Дорога до Грин-Филдс была долгой, гораздо дольше, чем Калеб привык водить. Его навигатор вел его через один безымянный маленький городок за другим, а снег падал и останавливался, падал и останавливался. Его медведь время от времени жалобно выл, но он изо всех сил старался не обращать на него внимания. Калеб направлялся прямо на юг, и рассвет наступил немного раньше обычного, великолепно осветив небо розовыми и желтыми оттенками. Его настроение немного улучшилось, и он напомнил себе, что делает что-то новое, двигаясь к своему будущему и возможности лучшей жизни.

Дороги были почти пустынны, и он чувствовал себя одиноким в постоянно меняющемся пейзаже оттенков синего и белого. Снег был ослепительным, и от него у Калеба устали глаза. Когда солнце поднялось на самую высокую точку в небе, он остановился пообедать в закусочной. Он съел два чизбургера и выпил два крепких кофе, но не смог подавить бурление в желудке, которое возникало каждый раз, когда он думал о своем клане и жизни, которую он оставил позади.

Вскоре он снова был в пути. Калеб уже спустился с гор, и дороги стали менее извилистыми и более однообразными. Солнце снова начало отступать к горизонту, и казалось, что оно забирает с собой всю энергию Калеба. Он и так бодрствовал гораздо дольше, чем обычно в это время года, и ему с трудом удавалось сохранять бдительность. Желание свернуть на обочину и провалиться в сон на несколько часов было непреодолимым.

«Мне нужно где-нибудь остановиться на ночь», — сказал он себе.

Он планировал проделать весь путь до Грин-Филдс за один день, но теперь понял, насколько нелепой была эта идея. Он начал высматривать вывески мотеля и через полчаса нашел одну. Мотель был немного в стороне от главной дороги, на краю того, что считалось маленьким городком Гейнсвилл. Он был простоват, но очарователен и выглядел так, словно его недавно отремонтировали, совсем не похож на блошиную яму, которую Калеб себе представлял. Он вздохнул с облегчением. Он никогда раньше не останавливался в мотелях, и все, что знал о них, он узнал из фильмов.

Калеб зарегистрировался, припарковал машину прямо перед дверью своего номера, лег на хороший, упругий матрас, и это было единственное, что он ощущал в течение нескольких часов.

* * *

Проснувшись, Калеб почувствовал себя отдохнувшим, словно проспал очень долго. Он нащупал в темноте выключатель. Он лежал на спине и смотрел на деревянные доски потолка, размышляя. Теперь он мог обратиться и отправиться на охоту, но эта мысль заставляла его немного нервничать. Местная обстановка была ему совершенно незнакома, и он понятия не имел, насколько беззащитен. Это может быть опасно. Насколько он знал, там могли быть охотники с ружьями или просто обычные люди, которые могли увидеть его и испугаться. Калеб вздохнул. Сегодня вечером будет только ресторанная еда.

Он спрыгнул с кровати, одним движением схватил куртку и бумажник и направился в вестибюль мотеля. Там был другой менеджер, не тот, что регистрировал его — женщина лет пятидесяти с вьющимися каштановыми кудрями и в огромных очках, как из семидесятых.

— У нас здесь нет ресторанов как таковых, — сказала она сладким, тягучим голосом, ее глаза мерцали, зрачки увеличивались толстыми линзами. — Но я думаю, есть небольшая закусочная.

— Хорошая? — с сомнением спросил Калеб.

Лицо женщины просветлело.

— Лучшее место в городе.

Он усмехнулся.

— И много здесь закусочных?

— Нет! Но это не значит, что вы не получите чертовски хороший бифштекс и довольно хороший яблочный пирог.

— Ладно, пожалуй, я попробую. Спасибо за рекомендацию.

— Конечно, дорогой.

Она подняла руку и пригладила свои кудри, не сводя с него глаз, пока он выходил из вестибюля и шел по дороге, ведущей к закусочной.

