Собрались даже быстрее. Пошла, наверное, всего шестая минута, как последней в кабинет торопливо вошла Нина, накинувшая поверх ночной сорочки лиловый шёлковый халат с золотыми узорами. Жерар, Месс, а так же Аола, которая всё ещё оставалась в повседневном платье, уже были на месте.

— Спасибо, что так быстро откликнулись… и простите, что приходится так поздно вас отвлекать. Но мне очень нужно поговорить со всеми вами, потому что это очень важно, и это касается всех членов нашей… — Сареф запнулся, после чего всё-таки выдавил из себя этой слово, — семьи.

— В таком случае — ты можешь сесть за мой стол, — великодушно кивнул ему Жерар. Сареф от этих слов опешил.

— Я? За твой стол?

— Да, — кивнул Жерар, который уже занял одно из гостевых кресел, словно заранее это запланировал, — ведущим в этом разговоре будешь ты, поэтому, думаю, так будет удобнее нам всем.

Не став спорить, Сареф послушно проследовал через весь кабинет и сел в кресло Жерара… стоило признать, довольно скромное для главы одного из двух ведущих торговых кланов материка. Впрочем, оно было, как минимум, удобным — и, вероятно, Жерару, которому, как ни крути, шёл уже седьмой десяток, этого было более, чем достаточно.

Сев за стол, Сареф собрался с духом. Такая откровенность требовала, на удивление, много усилий. С друзьями это было как-то проще, легче… но и друзьями для Сарефа становились исключительно его единомышленники. А семья… это всё же немного другое. Как минимум, у каждого из них своё мнение, и далеко не всем, что ты им говоришь, они могут быть согласны…

— Сареф, ну мы ещё долго будем так сидеть? — спросила Нина спустя полтора минуты молчания.

— Спокойно, дорогая, — Жерар, сидевший рядом с ней, мягко коснулся руки своей супруги, — Сареф, судя по всему, собирается попросить нас об очень серьёзной помощи. И серьёзной помощи он собирается просить у той самой семьи, которая, по его мнению, всю жизнь находилась где угодно, но только не рядом с ним. И это тяжело. Не дави на него, пусть он возьмёт столько времени, сколько ему надо.

Эти слова заставили Сарефа со стыдом опустить голову. Как же легко Жерар его сейчас читал. Семья, которая всю жизнь находилась где угодно, но только не рядом с ним… эти слова были буквально выгравированы у него в мозгу с того самого момента, когда он покинул клан Джеминид. Ну, разве что, кроме Аолы… но даже его собственная мать смогла всего пару раз оказать ему моральную поддержку и один раз заступиться за него перед кланом Айон. И за эту наглость она ради своей собственной безопасности оказалась на несколько лет заперта в клане Ондеро…

— Мне, действительно, нужна помощь, но очень… скажем так, необычная, — Сареф, наконец, пересилил себя и начал говорить, — потому что это касается того заказа… того разговора с Ильмаррионом после Годасты.

— Ты уверен, что нам безопасно это знать? — тут же уточнил Жерар, — магистр драконов КРАЙНЕ не любит, когда другие суют свой нос в его дела.

— Я это знаю, — кивнул Сареф, — однако я сразу предупредил его, что для выполнения такой задачи мне потребуется команда. И я, так или иначе, должен буду ввести их в курс дела, чтобы у них вообще было понимание, за какую работу они берутся, и какие риски будут нести. Ильмаррион с этим согласился.

— Очень хорошо, — кивнул Жерар, — и, насколько я могу судить, ты хочешь, чтобы в эту команду вошёл Месс? Сомневаюсь, чтобы тебя интересовали Аола или Нина. Да и я никогда не был таким уж выдающимся бойцом.

— Ну… в общем и целом — да, — ответил Сареф.

— И только-то? — рассмеялся Месс, — Святая Система, Сареф, да, да, тысячу раз ДА! Ты не представляешь, что я чувствовал, когда Красс пересказывал нам с Аолой ваши приключения на Островах Теневых Символов! И уж насколько Красс не любит показывать эмоций — даже он в эти моменты натурально ссал кипятком!..

— Месс! — сердито одёрнула его Нина.

