Почему она так интригует? И почему я не могу перестать думать о ней?

— ОТРЫВОК ИЗ ДНЕВНИКА

— Я скажу пару слов профессору Синх и оставлю вас с ней, — объяснила Олли, только что заставив нас подняться на пять пролётов лестницы.

Мне куда больше нравились другие здания, где проходило обучение. Поближе к земле.

— Она всегда с нетерпением ждёт встречи с новыми новичками.

Олли исчезла за дверью класса. Я осталась в коридоре одна вместе с остальными членами своей секции. Никто не произнёс ни слова, пока мы поднимались по бесконечным лестницам.

Я повернулась к новичку справа от меня, которая дышала так же тяжело, как и я. Товарищ по страданию. У нас уже было много общего.

— Привет, я Аврора.

Я протянула руку. Цвет мгновенно сошёл с её лица — так быстро, что я даже не успела моргнуть. Она дрожала. От усталости?

— Я… я знаю, кто вы. Я… мне… мне очень жаль.

Она разрыдалась и убежала прочь. Похоже, лестницы её уже не так утомляли.

Ну что ж. Отлично. Вызывали ли мои родители такие же реакции? Я такого не помнила. Надо сказать, я редко бывала среди смертных вместе с ними. Когда они отправлялись с миссиями в деревни вдали от столицы, их тоже так встречали? Или это было привилегией исключительно катастрофического божества?

Остальные молча наблюдали, как девушка исчезает. Стоило ли мне снова представиться, или я так и останусь одна в этом коридоре?

Я засунула руки в карманы. Похоже, их считали оружием массового поражения.

— Мы знакомы, — поспешно выпалил один новичок, ниже остальных ростом.

Его светлые волосы беспорядочно спадали на единственный заострённый кончик уха. Его мягкие глаза резко контрастировали с тонкими усами, обрамлявшими рот.

— Ох, эм…

Я не помнила, чтобы когда-либо видела его. Это снова моя рассеянность? Или мой мозг просто решил, что имена и лица не заслуживают запоминания?

— Сол, — вмешалась более взрослая новичок тоном предупреждения.

Сол закатил глаза и сделал шаг ко мне, заметно воодушевлённый.

— Я Сол. Можешь обращаться ко мне «он». Я с юга — не юга старых линий войны, а прямо с самого юга. Мы выращиваем апельсины. Мой дядя живёт рядом со столицей, поэтому я часто приезжаю сюда — чтобы ходить в местные библиотеки и пройти испытание. Мы встретились на вступительном тесте. Мы вместе проходили через лес. Я был С.

Моя улыбка стала шире.

— О, привет! Я рада, что ты прошёл испытания и что ты… с юга…

Что?

— Не только я. Мы все.

Он указал на новичков позади себя. Та самая девушка, которая ранее одёрнула его, поджала губы — ей явно было не по себе. Она была на голову выше меня, с короткими тёмными волосами, выбритыми за ушами, и крепким, боевым телосложением.

— Ты была А, верно? Солдат.

Она ответила коротким, чётким кивком.

— Это Грис, — сообщил Сол.

— Гризельда Эме, моя Госпожа, — произнесла солдатка тоном, ну… настоящей солдатки.

— Тебе не нужно…

— А там сзади Малия, — продолжил Сол. — И Аксл.

Я не заметила первую новичка, на которую он указал, — слишком была сосредоточена на втором и на той враждебной ауре, что исходила от него. Высокий, вдвое шире Гризельды, с кудрявыми волосами, выжженными до блонда и коротко остриженными почти под ноль. Он не встретился со мной взглядом, просто отвернулся.

Не мой друг. Поняла.

Ещё двое новичков держались в стороне. Среди них был тот самый блондин, из-за вопроса которого разгорелся скандал во дворе. Его щёки вспыхнули ярко-красным.

— Клянусь, я не хотел проявить к вам неуважение. Это был не мой вопрос, — буркнул он.

— Я не обижена, — начала я, тщательно подбирая слова.

— Правда, что божества не требуют тела своих стражей? Без осуждения, мне просто любопытно, — спросил Сол, и скорость его речи слегка закружила мне голову.

Гризельда резко втянула воздух.

— Сол. Она не будет отвечать на этот вопрос.

Сол посмотрел на меня с надеждой. Я потерла затылок.

— О! Я могу говорить только о себе. Кроме представителей Комиссии богов, у меня никогда не было стражей рядом. Но могу сказать со стопроцентной уверенностью, что я никогда не просила подобных… услуг.

Кто-то фыркнул.

Это что, со мной только что посмеялись? Я заводила друзей.

