Это Уилл назвал мне его имя.
Мы бродим по рынку и выбираем фрукты, и тут я вижу, как в толпе мелькает рыжая борода.
– Это Адам ле Бланд. – Я старательно ловлю каждое слово… Адам! (что за имя!)… родом из Каллана… торговец… ростовщик… Я слежу, как шевелятся губы Адама, как его руки жестикулируют в лад словам, двигаются буйно, сильно. Рядом с ним болтается веснушчатая жена и бесчисленное количество девочек.
Он широко улыбается мне, и в этой улыбке – узнавание. Я иду домой с двумя мыслями в голове. Он помнит меня. Он хочет меня.
Пять лет подряд он приезжает в Килкенни. Встает солнце – и вот он, но ни разу он не остановился на моем постоялом дворе. Ни разу он не дал мне возможности пройти мимо него по коридору и вдохнуть исходящий от него запах конюшни, пива или пота. Ни разу он не подарил мне шанса стать такой, как мужчины, которых я презираю, – зажать его в углу и шептать в его пустое ухо скабрезные или прекрасные слова. Пока, во всяком случае.
Адам. Он – тот самый мужчина, по образу и подобию которого должны быть сотворены все остальные. Яркие, смеющиеся голубые или серые глаза – мне не рассмотреть, ведь я никогда не подхожу достаточно близко. Волосы такого цвета, что стоит их коснуться – и сгоришь. Широкие и округлые плечи. Сплошь мускулы. Могучий торс. Сразу видно – всю жизнь питался хорошим мясом. Ноги ставит так, будто только что спешился с лошади и еще не привык к ходьбе.
Адам. Зачинатель дочерей.
Адам.
Он был сотворен из пальца самого Господа, а к запретному дереву его привела она. Но я – не она. Я выше него. Я – Лилит, тоже созданная из плоти Господней. Я известна тем, что вожу дружбу с дикими кошками и козлоголовым. Я известна тем, что высиживаю яйца и, подобно дереву, укрываю птиц в своей тени. Я была создана, чтобы охотиться на него, но он, как и я, наслаждается этой охотой. Дразнит веселым взглядом, облизывает губы, когда видит меня, трогает лоб, как будто смущается, что я на него смотрю. Он знает, что я вожделею его. Нарочно сводит меня с ума. Не представляю, что мне делать.
Он – мой яд и мое лекарство. Мое смятение. Я наполняюсь мыслями о нем, и живущая во мне тяжесть уползает и прячется в какой-то темный угол.