— Мама, прекрати, — отмахнулся Месс, — мы здесь все уже большие мальчики и девочки. В общем, сын, с того самого момента это моя главная мечта — отправиться с тобой на такое же опасное задание и выполнить его. И чтобы я, твой отец, был рядом со своим сыном! Хотя бы один раз в жизни… И тут приходишь ты и говоришь, что у тебя как раз такое задание! Да я готов отправляться с тобой в эту же секунду!

— Спасибо, папа, — Сареф, конечно, знал, что Месс будет согласен, но одно дело знать, и другое — видеть, что за тобой, действительно, готовы идти куда угодно. Хотя, казалось бы, у него было немало друзей, которые были готовы ради него на многое… и всё же это было несколько другое. Дружбу своих друзей требовалось сначала завоевать и заслужить… а вот Месс был готов идти за ним просто потому, что Сареф — его сын. И это ощущение было совершенно иным… почему-то ему в этот момент в голову пришёл Борис в своей звериной форме, которого Йохалле чешет за большим розовым ухом. И которому это было одновременно приятно и немножко стыдно…

— И всё-таки я собрал вас всех потому, что дело это очень опасное и рискованное. Поэтому я хочу, чтобы твои родители и твоя жена тоже могли оценить это задание и высказать своё мнение. Если коротко — из клана Айон пропали трое важных для Ильмарриона человек. Он готов заплатить любую цену за их возвращение.

— При всём уважении — это не выглядит как что-то, с чем магистр драконов не мог бы справиться сам, — недовольно заметила Нина, которая среди всех присутствующих явно меньше всего симпатизировала Сарефу и подозрительно буравила его взглядом, — понятно, что главы кланов по мелочам не бегают, но если уж это, действительно, важные для магистра драконов люди — он мог бы и оторвать свой зад от стула на несколько дней.

— Ильмаррион пытался решить этот вопрос своими силами, — сдержанно ответил Сареф, — у него этого не получилось. Естественно, магистр драконов предпочёл бы решить такой личный вопрос, не вовлекая в него посторонних людей. И тот факт, что он обратился ко мне… особенно если учитывать всю нашу крайне богатую и насыщенную историю отношений, в общем-то, прямо говорит о том, что в этот раз без помощи со стороны ему не обойтись.

— Ну, я очень надеюсь, внук мой, что ты сохранил холодный рассудок во время этого разговора, — холодно процедила Нина, которая явно чувствовала, как Сареф ускользает от самой сути, — потому что если магистр драконов приходит к тебе и говорит, что существует задача, которая ему не по силам, а вот тебе — вполне себе, то это может сильно вскружить голову, знаешь ли. Не говоря уже о том, что само по себе это звучит крайне подозрительно.

— Может быть, дело в том, что Ильмаррион сам, как бы это так сказать… слишком заметный? — предположила Аола, — большая сила — это, конечно, хорошо, но и она обладает рядом минусов. И один из главных её недостатков — это то, что её очень трудно спрятать. И, как следствие, у тебя практически нет возможностей действовать тайно и не привлекая к себе внимания.

— Это имеет смысл, — поддержал супругу Месс, — если судить по прошлым заданиям Сарефа, то что в поисках Чемпиона стревлогов, что в поисках сестёр он просто собирал команду профессионалов и, лишний раз не отсвечивая, аккуратно шёл к своей цели. При этом с кланами Сареф не связан, и потому он всегда свободен выдавать себя за вольного наёмника или вообще за кого угодно. Может быть, теперь Ильмарриону понадобилось именно это?

— Всё так, да не так, — Сареф, наконец, набрался храбрости и, понимая, что если он не признается сейчас, эта тягомотина будет длиться бесконечно, выпалил, — Ильмаррион уверен в том, что эти заложники находятся на первом уровне Хаоса, который нейтральные монстры называют Приграничьем. И, поскольку я уже вызволял оттуда Чемпиона стревлогов…

— НИ! ЗА! ЧТО!!! — выпалила Нина, вскочив со своего кресла и сжав кулаки, — если тебе так приспичило туда идти, Сареф — ты свободен в своём выборе. Я признаю, что ты крайне удачливый и крайне способный сукин…

— КГХМ! — предостерегающе хмыкнул Жерар.

