Глава 19. Демоны в темноте

АЛЕКСИС

Мое сердце ёкнуло.

Я не разговаривала с Патро и Ахиллесом не просто так — причина заключалась в предательстве высшего порядка.

Если отбросить застарелые детские проблемы с покинутостью, оставить человека наедине с мутировавшими монстрами было просто непрофессионально, даже для членов культа. Ни у кого в эти дни нет никакого класса.

Тук.

Тук.

Тук.

Чарли фыркнул на полу, переворачиваясь в своей куче розовых постельных принадлежностей.

— Перестань, — позвала я как можно тише. — Люди отдыхают.

Хелен пробормотала что-то в подушку, бессознательно потянувшись к украшенной стразами розовой Беретте на прикроватной тумбочке.

Она ведь не выстрелит в меня во сне, правда?

— Мне плевать. Выходи — или я разбужу комнату, — холодно пригрозил Патро с другой стороны двери. — Сейчас же.

Он снова постучал, громче.

Хелен села и подняла пистолет — глаза все еще закрыты — и сняла предохранитель.

Побледнев, я тихо выскользнула из кровати.

Поко проснулся с сонным писком. Он забрался мне на плечо, когда я вытащила храпящую Никс из-под подушки и обмотала ее вокруг своей шеи.

— Спи дальше, тупая корова, — прошипела она мне.

Ад насторожился на полу.

Хелен пробормотала что-то во сне, размахивая заряженным оружием по комнате, прежде чем навести его прямо на мой лоб.

О, мило.

Я отступила к двери, пробираясь на цыпочках мимо Чарли.

Флаффи-младший рядом с ним поскуливал во сне, и большой горб на его спине... дрожал?

Я наклонилась ближе.

Патро резко постучал. — Алексис — ты идешь или нет? — Он звучал надменно и высокомерно.

Скучаю по тому времени, когда он был без сознания со сломанной шеей.

Хелен направила Беретту на дверь, затем снова нацелила ее на меня. По-видимому, ее спящее "я" решило, что я представляю большую угрозу.

Немного польщенная, но в основном напуганная неминуемым дружественным огнем, я выскользнула в освещенный свечами холл, за мной последовал Ад.

Дверь со скрипом закрылась за нами, и я врезалась прямо в неподвижную массу.

Я медленно подняла глаза.

Руки были скрещены на широкой груди, незажженная сигарета свисала из решетки намордника. Ахиллес стоял прямо за дверью, блокируя меня.

Я уставилась на него и ждала.

Никто из нас не двигался.

Легкие превратились в камень в моей груди.

Титаны визжат, когти разрезают мою спину, люди рыдают, кровь повсюду, подвешенная в воздухе над городом, «Domus».

Спустя недели, крайний ужас все еще оставлял горький осадок во рту. Я понимала, почему он это сделал, но что-то в том, как Ахиллес не удосужился извиниться, вызывало у меня раздражение, тем более что он знал, что я пойму его язык жестов. Во всяком случае, он вел себя так, словно злился на меня.

Во время тренировок я постоянно ловила его, когда он свирепо смотрел на мою сторону лица, бросая взгляд между мной и Патро с открытым отвращением.

— Д-двинься, — прошептала я.

Рычание раздалось у моих ног, кости прижались к моей ноге, когда Ад напрягся рядом со мной защитно.

Ахиллес не сдвинулся с места.

Горячее негодование нарастало. — Пошел ты на хуй, — подписала я, прежде чем смогла себя остановить.

Он дернулся, глаза вспыхнули, затем он поднял руку — я едва сдержалась, чтобы не отшатнуться.

Температура в холле повысилась, когда Ахиллес наклонился ко мне. — Ты должна была сказать мне, что знаешь язык жестов. — Его пальцы двигались, намеренно и обвиняюще.

Пахло чем-то горящим.

— А ты, — подписала я медленно в ответ, — не должен был оставлять меня умирать.

Ахиллес вздрогнул. Его руки сжались в кулаки, костяшки треснули.

Он все еще не извинился.

— Убирайся, блядь, от меня, — подписала я прерывисто. — Сейчас же.

Кожа хрустнула, когда его намордник натянулся, и Ахиллес наконец отступил в сторону, открывая Патро.

Свет свечей танцевал на скульптурных плоскостях его идеального лица; его изумрудные глаза были поразительно яркими в тенистом холле.

— Какого х-хрена ты делаешь? — прошептала я, глубоко обеспокоенная моим противостоянием с Ахиллесом.

Патро выгнул бровь, его брюки и рубашка были безупречно выглажены, волосы идеально уложены. Он был воплощением комплекса превосходства.

— Мы пытались застать тебя одну, — сказал Патро медленно. — Но в последнее время это было невозможно — особенно с Хароном по ночам.

Что насчет Карен?

Я покачала головой и сосредоточилась на текущей проблеме — Патро.

— Что тебе нужно? — спросила я.

Губа Патро скривилась, когда он оглядел меня с ног до головы.

Печально известный дар ухаживания — он же огромная толстовка-скелет Харона, которую я отказывалась отдавать или сожалеть о том, что ношу, потому что она была такой уютной — свисала до моих колен, и мраморный пол был холодным под моими босыми ногами.

