Они ведут журнал, в котором подробно фиксируют все важные события, в которых принимали участие. Отчёты, которые они передали Комиссии, были подвергнуты цензуре. Вам нужно лишь найти этот журнал, и они никогда об этом не узнают.

Вы сделали правильный выбор, Элмут.

— ОБМЕН ЗАПИСКАМИ МЕЖДУ БОЖЕСТВОМ МУНДИ И ЧЛЕНОМ КОМИССИИ

Моя рука едва заметно дрогнула, когда я постучала в двойную дверь. Зачем вообще крепят металлические украшения на дерево? Это делается, чтобы наказывать тех, кто приходит с нечистыми намерениями?

Человек, который открыл мне, оказался в первом ряду свидетелем моей виноватой гримасы.

— У меня такое чувство, будто мы это уже проходили, моя госпожа.

— Райнер.

Он приподнял брови, широко улыбаясь.

— Мне доводилось встречать и более тёплый приём, но я не стану держать на тебя зла. Я щедр по натуре.

Я попыталась улыбнуться. Улыбка застряла где-то рядом с моей совестью.

— Они всё ещё отсутствуют? — спросила я, голос прозвучал до смешного тихо.

Хотя я была уверена. Я была готова. Я произнесла воодушевляющую речь перед своим домашним крысом и молодым ростком, который начал обвиваться вокруг моей прикроватной тумбочки, когда ему становилось скучно. Да, теперь я отвечала за него. Именно я создала трещину, через которую он появился на свет, поэтому каждое утро обязательно спрашивала его, хорошо ли он спал.

Райнер широко распахнул створку двери, позволив мне увидеть гнездо людей, собравшихся вокруг одного из больших круглых столов в кабинете Защитников. Стражи и солдаты — если судить по цветам их формы.

И раз уж речь зашла о Защитниках…

— Эв и Амброз здесь. Хотя, возможно, ты выбрала не лучший момент. Мы немного заняты.

Это был знак?

— О, я могу зайти позже, это не…

… будто я пришла сюда, чтобы найти жизненно важную информацию, которая могла бы вернуть мне доступ к моему трону и одновременно предать их доверие.

Склонив голову вперёд, с глубокими складками на лбу, Амброз был сосредоточен на том, что показывал ему сосед. Эвандер оживлённо обсуждал что-то с Кассием, активно жестикулируя.

— Ничего страшного. Я верну-уйду! — воскликнула я чуть слишком резко.

Эвандер внезапно поднял голову и встретился со мной взглядом. Его губы зашевелились.

— Аврора? Всё в порядке? Тебе что-то нужно?

Амброз повернулся в мою сторону, за ним последовало внимание всей компании за столом. Прежде чем я успела осознать, что большинство присутствующих склоняются в знак уважения, два огромных Защитника заслонили мне обзор.

— Богиня. Чем мы можем помочь?

Я глупо раскрыла рот, отвела взгляд — и тут же снова утонула в их напряжённом внимании.

— Со мной всё в порядке. Это что, булочки?

Тарелка, доверху наполненная ими, стояла на самом видном месте рядом с диваном, который выглядел достаточно глубоким, чтобы подушки могли меня поглотить. У них в кабинете были медовые булочки в свободном доступе? Вот это и есть моя версия красивой жизни.

Чья-то рука мягко взяла меня за подбородок, и я оказалась лицом к лицу с одним голубым глазом и одним затуманенным.

— Аврора? Сосредоточься на несколько секунд. Ты уверена, что всё в порядке?

Я кивнула. Он искал ответ на моём лице. Прочитает ли он там правду?

— Ты пришла, чтобы сказать нам что-то.

Что мне нужен ваш личный дневник. Или ваши дневники?

Может быть, они не делились друг с другом. Может быть, существовали две версии, рассказывающие о том, что произошло с Сияющим. Статистически это увеличивало мои шансы, разве нет?

Как спросить их напрямую? А если вместо этого пригласить их потанцевать со мной под дождём? Дождя не было, но они хотели, чтобы я делала это под солнцем. Или просто прийти погулять со мной по цветочным полям, или хотя бы почитать книгу в моей компании.