— Молодой человек, — выпалила Нина, — и, может быть, ты там даже выживешь. Ладно, — Нина глубоко вздохнула и сказала, — прости мне эту грубость, Сареф. Ты тоже владеешь хилереми, поэтому конкретно ты там наверняка выживешь. Но, прошу тебя, умоляю тебя, не забирай у меня сына сразу после того, как я с таким трудом его вернула! Я отдала всё, чтобы подарить ему хотя бы небольшой кусок спокойной и счастливой жизни! И если после всего этого Месс там погибнет…

— Нина, дорогая, спасибо, мы тебя услышали, — Жерар снова мягко коснулся руки своей жены, и та медленно села обратно в кресло. После чего Жерар посмотрел на Сарефа:

— Но, вообще, Сареф, моя жена права. У тебя есть хилереми — и это значительно повышает твою выживаемость в самых опасных местах Системы.

— В том и дело, — недовольно пробурчала Нина, — Приграничье — это уже ЗА пределами Системы.

— Конечно, — кивнул Жерар, после чего невозмутимо продолжил, — в таком случае, Сареф, поясни, пожалуйста, зачем тебе в этом похоже нужен именно Месс?

— Хаос принёс ему исцеление, которого не смогла даровать Система, — пояснил Сареф, — поэтому есть значительный шанс, что Месс стал в какой-то степени своим для Хаоса — и поэтому его пагубное влияние будет либо сведено к минимуму так же, как и у носителей хилереми, либо и вовсе сойдёт на нет. Кроме того, у Месса проявился провидческий дар. Это может значительно помочь нам в поисках заложников.

— Провидческий дар? — Жерар непонимающе посмотрел на Месса, — сын, почему ты ничего об этом не сказал?

— Да это было то всего один раз, — смутился Месс, — это было нечто вроде пророческого сна. И да, он, действительно, показал мне то, что происходило в реальности. Но… мы же тогда разговаривали с Адральвезом, помнишь? — Месс растерянно посмотрел на Сарефа, — он подтвердил, что моё исцеление прошло чисто… но Хаос всё равно потихоньку будет брать своё. А потом… чтобы не беспокоить тебя, отец, мы просто поговорили об этом с мамой… и решили, что для того, чтобы лишний раз не дразнить Хаос во мне, то будет лучше просто не пользоваться этими способностями и забыть о них. Но теперь…

— Но теперь ты хочешь раскрутить в Мессе эти силы, — снова яростно выпалила Нина, — нарушить равновесие! И что потом⁈ Не факт, что Месс овладеет этими силами! А если ему после этого станет хуже⁈ А что, если уже во время этой миссии Хаос начнёт подчинять себе его разум⁈ У Месса нет хилереми, Сареф, как у тебя или у меня, его некому защитить! Как ты можешь так рисковать своим отцом⁈

— Адральвез обещал свою помощь, если Мессу станет хуже, — напомнил Сареф, — он разрешил обращаться к нему с этим вопросом в любое время.

— Допустим, — нехотя согласилась Нина, — это сомнительно, но… ладно, я видела, как Адральвез всю Годасту косился на тебя, этого даже его капюшон не мог скрыть. Ты ему интересен, он явно строит на тебя какие-то свои планы… и я готова поверить в то, что ради тебя он поможет Мессу. Но всё равно, Сареф, ты отлично понимаешь, в чём здесь проблема! То, что Месс, якобы, после исцеления стал для Хаоса своим, как и то, что он, якобы, через свои сны может видеть то, что ему нужно — это всё вилами по воде написано! Неужели ты готов до такой степени рисковать и полагаться на случай⁈

— Нет, — покачал головой Сареф, которому во время этого обсуждения пришла в голову блестящая идея, — в клане Агруменаш у меня есть очень хороший знакомый… и он является большим специалистом по силам Хаоса. Я хочу, чтобы Месс отправился со мной в клан Агруменаш, где я свёл бы его с этим специалистом. Он сможет проверить устойчивость Месса к силам Хаоса и дать… достаточно объективную оценку, насколько для него безопасно будет отправиться в такой поход. Равно как он же сможет научить Месса пользоваться своим даром более осознанно, если это возможно. Если этот специалист скажет, что Месс не выдержит этот поход — он просто вернётся назад.