— Хорошая шляпа, — усмехнулся Патро.

Поко зашипел с того места, где он сидел, тяжелый, пушистый и теплый, на макушке моей головы.

Патро пробормотал что-то о том, что я «смешна и меня трудно воспринимать всерьез».

Я повернулась, чтобы вернуться внутрь — Ахиллес заблокировал меня, снова.

Поко нервно потянул мою кожу головы, и мою спину кольнуло предупреждением.

— Подожди. — Патро схватил меня за руку и повернул лицом к себе. — Пожалуйста — мы хотим извиниться... за Рим. — Он посмотрел на меня умоляюще.

Сделав глубокий, успокаивающий вдох, я встретилась с ним взглядом. — Ахиллес всегда выбрал бы тебя.

Это была правда.

Патро провел руками по лицу. — Нет, — сказал он. — Это не так... ЛЖЕЦ было написано на его костяшках пальцев. Он не мог встретиться со мной глазами.

— С этим покончено, — сказала я. — Я не хочу об этом говорить. Больше нечего сказать.

Патро опустил руки.

— Оставьте меня в покое.

— Я не могу, — прошептал Патро, словно ему было жаль.

Я отступила и ударилась о неподвижную грудь Ахиллеса.

Повернувшись в спешке, я с трудом дышала.

Ахиллес поднял руки, словно имея дело с пугливым животным, и отошел, чтобы встать рядом с Патро.

— Наше первоначальное предложение остается в силе, — подписал Ахиллес, конец его сигареты горел, дым клубился вокруг его лица.

Острая боль пронзила за моими глазами. Август использует свою силу прямо сейчас?

— Ты согласна? — спросил Патро.

Я посмотрела на них с замешательством. — О чем вы г-говорите?

— Мы поможем тебе. — Патро подошел ближе, его ледяной запах контрастировал с жаром Ахиллеса. Его голос упал до низкого шепота. — Использовать свои силы, чтобы... ну, ты знаешь... разорватьбрачную связь с твоими мужьями.

Я отступила, ударившись о дверь.

— Ни за что, — выпалила я.

С какой стати мне это делать?

Ты должна отомстить.

Не так.

Патро вздохнул. — Ты просто почти убьешь их — просто используй свою силу и доведешь их до грани.

Я покачала головой.

— Кронос. — Патро провел руками по своим коротким локонам, нарушая их идеальное расположение. — Почему ты всегда такая сложная?

Злые слова собрались на кончике моего языка, но не вышли.

— Тогда мы сделаем это за тебя, — сказал Патро. — Раз уж ты слишком боишься сделать это сама.

— Оставь м-меня в покое.

Патро изучал мое лицо, словно искал что-то.

Свет вспыхнул у моих ног. Я взглянула вниз. Пламя в глазах Ада было ярко-красным, вместо их обычного бирюзового пламени. Что за черт?

Патро нежно схватил меня за руку. — Это будет просто укол, — сказал он. — Все будет в порядке, я обещаю.

— Что...

Патро воткнул иглу с Олимпийским флаконом в мою кожу, и трубка наполнилась алым. Вспышкой он удалил ее, пряча мою кровь в карман. — Пожалуйста. Ты еще нас поблагодаришь. — Он кивнул, словно пытался убедить самого себя.

Паника парализовала меня.

Поко зашипел и полоснул — Патро увернулся от его когтя и отступил от меня с Ахиллесом рядом. Что-то похожее на сожаление блеснуло в его глазах.

— Я заставлю тебя заплатить за это.

Патро печально улыбнулся. — Все, что тебе нужно сделать, это дать нам сигнал. Мы на твоейстороне.

Ад зарычал, звук был полон предупреждения.

— Я просто пытаюсь защитить тебя, — добавил Патро. — Кстати, Церера играет с тобой. Я могу сказать, когда кто-то лжет. Ты не знаешь, в какой опасности находишься, и я вижу, что она...

— Не надо, — подписала я, прерывая его. — Держись от нее подальше.

Все выходило из-под контроля.

Патро нахмурился. — Я только пытаюсь помочь тебе.

Ад двинулся к нему, кости мерцали, зазубренные зубы обнажены.

— Сдохни, — подписала я прерывисто.

Ахиллес отдернул выглядевшего обиженным Патро за себя, защищая.

Ад присел низко между нами.

— Вы оба трусы, — подписала я.

Ахиллес держал мой взгляд, не дрогнув, когда они повернулись и исчезли в тенях.

Задыхаясь, я пошатнулась в тихую комнату и забралась в кровать.

Поко жалобно пискнул.

Он обхватил своими маленькими пушистыми ручками мою шею, и я обняла его в ответ, мои слезы капали в его мех.

Ад проснулся вокруг моей шеи с зевком. — Что я пропустила? — спросила она.

— Ад хочет убить людей, — прошептала я.

Поко защебетал и свернулся рядом со мной, и Ад переставился так, что он отдыхал на кровати у моих ног.

Никс фыркнула. — Как он относится к своей личной кончине? Он напуган мной?

Я взяла блестящую подушку и прижала ее к лицу.

— Алексис, спроси его для меня, — прошипела Никс. — Спроси его сейчас.

Я молча закричала.