Если вам нужен знак, то вот он.

«Знак свыше» располагался в бывшем складском помещении с просторными, светлыми кабинетами, разделенными стеклянными перегородками, и большими окнами с видом на океан. Внутри висело множество популярных плакатов, которые они издавали, а также некоторые, изготовленные Зигги и Лейт специально для сотрудников.

«Мед делают не самые работящие пчелки, а самые счастливые».

«Если вам нужен знак, то вот он».

«Станьте причиной чьей-то улыбки».

Все восемь человек в их команде любили свое дело и отлично работали вместе. График был гибким, сотрудников ценили, и все они искренне уважали друг друга. Тильда понимала, что во многом это заслуга Лейт и Зигги. Их энтузиазм не угасал с того самого момента, как они распродали первую колоду карт. Тильда, конечно, тоже участвовала в принятии важных решений, но ее пыл за последние годы несколько охладел. Она предпочитала думать, что втроем они с Лейт и Зигги хорошо дополняют друг друга, вместо того чтобы размышлять о причинах своего творческого кризиса.

– Доброе утро! – Она всем помахала и направилась было к кабинету, но тут все присутствующие бросили свои дела и начали приветствовать ее с преувеличенным дружелюбием.

Ив за приемной стойкой громко сказала:

– Привет, Тильда, рада тебя видеть.

Эсэмэмщик Мин добавил:

– Отлично выглядишь, Тильда.

Потом то же самое заявил Сэм из отдела продаж.

Тильда резко свернула к кабинету Лейт.

– Ты что, всем разболтала?

– Не всем, – ответила Лейт. – Но им нужно было знать, почему ты не вышла на работу.

– Я не хотела никому рассказывать.

– Возможно, ты не знала, но пропавший нос довольно сложно не заметить. Такие новости разносятся быстро.

Тильда сверлила Лейт сердитым взглядом.

– Я первая начала шутить про нос.

Лейт смотрела на нее совершенно невозмутимо:

– Все эти шутки ужасно банальны. Чтобы придумать что-то новое, придется хорошенько поковыряться.

Тильда заметила Зигги, направлявшегося к ним стремительным шагом. На самом деле его звали Ан, но это имя использовала только его мать-вьетнамка. Отец-австралиец придумал прозвище Зигги, прилипшее к нему на всю жизнь. Долговязый и худощавый Зигги обожал свою семью, медитации и маркетинг – именно в таком порядке. Он придумывал хештеги и вдохновляющие мемы еще до того, как они вошли в моду. Именно он поддержал их идею с колодой карт. В отличие от Тома, который считал такие вещи ниже своего достоинства. Более того, он часто жаловался Тильде, что не считает Зигги достаточно интеллектуальным собеседником, и всеми силами отбивался от двойных свиданий.

– Иди сюда, Тилли. – Зигги вошел в кабинет Лейт и крепко обнял Тильду.

Он был очень тактильным человеком.

Какое-то время подержав ее в объятиях, он отстранился, положил руки ей на плечи и заглянул в глаза.

– Я тебя вижу.

Боже, как неловко.

– Спасибо, Зигги.

Он хотел как лучше.

– Мне нужно поработать. – Тильда указала на свой кабинет, и Зигги отошел.

– Я здесь, если что-то понадобится, Тилли, – крикнул он ей вслед.

Тильда укрылась в тиши кабинета, стараясь не обращать внимания на озабоченные взгляды. Принимать помощь было не так-то просто. Ей всегда становилось неловко, когда кто-то заботился о ней и предлагал поддержку. Она была единственным ребенком родителей, которые вечно ссорились и чья война прекратилась только со смертью отца. К удивлению Тильды, мать горько оплакивала мужчину, которому так долго противостояла. Она глубоко скорбела. Теперь, несколько десятилетий спустя, Фрэнсис наконец воспрянула духом и начала проявлять гораздо больше интереса к семье, особенно к внучкам. Но для Тильды было слишком поздно; пережитое оставило след в ее душе. Она не знала, как позволить кому-то о ней позаботиться. Это было ясно и по тому, за кого она вышла замуж. Даже дружеской поддержки она избегала и справлялась с проблемами в одиночку. Ну, по крайней мере, пыталась. Друзья, по счастью, хорошо ее понимали и не оставляли надолго одну.

Раздался стук, и в кабинет заглянула Юмико.

