии.
— Ты тоже ничего, — получил я благосклонный кивок, — Пошли. Я заказала столик в чудесном месте.
Место она выбрала и правда красивое. Ресторан находился на берегу моря в уединённом месте и имел открытую террасу с видом на волны с одной стороны, а с другой — склоны гор. Кроме того, интерьер ресторана был выполнен в спокойных тонах, что настраивало вместе с видом на неспешную, размеренную беседу.
— Ты скажешь что-нибудь? — спросила Кира, когда мы сделали заказ.
— У тебя получилось найти чудесное место, Кира, — откинулся я на спинку стула и посмотрел на волны, звук которых долетал до нас без труда, — Это то, что нужно.
— Надо же, — слегка приподнялась бровь, — я думала, ты как всегда отшутишься.
Я не ответил. В груди разгоралось ощущение скорых перемен. Что это будет и как, я не знал наверняка, но сегодня будет знак, который прервёт моё тут нахождение, после чего наконец-то ещё один шаг к развязке будет сделан.
— Ты меня не слушаешь.
— Прости, ответил ей, задумался.
— О чём? Или, может, о ком-то?
— Вообще, получила она ответ, обо всём и ни о чём. Не могу дозвониться до Алёны.
— Может, она чем-то занята и не может говорить, я заметил лёгкую гримасу, которая, впрочем, быстро пропала, или не хочет. Кстати, неприлично на свидании с девушкой говорить о другой.
— А ты упряма, не мог не улыбнуться.
— Азарт охотника, поддержала тон беседы девушка. Не может такого быть, чтобы кто-то не начал сохнуть по такой замечательной мне!
Я рассмеялся, а через минуту прыснула смехом Воронцова. Неловкость, что возникла при упоминании Алёны, прошла.
— А неплохо выглядит, нам как раз принесли наш заказ, нус, приступим. Приятного нам аппетита.
— Ага, кивнула девушка, беря нож и вилку. Мы оба заказали мясо.
Кухня этого места не уступила и оказалась очень хорошей. Мясо было нежным, соус вкусным, а салат прекрасно всё дополнял. Даже вино оказалось очень кстати и приятно смывало остроту соуса. Мне понравилось.
— Очень вкусно, а у тебя? Спросил Киру. Она ещё не доела.
— Согласна, кивнула девушка, хочешь попробовать?
— Почему нет?
Её мясо оказалось более сладким и нежным, но тоже понравилось. Я даже на мгновение захотел заказать себе ещё такого же, как у неё, но передумал. Во всём должна быть мера.
Дальше разговор потёк неторопливо на самые разные темы. Почти без попыток задеть друг друга и не переходя границы некоторых тем. Только то, что касалось нас обоих. Работа, учёба, общие знакомые и разные события. Даже вспомнили недавнее дело в отеле, в основном занятный интерьер их комнат. Впечатление они производили, хотя, возможно, так и надо, чтобы постояльцы запоминали, рассказывали другим и те тоже ехали, чтобы посмотреть сами. После нахождения той тётки разная чертовщина закончится или, если Молотов не затупил, то примет более лёгкую форму.
Кстати, любопытный аспект мне достался от неё. Возможности испытать его на полную мне не представилось, но парочку раз я к нему обратился, чтобы просто посмотреть на реакцию силы во мне и вокруг. Интересный эффект.
— Потанцуем? — предложил я Воронцовой, когда на небольшой сцене появились музыканты и заиграли медленную мелодию. На площадку перед ними уже начали выходить некоторые пары.
— Я думала, не пригласишь, — грациозно поднялась девушка из-за стола и протянула руку.
Музыка была приятной и лёгкой. Девушка в моих руках красива и прижималась чуть больше, чем принято в таких случаях, но я не был против, тем более мне самому приходилось прилагать усилие, чтобы ладонь оставалась на её талии, а не соскальзывала вниз.
— Хороший вечер, — сказала Кира, когда танец закончился.
Её лицо было слишком близко, а губы такими манящими, что всё-таки не удержался и слегка коснулся их своими в лёгком поцелуе. Она не отстранилась, только довольная улыбка мелькнула так быстро, что если бы я не ждал чего-то подобного, то мог бы не заметить. Только плевать.
— Поедем? — предложила она.
— Я не против, — не отказался.
В такси, которое забрало нас из ресторана, голова девушки опустилась мне на плечо и не поднималась, пока мы не приехали. Даже пока шли по холлу отеля, поднимались в лифте, Кира не отпускала мою руку, словно мы не фальшивые молодожёны, а самые настоящие. Девчонка, видимо, решила добиться своего.
— Мне понравился вечер, — сказала она, когда мы оказались в номере.
— Мне тоже, — кивнул в ответ, после чего прошёл к бару номера и плеснул себе что-то покрепче, чем вино. Захотелось. — Спокойной ночи, дорогая.
