Серж с Раной и Симоном ушли, а мы с девочками уселись на скамейки возле потухшего костра, где обычно завтракали и ужинали. Вскоре над лагерем пронеслись черные точки — всадники на грифонах. Буквально через пару минут над тем самым квадратом, где мы только что перебили дозор, прогремели тяжелые взрывы алхимических бомб. Командование как обычно не пожалело весь квадрат. Имело смысл: вулканцы явно сменили тактику. Разбив свои силы на мелкие, рассредоточенные группы, они могли просочиться мимо нас. То, что мы уничтожили один отряд, не означало, что рядом нет других.
Пока девочки смотрят на зарево пожаров, я смотрю показатели.
[Путь: ГОНЕЦ] — [Стадия 2: «Нашел ритм»]
Активные каналы: 11 из 100
Прогресс до стадии 3: 30%
Прогресс подрос неслабо, а нового навыка Система не подбросила. Всё логично: для меня этот бой не был испытанием на грани жизни и смерти, я просто расстрелял врагов издалека. Вся тяжесть ситуации и стресс достались Лине с Ритой. Блондинка вроде держится неплохо, Кира тоже молодец, а вот брюнетка приуныла что-то.
В лагере, пока нас не погнали на новый патруль, я попросил Риту покормить Батона. Ей нужно было отвлечься после того, как она едва не погибла, а зоотерапия в виде теплого, вечно жующего лосенка работала безотказно.
Сам же я решил навестить старых знакомых. После бомбардировки в ставку начали возвращаться и другие группы разведчиков. Тимур тут же увязался следом:
— Я с тобой, предводитель. А то тут тоска смертная.
Найти лагерь моих бывших подчиненных не составило ни малейшего труда — это было, пожалуй, самое шумное и дикое место во всей ставке. Над стоянкой висел густой трехэтажный мат, кто-то с кем-то уже на повышенных тонах делил добычу, но до откровенной поножовщины дело пока, к счастью, не доходило.
Горцы Сива разбили свои походные шатры чуть на отшибе от остальных наемничьих отрядов, у самой кромки леса. Видимо, даже для прожженных и привычных ко всему наемников эти ребята оказались слишком уж отбитыми.
Сив как раз сидел у костра, уплетая кашу и параллельно кроя матом кого-то из своих воинов. Заметив меня, вождь тут же расплылся в щербатой улыбке:
— О, предводитель Леон! Садись, брат, нам как раз жратву выдали!
— И как вам служба Короне? — усмехнулся я, пока Тимур настороженно озирался, держа руку рядом от рукояти ножа.
— Спрашиваешь! — хохотнул Сив. — Нас тут кормят от пуза каждый день, да еще и по два раза! Замечательно! Будешь кашу?
— Я по делу, Сив, — я понизил голос. — Тот наемник Горд. Я хочу знать, если он снова попытается нанять тебя, чтобы убрать меня или госпожу Линарию.
Сив хмыкнул и отложил ложку.
— Так уже. Он мне даже аванс кинул — десять медяков. За то, чтобы я сегодня ночью помог ему пустить тебя и какую-то девчонку в расход.
Значит, этот Горд где-то здесь, в лагере.
— И что ты собираешься делать? — прищурился я.
— Медь я, конечно, взял, — оскалился вождь. — Но я же не дурак идти против тебя. Я прекрасно помню, как ваш мастер раскидывал моих людей. Сталкиваться с ним я не собираюсь.
— Отлично. Тогда я нанимаю тебя за серебряный, чтобы ты сдал его мне.
— Серебряный? Ну давай! — протянул он лапищу.
— После дела получишь, — отмахиваюсь. — Или найду других исполнителей.
— Ну ладно, ладно, не прокатило поторговаться, — добродушно рассмеялся Сив. — Договорились.
Ударив по рукам, мы распрощались. Оставив стоянку горцев позади, мы с Тимуром двинулись обратно в свой лагерь.
Проходя между рядами палаток, я краем глаза заметил Рану. Девушка сидела на крупном камне у входа, совсем осунувшаяся и какая-то потухшая. Судя по ее подавленному виду, чуда не произошло, и анализ крови Симона всё-таки подтвердил худшие опасения.
