«Какого черта я призналась, что я девственница?» — проклинала себя Эверли, когда на следующее утро ехала на работу. — «И почему мои губы все еще покалывает от его поцелуя?»

Она коснулась их кончиком пальца. Двадцать четыре часа назад ей также казалось невозможным, что Хит, самый сексуальный и привлекательный мужчина, которого она когда-либо встречала, увлечется ею. Прежде чем она смогла остановить это, ее разум прокрутил особенно волнующий момент прошлой ночи. Он хотел ее. Она почувствовала, как он прижимается к ней, твердый, как камень, и набухший от желания, когда они все еще были на кухне. А потом, когда они перебрались на диван, она едва смогла удержать свою медведицу под контролем. Она задыхалась от желания, горела желанием, чтобы Эверли сняла с себя одежду и потребовала, чтобы Хит стал ее парой. Она никогда раньше не чувствовала ничего подобного, никогда не видела себя страстной женщиной, но он что-то пробудил в ней. А потом он отверг ее.

Может быть, в конце концов, это было и к лучшему. Он был прав: она действительно хотела, чтобы ее первый раз был с мужчиной, который станет ее парой на всю жизнь. Она представила, какой разбитой была бы, если бы они спарились, а потом он перевернулся бы в постели и сказал, что ему неинтересно быть с ней.

Внезапно, несмотря на то что ее тело все еще гудело от его прикосновений, Эверли пожалела, что этого вообще не произошло.

«Почему он просто не контролировал себя? Он опытный мужчина, он знал, что делал. Все это совершенно ново для меня».

— Он просто играл с моим сердцем, — пробормотала она. — Может быть, ему нравится сводить женщин с ума, когда он знает, что у них нет совместного будущего.

Боль и гнев смешались в ее сознании, подстегивая друг друга, так что к тому времени, когда она вошла в парадную дверь, в ней бушевал вихрь ярости. А потом она остановилась как вкопанная. Прошлой ночью она слишком устала, чтобы в полной мере оценить плоды своих трудов, но теперь увидела магазин во всей его красе. Это была настоящая волшебная, чарующая рождественская страна чудес.

Там была мини-Лапландия с северными оленями и белыми медведями; грот Санты; большой снеговик; мини-немецкая рождественская ярмарка, где продавались конфеты и наполнители для носков; дюжина рождественских елок, разбросанных по всему магазину, все украшенные в разных стилях; действующая детская игровая площадка и гирлянды огней, повсюду остролист, мишура, блестки и гигантские безделушки. Ее любимой частью была благотворительная коробка для местных детских домов, где люди могли купить подарок в магазине и оставить его в качестве пожертвования.

Внезапно пара сильных рук опустилась ей на плечи.

— Эверли! Ты знаешь, насколько это фантастично? — воскликнул Джек.

Она обернулась и улыбнулась, увидев его счастливое лицо.

— Мне это очень, очень нравится.

— Я так рада, что ты счастлив.

— Я более чем счастлив! Сегодня у нас будет очень напряженный день. Я это гарантирую.

Джек не ошибся. В магазине весь день царила суета, он был полон возбужденных, счастливых покупателей. А во второй половине дня пришла местная газета, чтобы сфотографировать их и взять интервью, и она была счастлива позировать посреди своего творения.

— Думаешь, ты сейчас занята? Подожди, завтра мы обратимся к прессе, — прокомментировал репортер.

Они были так заняты, что она совсем забыла о своем гневе и боли из-за событий прошлой ночи. Многие люди интересовались ею, поскольку она казалась новым лицом в городе.

— Я очень надеюсь, что ты придешь сегодня на бал, — твердили они. — Было бы приятно познакомиться с тобой поближе.

В шесть часов вечера Джек закрыл двери.

— Сегодня рано закрываемся из-за бала, — сказал он, скривив губы в однобокой улыбке. — Отличная работа сегодня, Эверли.

Он поднял руку, и они дали друг другу пять.

— Спасибо, — сказала она, все еще сияя от безудержной активности этого дня.

— Ты придешь на бал?

— Ох. Я не знаю. Я немного вымоталась.

После того, что произошло прошлой ночью, ее любопытство по поводу свидания вслепую в значительной степени угасло. Ее тело все еще трепетало от неудовлетворенного желания, кожа по-прежнему была живой от прикосновений Хита. Но на сердце у нее было грустно и пусто.

