Сперва казалось, что дела идут лучше, чем ожидал Дэвид. Пока «Нептун» легко перескакивал через холмистые синие бугры, тяжеловесный двухмоторный катер отчаливал медленно и терял время, но все же казалось, что он быстро развернется и бросится в погоню с головокружительной скоростью. Возможно, дело было в прибрежном течении или смене прилива, однако Дэвид прошел почти половину обратного пути, а преследователи пока сильно отставали. Пятьдесят узлов оказались быстрее, чем он себе представлял. Приходилось даже щуриться от встречного ветра и брызг морской воды.
Зато теперь возникла другая проблема. Дэвид мельком поглядывал на прибрежный утес и пару раз на самом верху, где дорога подходила к краю обрыва, заметил мчащийся оранжевый спортивный автомобиль. Узнать, кто находится за рулем, было невозможно, но внутренний голос подсказывал, что это, скорее всего, тот самый бородатый грубиян. На такой скорости трудно не обогнать моторную лодку, а с катером за спиной беглец окажется зажатым в клещи.
Он выжимал из подвесного мотора все, что мог. Двигатель скрежетал и стонал, лодку трясло и подбрасывало на волнах, но гавань неуклонно приближалась. За гранитным ограждением причала сверкали белые с золотом корпуса прогулочных судов. Оставалась надежда добраться до нижней части города, где находились пабы, бары и магазины, прежде чем бородач появится наверху, и успеть нырнуть в какую-нибудь дверь или проулок.
Что за идиотская случайность! Хотел поговорить с Ханной Булстроуд и наткнулся на полуголую девушку. Даже и не вторгался, по сути, на частную территорию, но что толку объяснять, если дуболомы из службы безопасности все равно не поймут, да и не станут разбираться. Все пошло навыворот, так что лучше уж улизнуть, перегруппироваться и найти другой подход.
Дэвид бросил взгляд через плечо и поразился, как близко подобрался катер. Преследователям оставалось нагнать всего сотни две метров, а ведь в гавани надо будет еще пришвартоваться и отдать ключ. Придется просто бросить эту чертову лодку и делать ноги.
Дистанция сократилась едва ли не вполовину – такой вывод сделал Дэвид, когда оглянулся снова. Зато, по крайней мере, он рассмотрел, кто на борту – тот молодой парень в белом. Гидеон, кажется? Парень явно думал, что выглядит круто, стоя во весь рост за штурвалом. Он даже надел зеркальные очки.
Вход в гавань приближался, Дэвид одной рукой расстегнул спасательный жилет и бросил на палубу, а затем круто повернул руль.
В Порт-Изале действовали строгие правила входа и выхода: какую полосу использовать и так далее. Начальник порта слыл педантом. Должно быть, он был старым морским волком, который всю жизнь соблюдал порядок и теперь отыгрывался на других. Сейчас Дэвид не думал о правилах и свернул налево к ближайшему свободному причалу. Не обращая внимания на хриплый окрик, заглушил двигатель, проскользил последние метры и врезался в причал, скрежетнув носом лодки о деревянную конструкцию.
Бросив ключ зажигания на сиденье, он поднялся по лестнице. Не оборачиваясь на крики, быстро прошел по причалу и взбежал по каменным ступеням на набережную, где толпились туристы. Там наконец оглянулся и увидел, как в гавань входит катер. Блондин за штурвалом снял очки и теперь всматривался в толпу.
Чтобы не привлекать внимания, Дэвид сбавил шаг. Обогнул угол паба «Морская хижина» и оказался на главной улице Порт-Изала, где немного расслабился, но продолжил идти. Пешеходная улица поднималась в гору, становясь все круче и уже, а с половины подъема начинались ступенчатые террасы. Проулки, также зачастую ступенчатые, петляли между магазинами и коттеджами, заполненные людьми.