— Брат Лёня, брат Тимур… — тихо поздоровалась она.
— Рана, мне нужна твоя помощь. Дай мне сильное усыпляющее зелье в жидком виде.
Она подняла на меня удивленный взгляд:
— Зачем?
— Мне нужно вырубить одного опасного человека без лишнего шума.
— Мастер Серж знает?
— Пока нет, но потом я ему всё доложу. Дай зелье, я верну остатки.
Поколебавшись, Рана всё же сходила в палатку и, вернувшись, вложила мне в ладонь стеклянный фиал.
Остаток дня прошел в рутинном патрулировании равнины, куда нас снова отправили, едва пожар от взрыва подуспокоился. А за ужином Лина и Рита подсели ко мне с решительными лицами.
— Значит так, мы идем ловить твоего наемника с тобой, — безапелляционно заявила Лина. — Все вместе.
Я бросил взгляд на Тимура. Тот лишь пожал плечами:
— Ты же не говорил молчать.
Я вздохнул и сдался. В конце концов, это сплачивает команду.
Ночью я погладил спящего Батона (тот сквозь сон пожевал мой палец и захрапел дальше), тихо выбрался из палатки, и встретился в тени с ребятами. Мы бесшумно выдвинулись к заброшенным сараям на окраине лагеря, где Сив назначил встречу Горжу.
Спрятавшись за досками, мы стали свидетелями встречи. Горд — тот самый наемник, что следил за мной в первый день, — стоял напротив Сива. Я быстро вылил зелье Раны на руку и впитал его в себя.
— Ну что, пошли мочить этого сукина сына? — прорычал Горд. — И ту дрянь блондинистую заодно.
— Ага, сейчас пойдем, — кивнул Сив, покачивая своим чудовищным боевым молотом.
А затем вождь без предупреждения с размаху впечатал молот прямо в затылок наемнику. Горд отлетел в сторону… и тут же вскочил на ноги! По его затылку хлестала кровь, но этот парень оказался невероятно крепким.
— Ты че, охренел, дикарь⁈ — взревел Горд, выхватывая меч. Эффект неожиданности был утерян.
Действовать нужно было мгновенно. Я выскочил из укрытия, шепнув друзьям:
— Ждите.
Оказавшись перед опешившим наемником, я активировал [Синешейный выдох].
Зелье вышло из моей шеи, превратилась в густое облако газа и ударило Горду прямо в лицо. Тот успел лишь вдохнуть и крикнуть «Ты!..», как его глаза закатились, а ноги подкосились.
— Сив, бей! — скомандовал я.
— С радостью! — рявкнул горец и опустил молот на спину оседающего Горда. Наемник рухнул лицом в грязь и окончательно вырубился.
— Стой! Не убивать! — резко скомандовал я. Сив, который уже успел занести молот над головой бессознательного Горда, чтобы размозжить ему череп, с сожалением опустил оружие.
— Живым он нам нужнее, — объяснил я и бросил вождю монету. — Вот твой серебряный. Спасибо за отличную работу. Поможешь дотащить эту тушу до нашего лагеря?
— Отчего ж не помочь хорошему человеку? — философски хмыкнул Сив. Он ловко поймал монету, спрятал ее за пазуху и, крякнув, без видимых усилий закинул наемника себе на плечо.
В этот момент из-за сараев, покинув свое укрытие, вышли девчонки с парнями.
— Да уж… Охренеть как мы тебе помогли в засаде, — задумчиво и слегка саркастично протянула Рита, глядя на поверженного врага.
— Ничего, не в этот раз, так в следующий, — улыбнулся я. — Главное, что все целы. Пошли обратно.
Обратно мы шли уже не скрываясь. И едва мы пересекли границу лагеря Гонцов, как из темноты, словно из-под земли, выросла высокая фигура мастера Сержа.
— Для кого был отбой, Новики? — ледяным тоном поинтересовался наставник.
«Я бы хотел задать вам тот же вопрос, мастер», — мелькнуло у меня в голове, но вслух я ответил совершенно иначе.