— Спокойной ночи, — она хотела что-то сказать ещё, но, плюс ей, не стала. Девушка молча развернулась и скрылась за дверьми спальни, хлопнув ими немного сильнее, чем надо было.
Я хмыкнул. Всё-таки её характер вырвался в последний момент.
Выйдя на балкон, глубоко вздохнул, после чего сделал глоток из стакана. Спиртное маленьким пламенем покатилось по моему горлу, обжигая и одновременно даря лёгкое спокойствие. Строить планы, просчитывать шаги, а потом идти по ним заставляют нервы постоянно быть как натянутые канаты, которые могут лопнуть от любого резкого движения.
Сложно сознательно рисковать дорогими людьми, страшно отправлять их с минимальными шансами на удачу, но по-другому… По-другому никак.
Иногда я сам себе кажусь монстром, который заслуживает сдохнуть где-нибудь в канаве, как помойный пёс, но, вспоминая то, зачем всё это начал, отгоняю от себя эти мысли. Если всё получится… Если я не ошибаюсь, то… Слишком много «если». Надеюсь, они простят меня в случае неудачи, хотя в этом случае я уже не узнаю об их отношении. Мёртвым всё равно на чувства живых.
Стакан опустел, и значит, пора возвращаться в номер, тем более меня там ждут.
Стоило мне шагнуть в комнату, как сзади ко мне прижалась хрупкая фигурка Киры, но ненадолго. Хрупкость девушек-сверхов обманчива. Резкий рывок, и вот уже я стою лицом к лицу с ней.
— Ты долго. Ответа от меня не требовалось. Требовательный, страстный и жаркий поцелуй не дал мне и слова сказать. Вкусно. Сказала Кира, когда отстранилась от меня, тяжело дыша. Что ты такое пил? Хотя не важно. Мне надоело ходить кругами, а потому пошли, и только попробуй возразить.
Возразить? Даже в мыслях сейчас этого не было. Я не говорю, что Воронцова была скорее раздета, чем одета, хотя прозрачный халатик присутствовал, но был из тех, когда делает девушку ещё больше обнажённой, чем без него, и только из-за этого не смог отказать ей. Нет. Просто осталось совсем мало времени, напряжение нарастало и могло свести меня раньше времени с ума, что будет катастрофой. Нужен мощный импульс, который перекроет тревогу, и решительность Киры была очень кстати. Сегодня её гордость заиграет красками, и охотник получит свою добычу.
В спальне горели свечи и пахло чем-то сладким, но всё это я заметил краем глаза, потому как всё внимание сейчас было сосредоточено на девушке.
Кира перестала тянуть меня за собой, остановившись у кровати и отпустив мою руку. Она повернулась ко мне. Глаза блестели, на щеках проступал румянец. Она хотела продолжения, но всё-таки позволила мне принять решение. Согласиться или отказаться?
Шаг ближе, потянуть за концы пояса, чтобы узел на нём распался, и в следующий миг халат соскользнул с плеч, открывая то, что и так было не сильно прикрыто.
Она красива. Безупречная, гладкая кожа, покрытая ровным загаром, словно молочный шоколад. Тонкая талия, спортивный животик и высокая, упругая грудь. Вся она могла свести с ума любого, но сейчас ей был нужен только я.
Поцелуй. Страстный, без стеснения. Он захватил нас сразу, словно путника, который долгое время изнывал от жажды и наконец-то дорвался до источника воды. Пить, снова и снова, до тех пор, пока сам не упадёшь без сил или источник не иссякнет, но это у воображаемого путника. Нам же хотелось продлить удовольствие как можно дольше.
Без одежды я оказался так быстро, что особо не заметил, когда и кто её снял. Я? Кира? Какая разница кто, если теперь мы могли касаться друг друга без лишних препятствий.
Ласки, поцелуи, сладкие стоны и страстный шёпот не давал остановиться, заставляя продолжать древний танец мужчины и женщины, когда для них ничего и никого не существует в этот момент. Только он и она, как одно целое…
— Уже светает. Голова Киры лежала на моей груди, а пальчик её рисовал бессмысленные узоры на моей коже, путешествуя по телу.
— Пусть, нам пока некуда торопиться. Соврал ей.
— Я ужасно жалею, что не соблазнила тебя раньше. Лёгкий поцелуй. Столько времени было потеряно.
— Время нельзя потерять, принцесса. Моя рука медленно гладила спину девушки, отчего по её коже бегали мурашки, но она не протестовала. Скорее наоборот, прижималась ещё сильней. Оно всегда с нами.
— Скажи. Голос у неё прозвучал странно. У тебя всё серьёзно с… Ну…
— С Алёной? Я понял, о чём спрашивала Кира, и мне стало немного жаль амбициозную девчонку. Её планам было не суждено сбыться, потому как события понеслись. Погоди, по-моему, звонит телефон, притом не первый раз. Раньше тоже жужжал.