— Тебе следует прийти. Ты взбодришься, как только доберешься туда. Это действительно веселое, оживленное мероприятие. В это время года я тоже обычно не в себе, но я обещаю, что останусь по крайней мере на час. И тогда я всегда заканчиваю тем, что остаюсь до конца.

— Мне нравится твой стиль, — сказала она, и его приятная, непринужденная поза вызвала у нее улыбку.

— Надеюсь увидеть тебя позже, Эверли.

— Может быть!

Когда Эверли шла к своей машине, ее ноги волочились. Какой был смысл идти на бал, когда у нее так сильно болело сердце? Какой бы она была на свидании? Она села в машину и, вместо того чтобы завести двигатель, тупо уставилась в лобовое стекло. Ее жизнь так сильно изменилась за последние несколько дней. Очевидно, что с Хитом этого не должно было случиться. И после прошлой ночи с этим было трудно смириться. Но какой был смысл барахтаться в этом? Что бы она делала иначе — сидела в доме Хита, терзаясь неловкостью, в то время как он находится в соседней комнате?

«Может быть, я могла бы скопировать подход Джека: погулять часок. Познакомиться с моей парой. Если искра не проскочит, скажу ему, что я плохо себя чувствую, и извинюсь».

— Хорошо, я могу это сделать, — сказала она вслух.

На обратном пути к дому Хита она остановилась в ближайшем торговом центре и выбрала юбку, которая подошла бы к ее рождественскому свитеру, и новые туфли на каблуках. Каблуки были выше, чем она обычно носила, и сделаны из блестящего материала цвета лесной зелени. По наитию она также купила серебряную блестящую повязку на голову.

— С таким же успехом я могу попытаться выглядеть соответственно, — сказала она себе.

Ее сердце колотилось так сильно, когда она вошла в дом Хита, что ее рука задрожала, и Эверли попыталась вставить ключ в замочную скважину. Она не могла смириться с тем, что увидит Хита прямо сейчас, когда ее эмоции все еще были такими бурными.

В доме было тихо.

— Привет? — позвала она.

Ответа не последовало. Она позвала еще два раза. По-прежнему ничего. Она испустила долгий вздох облегчения. Затем она бросилась наверх, чтобы подготовиться к балу.

Она надела свою новую одежду и рождественский свитер, затем также нанесла блестящий серебристый макияж. Когда она была готова, то критически изучила свое отражение в зеркале.

«Вполне празднично», — заключила она, но без особого удовольствия.

Когда Эверли открыла входную дверь, чтобы уйти, ее тоже открыли с другой стороны. Ее сердце подпрыгнуло к горлу. И там был Хит, ростом всего шесть футов четыре дюйма, смотрящий на нее сверху вниз.

— Эверли! Ты выглядишь как эльф из сказки Санты! — воскликнул он.

Ее щеки порозовели, угрожающе заливаясь эпическим румянцем.

— Это хорошо?

— Если ты собираешься на праздничный бал — безусловно.

— Так и есть. Ты тоже идешь?

Его губы изогнулись в улыбке.

— Нет. Я никогда не хожу на подобные мероприятия. Обычно я остаюсь дома с Люком и Микаэлой.

— Где они?

— Вообще-то, они оба сегодня на вечеринке с ночевкой.

Она открыла рот, собираясь спросить его, что он делает вместо этого. Но Эверли поняла, что у нее не было на это права. Хит бы сказал ей, если бы захотел.

— Хорошей ночи, Эверли.

— Спасибо.

Хит бросил на нее взгляд, который она никак не могла понять. Она бы описала это либо как зависть, либо как сожаление, но ни то, ни другое не имело никакого смысла.

«Он расстроен из-за вчерашнего вечера», — решила она, возвращаясь в город.

«Поцелуи со мной вскружили ему голову. Он, вероятно, собирается провести ночь в дикой местности, или что там еще делают парни-медведи, когда у них все в порядке с чувствами».

В животе у нее завязался узел. Конечно, она чувствовала себя виноватой. И это было смешано с болью от отвержения. Прошлой ночью у нее появился проблеск надежды, что она сможет стать той, кто исцелит его боль. Но было очевидно, что она только усугубила ситуацию.

