Еще одной важной реформой Сервия Туллия была судебная. Дионисий (IV, 25, 2) пишет, что Сервий отделил от частных дел (άπό των ιδιωτικών) общественные (τά δημόσια) и, соответственно, разделил суд по этим делам. Если раньше все спорные вопросы решались единоличным приговором царя, то теперь он оставил за собой решение лишь общественных дел, создав для рассмотрения частных споров особых судей, а для этих судей установил пределы и нормы (ορούς καί κανόνας), которые письменно оформил в виде законов. Слово «закон» автор употребляет во множественном числе (νόμους). Видимо, речь шла о целой серии законодательных актов царя, определявших судопроизводство по делам, которые монарх не счел опасными для государства. Дионисий употребляет для государства слово κοινόν. Использование этого слова подчеркивает элемент общности и может быть переводом латинского res publica. Если это так, то противопоставление государства, как «общественного дела» частному (res privata) возникло еще до уничтожения монархии, и создателем такого положения можно считать Сервия Туллия.

Дионисий, восторгавшийся якобы народолюбием[1841] Сервия Туллия, считает, что этим он уменьшил царскую власть, передав часть своей юрисдикции специальным судьям. Этого, разумеется, не было. Ведь царь не только определил правила и пределы судопроизводства, но и сам назначил (έταξεν) этих судей. Речь шла не об уменьшении объема царских полномочий, а о разделении правового поля на две отдельные сферы юрисдикции. И до этого не всегда царь сам вершил суд, как это было в «деле Горация», о котором уже говорилось. Как бы ни расценивать сам рассказ о поединке Горациев и Куриациев и последующем убийстве Горацием сестры и суда над ним, ясно, что в данном случае речь шла не об отказе царя от своих судебных полномочий, но лишь о назначении им специальных судей для данного конкретного дела. Поскольку процесс по обвинению в perduellio, ведомый дуумвирами, был чрезвычайно редок (известно всего лишь три таких процесса, включая суд нал Горацием)[1842], ясно, что это была чрезвычайная должность[1843]. Теперь же, если верить Дионисию, речь шла о назначении постоянных «частных» судей (ίδιότας... δικαστάς). Это выглядит как точный перевод латинского iudices privati, каковыми были частные лица, которым от лица государства поручалось решение того или иного частно-правового спора[1844]. Можно ли это явление отнести уже к царской эпохе, решить трудно. Но, во всяком случае, это первое свидетельство выделения ius privatum (частного права) из общей правовой сферы, в которой до этого единоличным судьей выступал царь, который для решения конкретного дела мог назначать своих представителей[1845]. По существу создавалась юридическая инстанция, отдельная от царской власти, хотя, несомненно, и зависимая от нее. Она охватывала далеко не всю правовую сферу, но все же возникновение относительно самостоятельного суда хотя бы по некоторым делам явилось важным шагом в развитии римского права и юридической системы. По-видимому, с этого времени можно говорить о разделении римского правового поля на законодательную и судебно-юридическую сферу[1846].

Частное право регулировало юридические отношения отдельных лиц[1847]. Следовательно, эти отношения выводились из сферы не только царской юрисдикции, но и родовой и фамильной. «Частными судьями» не были patres familias. Это означает, что появляется сфера права и правоприменения, выходящая за рамки родовых отношений. Может быть, введение «частных судей» можно связать с другим мероприятием Сервия Туллия, упомянутого Дионисием (IV, 13, 1): проведение через куриатные комиции многочисленных законов о договорах и правонарушениях (τούς νόμους τούς συναλλακτικούξ και τούς περί των αδικημάτων). Эти законы Сервий Туллий провел сразу (εύθύς) после взятия власти. Если связь между ними и судебной реформой действительно существовала, то последняя тоже должна была быть проведена в самом начале правления Сервия Туллия. Понятие άδίκημα — довольно широкое и обозначает не только правонарушение, но и несправедливость вообще. Имеет оно, однако, и более узкое значение в смысле неправедно нажитого дохода. Νόμοι συναλλακτικοί связаны с договорами и различными сделками. Оба понятия, таким образом, можно отнести к взаимоотношениям людей в сфере их имущественных отношений. В таком случае выявляется значение судебной реформы Сервия Туллия. Царь, как кажется, выделил юридическую сферу, относящуюся к особым интересам тех людей, которые занимались торговыми и, может быть, ремесленными операциями и не входили в гентильные структуры. Речь идет о людях, связанных с городской собственностью, которая, к тому же, была личной, а не родовой. Вероятнее всего, эти люди и их отношения и между собой, и с остальным населением Рима, как, видимо, и с государством, впервые включались в официальное правовое поле. Это для них было чрезвычайно важно, ибо обеспечивало юридическую защиту не только их имущества, но и свободы. Недаром отмена некоторых таких законов в начале республиканского времени было воспринято плебеями как порабощение[1848].

К сожалению, ни Дионисий, ни Ливий, ни какой-либо другой античный автор не говорят о конкретном содержании этих законов Сервия Туллия. Но возможно, что к серии этих законов относится установление специального дня городских торжищ (нундин), в который сельские жители могли, прервав полевые работы, приходить в город для решения своих дел, участия в комициях и, что очень важно, для торговли (Macrob. Sat. I, 16, 32–36). Макробий приводит версию, которая приписывала учреждение нундин Ромулу и Титу Тацию, но затем противопоставляет ей сведения об их установлении Сервием Туллием. Думается, что, несмотря на некоторые оговорки[1849], этот закон вполне можно отнести именно к правлению Сервия[1850]. Как уже говорилось, пока самостоятельных сельских хозяйств на римской территории не существовало, не было и нужды в каком-либо регулировании отношений между сельским и городским населением. Но именно в это время и появляются такие хозяйства[1851], что полностью оправдывает введение Сервием Туллием данного закона. Этот закон, несомненно, способствовал развитию внутренней торговли и введению в римское сельское хозяйство некоторых элементов товарности.

Реформы Сервия Туллия охватывали различные стороны жизни Рима[1852]. Обстоятельства прихода к власти и связанная с этим необходимость ее укрепления и легитимации, с одной стороны, и нужды политического, военного и социально-экономического развития с другой, обусловили проведение этих реформ. Некоторые из них, связанные с необходимостью обеспечить себе максимально широкую поддержку основной массы римлян в условиях явного недоброжелательства «отцов», были проведены явно в начале правления Сервия Туллия, другие, создававшие новую военную структуру и связанный с ней новый социально-политический порядок, вероятнее всего, относятся уже к более позднему времени[1853].