Сол, однако, выглядел не до конца удовлетворённым моим ответом.

— Это потому, что у божеств другая анатомия? Вы не подвержены инстинктам размножения или удовольствия? И правда ли, что божества истекают розовой кровью и могут исцеляться в пятнадцать раз быстрее смертных, потому что ваш кровь содержит сверхумные белки, которые мгновенно закрывают раны?

— Эм…

— Это вопросы, ответы на которые вы получите на моих занятиях, — прервал нас голос.

Мы обернулись к приоткрытой двери класса.

Там стояла та, кто, очевидно, была профессором Синх: руки сцеплены перед собой, на губах приветливая улыбка. Её крупные очки занимали половину лица, но светло-зелёные глаза прекрасно выделялись на фоне тёмной кожи. Она жестом пригласила нас войти, пока Олли тихо выскользнула из класса.

— Удачи.

— Она нам понадобится? — спросил Аксл, крепко скрестив руки на груди.

Уголок губ Олли приподнялся в лёгкой усмешке.

— Я обращалась не к вам.

Прекрасно.

— Увидимся на занятии по стратегии, новички.

Это был предмет, который я с нетерпением ждала.

Нечего сказать — вид из этого класса был впечатляющим. Не таким высоким, как из помещений Комиссии, но город раскинулся под нами, залитый мягкими лучами утреннего света.

— Занимайте места и позвольте мне представиться. Я наставница Налин Синх, можете называть меня Налин. Вам повезло начать именно с моего курса. Многие новички получают доступ к нему только на втором году обучения.

Я села в углу. Поскольку парты были индивидуальными, мне не пришлось ломать голову над тем, куда именно устроиться.

— Вы будете рассказывать нам об анатомии божеств? — спросил Сол, который уже открыл тетрадь и едва ли не подпрыгивал на стуле.

О, мои божества!

Налин тихо рассмеялась, опершись обеими руками о свой стол позади неё.

— Не только. Чтобы быть способными помогать божеству, стражи должны знать его в мельчайших деталях. Эти сведения остаются тайной для большинства смертных.

Формулировка, мягко говоря, звучала драматично.

— Добро пожаловать на вводный курс в божественную жизнь. Мы поговорим обо всех божествах, которые рождаются на нашей возлюбленной Мунди и становятся опорами силы в своих мирах. И, разумеется, мы поговорим о божестве Мунди…

Она открыла рот, чтобы продолжить, и внезапно остановилась. Её испуганный взгляд встретился с моим. Неловкая полутишина повисла в классе, пока наставница теряла самообладание. Кто-то прочистил горло. Новичок справа от меня, имени которой я не знала, указала на меня пальцем.

— Вы хотите сказать — она.

Налин попыталась сглотнуть, но слюна словно застряла в горле. Она что, правда собиралась изучать меня на этом занятии? Мне понадобилась ещё секунда, чтобы осознать, что это значит.

Существовал учебный курс… обо мне. Что она знала? Чёрт, о каких именно сведениях шла речь? Неужели все стражи, заканчивающие обучение, знали, что я убираю свою комнату только тогда, когда перестаю видеть пол — и Кейн с раздражением поджимает губы, — что я предпочитаю есть свои булочки с неприличным количеством мёда, что я сосала палец до десяти лет? Кто вообще рассказывал это Налин Синх?

— О, да! — воскликнула наставница, беря себя в руки после того, как Гризельда спросила, всё ли с ней в порядке. — Простите меня, моя Госпожа, меня только что уведомили, что Защитники хотят, чтобы к вам относились как к любому другому новичку, но это пока не кажется… Возможно, со временем станет естественнее.

— Аврора, — поправила я, опуская голову. — И, если это приказ Защитников, вам лучше ему следовать.

Она кивнула с ободряющей улыбкой, словно я только что сообщила ей, что она прошла проверку и может сохранить свою должность.

Защитники. Даже когда их не было рядом, Эвандер и Амброз всё равно оказывались связаны со мной тем или иным образом. Совсем не то, что мне нужно для осуществления Плана.

***

О, спасибо тебе, Мунди, этот день наконец закончился!

Я рухнула на спину на свой матрас, кое-как застелив постель и буквально вырвав свои простыни в небольшой борьбе.

Смертная, которая их раздавала, не хотела отдавать их мне, когда узнала меня, настаивая, что кто-нибудь другой должен заняться этим вместо меня.

— Я вполне способна сделать это сама, — в конце концов огрызнулась я, уже немного истерично, когда за моей спиной появились двое новичков, чтобы понаблюдать за сценой.