Эверли никогда раньше не видела Старую ратушу, но пропустить ее было невозможно. Снаружи все было украшено всевозможными праздничными украшениями — включая множество вещей из ее магазина, поняла она с легкой улыбкой.

Она заехала на ближайшую парковку и поборола приступ нервозности. Она действительно никого не знала в городе. Кроме Джека.

— Наверное, я просто поброжу вокруг, пока не найду своего кавалера, — сказала она себе.

«И у меня хорошо получается заводить случайные разговоры с незнакомцами. Итак, стратегия: выйти. Взять что-нибудь выпить. Отыскать моего спутника. Это план».

Эверли вышла из машины и целеустремленно направилась к месту проведения.

Заведение было переполнено и чрезвычайно оживленно. Звучали классические рождественские песни, и люди бегали вокруг во всевозможных рождественских костюмах. Ну, в основном, ребята. Большинство девушек выглядели изящно и сексуально, в элегантных платьях, с одним-двумя неброскими праздничными аксессуарами.

«Ну что ж. Я снова выставила себя неудачницей», — подумала она, но ей было все равно. Со времени свадьбы Симоны все сильно изменилось, и Эверли знала, что есть люди, которые ценят ее индивидуальность.

Когда она направилась к бару, люди начали с ней здороваться — покупатели из магазина, пара парней из службы доставки. И все они похвалили ее наряд и сказали, что это было так круто, что она приложила такие усилия. Она светилась изнутри, стоя в очереди, чтобы заказать глинтвейн. Она потягивала его, болтая с группой людей.

— Ты принимаешь участие в мероприятии по подбору пары, дорогая? — спросила ее пожилая дама.

— Э-э, возможно, и так, — ответила Эверли, обводя взглядом комнату в поисках парня в серебристом галстуке.

— Молодец. Мне нравится видеть, как вы, молодые люди, подбираетесь друг к другу. Ты уже нашла свою пару?

— Нет. Имею в виду, я на самом деле не смотрела.

Дама взяла ее за руку.

— А теперь скажи мне, во что он должен быть одет?

— Серебряный галстук, — нерешительно произнесла Эверли.

Она надеялась поискать его незаметно, но теперь выхода не было.

— Так, посмотрим.

— Нет, все в порядке. Может быть, я поищу чуть позже.

— Нельзя терять время, дорогая.

Дама отошла от группы, потянув Эверли за собой.

— Давай найдем этого молодого человека.

Эверли попыталась отдернуть руку, но это было бесполезно. Хрупкая на вид женщина держала ее железной хваткой.

Следуя за дамой, которая, казалось, знала всех в комнате, Эверли смотрела в пол, стараясь не думать ни о чем, что было ее единственной защитой от румянца, который всегда был угрожающим.

Затем она оглянулась. И она увидела серебряный галстук. В то же самое время, когда она увидела Джека. Он и серебряный галстук были единым целым.

«О мой бог».

— Кажется, я нашла его, — пробормотала она пожилой леди.

Дама прищурилась, пока ее взгляд не нашел его.

— Джек Каннингем! Превосходный молодой человек. Хотите, я вас представлю?

— Нет. Все хорошо. На самом деле, мы работаем вместе, — сказала Эверли, отчаянно пытаясь высвободить свою руку.

Старая леди хихикнула.

— Вы работаете вместе, и вам потребовалось это, чтобы признать, что вы нравитесь друг другу? Я не понимаю вас, молодые люди.

Эверли слабо улыбнулась ей, пытаясь осмыслить ее слова.

— Но мы не выбирали друг друга. Это свидание вслепую.

Дама открыла рот, чтобы ответить, как раз в тот момент, когда Джек повернул голову и заметил ее. Потом он посмотрел на ее свитер, и его глаза расширились. Он моргнул и посмотрел снова, как будто пытался убедиться. Она подняла руку в знак приветствия, он широко улыбнулся ей и подошел.

— Эверли! Вот это сюрприз, — выражение его лица было насмешливым, но отчасти довольным.

— Это точно, — ответила она, слишком потрясенная, чтобы сказать что-то еще.

Он протянул руку, как будто не был уверен, следует ли ему пожать ей руку или обнять, и в итоге они крепко обняли друг друга.