— Ты умудрился заметить даже когда мы…? Улыбнулась Кира. С ума сойти. Мне точно было не до звонков в этот момент.
— Надо ответить, а то мало ли. Может, что-то важное. Поднялся я с кровати, после чего нашёл свои брюки и вытащил из кармана продолжавший надрываться в беззвучном крике смартфон. Странно.
— Что такое?
— Мне соседка трезвонит. Она живёт в паре домов от меня. Молоко продаёт, продукты и прочее. Ответил ей, после чего ответил на звонок. Слушаю…
Кира недовольно скривилась, но постаралась скрыть это. Мало ей было этой Алёны, так ещё одна появилась, но у неё ещё есть время, чтобы привязать к себе этого парня как можно сильнее, тем более он превзошёл все её ожидания даже в постели. Такого она ещё точно никогда не испытывала никогда, и даже сейчас, просто вспоминая, по её телу прокатывается приятная истома, как бы намекая, что совсем не против ещё одного раунда. Точно, сейчас он закончит говорить, и она сделает так, чтобы на ближайший час или, если повезёт, то и на два, он забудет обо всех, кроме неё. Так и будет.
— Ну что там? Вынырнула Воронцова из своих мыслей и спросила парня. Он продолжал стоять к ней спиной, хотя она слышала, что звонок прервался. Саша? Что…
— Собирайся. Перебил он её, и все сладкие мысли из прелестной головки девушки вылетели со скоростью пули, потому как голос напарника стал другим. Таким, который ей уже приходилось однажды слышать, и повторения она не хотела. Мы возвращаемся.
Хруст куска пластика, который раньше был смартфоном, прозвучал как выстрел и заставил её вздрогнуть, но Кира смогла взять себя в руки, загнав страх глубоко внутрь, хотя это было трудно. Находиться в одной комнате с разозлившимся бесом было из тех удовольствий, которые адекватные люди стараются избегать любыми способами.
— Что случилось? — смогла она выдавить.
— Алёну убили, — очень тихо ответил парень, — у тебя полчаса, — а потом стремительно вышел из спальни.
Кира сглотнула, но не стала просто терять время. Девушка заметалась по комнате, собирая вещи, но как бы мало ни было времени, она смогла выкроить минуту, чтобы написать сообщение отцу: «Убили Алёну. Он с трудом себя сдерживает, потому встречайте…»
— У вас проблемы, Григорий Михайлович, — сказал Воронцов, быстрым шагом заходя в кабинет Романова.
— И тебе доброе утро, — ответил ему глава клана, откладывая бумаги в сторону. Несмотря на ранний час, он уже работал, и визит главы Бюро был неожиданным.
— Спорное утверждение, — отец Киры сел без приглашения в кресло напротив хозяина кабинета, посмотрел по сторонам. Его взгляд остановился на кружке с кофе Романова, он минуту подумал, но, видимо, решил до конца не наглеть. — Мальчишке сообщили про его девку, и он на всех порах несётся в столицу.
Романов поморщился. Новость была совсем не ко времени.
— Кто ему сообщил? Мы же договорились, что пока тут всё не утихнет, пока не пройдёт помолвка Инги, мальчишку надо убрать из столицы из-за Елены.
— Если ты думаешь, что тут наша вина, то ошибаешься, — и не подумал уступать Воронцов, — когда дом взорвали, мы наблюдение сняли, так как наблюдать стало не за кем. Кроме того, я услал его подальше со своей дочерью и приказал не возвращаться, пока не исправятся, благо Кира умудрилась так вляпаться. Так что со своей стороны сделал всё, а вот кто прошляпил возвращение соседки, которая уже как месяц гостила у сестры своего мужа, не мои проблемы. В отчётах о их контактах информация была, дальше ваше дело. Подтирать сопли кланам не забота Бюро. Понятно объяснил?
Романов скрипнул зубами, но возразить ему было нечего. Воронцов был в подчинении у титана, как и вся его контора, а потому класть они хотели на всех, и это ещё повезло, что хоть в малом пошли на сотрудничество. В обычное время от них можно было получить только неприятности.
— Как же не вовремя, — он встал и прошёл по кабинету, — хотя бы кто напал на его дом удалось установить на сто процентов?
— Нет, — развёл руками Воронцов, — наёмники. Профессиональная команда. Работают на тех, кто платит.
— Значит, есть вероятность, что мальчишка сорвётся с катушек и рванёт к Демидовым? Твоя дочь что говорит?
— Она написала, что ей страшно и парень еле сдерживается, а на кого он прыгнет, тот тут гадать не надо. У него с твоими будущими родственниками давние и тёплые отношения.