«У Арчи» было длинным и узким зданием, с приглушенным освещением, от ряда потолочных ламп в медных абажурах. Группа из четырех человек в кабинке посмотрела на Калеба, когда он вошел, рассматривая закусочную с легким интересом. Местные жители, решил он. Несколько одиноких мужчин сидели у стен. Они читали газеты или делали что-то на мобильных, пока ели. Калеб прошел мимо них и выбрал столик в центре комнаты, желая по какой-то причине отделиться от остальных людей. Он не был скучающим постоянным посетителем. Он был медведем в начале приключения, которое, как он надеялся, принесет ему все, чего он жаждал в жизни.

Когда Калеб сел, то обнаружил, что комната имеет Г-образную форму, а в глубине есть ниша, которую не видно от входа. А в нише сидели неряшливый мужчина в кожаной куртке и привлекательная женщина. На самом деле она была более чем привлекательна. Он еще раз взглянул на нее и сел. Она была просто сногсшибательна. У нее были длинные блондинистые волосы, которые шелковыми волнами ниспадали на плечи. Глаза у нее были серые и раскосые, а длинные прямые брови на пару тонов темнее волос. У нее было лицо в форме сердца с высокими скулами, прямым изящным носом и невероятно полными губами. Она была одета немного старомодно, в бесформенный коричневый вязаный свитер и черные брюки, но они не могли скрыть ее привлекательные изгибы. Ее голова начала поворачиваться в его сторону, призывно наклоняясь, и Калеб быстро отвел взгляд, смутно осознавая, что его сердце бьется слишком быстро. Черт. Ему хотелось оказаться где-нибудь, где он мог бы подольше смотреть на нее незамеченным. Он никогда не видел никого настолько красивого, как эта женщина. Это было все равно что наблюдать за самым прекрасным закатом, умноженным на десять. От одного взгляда на нее по его телу пробежала волна эйфории, а по коже побежали мурашки. Калебу казалось, что он хочет запомнить каждую частичку незнакомки. Он раздул ноздри и принюхался, пытаясь уловить ее запах. Он был легким и сладким, но с глубинным богатством, как горная роза. Калеб взял меню и мысленно встряхнулся. Он не имел права смотреть на нее. Она была с другим парнем. Оборотнем. Волком. От осознания этого у него кровь застыла в жилах. Калеб так привык чуять только медведей, что не заметил, что человеческая девушка была с волком. Он ощетинился. Как и большинство медведей, он не был поклонником волков и их подлых, жаждущих власти душ. Но если волк и знал, что находится в компании медведя, то никак этого не показывал. Мужчина был высокий, поджарый и крепкий, с угловатым лицом и тонкими губами.

Калеб попытался сосредоточиться на еде.

«Что, если этот парень не ее парень, а родственник или друг?» — подумал он.

С того места, где он сидел, они оба были видны в профиль. Боковым зрением он видел, что волк смотрит на стол, а голова женщины повернута в другую сторону. Он рискнул еще раз взглянуть. У нее был прекрасный профиль, нос, губы и подбородок идеально ровный. Ее нижняя губа была полнее верхней и выглядела вызывающе, чувственно. Оборотень смотрел на свой телефон, но Калеб не мог сказать, куда был направлен взгляд женщины. У него возникло нелепое желание, чтобы она обратила на него свой взгляд. Мужчина что-то сказал ей, и она слегка дернула головой, словно возвращаясь к реальности. Она ответила одним-единственным словом, соглашаясь, едва шевеля губами. Волк протянул руку, взял ее за руку. Сердце Калеба ушло в пятки. В этом жесте не было ни малейшего намека на родство или дружбу.

— Вы готовы сделать заказ? — раздался рядом бодрый голос.

Калеб прочистил горло, чувствуя, что оно как будто сжалось.

— У вас есть бифштексы? — ответил он.

— Конечно. Заказываете? — прощебетала молодая официантка, перегнувшись через его плечо и указывая на меню.

— Я возьму один и «Сэм Адамс» (прим. пер. торговая марка пива), — сказал он ей, и официантка снова ускакала.

