22 июня 1941 года. Обычный воскресный день.
В Соликамском кинотеатре уже неделю шел фильм «Валерий Чкалов», и все мальчишки носились по городу с раскинутыми руками, воображая себя летчиками.
В парке с утра было полно гуляющих, у парашютной вышки, как всегда, собралась очередь. Парни ревниво подсчитывали прыжки друг друга.
На стадионе готовились к товарищескому футбольному матчу «Березники — Соликамск», болельщики подбадривали игроков и просили утереть носы «этим выскочкам».
В Боровую прибыл агитпароход. На его борту был устроен концерт артистов из областного центра. У всех праздничное веселое настроение. Вдруг концерт был прерван сообщением по радио: война. И тишина… Все застыли, как в немом кино. Пароход вернулся к пристани.
В Соликамске у репродукторов собрались толпы, замерев, слушали Заявление советского правительства:
«…Сегодня, в 4 часа утра, без предъявления каких-либо претензий к Советскому Союзу, без объявления войны германские войска напали на нашу страну, атаковали наши границы во многих местах и подвергли бомбежке со своих самолетов наши города — Житомир, Киев, Севастополь, Каунас и некоторые другие.
Не первый раз нашему народу приходится иметь дело с нападающим зазнавшимся врагом. В свое время на поход Наполеона в Россию наш народ ответил Отечественной войной, и Наполеон потерпел поражение, пришел к своему краху. То же будет и с зазнавшимся
Гитлером, объявившим новый поход против нашей страны.
Красная Армия и весь наш народ вновь поведут победоносную войну за Родину, за честь, за свободу».
Так началась Великая Отечественная война. И никто тогда еще не знал, что будет она долгой и кровавой, что длиться эта война будет 1418 дней, что половина страны покинет свои дома, чтобы уйти на фронт или уехать в эвакуацию. Никто не знал, что многие никогда больше не увидят своих близких, родители потеряют детей, дети — родителей. Никто тогда ничего этого не знал. В жаркий солнечный воскресный день все стояли у репродукторов, и слушали сообщение, и верили, что «наше дело правое, враг будет разбит, победа будет за нами».
У Соликамского военкомата. Начало июня 1941 г.
Толпами устремились в военкомат. Вмиг создалась очередь из добровольцев. По словам участников тех событий, они боялись опоздать, думая, что война кончится без них, а они так и не успеют «накостылять проклятым фашистам».
Из воспоминаний М.Ф. Шешукова: «23 июня 1941 г. 12.00 был объявлен сбор и отправка первой партии мобилизованных из Соликамска на пополнение 112-й Пермской стрелковой дивизии, которая находилась в Западной Белоруссии и уже сражалась с врагом. Колонна двинулась пешим маршем по ул. Ill Интернационала, и на проводы вышло все население города, а на вокзале был митинг, где с напутственной речью выступила первый секретарь Соликамского горкома ВКП(б) тов. Семенова».
С горячим напутствием уехала первая партия соликамцев. А потом были отправки еще и еще… Подрастали мальчики, мужали и отправлялись воевать. Всем хватило с лихвой. Это сейчас мы отмечаем 65-летие нашей Победы. А тогда, в военные сороковые, все только верили в победу, приближая ее всеми силами, не щадя жизней.
112-я Пермская стрелковая дивизия вела бои с самого начала войны. Безматерных Михаил Степанович был призван на военные сборы в эту самую дивизию 7 июня 1941 года. Человек сугубо мирной профессии, парикмахер, первый бой со своей третьей стрелковой ротой 385-го стрелкового полка он принял 26 июня. Было страшно, очень. Все горело, взрывалось и, казалось, «летело в тартарары».
Из воспоминаний М. С. Безматерных: «В горящем пламени приходилось вступать в неравную схватку с озверевшим врагом. С боями приходилось отступать, но задержать врага во что бы то ни стало, любой ценой — даже и жизнью, это наш святой долг перед родиной. Мы помнили об этом и старались. Под городом Полоцком мне пришлось гореть в огне, выдержать жестокие бои под городом Невелем. Сражался я и в жестоких боях за город Великие Луки, где был ранен вражеским пулеметным огнем в правую ногу. Это было 23 августа 1941 года.
Меня и других раненых бойцов с поля боя нашим санитарам подобрать невозможно было. Попал я во вражеские руки с тяжелым ранением, и увезен немцами в город Невель, где был лазарет для пленных. Тут много было наших врачей, они нас лечили, и ногу мне ампутировал наш русский врач».
М.С. Безматерных. 1948
Врачи через своих немецких коллег оформляли документы раненым, помогая тем освободиться из плена. Безматерных ждал своей очереди. «Но мы были разоблачены и вывезены в немецкий лагерь смерти в город Полоцк, где началась мучительная расправа над пленными: массовые расстрелы и казни, избивание и муки.