Я вернулась в свою комнату и случайно обнаружила, что остальная часть моей секции размещена в том же коридоре, что и я. Случайно — потому что никто из них сам мне этого не сказал. Они вернулись вместе после ужина.

Если не считать Сола с его тысячей вопросов, остальные держались настороженно и не вступали в разговор, высокий блондин Маттих полностью меня игнорировал, а Аксл был не лучше — почти открыто враждебен. Та, что вмешалась на занятии Налин, Крема, или Прена — я всё так же ужасно запоминала имена — предупредила нас, что девушка, которая убежала, когда я к ней обратилась, провела весь день в лазарете, потому что, как оказалось, встреча со мной заставила её вырвать свой завтрак — информация, без которой я вполне могла бы обойтись.

Ладно, возможно, друзей я здесь не заведу. А это ставило под угрозу одну из подкатегорий Плана. Чтобы вернуть свою жизнь под контроль, мне нужно было открыться другим, перестать быть постоянно одной. Кейн и Мемнон не считались — они были моей семьёй и, в каком-то смысле, вынуждены проводить со мной время. Нужно же кому-то проверять, не умерла ли я.

Я тяжело вздохнула и закрыла глаза. Не то чтобы в моём новом жилище было на что смотреть. Моя заметно уменьшившаяся стопка чемоданов стояла посреди комнаты, маленькая кровать прижималась к стене, а подобие полок занимало угол возле двери.

Один день позади, осталось всего два года. Тихий, усталый смешок сотряс мои плечи.

Впрочем, не всё было так уж плохо. День не стал полной катастрофой. Не встретить снова Защитников — вот это была победа, которой не стоило пренебрегать.

***

День начался в том же духе, что и накануне, когда смертный, раздававший завтраки у стойки во внешнем дворе, запаниковал при виде меня, потому что у него не было, цитирую, «еды для божества».

— Еды для божества? — тупо переспросила я.

Похоже, он не посещал занятия профессора Синх. Он не носил фиолетовую форму. Значит, не страж. Его взгляд метался по всей стойке в поисках — волшебной булочки? — и он то и дело склонял голову в знак почтения.

— Эм, я ем как все, — сообщила я ему. — Разве что репу терпеть не могу, но не думаю, что это особенность моей природы.

Я никогда не спрашивала об этом Мемнон. Впрочем, если судить по нашим разным вкусам в травяных настоях, ответ у меня уже был.

Моя шутка повисла в воздухе. Я проследила взглядом каплю пота, скатившуюся по лбу смертного.

— Вот, — предложила одна из новичков, положив передо мной булочку с робкой улыбкой.

Это было… мило. И по-дружески. Во мне поднялась волна воодушевления.

— О, спасибо, но думаю, мне хватит…

Я повернулась к пустой стойке. Два человека, убегающих от меня за два дня. Я устанавливала новый рекорд.

— У моей бабушки болезнь костей, она почти не может ходить. И я боюсь, что мой младший брат унаследует её, — произнесла новичок без всякого предисловия.

— Что?

— Это подношение.

Я снова посмотрела на булочку. Подношение. Они всё ещё существовали? Каков вообще протокол? Мне срочно нужен был справочник. Я была худшим божеством на свете.

— Я не могу ничего сделать для твоей семьи. Прости.

— Я могу дать больше, если этого недостаточно. Я… я сейчас вернусь.

Мои глаза расширились.

— У меня нет такой силы! — крикнула я ей вслед, но она уже исчезла.

Возможно, занятия Налин были не такими уж странными, если никто толком не знал, на что способно божество. И, возможно, мне стоило снова спрятать кончики ушей — на случай, если кто-то уже забыл, как я выгляжу.

Но я была слишком голодна, чтобы не откусить от своего подношения.

***

— Если вы задаётесь вопросом, что вы здесь делаете, значит, вы выбрали не ту подготовку.

Очаровательно. Инструктор Джарон Грант наверняка отлично поладил бы с Защитниками. Почему я вообще снова думаю о них, когда могла бы думать о Плане? И о мече…

Ты справишься, Аврора. Ты боец. Возможно, ты недостаточно хороша, чтобы Пантеон вернул тебе трон, но у них не останется выбора, когда они увидят, на что ты способна.

— Каждый страж, выбранный божествами, — не только ценное преимущество, но и защита. Возможно, вы думаете, что только боевые стражи способны физически защищать божеств. Вы ошибаетесь. Каждый из вас, кто завершит это обучение, сможет противостоять внешней угрозе. Разумеется, боевые стражи остаются экспертами в подобных ситуациях.

