– Вот отсюда, говорят, он и спрыгнул, – показала Чистюля.

Они стояли на крыше Сомерсби-хауса, и места там было немного. Центральную часть занимала кирпичная надстройка с плоской крышей, заполненная ржавыми старыми цистернами и кусками водопроводных труб. Расстояние между стенами надстройки и краями крыши было около метра – только так можно было тут ходить. Благо от падения оберегало невысокое – считай, до пояса – кровельное ограждение.

Дэвид не боялся высоты, но живо представил, какого это – сорваться с нескольких десятков метров в узкий проход между зданиями. Внизу тоже виднелись обрывки полицейской ленты.

– Он умер сразу?

– А сам как думаешь? – хмыкнула девушка.

– В смысле, успел он что-нибудь сказать перед смертью?

Она пожала плечами.

– Нет, насколько я знаю.

– Почему же тогда уверена, что его столкнули?

– Потому что хорошо его знала. Фредди никогда бы такого не сделал.

Такой аргумент мало что значил. Друзья и близкие самоубийц часто отрицают, что покойный переживал кризис. Это не более чем способ психологической самозащиты, и такие слова нисколько не убедят профессионального следователя.

– А нечаянно он не мог сорваться? Допустим, под наркотиками, ничего не соображая.

– Ни разу не видела, чтобы он сюда поднимался. И потом, он же пытался бросить.

Дэвид задумался. В самом деле, токсикологическая экспертиза установила, что в момент смерти кровь Фредди Мартиндейла не содержала наркотиков. Однако коронер предположил, что осознание реальности оказалось непосильным для психики наркомана.

– И потом, – добавила Чистюля, – он говорил, что неплохо продвинулся.

– В чем?

– Он искал сестру и сумел что-то раскопать.

Дэвид снова подумал.

– На другой раскладушке спал Фредди? – спросил он.

Девушка молча кивнула.

– Значит, вы жили вместе?

– Не в том смысле, если ты это имеешь в виду.

– Просто близкие друзья, да?

– Пожалуй.

– Ну раз уж он делился с тобой своими успехами в поисках…

– Да ну, каждая собака знала, чем он занимается! Больше его ничто не интересовало. Ко всем новеньким здесь приставал, выспрашивал.

– Неужто надеялся, что это сработает?

– Почему бы и нет? – Она взвалила рюкзак на плечо и двинулась вдоль парапета, Дэвид последовал за ней. – Люди тут разные, чем только не промышляют, не только кражами. Каждый выживает как может. Фредди думал, может, кто-то что-то знает или у кого-то найдется знакомый с информацией… – Они спустились по внутренней лестнице бок о бок. – Слухи не остановишь.

– Так что, выходит, Фредди не скрывал, что ищет сестру.

– Иначе что бы он сумел узнать?

– И в итоге узнал…

– Да, он очень радовался. Говорил, вот-вот найдет.

– А имена какие-нибудь называл? С кем бы я мог поговорить.

– Здесь ни у кого нет имен.

– Ну ты же вот Чистюля…

– И что? – фыркнула она.

– Хотелось бы знать, как тебя зовут по-настоящему.

– Зачем?

– Надо же мне с чего-то начать.

Девушка задумалась.

– Ты что, тоже взялся разыскивать Джоди?

– Это все, что я могу сделать для Фредди.

Она помолчала.

– Меня зовут Лора. Лора Рейнольдсон.

– Ты нездешняя, верно? Дай догадаюсь… из Манчестера?

Она криво усмехнулась.

– Если рассчитываешь отправить меня обратно, даже не надейся. Тебе и твоим дружкам придется сначала меня поймать.

– У меня нет полномочий отправлять тебя куда-либо.

– Зато у копов есть. – За разговором они уже спустились на первый этаж и подошли к главному входу. – Можешь рассказать им, если хочешь, но только зря потратишь время.

– Ты в розыске, что ли? Там, на севере.

– Говорю же, каждый выживает как может.

Они вышли на заброшенную парковку. После сумрака, царившего внутри здания, солнце слепило глаза.

– Я не разговариваю с копами, – сказала Лора. – Ничего не сказала, даже когда приходили по поводу Фредди. Даже о той парочке, которая тут что-то вынюхивала.

– Какая такая парочка? – оживился Дэвид.

– Парень с девушкой, искали Фредди.

– Когда?

– За пару дней до его смерти.

– Ты их знаешь?

– Видела раньше: ходили тут, но наверх не совались. А в другой раз заглянули, но Фредди не было дома. Я им сказала, что никогда о нем не слышала.

– Значит, они называли его по имени?

– Да, но из меня ничего не вытянули.

– А это не родственники его были?

Лора усмехнулась.

– Ни за что бы не поверила.

– Почему?

– Что-то в них было… Короче, не понравились они мне.

От парковки вела к забору замусоренная дорога.

– Может, из полиции?

– Тоже вряд ли. У парня была татушка на руке.

– Не на ладони, часом?

– А ты откуда знаешь?

– Просто угадал. Рисунок какой?

– Ветки с шипами и роза посередине.

– Ясно…

– Еще говорили не по-здешнему, – вспомнила Лора. – У нее выговор североирландский, а у него… иностранный какой-то акцент, вроде как из Восточной Европы.

Мысли Дэвида пустились вскачь. Иностранный акцент в переговорах нападавших заметил и Фредди, когда спасался от них бегством.

– Значит, двое их было? – уточнил Дэвид. – Мужчина и женщина?