В этом смертельном ужасе я пробыл 3 месяца, до 1 января 1942 года, и решил сбежать, пока еще в силах, несмотря на то, что был уже на костылях. Мне и нескольким товарищам помогли врачи. Я, на костылях, с незалеченной культей, кое-как выбрался из г. Полоцка и добрался до деревни Зуи Ветринского р-на Витебской области. Народ меня не бросил, подкрепили. Я был истощен».
Уже весной Безматерных воевал в партизанском отряде — «всюду мстил врагу». Полгода воевал, пока боли в культе не стали невыносимыми. Тогда его перебросили в партизанский госпиталь, в соседний район, на лечение. Но и там не усидел без дела Михаил: стараясь быть полезным, он вспомнил о своей довоенной специальности. Начал стричь и брить раненых. Из воспоминаний: «Делал перевязки и санобработку, и по заготовке продуктов, и другие поручения выполнял безотказно. После лечения я был направлен в штаб бригады Мельникова. Проработал там по специальности до 16 августа 43 года, несмотря на мои трудности: я был такой длительный период без ноги. Но выполнял я безотказно и честно все поручения».
Фотография М.С. Безматерных 1943 г.
На обороте надпись: "Прибыл из партизанского отряда в Москву".
В августе 1943 года появилась возможность вывезти самолетом в Москву часть раненых, с ними отправился и Михаил Безматерных. Так война для него закончилась. И только в 1948 году его отыскала награда — орден Красной Звезды, к которому М. С. Безматерных представило партизанское командование.
Первые минуты войны застали на границе Алексея Ивановича Белкина. Бывший учитель Чигиробской начальной школы Соликамского района был призван в армию еще в 1939 году. Находился в г. Белостоке (Западная Белоруссия). Ночью 22 июня мотострелковый полк, в котором служил Алексей, был поднят по тревоге и вскоре вступил в бой с крупным немецким десантом за город Утяны. Десант был уничтожен.
Из воспоминаний А. И. Белкина: «В августе у деревни Катково Торопецкого района Калининской области в течение двух дней отбивали атаки немцев. Погиб командир полка полковник Николин. Зам. политрука 5 роты И. В. Санников тяжело ранен, и я, когда выносил его с поля боя, был ранен. В этом бою, 19 августа 1941 года, погиб и любимый политрук нашей 4 роты Р. Г. Тупикин.
В тяжелом бою под д. Суворово меня контузило, но у меня хватило силы воли вывести из окружения 39 бойцов и командиров. Четырнадцать суток пробивались к своим. Предатель-проводник вывел на немецкий гарнизон. Пришлось отстреливаться. Многие тогда погибли. Только половина группы дошла до своей части. Нас уже вычеркнули из списков живых. За это получил благодарность от командования и первую медаль «За боевые заслуги».
Отступать от самой границы пришлось и 20-летнему Александру Шагалову. Он служил в армии с 1940 года, сначала в Особой Дальневосточной Красной Армии. В апреле 1941 года красноармеец Шагалов был переброшен в Западную Украину для создания укрепрайона на новой границе.
Из воспоминаний А. Т. Шагалова: «На границе застала меня война в первые ее минуты и часы, в деревушке северо-западнее Львова. Служил я в Особом корпусе железнодорожных войск — 32-й Отдельно-мостовой батальон, саперная часть. По должности я минер. Когда отступали, то все взрывали: мосты, вокзалы, железные дороги, водонапорные башни и т. д. Такой у нас был приказ. Чтобы ничего врагу не досталось».
У каждого было свое начало войны. Михаил Шешуков, рабочий магниевого завода, оказался в первой партии мобилизованных, отправившихся из Соликамска 23 июня. Его воспоминания о войне представляют собой настоящий дневник событий.
Из воспоминаний М. Ф. Шешукова: «24 июня 1941 года из облвоенкомата г. Перми эшелоном выехали в направлении Москвы. Но при подходе к столице ж.д. состав был направлен по окружной Московской дороге на Вологду и далее через города Волхов, Новгород, Новые Сокольники, Невель и Витебск. Когда поезд подходил к Витебску и шел на подъем тихим ходом, навстречу появились наши отступающие воинские части и кричали нам: «Куда вы едете? Там ведет наступление немецкая армия!».
Мы прибыли в г. Витебск 29 июня 1941 года рано утром, дальше поезда не ходили, и территория Белоруссии была занята врагом. Рано утром 30 июня наш поезд вышел в обратный путь на г. Невель, но вскоре состав дважды подвергся бомбежке фашистской авиации, был выведен из строя паровоз, были жертвы. Вечером 30 июня мы собрались и двинулись пешим ходом на г. Невель, шли всю ночь.