Бородач, приехавший в автомобиле, должен быть где-то наверху. Дэвид предположил, что тот уже спускается, а на такой оживленной улице можно не увидеть друг друга до последней минуты. Будет разумнее подниматься осторожно, то и дело прятаться в магазины и покидать их, лишь убедившись, что горизонт чист. С другой стороны, сильно задерживаться не стоит. А вдруг Джейсон Булстроуд подключил к поискам полицию? Этот мерзавец пользуется здесь влиянием. Может обвинить в подглядывании или даже сексуальных домогательствах. Тогда конец всему: и затее с «Эссекс Инквайерер», и попыткам так или иначе возобновить карьеру.
Дэвид огляделся по сторонам, пытаясь придумать оптимальный план, и вдруг увидел то, чего здесь никак не ожидал увидеть. Стрелка на стене указывала путь к подъемникам.
Сперва Дэвид растерялся, но быстро собрался и торопливо зашагал по переулку, ожидая, когда откроется живописный вид, и, добравшись до конца, не был разочарован. На северной стороне Порт-Изала вдоль подножия прибрежного утеса тянулся пляж, скорее галечный, чем песчаный, но весьма посещаемый. Над ним величественно вздымалась на десятки метров отвесная гранитная стена, покрытая отдельными клочками кустарников.
От небольшой посадочной платформы у подножия к вершине утеса тянулись рельсы, по которым сновали вверх-вниз на стальных тросах два вагончика, абсолютно синхронно благодаря противовесам в виде встроенных резервуаров с водой. Гениальная конструкция викторианской эпохи работала бесперебойно под действием собственной силы тяжести.
Деревянный пешеходный мостик привел Дэвида на платформу, где он купил билет у охранника в сине-желтой куртке в цветочек и вошел в правый опустившийся подъемник.
Вагончик внешне напоминал уменьшенную копию лондонского автобуса с открытой задней площадкой, а внутри – кабинку для канатной дороги с ее десятком кожаных сидений и узким проходом посередине для шести-семи стоящих пассажиров.
Пока Дэвид был один, но остался стоять, нервно оглядывая платформу. С одной стороны, попутчики позволили бы затеряться среди них. С другой, он не мог быть на сто процентов уверен в том, кто именно сидел за рулем оранжевой спортивной машины, так что, если попутчик и появится – это может означать, что его вычислили, а он и не узнает.
Кабинка дернулась и начала подъем, на пути в гору Дэвид был предоставлен самому себе. Поразмыслив, он решил, что так все же лучше. Скорее всего, в машине был бородатый охранник, который сейчас спускается по главной улице Порт-Изала, проверяя все двери и подворотни.
Путешествие оказалось довольно долгим. Вагончики приводились в движение гидравликой, поэтому были медленнее, чем старомодные лифты-клетки. Дэвид посмотрел через окошко вверх… и замер в ужасе. На верхней платформе, скрестив руки на груди, ждал бородач. Стоял и смотрел на него.
Дэвид на миг растерялся. Может, получится увернуться и убежать? Но куда, на городскую автостоянку? Бородач погонится за ним и схватит, ведь придется еще возиться, отпирая дверцу своей «фиесты» и заводя мотор. Схватит, к гадалке не ходи. Что же делать? Разве что…
Вагончик уже поднялся почти до половины утеса и секунд через двадцать должен был повстречать своего спускающегося близнеца. Дэвид бросился на открытую заднюю площадку, высунулся и посмотрел наверх. Времени на прыжок, оценил он, будет отпущено меньше секунды, но и прыгать придется меньше чем на метр. Главное, правильно рассчитать момент. Только бы не ошибиться и не рухнуть с пятнадцатиметровой высоты.
Он отступил на несколько шагов, чтобы как следует разбежаться, и рванул вперед, едва посадочная площадка другого вагончика появилась в поле зрения. Хотя находился он в воздухе от силы секунду, казалось, прошла целая вечность, прежде чем удалось приземлиться на площадку напротив. Тяжело дыша и утирая с лица пот, Дэвид встал на ноги. Пожилая пара, сидевшая в кабинке, таращилась на него с отвисшими челюстями.