— Жерар, Аола, ну а вы почему молчите⁈ — Нина, потеряв возможность припереть ускользающего Сарефа к стенке, обратилась к ним, — неужели вам всё равно⁈

— Если Сареф и Месс смогут оказать Ильмарриону ТАКУЮ услугу — это откроет нам просто невероятные возможности, — задумчиво ответил Жерар.

— ЧТО⁈ — Нина от этих слов на несколько секунд потеряла дар речи, — дорогой, ты вообще слушал, о чём мы только что говорили⁈

— Я всего лишь констатирую факт, — ответил Жерар, — это не означает, что я готов просто так бросить своего сына в пекло. Но нужно признать очевидное: клан Айон сейчас переживает ряд кризисов. И если мы окажемся полезны для Ильмарриона в такой момент — в будущем это откроет нам много выгод… возможно, не на одно поколение. И если всё пойдёт так, как я задумал, и Месс в один день займёт моё место, то дружелюбно настроенный Ильмаррион будет весьма кстати.

— Ну да, если он вообще вернётся из этого похода, — выпалила Нина, после чего посмотрела на Аолу, — ну а ты? Неужели тебе тоже всё равно⁈

— Конечно, нет, — тихо ответила Аола, — но послушайте, что я вам скажу. Все эти годы, пока Сареф рос, пока был в клане Джеминид — я была рядом с Мессом. Я с уважением отношусь к вам, Нина, потому что без вас Месс не появился бы на свет. Но… вы не видели, КАК он переживал свою беспомощность. Даже спустя годы он всё равно не сдавался, он всё равно пытался что-то делать, строить отношения, как-то показать себя, быть полезным… и у него всё равно ничего не получалось. Я даже примерно понимаю, что он ощущал. Это как если бы ты был за стеклом, которое просматривается только с одной стороны, не пропуская через себя ни звук, ни картинку. И вот ты в одиночестве бьёшься в это стекло, кричишь, машешь руками… но тебя никто не видит, никто не слышит, все просто идут мимо, и всем всё равно…

— Ну да, конечно! — вспыхнула Нина, которая окончательно потеряла терпение, — а ты ж, бедная, в это время лежала в соседней комнате и сострадала моему сыну, а сама раздвигала ноги перед очередным!..

— Бабушка! — опешил Сареф, — не надо, это нечестно…

— НЕТ! — Аола подняла руку, призывая остальных к молчанию, — пусть Нина скажет всё, что думает! Она мать Месса, она имеет право.

— Какая может быть цена твоему состраданию⁈ — мрачно спросила Нина, — если ты ему изменяла! Какой бы он не был — он был твоим мужем! И если ты его понимала, если ты, действительно, всё понимала — то как ты могла? И как ты можешь просто так сейчас сидеть здесь и думать, что это просто можно забыть⁈

— Мама, я не виню Аолу за это, — попытался возразить Месс, — я тогда не мог дать ей того, что могу дать сейчас. Не нужно…

— Спасибо, дорогой, но, позволь, я сделаю это сама, — мягко сказала Аона, после чего обратилась к Нине, — я бесконечно уважаю вас за то, что вы смогли сделать лекарство и вернуться, Нина. Но при этом вы упускаете из виду другое. Знаете ли вы, каково это: каждый день быть рядом с таким человеком? Без надежды на то, что он когда-то изменится. Стоять рядом с ним на каждом клановом собрании — и защищать его от насмешек. Тащить пьяного бессознательного мужа в его спальню, ожидая каждую секунду, что его стошнит. Быть рядом — и терпеть каждый день. Вы всего этого не видели. Вы всего этого не застали. Вы всего лишь в один прекрасный момент пришли, принесли лекарство — и всё исправилось, и все зажили долго и счастливо.

— Не то, чтобы это была увеселительная прогулка, девочка, — уязвлённо ответила Нина… но, впрочем, злости в её голосе было на порядок меньше.