— Мы поймали наемника, который организовал засаду горцев на наш отряд в горах и сегодня ночью планировал убить меня и Лину.
— Всё так, — подтвердила блондинка. — За исключением того, что я — Линария.
Серж перевел взгляд на Сива, стоявшего с бесчувственным Гордом на плече, затем посмотрел на нас.
— Тащи его в мой шатер, — бросил он горцу. А затем повернулся к нашему десятку: — А вы — марш по палаткам спать!
Я не стал спорить или напрашиваться на участие в допросе. В конце концов, у мастера Сержа опыта в таких делах куда больше, да и его ментальные навыки развяжут язык наемнику куда быстрее. Я решил доверить эту работу профессионалу.
Лагерь Гонцов
Для допроса Серж позаимствовал у генеральских офицеров небольшую неприметную хибарку на краю лагеря. Сейчас внутри нее на грязном полу лежал связанный и изломанный наемник Горд. После физического и ментального допроса, который провел мастер Гильдии, Горд вырубился.
Серж вышел наружу и задумчиво посмотрел на луну. Он вытащил из головы наемника всё, что нужно. Теперь Серж знал, где скрывается наемник Жопс, отец Битча и Горда. Нужно было срочно отправить донесение Жоржу, чтобы тот нашел его, вышел на заказчика и окончательно закрыл вопрос с покушением на Новика Линарию. Пусть Гильдия разберется своими методами и накажет так, чтобы больше никто не смел охотиться на его Новиков. С Сержа и так по горло хватало вулканцев. Оставалось только решить мелкую проблему: тихо утилизировать самого Горда.
Его размышления прервал Симон. Парень подошел неслышно — отстраненный, бледный, совершенно разбитый. Серж не стал его связывать или брать под стражу сразу после того, как вскрылась правда. Несмотря на то что Симон подсел на редкий алхимический наркотик (который умудрялся обходить ментальное сканирование), он всё еще оставался сильной боевой единицей. Если вулканцы нападут на лагерь, каждый клинок будет на счету. А наказать его Гильдия всегда успеет по возвращении.
— Наставник… — глухо произнес Симон, глядя в землю. — Я виноват.
— Это я уже выяснил, — бросил Серж.
— Не только в употреблении… Я не досказал.
Серж посмотрел на Симона, и тому пришлось собраться с силами, чтобы закончить:
— Тогда, когда требовалась первая бомбардировка по разведданным Новиков Леона и Киры и я нес координаты в Серебряный Полис… Я наткнулся на купеческий обоз. У меня началась ломка. Я поссорился с купцами и… убил их наемников-охранников. Просто так. В приступе ярости.
Серж приподнял бровь. Наркомания — это одно, но бессмысленное убийство невинных — это трибунал. Ситуация в корне менялась.
— И что теперь? — холодно спросил мастер.
— Из-за меня сегодня едва не погибли Новики, с которыми я шел в дозор. Я больше не могу себя контролировать без алхимии, — голос Симона дрогнул. — Наставник, я прошу вас отправьте меня на север. На заставу «Черный Ледник». Там я смогу принести Гильдии хоть какую-то пользу напоследок. И точно не причиню вреда своим.
Серж долго смотрел на сломленного парня, обдумывая услышанное. Правильнее было бы отдать Симона под суд, но кому от этого легче?
— Хорошо, — наконец кивнул мастер. — Как заместитель Жоржа, я имею право удовлетворить эту просьбу. Завтра же отправляешься на Север. Но если я узнаю, что ты дезертировал и не достиг заставы… ты сам знаешь, что тебя ждет. Гильдия найдет тебя везде.
— Я не подведу, мастер, в этот последний раз, — тихо ответил Симон и, развернувшись, побрел в темноту. Серж молча провожал его взглядом. Он прекрасно знал, что на «Черном Леднике» долго не живут даже самые матерые ветераны. Симон сам всё понимал. Он только что выбрал для себя форму смертной казни.
Я уже почти провалился в сон. Машинально погладил Батона, но этот мелкий паршивец, вместо того чтобы спать, вдруг окончательно взбодрился и принялся наматывать круги по палатке. Пришлось со вздохом подниматься и кормить эту ненасытную обжору.