Что? Нет. Откуда это вообще взялось?

— Эм… нет, ничего?

Губы Эвандера растянулись в улыбке.

— Мне нужен ответ, Аврора. Не вопрос.

Я сглотнула.

— Со мной всё совершенно в порядке. Я не знала, что у вас так много людей в…

Разумеется, я этого не знала. Откуда бы? И я сейчас уйду.

— Ты нам не мешаешь.

— Вы явно заняты, и…

— Ты важнее, — перебил Амброз.

Я потянула за ворот своей куртки, задыхаясь из-за этого слишком тесного выреза.

— … и сегодня я в фиолетовом. Новичок — значит менее важная, чем божество. Я ухожу.

Прежде чем без всякого вступления спросить вас, где вы любите предаваться своему ежедневному ритуалу письма. Или, как выясняется, предложить вам провести день со мной без всякой причины и без какой-либо конкретной цели.

— Богиня, что происходит? — настаивал Амброз, серьёзнее, чем когда анализировал мелкие частицы какого-нибудь…

— Аврора?

— Ва-ваша встреча.

— Забудь о них, богиня.

Я кивнула, собираясь на ходу сочинить ложь. Насколько мне известно, это было не моё сильное качество.

— Меч, — вырвалось у меня, как пузырь ясности, лопнувший в моём мозгу.

Я явно застала их врасплох. Вас обоих, господа.

— Меч?

— Моей матери. Мне, возможно, нужно знать, ммм, вы не знаете, где он находится?

Вот. Сделано.

— Сияющий? — спросил Амброз.

Я хотела кивнуть, но моя шея была слишком напряжена. Ничего страшного — Эвандер сделал это за меня.

— Меч находится… Ты не сможешь его получить, Аврора.

Мой желудок сделал сальто назад, и у меня совсем не возникло желания поздравлять его с этой акробатической демонстрацией. У меня перехватило дыхание.

— Ладно, — пискнула я, — забудем об этом. Я возвращаюсь к своему дню новичка.

Я развернулась на каблуках так резко, что подошвы моих туфель издали неприятный скрежет по полу. Вибрация, которая отозвалась в ответ, исходила от центрального гинкго, — он, без сомнения, осуждал меня за моё жалкое выступление.

— Готова к своей первой тренировке? — крикнул Эвандер мне вслед.

Я не осмелилась полностью обернуться.

— Что?

— Мы не забыли наше обещание, богиня, — поддел меня Амброз.

Их обещание. Их настойчивое желание обучить меня стать Стражем оружия.

— О, это! Да. До… до встречи позже!

Я почти убежала, стараясь убедить себя, что это не было катастрофой от начала до конца. Нет, это был первый шаг. Первый унизительный и провальный этап нового шаткого плана, который, скорее всего, закончится очень плохо.

«Ты не сможешь его получить».

Наверное, это и был знак опустить руки, если даже они считали, что я недостаточно хороша.

Чёрт побери, Аврора!

***

Спрятав голову в ладони, я издала отчаянный стон. Это было лучше, чем уткнуться лицом в траву и вырыть там яму, чтобы спрятать своё унижение. Неважно, если невидимые Стражи наблюдали издалека. Я всегда могла сказать, что это тайный ритуал божества. Мемнон могла бы меня поддержать и объяснить им, что мы делаем так раз в три солнечных цикла, чтобы соединиться с сущностью…

— Что это за безобразный звук? Он уж точно не должен исходить из уст божества.

Что?

— Мемнон? Я что, только что призвала тебя силой мысли?

— Мой маленький лепесток, меня никто не призывает.

Я убрала руки от лица, и передо мной возникло эфирное лицо моей подруги. Ещё один звук вырвался у меня, на этот раз выше и состоящий исключительно из искренней радости.

— Мемнон!

— Я здесь.

— Хочешь что-нибудь выпить? Я ничего не приготовила. Кейн!

Она подняла руку, успокаивая мою внезапную вспышку суеты.