— Я знаю. Я это прекрасно знаю, — откликнулась Аола, — но я прошу вас увидеть одну простую истину. Каждой из нас пришлось нести свою ношу. Ради того, чтобы этот счастливый момент настал. Кроме того, помните, что всё это время рядом со мной рос ещё и Сареф. Которого Адейро воспитывал холодно, жёстко, расчётливо — и полностью удалив меня от сына. Нести такую двойную ношу было слишком невыносимо… и да, в какие-то моменты я не выдерживала. И всё же я надеюсь, что вы меня поймёте.

— А потом — да, — продолжила Аола, — я оставила Месса и уехала в клан Ондеро. Но сделала я это потому, что знала: Месс будет в безопасности. А вот Сареф был в опасности, и ему нужна была моя помощь. Поэтому да, Нина, я тоже 19 лет была лишена возможности сделать хоть что-то для Сарефа. И потому, когда у меня появилась такая возможность, я выбрала своего сына… как и вы — когда-то.

Нина ничего не ответила. И это тягостное молчание длилось целую минуту. После чего Нина медленно встала и подошла к Аоле. Та тоже поднялась на ноги… и вот уже через секунду на глазах у ошеломлённых Жерара, Месса и Сарефа две женщины стояли, обнявшись и плача.

— Поверьте, Нина, — в слезах всхлипывала Аола, — я, как никто, хочу, чтобы Месс мог насладиться отпущенными ему… нам… годами! Но я все эти годы слишком хорошо видела, как он бился в стеклянную стену… слишком хорошо понимала, как это для него было невыносимо! И если теперь, когда проклятое стекло, наконец, пропало, Месс не воспользуется шансом, который ему выпал… хотя бы не попытается — это убьёт его надёжнее, чем даже Хаос…

Нина ничего не ответила, только крепче прижимала к себе Аолу, которую она, несмотря ни на что, любила, и которой была бесконечно благодарна за то, что именно она сохраняла её сыну крохи разума всё это время… пока она, наконец, не смогла вернуться…

— Так, — Жерар поднялся со своего кресла и подошёл к женщинам, по очереди похлопав их по плечам, — предлагаю на сегодня разойтись отдыхать. Мы слишком устали и слишком вымотались, чтобы решать такие вопросы. Сареф, у тебя же ещё есть время?

— По правде говоря, я бы хотел отправляться завтра сразу после завтрака, — ответил Сареф, — Йохалле и Бьярташ своими способностями могут доставить нас в клан Агруменаш меньше, чем за час. Я мог бы доставить туда Месса, а сам — отправиться в клан Зинтерра.

— А туда тебе зачем? — спросила Нина.

— Мне тоже нужно освоить несколько техник для похода в Приграничье. Кроме того, там есть ещё один кандидат в этот поход, и будет большая удача, если я смогу её завербовать. Так что, как видите, я не собираюсь завтра же нырять в Хаос. Я, в общем-то, отдаю себе отчёт в том, что это очень опасный поход, и готовиться к нему предстоит ещё не один месяц.

— Прекрасно, — кивнул Жерар, — в таком случае — расходимся. Нина, Месс, Аола — вас я жду здесь утром. Думаю, часа перед завтраком нам хватит, чтобы ещё раз подробно всё обсудить. А ты, Сареф, ступай отдыхать. За завтраком мы сообщим о своём решении.

Кивнув, Сареф встал из-за стола и направился к выходу. Но на полпути не выдержал и обнял сначала Аолу, потом Месса. И уже потом — Жерара и Нину. И даже бабушка обняла его вполне искренне. Что ж… даже если Месс и не сможет пойти с ним на это задание… провести этот разговор стоило хотя бы ради того, чтобы Аола и Нина окончательно помирились…

— Хозяин… я же вас правильно понял? — осторожно спросил его Хим, когда они направлялись в свою комнату, — вы, серьёзно, хотите, чтобы Хрипунец тренировал вашего отца? Да он убьёт вас, если вы подойдёте к нему с такой просьбой.

— Один раз уже не убил, — фыркнул Сареф, — так что не убьёт и теперь. Да и вообще, если Хрипунец думал, что может просто так обвести меня вокруг пальца и сначала развести меня на его защиту во время суда, а потом ещё и на лечение своей морды — и ему за это ничего не будет, то он очень сильно ошибается. Пусть теперь отрабатывает, никуда он от нас не денется…