Только я снова улегся и прикрыл глаза, как снаружи раздался подозрительный шорох. Я напрягся, откинул полог и осторожно высунулся наружу.
В ночной полутьме стоял Симон.
— Я хотел сказать на прощание… — тихо начал он.
— На прощание? — я прервал его, сон как рукой сняло. — Что значит «на прощание»?
Симон посмотрел на меня:
— Ты молодец. Только зря ты сразу не сказал Сержу. Ты же видел, что я был под воздействием.
— Я привык доверять своим братьям и сестрам, — ответил я. — И доверяю до тех пор, пока они сами не растопчут это доверие. У меня были подозрения на твой счет, но улик-то не было.
Симон медленно кивнул, словно соглашаясь с собственными мыслями.
— А я вот тебе не доверял, — с горечью усмехнулся он. — И ты меня бесил. Ладно. Прощай, Бегун Леон.
Он отвернулся и шагнул в темноту. Я смотрел ему вслед, с тяжелым осадком на душе понимая: он уходит навсегда, и больше в этот лагерь уже не вернется.
— И ты прощай… — тихо бросил я ему в спину.
Проводив Симона взглядом, пока он окончательно не растворяется в ночной темноте, закрываю полог. Сна нет ни в одном глазу. Я лежу и думаю о том, что мы потеряли одного, но мои друзья здесь, и уже завтра утром нам снова предстоит разбиваться на двойки и идти разведывать квадраты. Но главное, что не дает мне покоя — то, что, заметив врага, мы не заботимся друг о друге — только о квадратах.
Терзаемый этими мыслями, я поднимаюсь и иду к Сержу. Он, как оказалось, тоже не спит. Командир сидит у своего шатра прямо на расстеленном по земле плаще и задумчиво смотрит в ночную темень.
— Что я говорил про отбой? — устало посмотрел на меня.
— Знаете, я вот о чем подумал, — негромко начинаю. — У нас ведь в группах по двое Гонцов. Когда мы находим вулканцев, второй мог бы не провожать первого в ставку, а побежать по другим секторам в поисках других Гонцов или, например, в близлежащую деревню, чтобы предупредить об опасности и скорой бомбардировке. У него будет как минимум полчаса форы до того, как Бегун из лагеря доберется до Серебряного Полиса.
Серж молчит.
— То есть ты предлагаешь рискнуть успехом всей операции? — сухо уточняет он. — Ведь у двоих Гонцов куда больше шансов, что хотя бы один из них доберется до ставки.
— Ну, тут решать вам, насколько этот риск вообще оправдан, — стою я на своем. — Просто если до ставки не сможет добежать один Гонец, потому что его перехватят, то и двое вместе вряд ли прорвутся.
Серж замолкает, обдумывая мои слова. Пауза затягивается.
— Иди спать, Новик, — наконец коротко бросает он.
Я разворачиваюсь и молча ухожу к себе.
Утро начинается с общего построения. Еще до завтрака весь поток выстраивают в ровные шеренги. Серж выходит вперед, оглядывает строй и громко объявляет:
— Теперь, когда вы засекаете вулканцев, один из вас — в зависимости от расположения сектора, где обнаружен враг, — немедленно бежит предупреждать соседние квадраты и собратьев — Гонцов. У него на это есть полчаса, затем он бежит в лагерь. И только второй, самый быстрый в паре, бежит сразу в генеральскую ставку.
Я стою в строю и буквально раздуваю щеки от распирающего меня удовольствия — он всё-таки меня послушал! Мою идею приняли. Серж, словно почувствовав это, бросает на меня короткий цепкий взгляд и командует:
— Всем завтракать — и выступать на разведку!
За завтраком ребята только и обсуждали утреннее построение. Рита, удивленно качая головой, заметила:
— Что-то на Сержа это совсем не похоже. С чего бы ему вдруг менять тактику?
Кира, сидевшая напротив, посмотрела на меня, прищурилась и с легкой улыбкой выдала:
— А я видела, Лёня, как ты сегодня ночью бродил по лагерю. И шел ты как раз в сторону палатки мастера.