– Джеймс Бонд отдыхает, – усмехнулся он, проходя мимо к окошку.
Его бывший вагончик продолжал подниматься, но бородач на верхней платформе ошарашенно посмотрел вниз, а затем скрылся из виду. Наверняка бросился вниз по главной улице, проталкиваясь сквозь толпу.
Дэвид глянул на нижнюю стартовую платформу, которая приближалась, но очень медленно. Он мысленно поторапливал ее. Тридцать метров. Двадцать пять. Двадцать…
– Ну давай, давай! – пробормотал он.
Едва ли погоня успеет быстрее, но… Пятнадцать. Десять…
Он размышлял о том, что делать, если его сейчас встретит Гидеон, но пока нового подъемника дожидалась лишь молодая супружеская пара.
Дэвид спрыгнул, хотя было еще высоковато. Удачно приземлился на ноги, бегом добрался до деревянного мостика, переправился по нему и метнулся в тот же переулок, что и раньше. В конце переулка опасливо всмотрелся в толпу на главной улице, но здесь трудно было бы заметить даже такого здоровяка, как бородатый. Может быть, путь наверх удастся найти по другую сторону улицы? Порт-Изал – это не только гавань и торговые кварталы, в южной части города есть и жилые террасы с переулками.
Опустив голову, Дэвид торопливо пересек толпу и юркнул в проход между магазинчиками с решетчатыми окнами. Слева торговали антиквариатом, а справа была картинная галерея. Дэвид задержался, делая вид, что интересуется витриной. Столпотворения больше не предвиделось, и он немного расслабился. Мимо прошла женщина в шлепанцах, шортах и топике на бретельках, таща за руку шмыгавшего носом ребенка. Тут, в отдалении, была самая обыкновенная жизнь. Дэвид покачал головой. Черт побери, как же нелепо все вышло! Позади что-то шаркнуло, как-то слишком близко, и он обернулся.
У Гидеона хватило наглости вновь надеть солнцезащитные очки, прежде чем сделать выпад. Он, вероятно, хотел схватить Дэвида, но тот успел увернуться и скорее инстинктивно, чем намеренно всадил правый хук в ребра нападавшего.
Вблизи стало видно, что молодому человеку на самом деле уже лет двадцать пять. Тем не менее драться он не умел. Отшатнулся, задыхаясь и держась за бок, но затем снова шагнул вперед и замахнулся кулаком. Дэвид легко заблокировал удар и врезал тому коленом, а когда Гидеон согнулся пополам, добавил локтем по затылку. Противник растянулся на булыжной мостовой.
Дэвид не считал себя выдающимся бойцом. Но вместе с хорошей физической формой после стольких самостоятельных занятий он получил значительно развившиеся концентрацию и координацию движений, а еще подтянутые мышцы.
– Ты первый начал, – укоризненно произнес он, отступая на шаг. – Так что лежи, не то будет хуже.
Гидеон спорить не стал, лишь слегка пошевелился. Дэвид развернулся, чтобы уйти… и получил пощечину и отшатнулся. Едва удержавшись на ногах, он спиной прислонился к решетчатому окну, прежде чем смог осмотреться.
Бородатый шагнул к нему, растопырив медвежьи объятия. Дэвид попытался увернуться, пропустил еще одну увесистую пощечину, но все же успел нанести удар головой, с хрустом расплющив здоровяку нос. Противник на миг опешил, и это позволило вырваться и врезать в ответ сначала правой в живот, а затем левым апперкотом.
Ни то, ни другое, казалось, не произвело впечатления на бородатого. С непринужденной легкостью он снова впечатал Дэвида спиной в витрину магазина и уже собирался продолжить, но репортер вовремя упал на четвереньки и отполз в сторону. С трудом поднялся и на дрожащих ногах ввалился в художественную галерею, едва не столкнувшись лицом к лицу с выходившей оттуда посетительницей. В последнюю секунду он остановился.
И обнаружил, что таращится на изумленную Ханну Булстроуд.