— Твою мать! — выругался Романов.
— А что, если его отдать Елене? — неожиданно предложил отец Киры. — Пусть она с ним возится, окружает заботой и пудрит мозги, хотя бы какое-то время. Глядишь, такие для него новости заставят переключить голову в другую сторону, а вы успеете обстряпать свои дела. Как?
Григорий Михайлович резко остановился, задумался, а потом подозрительно уставился на Воронцова.
— Дельная мысль, но с чего вдруг ты её озвучил? Это же не твоя проблема?
— Не моя, да не совсем. Никому не нужен спятивший бес с тёмным аспектом в городе. — Воронцов прикинул что-то, а потом добавил: — Дело с фабрикой кристалов. Помнишь?
— На память не жалуюсь.
— В отчёте мальчишки говориться, что она взлетела на воздух от самоподрыва, но это не совсем так. Мы смогли точно установить, что когда заряды сработали, там уже и так ничего не было. Замеры силы показали очень мощный выброс тёмного аспекта минут за двадцать до взрыва.
— Так это же… — не договорил Романов, после чего рывком ослабил галстук.
— Вот и я говорю. Пусть им занимается твоя дочь, Григорий Михайлович.
— Так и сделаем, — решительно кивнул Романов, после чего достал телефон и набрал номер…
Воронцов дождался, когда его машина отъедет от резиденции Романовых, после чего из специальной скрытой ниши вынул самый простой, древний мобильник, в котором был вбит один единственный номер, и, выдохнув, нажал вызов.
— «Говори» — послышалось из трубки, но этого хватило, чтобы у главы Бюро в буквальном смысле слова встали волосы дыбом.
— Я убедил его сделать так, как вы велели. Он уже сообщил Елене.
— «Хорошо. Пусть девочка порадуется, а ты молодец, я доволен».
— Моя жизнь ваша, господин!
— «Помни об этом» — вызов прервался…
Аристарх Венедиктович остановил машину и, особо не задерживаясь за рулём, вышел. Старик был готов, аспект активирован, и вообще, давно ему не приходилось быть в состоянии, когда он не мог с уверенностью сказать, чем закончится встреча. Слишком непредсказуем был его нынешний собеседник.
Мужчина сделал пару шагов и остановился. Прерывать сверха с тёмным аспектом, когда от того медленно ползёт чернота, дураков не было.
Морозов стоял к нему спиной, а перед ним были руины его дома или, вернее, то, что когда-то были ими. Сейчас участок и остатки строений быстро поглощала его тьма, стирая всё.
— Ты можешь меня попробовать остановить, старик, — донеслось от парня.
— У меня не было такого приказа, Александр, потому, если ты не против, то я просто подожду, когда ты закончишь, — Аристарх говорил спокойно. С такими опасными бесами никогда не знаешь, что их может спровоцировать.
— Спасибо, — получил он ответ, — не хочу, чтобы кто-то тут ходил по руинам, оскверняя место гибели Алёны. Потому я сотру это место.
Старик кивнул, хотя парень не мог видеть его ответа, он был уверен, что тот знает.
Очень скоро на месте руин остался идеально ровный пустырь из почерневшей земли, без намёка на остатки строений, растений или вообще чего-либо. Идеально ровный, пустой круг, где ничего не было и ещё долго не будет. После тёмного аспекта трава не растёт, животные там не ходят, да и соседи из домов рядом, скорей всего, скоро переедут. Жизнь уйдёт из этого места.
— Говорите, профессор. Кто вас послал и что передал?
Аристарх Венедиктович попытался прочитать хоть что-то по лицу парня, но сейчас был редкий случай, когда ничего не получилось. Бледная маска с тёмными кругами под глазами была холодна и спокойна. Бес держал себя в руках, пусть давалось ему непросто, но он пока справлялся.
— Во-первых, меня просили передать, что Бюро не имеет к тебе претензий за твоего куратора. Астафьев жив и находится в больнице, где им занимаются целители и скоро поставят его на ноги, — старик подождал реакции, но её не было, — во-вторых, тебя приглашают на встречу. Я говорю приглашают, и это именно так, Саша. Если ты откажешься, то я просто уеду и всё.
А вот сейчас реакция была, после чего старик напрягся ещё больше. Мимолётное, быстрое в глазах на слове «уеду» мелькнуло и пропало. Он уедет, только если ему позволят.
— Хм, — усмехнулся Морозов, — Елене сделали послабление и позволили встретиться со своим сыном? Это будет занятно, — воздух как-то поплыл, а Александр оказался рядом с машиной, — поехали, профессор. Нельзя разочаровывать женщину, тем более ту, которая меня родила.
Старик сглотнул. Александр знал намного больше, чем они думали, но мало того, он чётко дал понять, что Елена для него никто. Женщина, которая родила всего лишь, но никак не мать.