Лина округлила глаза:
— Так это ты его уговорил, что ли? Да брось! Серж бы никого слушать не стал.
Я постарался сделать максимально невозмутимое лицо.
— Не знаю, — пожал плечами. — Не обязательно я его уговорил. Но, скажем так, я такую мысль вслух высказывал.
Долго рассиживаться нам не дали. Сегодня как раз была очередь нашей группы дежурить: нужно было собрать за всем потоком посуду и котел из-под каши, а затем быстро отнести всё это на полевую кухню. На всё про всё нам выделили от силы четверть часа, так что пришлось побегать. Мы управились в срок, сдали инвентарь, но времени до выхода почти не осталось.
Я лихорадочно прикидывал, как бы метнуться к палатке и покормить Батона, но понимал, что катастрофически не успеваю. Тут Рана, заметив, что я нервно топчусь на месте, махнула рукой:
— Не волнуйся, брат Лёня, иди собирайся. Я сама покормлю твоего ездового зверя.
— Спасибо, сестра!
Вскоре мы с Кирой снова выдвинулись на разведку в наш уже знакомый квадрат. Продвигались осторожно. После недавней бомбардировки камень здесь кое-где так и остался оплавленным, образуя гладкие черные наплывы, а из глубоких расщелин то и дело со свистом вырывался горячий пар от гейзеров.
Ближе к полудню мы сделали короткий привал и быстро перекусили выданными на кухне бутербродами. Только мы собрались идти дальше, как вдруг откуда-то спереди донесся подозрительный звук. Будто мелкие камушки съехали по склону под чьей-то ногой.
Мы мгновенно притихли, опустились на землю и по-пластунски поползли к краю обрыва. Впереди висел густой, обжигающий туман от гейзеров. Основная масса белесого пара поднималась вверх, поэтому у самой земли видимость была чуть лучше — именно это и позволило нам оценить обстановку. Сквозь клубящуюся пелену я четко различил характерные силуэты и тусклый блеск красных вулканских кольчуг. Отряд был большим. Я аккуратно тронул побледневшую Киру за плечо, подавая знак, и мы начали так же бесшумно отползать назад. Приложив палец к губам, я призвал ее к абсолютной тишине. Девушка коротко, сглотнув, кивнула. Слов не требовалось — мы всё обсудили еще утром, сразу после приказа Сержа. Едва отойдя на безопасное расстояние, мы переглянулись. Кира, как самая быстрая из нас двоих, сорвалась с места и побежала прямиком в генеральскую ставку.
А я, быстро прокрутив в голове карту секторов, рванул в другую сторону. Мне нужно было срочно в квадрат Лины и Риты, чтобы предупредить их об угрозе. И не только их. В этот раз вулканцы подобрались близко к границе равнины. Рядом находилась соседняя деревня, где жили шахтеры, и я понимал: если не предупредить их, они могут попасть под бомбардировку.
Я со всех ног рванул. Территория здесь огромная — пытаться прочесать весь квадрат — задача не из легких. Пришлось импровизировать. На бегу я выхватил из сумки магическое огниво, выданное нам вместо фонарика, активировал его, с силой швырнул в сторону и тут же отбежал в укрытие. Яркая вспышка должна была сработать как маяк. Риск, конечно, огромный: этот свет мог привлечь вулканцев, если таковые есть поблизости, но я надеялся, что мне повезет.
Я замер, превратившись в слух. Какое-то время стояла тишина, а затем я уловил едва заметное изменение фона — где-то неподалеку характерно посыпались мелкие камушки. Я немедленно рванул на звук. Вскоре в полумраке я разглядел настороженных Лину и Риту: они прятались за торчащим каменным валуном, частично скрытым кустарником.
— Это ты, что ли? — выдохнула Рита, заметив меня.
— Твой сигнальный огонь там горит? — тут же спросила Алина.
— Да, мой, — я быстро кивнул, переводя дыхание. — Слушайте, у нас проблемы. Вулканцы совсем рядом. Кира уже побежала в генеральскую ставку. А нам нужно срочно рвать в соседнюю деревню, она тут ближе всего, шахтеров надо предупредить.