– Думаю, был и третий кто-то, но я его не видела. За забором стоял фургон, на котором они приехали, с включенным двигателем. Кто-то оставался за рулем.

– Что за фургон?

Лора поморщилась.

– Странный какой-то. Вроде скорой помощи, но не того цвета – темно-серый вроде.

– И они разыскивали именно Фредди Мартиндейла?

– Ну да, сколько можно повторять!

– Лора, а Фредди никогда не говорил… ну, что за ним следят?

– Нет, я же сказала!

Дорогу перегораживал забор с дырой между покосившимися секциями.

– Ты сказала только, что его убили.

Лора вздохнула.

– Копы решили, что он спрыгнул сам, потому что для этого пришлось подниматься на три этажа, а случайно так не бывает. Они не подумали, что наверх его могли затащить.

– Ты правда не видела, как это случилось? – Дэвид взял ее за плечо и повернул к себе. – Как-то ты очень уверенно рассказываешь…

– Нет! – Она вырвалась и побежала к забору.

– Лора! Это очень важно!

– Нет, говорю же! Клянусь чем угодно, не было меня там!

– А где ты была?

– Мне надо было деньги зарабатывать, – она скривилась с отвращением. – Каждый выживает как может, вот и Датчанин притащился требовать свое. – Она скользнула в дыру и скрылась из виду.

Дэвид пролез следом. За забором дорога выглядела уже приличнее, кое-где виднелись открытые магазины.

– Копы еще говорили, – Лора снова поморщилась, – мол, Фредди не хотел, чтобы я ходила на панель, оттого и переживал. Хотели меня виноватой сделать, уроды!

– А он переживал?

– Ну… ему это не нравилось, но не настолько же! И вообще, он был слишком занят. Когда приходил домой, только и делал, что записи делал. На клочках каких-то: где был, что узнал, куда потом собирается.

Дэвид кивнул. Фредди Мартиндейл, хоть его попытки найти Джоди и были неуклюжими, возможно, и впрямь делал успехи в расследовании. Да такие, что очень неприятные люди вышли из тени, чтобы заткнуть ему рот.

– Вы долго были вместе?

– Года два.

– Ты когда-нибудь видела, чтобы Фредди пользовался мобильным телефоном?

– Мобильник видела, но вроде как выключенный всегда.

Дорога заканчивалась, впереди открывалась обычная улица с машинами и прохожими.

– Знаешь, – вздохнул Дэвид, – у меня такое чувство, что мы сейчас расстанемся и больше никогда не увидимся.

– Ну и слава богу, – буркнула девушка. – Спасибо тебе за помощь, но мне пора валить отсюда.

– Проблема в том, что мне не с чем работать.

– Все, что знаю, я рассказала.

– Фредди точно не называл никаких имен?

– Нет! – Она ускорила шаг.

– Святую Бригитту не упоминал?

Лора удивленно обернулась.

– Святую Бригитту?

– Ты слышала о ней?

– Теперь вроде припоминаю. Что-то такое было, как-то вечером, недели за две до… Он что-то царапал на своих листочках и говорил сам с собой, вроде как бредил. Мол, Джоди ее встретила…

– Бригитту? – В волнении Дэвид схватил Лору за рукав, но та вырвалась.

– Ну да, перед тем как Джоди пропала – что-то в этом роде.

– Прямо перед тем?

– Не знаю. Он еще что-то сказал, не помню, я тогда не обратила внимания, но…

Беседу прервал грубый рев:

– Чистюля! Ах ты сучка!

Из переулка в десятке шагов впереди показался знакомый мужик. Датчанин тяжело топал навстречу, сжимая в руке излюбленную цепь. Лора застыла на месте, затем развернулась и бросилась бежать, но не обратно по дороге, а в другой переулок.

Дэвид кинулся следом, и вначале все шло неплохо. Переулок пролегал позади магазинов, прямой и чистый, с мусорными баками по обочине. Притом беглецы были легче и проворнее пузатого байкера. Тот упорно их преследовал, изрыгая проклятия, но дистанция все увеличивалась.

Пока Лора не наступила на пустую бутылку. Нога подвернулась, и девушка упала, вскрикнув от боли. Притормозив, Дэвид обернулся. Датчанин был шагах в двадцати и мчался во весь дух, крутя цепь над головой, как средневековый цеп, лицо его сделалось свекольно-красным. Лора тихонько скулила, копошась на асфальте в попытке собрать всякую всячину, выпавшую из рюкзака.

Дэвид схватил ее за ворот куртки, рывком поднял на ноги и потащил по переулку. Однако байкер уже наступал беглецам на пятки, ярость исходила от него жаркой волной. Недолго думая, Дэвид толкнул девушку вперед, а сам бросился байкеру под ноги, свернувшись в тугой клубок. Датчанин с размаху шмякнулся лицом в асфальт.

Дэвид вскочил, шипя от боли в боку, и кинулся было дальше, но рука противника, похожая на свиной окорок, зацепила его ногу. Репортер вновь свалился, успев краем глаза заметить впереди Лору, которая была уже почти в конце переулка, но теперь остановилась и повернула назад.

С яростным медвежьим рыком байкер встал во весь рост: лицо его было залито кровью из рассеченной брови, мокрая от пота борода не скрывала бешеного оскала. Дэвид попытался отползти на спине, но громила уже нависал над ним, с дьявольской скоростью раскручивая цепь для сокрушительного удара, дробящего кости.