Я сжала кулаки на бёдрах от нетерпения.

Нас было около сорока, собравшихся на огромном внешнем дворе, где изящная каменная кладка уступала место участку травы. Я тихо вздохнула от удовольствия, почувствовав влажную землю под ногами.

Все были в тренировочной форме. Но даже наша внешняя одинаковость не мешала другим новичкам бросать на меня взгляды каждые пять секунд, словно я могла исчезнуть у них на глазах. Или взорваться.

Где же мистер «невидимое божество», когда он так нужен?

Если бы члены моей секции не стояли рядом, я бы оказалась в изгнании посреди пустого круга.

Профессор Грант поставил руки на бёдра и окинул нас оценивающим взглядом. Его вечный нахмуренный лоб ясно давал понять — он не шутит.

— Сегодня я определю, на каком уровне вы находитесь по моей личной шкале. Ваши расписания будут пересмотрены в зависимости от ваших результатов. Поэтому в этом классе вы будете разделены по уровню подготовки. Это не касается занятия по полевым ситуациям профессора Беатора.

Он приказал нам разойтись по секциям: одни направились к оружию, выстроенному на стойках, другие — друг к другу для рукопашных поединков.

Вот оно. То, ради чего я пришла. Я стану такой же острой, как самое тонкое лезвие.

Мы оказались перед тренировочными мечами. Полностью затупленные, но всё равно из тяжёлого металла. Урок, который я усвоила в ту же секунду, когда попыталась поднять один из них.

Я схватила меч за рукоять и тут же отпустила, прежде чем моё запястье не сдалось под его весом. Он глухо упал в траву.

Ладно. Хорошо. Не совсем триумфальное начало, которое я себе представляла, но ведь с чего-то нужно начинать.

Меч Сола справа от меня постигла та же судьба. Аксл, чьи мышцы буквально распирали форму — он что, специально взял размер поменьше? — поднял брошенное оружие своего напарника и протянул его Солу.

— Спасибо, — ответил тот гораздо тише, чем обычно, когда задавал пять вопросов подряд без единого вдоха.

Впрочем, он выглядел совершенно вымотанным. Я его не винила — казалось, Аксл мог бы держать меч одним мизинцем, если бы захотел. В памяти всплыл момент испытания, когда он в одиночку поднял дерево в лесу. С такой физической силой он, без сомнения, пришёл сюда, чтобы стать боевым стражем.

Аксл наклонился, чтобы поднять мой меч. Я уже приготовилась поблагодарить его широкой улыбкой, когда он просто вернул его на стойку. Металл звякнул так же громко, как моё разочарование.

Гризельда, солдат, которая выглядела абсолютно уверенно со своим мечом, подняла голову и нахмурилась в сторону Аксла. Тот стоял ко мне спиной — похоже, это был его любимый способ общения — и пожал плечами в ответ нашей соратнице по секции.

— Ей не нужен меч, чтобы быть опасной.

Его сухие слова трудно было принять за комплимент. Я провела языком по зубам.

Всё ещё не мой друг.

Гризельда подошла ко мне. Если бы мне пришлось угадывать, я бы сказала, что она самая старшая в нашей секции. Я была далеко не самой молодой, но у стражей обычно уже имелся солидный опыт в своей области.

— С таким телосложением, — сообщила Гризельда, — ты не сможешь владеть мечом, если всерьёз не нарастишь мышцы. Ты тренирована в рукопашном бою?

— Нет.

Она бросила на меня удивлённый взгляд, который польстил мне гораздо больше, чем мог бы обидеть.

— Тогда оружие дальнего боя подойдёт тебе лучше. Арбалеты и луки, — продолжила она, когда я ответила ей пустым выражением лица.

Мой взгляд снова потянулся к мечам — с жадностью.

Да, мне предстояло много работы, если я хотела, чтобы План сработал. С Сияющим или без него, мне придётся научиться поднимать меч. И я не собиралась позволить этому кислому чувству тревоги в глубине живота сломить меня.

Впрочем, этим утром я была не единственной, кому приходилось нелегко. Совсем не единственной.

***

Я всего лишь давала глазам отдохнуть. Если при этом моя голова оказалась спрятана между коленями, то это была всего лишь поза для растяжки. По крайней мере, я нашла тёмный уголок на повороте коридора, где можно было рухн… потянуться. Тёмный и пустой.

Так что я не могла нести ответственность, если кто-то решил устроить частный разговор прямо рядом. Я была здесь первой. Голоса становились всё отчётливее по мере того, как незваные гости приближались. Я не обращала на них особого внимания — до тех пор, пока не прозвучало моё имя.