— Ты выглядишь сногсшибательно.

Она рассмеялась.

— Мне кажется, я выгляжу как эльф. Или, по крайней мере, так мне сказал Хит.

При упоминании имени Хита его лицо на мгновение омрачилось. Пожилая леди подошла поближе и схватила их за руки своей костлявой хваткой.

— О, посмотрите на себя, вы, робкая пара голубков! Что ж, по крайней мере, в конце концов вы нашли друг друга.

— Похоже, ты нашла рождественскую фею сватовства, — сказал Джек, как только она, пошатываясь, вернулась к своей группе друзей.

Эверли издала слегка сдавленный смешок и прикусила язык, чтобы отвлечься от своего смущения.

— Могу я предложить тебе что-нибудь выпить?

— Пожалуйста, — ответила она, думая, что сегодня вечером ей понадобится гораздо больше алкоголя.

Пока он делал заказ, Эверли ломала голову, пытаясь придумать, что бы такое сказать, что рассеяло бы неловкость от случайного знакомства с ее боссом.

— Все хорошо? — спросил Джек, наливая ей еще глинтвейна.

— Теперь намного лучше, — сказала Эверли, делая большой глоток вина.

Он смотрел на нее очень нежно.

— Пойдем потанцуем?

— Да, — ответила она с облегчением.

Эверли любила танцевать, и у нее это получалось не так уж плохо. Надеясь, это означало бы, что им не придется слишком много разговаривать.

— Твой свитер выглядит великолепно, — произнес Джек. — Когда я увидел «Рождественский свитер», я представил, что он немного менее приталенный и намного более комичный.

Эверли закатила глаза.

— Это необходимость. У моей семьи своего рода одержимость рождественскими свитерами. Но я и представить себе не могла, что буду единственной женщиной, которая его наденет.

Джек прищелкнул языком.

— У некоторых людей нет воображения.

Они оба рассмеялись, и Эверли почувствовала, что немного расслабляется. Он тоже был хорошим танцором, и она начинала получать удовольствие все больше и больше, пока они кружились по танцполу, привлекая к себе восхищенные взгляды.

— Я так рад, что ты вошла в мою жизнь, Эверли, — произнес Джек, когда они немного позже сделали передышку. — И не только потому, что ты лучший креативный директор, которого я только мог себе представить.

— Нет? — спросила она с усмешкой.

— Я также хочу поблагодарить тебя за то, что ты пригласила меня сегодня вечером. Я имею в виду, я тоже хотел пригласить тебя, но подумал, что это может быть неуместно.

Эверли нахмурилась в замешательстве.

— Честно говоря, ты привлекла меня с того самого момента, как ты вошла в магазин. Но я понятия не имел, что я тебе так нравлюсь, — продолжил Джек, и его голова придвинулась ближе к ее.

Она положила руку ему на грудь.

— Но, подожди… ни один из нас не выбрал другого? Мы случайно попали на сайт мероприятия.

Его красивый лоб нахмурился, когда он покачал головой.

— Нет, это старая городская традиция. Каждый год на праздничном балу у тебя есть возможность пригласить своего возлюбленного, в надежде, что он\она согласится, и тогда вы встретитесь на балу. Это всегда был способ собрать застенчивых медведей вместе... — Джек замолчал. — Подожди. Ты хочешь сказать, что не приглашала меня?

Эверли покачала головой.

— Нет, я только что получила приглашение по почте, в котором говорилось, что на моем кавалере будет серебристый галстук.

Джек тоже покачал головой.

— Что? Но я думал, что серебряный галстук был твоей просьбой.

Они уставились друг на друга, пытаясь понять.

— Возможно ли, что к этому приложил руку кто-то еще? — поинтересовался он вслух.

— Звучит примерно так. Но почему?

— Может быть, они подшучивают над нами. Или, может быть, они хотят, чтобы мы были вместе. Но зачем им это? Вряд ли кто-нибудь знает, что мы знакомы друг с другом. Или что я... — он замолчал, и понимание промелькнуло в его глазах, прежде чем он опустил взгляд в пол.

— Хит... — начала Эверли.

Он кивнул.

— Он всегда твердит о том, что я должен наконец найти себе пару.

Джек посмотрел на нее со смущением в глазах.

— Значит, ты меня не приглашала. Теперь я чувствую себя глупо.