Лина на секунду задумалась, быстро оценивая ситуацию.
— Хорошо, — решительно мотнула она головой. — Но пусть Рита тоже бежит в ставку. Если Киру… — она запнулась, но договорила. — Если Киру перехватят по дороге, нужен дублер для подстраховки. Мы же с тобой вдвоем пойдем в деревню, Вальд.
— Согласен, — кивнул я.
Мы тут же разделились: Рита умчалась в сторону лагеря, а мы с Линой побежали к шахтерскому поселению.
Чтобы не сбавлять темп, я активировал [Ману-гидравлика] в коленях. Бежать так было легче, но поддержание навыка ощутимо жрало ману, и долго я бы так не протянул. Лина, будучи быстрее, вырвалась немного вперед.
Вдруг я уловил посторонний шум. Я резко рванул вперед, перехватил блондинку за руку и дернул на себя, свободной рукой приложив палец к губам. Она мгновенно затормозила. Мы прислушались. Интуиция не подвела — прямо на нас шел еще один отряд вулканцев. И самое паршивое: они тоже нас услышали. Хруст шагов раздавался уже с нескольких сторон. Нас грамотно и быстро брали в кольцо.
Лина скинула с плеча лук, наложила стрелу и прислушалась, определяя направление. Я указал рукой направление. Она спустила тетиву. Сам я уже выхватил пращу, вложил камень и метнул его в сторону другого шороха.
И тут прямо перед глазами вспыхнуло алое системное уведомление:
ОПАСНОСТЬ: МАГИЧЕСКАЯ АТАКА!
Не раздумывая ни доли секунды, я схватил Лину и рухнул вместе с ней на землю. В то же мгновение с гудящим ревом прямо над нашими головами пронесся обжигающий фаербол. Мы синхронно перекатились в сторону. Я, даже не поднимаясь на ноги, прямо из положения сидя вложил новый камень в пращу. Активировал навык «Бронебойный импульс», и запустил снаряд туда, откуда вылетел огонь.
В темноте раздался глухой удар, а следом — короткий вскрик, перешедший в сдавленный хрип, и звук падающего тела. Лина не отставала и тут же отправила еще одну стрелу в ту же сторону на звук.
Я отбросил пращу, выхватил топор и приготовился…
ОПАСНОСТЬ: МАГИЧЕСКАЯ АТАКА!
Пространство сбоку снова озарилось зловещим светом. Я даже не успел среагировать, как мне в ногу с гудящим ревом врезался новый фаербол. Кинетический удар был такой силы, что меня буквально снесло. Боль полоснула по нервам, запахло паленой тканью, и я тяжело рухнул на камни.
Я быстро огляделся сквозь дым и полумрак — Лины нигде не было. В суматохе боя мы потеряли друг друга. Я инстинктивно набрал в грудь побольше воздуха, чтобы окликнуть ее, но вовремя до боли стиснул зубы. Нельзя. Если я сейчас закричу, то выдам наше местоположение. Это заставит ее вернуться или притормозить, подставив под удар. Оставалось только надеяться, что она сориентировалась и смогла убежать.
С трудом подавляя стон от обжигающей боли в раненой ноге, я перевернулся на живот и по-пластунски пополз прочь. Добрался до ближайшего каменистого уступа и скатился за его неровный край.
Я лежал, вжавшись в холодную землю, и старался дышать через раз. Совсем рядом раздавался топот тяжелых сапог, лязг оружия и короткие гортанные команды. Вулканцы рыскали по всему квадрату, яростно прочесывая местность в поисках нас. Главное сейчас — не выдать себя ни единым звуком.
Лагерь Гонцов
Батон резко вскинул голову, насторожив уши. Внутри вдруг что-то тревожно оборвалось — глухая, пульсирующая волна боли хозяина ударила по нервам. Невидимая магическая связь, намертво скреплявшая ездового зверя с хозяином, кричала лишь об одном: Лёне сейчас очень плохо. Хозяин в смертельной беде.