— Аврора. Что она здесь делает?

— Можешь уточнить? — ответил усталый голос.

Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт. Это был Эвандер? Или Амброз? Я не могла различить их почти одинаковые тембры из-за грохота собственной крови в ушах.

Я выпрямилась на корточках, прижав ладони к стене, надеясь, что она поглотит меня по недоразумению.

Что Защитники здесь делали? Да, обучение проходило в самом сердце столицы, но они не вмешивались в дела стражей. По крайней мере, не после вступительных испытаний.

— Я обучаю новичков, а не божеств, которые не умеют контролировать свою силу, — прозвучал первый голос, сильно напомнивший мне мягкий, но раздражённый голос директора Флорио Беатора.

— Хорошо. Всё равно ты бы не смог.

Этот тон — холодный, без единой эмоции — принадлежал Амброзу.

— Божеству не место среди стражей.

— Почему ты пришёл к нам, Беатор? Пантеоном занимается Комиссия. Не мы.

Хороший вопрос. А если бы ещё увеличить расстояние между мной и Защитниками — было бы совсем идеально.

— Она хотя бы прошла вступительное испытание?

— Разумеется, прошла. Она так же способна, как и твои другие новички. Расслабься.

Я узнала тонкую нить сарказма, вплетённую в каждое слово Эвандера.

— Значит, вы признали её достойной, — понял Флорио.

Да. Они признали. До сих пор не знаю почему, но отказываться от чуда я не собиралась.

Защитники не удостоили его ответом. Значит, они так обращались со всеми. Это не стало откровением, но всё же принесло облегчение.

— Почему?

Я полностью выпрямилась, заметив его спину за углом коридора. Бежать было бы бесполезно — и слишком заметно — но если они продолжат идти вперёд, я очень скоро окажусь у них на виду.

— Ты не в том положении, чтобы ставить под сомнение наши решения. Сосредоточься на своих новичках, — прогремел Амброз.

Никто не в том положении, чтобы ставить под сомнение их решения, — хотелось мне пробормотать.

— Теперь она одна из них. Благодаря вам.

Благодаря им? Он всё ещё говорил об испытании?

Эвандер щёлкнул языком, и я сама удивилась, что смогла понять — это был именно он, учитывая, что иногда не могла отличить крик лисицы от крика женщины в лесу.

— И было решено, что пока она носит фиолетовую форму, её будут считать обычным новичком, — продолжил он. — Поэтому я не вижу, в чём проблема.

Флорио издал драматический вздох, словно прекрасно видел, в чём именно заключалась проблема. Терпение Защитников иссякло.

— Почему ты всё ещё здесь? У нас есть дела, которые, в отличие от этого, заслуживают всего нашего внимания.

Дела? Были ли они далеко от своего кабинета, который так удобно остался бы пустым?

Нет, я придерживаюсь Плана. Я даже не представляла, что бы делала в их кабинете. Искала свиток под названием «Что случилось с Сияющим и где его найти»?

Амброз тихо зарычал. Мне не показалось. Я отчётливо это услышала. И Флорио тоже. Он отступил на шаг, оказавшись прямо в моей линии обзора. Я втянула живот, словно само движение моего дыхания могло меня выдать.

— Разумеется, Защитники.

Он опустил взгляд в знак почтения, но я видела, как его ногти впились в ладонь за спиной. Ладно, похоже, он не был моим самым большим поклонником, однако у нас имелся общий враг — точнее, два врага — и мы могли бы довольно быстро стать лучшими друзьями.

Его мышцы начали расслабляться одна за другой, начиная со ступней, которые развернулись. В мою сторону.

Нет, нет, нет.

— Беатор, кстати, — прервал его Эвандер, — профессор Эмбер просила тебя подойти.

— Чего ещё хочет Олли?

Клянусь, мне показалось, что в коридоре стало прохладнее. Сквозняк в этом огромном здании. Беатор, который явно не собирался получать ответа от близнецов, вытянул напряжённую шею и направился в противоположную сторону — прочь от меня.

Спасибо тебе, Мунди.

Вздох облегчения уже готов был сорваться с моих губ. И тут я вспомнила, что всё ещё не выбралась из беды. Они не могли стоять в этом пустом коридоре бесконечно и молчать. Разве что слухи о телепатической связи были правдой. Надо было спросить у Мемнон, возможно ли такое. Она ведь эксперт.

— Ты слышишь что-то, что тебе нравится, богиня? — раздался голос — вполне осязаемый, совершенно реальный и уж точно не телепатический.