— Эй, все в порядке.

Она подошла к нему на шаг ближе.

— Не расстраивайся. Хит попытался устроить небольшое сватовство. Может быть, он знает об этом больше, чем мы.

Повинуясь импульсу, она положила руку ему на талию, приподнялась на цыпочки и притянула его голову к себе.

— Эверли…

— Тихо.

Она прижалась губами к его губам, сначала нежно, потом чуть сильнее, прижимаясь к нему всем телом в поисках поддержки. Его губы были приятными и мягкими на ощупь. Но по-другому. По ее телу не пробегал тот электрический разряд, который она почувствовала прошлой ночью.

«Может быть, этого достаточно», — сказала она себе. — «Джек — отличный парень. Он красив, умен, добр. Хит не хочет быть со мной. Джек хочет. Это не сложно».

Она обхватила его обеими руками за талию и изо всех сил постаралась погрузиться в поцелуй, заставляя себя думать о нем и выбросить из головы эти надоедливые мысли о Хите.

Внезапно Джек оторвался от ее губ и мягко оттолкнул ее от себя.

— Что такое?

Его глаза были полны печали.

— Эверли, я тебе не нравлюсь. Нет смысла притворяться.

— Джек, нравишься. Ты отличный парень

— Нет. Я тебе не нравлюсь так. В том смысле, в каком ты мне нравишься.

— Может, и нравишься.

— Скажи мне честно — твоя медведица хочет меня?

Эверли сделала шаг назад, сосредоточилась и попыталась справиться с этим. Медведица бродила вокруг в замешательстве. Она хотела спариваться. Вчерашний клинч воспламенил ее, и с тех пор это был неконтролируемый клубок похоти. Но она не понимала, почему Эверли пыталась стать парой этому мужчине, а не Хиту.

— Думаю, моя медведица сейчас немного сбита с толку, — ответила Эверли так правдиво, как только могла.

— Потому что твоя медведица — потому что ты — хотите Хита.

— Хит недоступен. Так что в любом случае это не имеет значения.

— Эверли, как ты думаешь, почему он пытался свести нас друг с другом сегодня вечером?

Она нахмурила брови.

— Потому что ты его друг, и он хочет, чтобы ты был счастлив. И он хочет избавиться от меня.

— Именно… потому что он знает, что ты его пара.

Эверли решительно покачала головой.

— Нет. Он прямо сказал мне, что не заинтересован в поиске другой пары.

Джек нежно положил руки ей на плечи.

— Твое чистое сердце — одно из твоих самых привлекательных качеств, но оно подвергает тебя опасности упустить то, что находится прямо перед тобой. Я знаю Хита всю свою жизнь, и с тех пор, как он потерял жену, я никогда не видел, чтобы он смотрел на кого-либо так, как он смотрит на тебя.

Эверли помолчала, думая о прошлой ночи. Хит тайно свел ее с Джеком. Затем он поцеловал ее. А потом он сказал ей, что не может быть с ней. Что он задумал?

«И кем, черт возьми, он себя возомнил, чтобы пытаться свести меня с людьми — и не просто с людьми — с мужчиной, на которого я работаю, — без моего разрешения?»

— Конечно, я полностью разочарован тем, что ты не хочешь быть со мной, — прервал ее мысли Джек. — Но Хит — мой лучший друг в мире. Он долго страдал, и я действительно хочу, чтобы он был счастлив. Я не знаю никого, кто заслуживал бы этого больше, чем он.

— Ты для него очень хороший друг, Джек. Но он, кажется, очень настроен оставаться холостяком.

— Да, я знаю, что он это делает. Но я говорил ему снова и снова, что ему нужно двигаться дальше по своей жизни. Начать жить для себя, а не только для своих детей. И я вижу, что встреча с тобой открыла ему возможность этого, как бы сильно он ни хотел признаться в этом самому себе. Я также вижу, что вы двое идеально подходите друг другу.

Эверли выдерживала пристальный взгляд Джека несколько долгих секунд. Затем она снова притянула его к себе и поцеловала в щеку.

— Спасибо тебе, Джек. Ты удивительный парень. И очень преданный друг. А теперь давай насладимся праздничным балом, раз уж мы пришли именно за этим. Не потанцуем ли мы?