Скрип отодвигаемого стула вернул его взгляд к парочке. Мужчина поднялся на ноги. Он направился в туалет. Женщина посмотрела ему вслед, потом повернула голову и принялась рассматривать свои ногти. Она, казалось, не замечала ничего вокруг. Было ли напряжение на ее лице? Ее брови, казалось, были нахмурены, и она втянула нижнюю губу в рот и прикусила ее. Он увидел, что ее ноги были плотно скрещены. О чем она думала, что заставляло ее так нервничать?

Дверь ванной распахнулась, и к ней подошел ее парень. В его походке чувствовалось самодовольство, в том, как он отодвинул стул и сел. Типичный оборотень.

«Что она с ним делает?»

Незнакомка была самым красивым существом, которое Калеб когда-либо видел, и она выбрала быть с тощим, высокомерным волком.

Официантка принесла Калебу бифштекс и пиво, так что он пропустил следующий обмен репликами между парой. Но потом они встали, и волк прошел мимо него, глядя прямо перед собой.

«Он, конечно, учуял меня и пытается сделать вид, что нет».

Девушка последовала за ним, отойдя на несколько шагов. Калеб хотел, чтобы она подняла глаза, и в последнюю секунду она это сделала. Ее ясные серые глаза встретились с его, посылая покалывание по всему его телу. Но что-то было в выражении ее лица, что-то неописуемо грустное и уязвленное. Ее глаза на мгновение расширились, когда она увидела его.

«Что она почувствовала?» — удивился он.

Ее рука коснулась его плеча, чисто случайно, но ему показалось, что ее пальцы были полны электричества.

А потом она прошла мимо него. Калеб мог позволить себе роскошь наблюдать за ее удаляющейся спиной. У нее была полная, сочная попа и сексуальный изгиб бедер, который не могли скрыть ее ужасные черные брюки. Ее волосы доходили почти до талии, и он поймал себя на том, что страстно желает обернуть их вокруг своих пальцев. Он представил ее обнаженной, освободившейся от своей безвкусной одежды. Эти мягкие, полные губы на его губах, ее тело, вплетенное в его. Она проскользнула в дверь и исчезла. Его медведь тихо зарычал.

«Она твоя пара» — сказал ему зверь.

У Калеба перехватило дыхание. А потом он встряхнулся.

«Она принадлежит другому» — напомнил он себе.

Он посмотрел на свою тарелку. Калеб еще не начал есть, а гигантский бифштекс уже остывал. Он ел быстро, его голова была полна вопросов. Когда он покончил с первым блюдом, официантка принесла ему меню десертов. Теперь Калеб был единственным посетителем в этой части ресторана, и она болтала с ним, спрашивая, что привело его в Гейнсвилл. Он рассеянно ответил ей, объяснив, что переезжает в Грин-Филдс.

Официантка продолжала пытаться вовлечь его в разговор, но его мысли были заняты незнакомкой. Калеб заказал чизкейк и кофе и долго сидел над ними, глядя в длинные окна, думая о своей паре, гудя от ощущений, которых никогда не испытывал раньше. У него было жгучее желание побежать за ней и отобрать ее у этого негодного волка.

«Это то, что ты чувствуешь, когда встречаешь свою пару?» — удивился он про себя.

Но это не имело значения. Он никогда не увидеться с ней снова. Она уже уехала, и завтра он тоже уедет. Он думал обо всем, что произошло сегодня — о длинных, безымянных дорогах, по которым он ехал весь день, уводя его далеко-далеко от всего, что он знал, о своей пустой хижине, о своем клане, где, конечно же, все уже впали в спячку, и об этом мимолетном моменте. Всю свою жизнь он ждал знака, что нашел свою пару, и вот это случилось. И Калеб не мог ее заполучить, потому что она принадлежала кому-то другому. Он громко вздохнул. Не было смысла думать об этом. Ему нужно сосредоточиться на том, чтобы добраться до Грин-Филдс. А самое главное — хорошо выспаться.

Он встал, потянулся, заплатил по счету и вернулся в свой номер.