Рано утром 1 июля сделали привал в райцентре Городок в 40–50 км от г. Витебска. Вся наша команда оружия не имела. В 12.00 построились колонной и двинулись в путь, но при выходе из леса на шоссе были встречены огнем танков, пулеметов и автоматов противника, прорвавшихся из-под г. Полоцка и спущенных десантом. Основная масса наших людей рассыпалась по лесу, часть их погибла.
К концу дня мы стали собираться у лесного озера. Со мной было пять человек, мы наметили путь, как выйти к своим на восток, после стали подходить другие, народ не знал, как попасть к своим. Всего нас собралось 40–45 человек».
Прерву воспоминания Михаила Федоровича и расскажу о нем. К этому времени М. Ф. Шешуков считался опытным красноармейцем. В 1938–1940 годах он служил пулеметчиком в 1-й Краснознаменной Дальневосточной Армии. Участия в боевых действиях не принимал, но военную службу знал, в отличие от многих, оказавшихся рядом с ним у лесного озера в окрестностях Витебска.
Из воспоминаний М. Ф. Шешукова: «Я предложил маршрут движения, все согласились. Двинулись в путь. Мне пришлось возглавить эту группу, чтобы пройти по территории, где передвигались отдельные немецкие подразделения. Судя по карте, нам нужно было выйти на ст. Езерище. Шли всю ночь.
Утром 2 июля, когда мы отдыхали в котловане у другого озера, нас обнаружили ребятишки, которые пришли купаться. Хотя мы их просили молчать, но они сообщили о нас своим мамам, которые нам принесли продукты. После я разбил нашу группу по 4–5 человек, т. к. нужно было двигаться днем, и указал всем направление на ст. Езерище. В моей группе был земляк Иван Трубинов из с. Касиба.
Поздно вечером остановились переночевать в деревне. Утром 3 июля собрались уходить. Пока хозяйка нас кормила, ее муж ушел караулить на проселочную дорогу к железнодорожному разъезду Росляки. Вскоре он спешно вернулся и сообщил, что в деревню едут немцы.
Куда нам деваться? Оружия у нас — одна винтовка и несколько патронов. Не повоюешь. Мы попрятались во дворе. Машина остановилась, вышел офицер и стал уточнять у хозяев, как проехать на разъезд Росляки. Я выглянул: машина была полуторка Горьковского завода, а в кузове сидело 20 человек солдат, одетых в нашу советскую милицейскую форму. Это была немецкая разведка. Они уехали, а мы продолжили выбираться к своим.
3 июля в полдень прибыли мы на ст. Езерище, которую разбомбила фашистская авиация, все горело, рвались хранилища с горючим. Переночевали и пошли в путь на г. Великие Луки.
4 июля в конце дня прибыли в военкомат г. Великие Луки, а утром 5 июля командой нас отправили в облвоенкомат города Калинина. При выходе из города увидели три фашистских самолета, которые летали на низкой высоте, покачиваясь с боку на бок, как бы приветствуя нас, что мы уходим на восток.
Из облвоенкомата нас доставили в г. Дмитриев Московской области на формирование 305-й стрелковой дивизии. Я в кадровой армии служил станковым пулеметчиком, и меня направили в 1-ю пулеметную роту 1004-го стрелкового полка. 12 августа утром наша дивизия прибыла на Калининский фронт, и под г. Новгородом 15 августа дивизия вступила в бой.
Весь август шли упорные кровопролитные бои, но враг был остановлен под г. Новгородом, не дали мы ему продвинуться вглубь страны. Здесь погиб мой земляк Миша Мальгин, крановщик цеха электролиза магниевого завода, при форсировании реки Малый Волховец, и другие товарищи из Соликамска».
На Калининском фронте сражался и однофамилец погибшего земляка Шешукова — лейтенант Мальгин Иван Васильевич, родившийся в с. Верх-Боровском, до войны окончивший пограничное училище.
О своей службе Мальгин рассказывал по-военному сухо: «24 июня 1941 года полк, в котором я служил, был направлен в Москву и вошел в состав 1-й ордена Ленина Краснознаменной дивизии им. Дзержинского. Я был назначен офицером связи при штабе дивизии. В июле был сформирован отряд снайперов, меня назначили его командиром. Отряд был направлен на Калининский фронт, где и находился до октября 1941 года. Личный состав проявил высокую дисциплину, организованность, мужество и отвагу, 15 человек из отряда были награждены медалью «За отвагу».
По приезде в Москву я был назначен командиром мотострелковой роты. Положение в столице было очень тревожным, фашисты находились на подступах к Москве, в некоторых местах на расстоянии 20–25 км. В столице было введено осадное положение. В октябре я с ротой нес службу на КПП у подступов к Москве».
И. В. Мальгин. 1941 г.