— Я здесь ненадолго, лепесток.

— О?

Её тонкие черты напряглись, розовый цвет её глаз словно закружился.

— Ты должна была сказать мне, что замышляет Комиссия, — укорила она меня. — Связать силу божества со смертным? А дальше что? Они попросят личное приглашение, чтобы пройти через Врата миров? Ты этого не сделаешь.

— Нет. Нет, я не сделаю этого, — поспешила я исправиться. — Это была плохая идея. Я не собираюсь связывать себя со смертным.

Божество мгновенно успокоилось.

— Хорошо. Потому что я разрабатываю испытание.

— Испытание? Испытание чего?

Она щёлкнула своим заострённым языком.

— Дай мне закончить. Твоя настоящая проблема с Пантеоном в том, что они не доверяют тебе твою силу.

Это не было сюрпризом, но всё равно больно было услышать это из уст одной из членов самого Пантеона.

— Так вот, ты знаешь, на что я способна? — продолжила она, гордо поигрывая бровями.

Нет. Не совсем. Масштабы силы божеств входили в число знаний, которые мне было отказано получать. Не то чтобы я часто об этом просила.

Это не имело значения. Мемнон не ждала ответа.

— Я работаю над созданием психического испытания, которое позволит тебе доказать свою способность держать свою силу под контролем.

Моё сердце остановилось. Мой разум встряхнул всё, что знал, словно внутреннее землетрясение. А затем моё существо запустилось заново — в новой эпохе надежды.

— Если я пройду это испытание, Пантеон позволит мне вернуть трон моих родителей?

Божество расплылось в довольной улыбке.

— Да.

Я без предупреждения бросилась ей на шею, мои руки, вероятно, сжали её слишком крепко.

— Я позволю себе проигнорировать этот внезапный всплеск чувств, потому что я невероятна и ты слишком долго меня не видела.

— И потому что тебе это нравится. Но да, ты потрясающая, Мемнон.

— Я знаю.

Она неловко похлопала меня по голове — в ответ тоже слишком сильно. Я закрыла глаза. Это было приятно. Именно этого мне и не хватало. Кого-то, кто был бы на моей стороне, готового меня защищать.

Ты не была одна все эти последние дни.

Я проигнорировала это тревожное тепло, которое вдруг поселилось в моей груди, и сосредоточилась на той, кто собиралась меня спасти. На Мемнон, богине разума.

— Мы только в самом начале испытания, лепесток. Не спеши радоваться. Ещё многое нужно уладить. В частности, найти место, способное удержать твою энергию и возможные утечки силы.

— Их не будет, — уверенно заявила я, что было довольно смело для человека, который тратил по пять минут на решение, стоит ли лично приветствовать каждого члена своей секции каждое утро.

Мемнон высвободилась из моих объятий и резко отстранила меня на расстояние вытянутых рук. Я моргнула, сбитая с толку.

— Ты должна понять: это испытание разума. Ты не будешь в своём обычном состоянии. Ты не будешь в сознании.

Ладно, если мне придётся доверить своему бессознательному успешное прохождение испытания на контроль, у меня, возможно, возникнут трудности. Но на этом этапе уже ничто не могло заставить меня отступить.

Был ли это мой третий вариант? Мой выход? Ни союза со смертным, ни тайной шпионской работы.

— Могу ли я подготовиться к этому испытанию? Потренироваться?

Мемнон посмотрела на меня с жалостью.

— Ты слишком под влиянием смертных, лепесток. Нет, ты либо готова, либо нет. Магию разума обмануть невозможно.

Мои надежды упали к моим ногам. Никакого нового выхода.

Мне нужен был меч. Теперь — больше, чем когда-либо. С ним я смогла бы пройти испытание. С ним у меня появилась бы настоящая гарантия получить то, чего я желала.

Если Эвандер был прав и я не могу его получить, значит, мне суждено потерпеть неудачу. Я не могла сдаться сразу. И, возможно, мне придётся добыть его у них за спиной.

Так что нет, это был не шаткий план. Это был мой новый План.