Рана только что щедро его накормила и сидела неподалеку. Она спокойно копалась в своей походной сумке, перебирая и складывая какие-то пахучие медикаменты, и ни о чем не подозревала.
Медлить было нельзя. Внутри зверя словно вспыхнул первобытный огонь, мышцы сжались тугой пружиной, и Батон, взметнув копытами землю, с места рванул прочь из лагеря, ориентируясь только на зов своего человека.
— Батон, стой! Ты куда⁈ — испуганно вскрикнула Рана, роняя склянки.
Поняв, что зверь даже не думает тормозить, она мгновенно вскочила и бросилась за ним. Конечно, угнаться за стремительным ездовым зверем обычному человеку было не под силу, но Рита была Гонцом. Быстрая, легкая и натренированная, она не собиралась отступать и упорно бежала по его следам, выжимая из себя всю доступную скорость.
Проносясь через лагерь, она краем глаза выхватила из суматохи фигуру другого дежурного Бегуна и на ходу, срывая голос, крикнула ему:
— Срочно! Передай Сержу! Отряд Лёни в беде!
Я отполз за массивный скалистый валун. Прямо подо мной, в тумане у самого подножия, явственно шуршала каменная крошка и звучали приглушенные голоса — вулканцы подобрались вплотную. Времени на раздумья не оставалось, нужно было действовать.
Я приложил ладонь к холодной, неровной поверхности огромного валуна на краю обрыва и активировал «Облегчение». Надеюсь, сработает.
Тяжеленная глыба потеряла массу, став почти невесомой. Навык будет активен десять секунд. Упершись плечом, я с силой толкнул скалу в пропасть. Валун сорвался. Внизу раздался чудовищный грохот, мгновенно перекрытый истошными воплями и хрустом: многотонная глыба раздавила врагов.
Почти сразу после этого туман вокруг разорвали вспышки пламени — словно разом зажглись десятки костров. Сквозь дым и огонь, подобно пылающей комете, ворвался Батон. Мой ездовой зверь с яростным ревом носился по полю боя, отвлекая врагов.
Но порадоваться я не успел: из тумана прямо на меня выскочил уцелевший вулканец. Его атака была слишком стремительной. Я не успевал уклониться или парировать. Клинок врага со свистом рассек воздух и обрушился на меня… Раздался звонкий хруст. Кулон графини — мой защитный артефакт — принял этот смертельный удар на себя. Вспыхнул барьер, погасив инерцию меча, и подвеска на моей груди рассыпалась в серую пыль.
Воспользовавшись заминкой врага, я с размаху ударил его топором по бедру. Одновременно с этим сзади на вулканца напрыгнул Батон, бодая его огненной головой. Вулканец дико заорал, попытался отбиться, но в следующее мгновение ему в голову прилетела молния. Противник вспыхнул как соломенное чучело и рухнул замертво. Батон, стряхнув с шерсти искры чужого пламени, тут же подскочил ко мне, проверяя, цел ли хозяин.
Квадрат заполнился людьми. Из дыма один за другим появлялись воины королевской армии, а среди них мелькали знакомые лица — Рана и другие Бегуны.
Рана тут же бросилась ко мне.
— Лёня! Ты цел⁈ — крикнула она, с тревогой оглядывая меня.
— Я в порядке! — хрипло отозвался я, тяжело опираясь на топор. — Где Лина⁈
Я лихорадочно оглядывался по сторонам, пока с другой стороны не донесся слабый голос: — Я здесь… Я в порядке…
Обернувшись, я увидел блондинку. Она была сильно помята, в грязи и ссадинах, и санитары уже аккуратно укладывали ее на носилки, но главное — она была жива. Я шумно выдохнул. Отлегло.
Но расслабляться было рано. Рита схватила меня за плечо и потянула за собой:
— Нам надо срочно уходить отсюда! Бежим!
И правда — скоро по квадрату нанесут массированную бомбардировку!
Я кивнул, собираясь с силами для нового рывка. В этот момент на периферии зрения привычно мигнул интерфейс:
[Система: Оценка боевой эффективности… Процент вклада и награда будут начислены после полного анализа Пути Гонца.]