– Я отправила тебе список афоризмов на следующий квартал. На пару из них не получается найти источники. Сможешь посмотреть?

– Я не умираю, так что смогу, – огрызнулась Тильда, потом немедленно устыдилась. – Прости. Я не ожидала, что все вы будете в курсе.

– Не извиняйся. Лейт просто хотела, чтобы мы тебя поддержали. Ты нам небезразлична. – Юмико вошла в кабинет и несколько ошарашенно уставилась на нос Тильды.

– Да, у меня пропал нос. – Тильда вздохнула.

Юмико протянула ей футболку.

– Вот, я сделала для тебя.

Тильда развернула футболку. На ней был напечатан красный плащ, а под ним – надпись: «Невидимость – это суперсила».

Рассмеявшись, Тильда тут же расслабилась.

– Мне нравится.

Когда их фирма едва-едва вставала на ноги, интернет еще не успели заполнить мемы. Более того, само слово «мем» было термином, придуманным Ричардом Докинзом, и еще не обрело новый смысл. В те времена Лейт и Тильда целыми ночами сидели с бутылкой вина над Оксфордским словарем цитат и другими подобными книгами, выбирая подходящие изречения. Первый тираж колоды разошелся как горячие пирожки, и «Знак свыше» стал приносить прибыль с первых же дней, но появление вдохновляющих мемов дало бизнесу настоящий толчок. И позволило с легкостью расширить товарную линейку. Первые проблемы начались, когда Лейт и Зигги пустили в дело серию философских греческих афоризмов, которые на самом деле не имели никакого отношения к Сократу, Платону или Эпикуру. Том отчитал их из-за этого за выпивкой вечером в пятницу.

– У каждой цитаты должен быть источник. Особенно сейчас, – сказал Том. – А не то у вас будут проблемы. А если цитируете что-то в переводе, то не забудьте сверить с оригиналом.

– Не думаю, что Сократ подаст на нас в суд, – сказала Лейт. Она всегда возражала Тому первой, потому что знала, что Тильде за это пришлось бы заплатить.

– Не подаст, но вы испортите себе репутацию.

Второй роман Тома продавался плохо, так что контракт на новую книгу ему не предложили. Теперь он работал старшим репортером криминальной хроники в Daily Herald. Он не то чтобы был против бизнеса Тильды – новый источник дохода его определенно радовал, – но жаловался, что глупые афоризмы продаются лучше, чем его гениальный роман.

– Проверяйте, что цитаты находятся в народном достоянии, – продолжил Том. – И что они не вырваны из контекста, как "Будь верен сам себе"[6]. Шекспир в гробу перевернулся бы, узнав, что Полония цитируют всякие психологи-самоучки.

– И что ты предлагаешь? – спросила Лейт.

– Наймите кого-то, кто будет проверять, что цитаты подлинны и разрешены к использованию. И изучать контекст каждой цитаты. Да, я знаю, ты считаешь, что о тебе заботится сама гребаная вселенная. Но каждому бизнесу нужен юрист.

Через месяц к их команде присоединилась Юмико. Она имела юридическое образование и питала страсть к литературе и языку. А еще верила, что с ней разговаривают духи природы. Но, несмотря на это, она прекрасно справлялась с работой и вскоре стала членом семьи «Знака свыше». Более того – членом семьи Тильды. Они часто ужинали и проводили время вместе.

В отличие от Али и Лейт с их счастливыми браками Юмико была разведена. Она знала, каково это – быть одинокой после сорока. Одновременно чудесно и утомительно. Ты чувствуешь себя такой сильной, когда делаешь все сама, но иногда все же хотелось бы, чтобы кто-то другой оплатил счета или подстриг газон. Или сходил с тобой на мероприятие, где не рады одиноким женщинам. Потому, когда Том ушел, Тильда чаще всего обращалась именно к Юмико.

Теперь Тильда ее обняла.

– Шикарная футболка, спасибо.

– Она точно тебе подойдет? Я как-то не вижу тебя в ней.

Тильда шлепнула Юмико футболкой.

– Не начинай. Хватит с меня шуток Лейт.

Длинные темные волосы Юмико, стянутые в высокий хвост, заколыхались, когда она рассмеялась. Ей было сорок два, но выглядела она на тридцать два и до сих пор носила исключительно одежду, которую получала бесплатно из магазина для серферов, принадлежащего ее бывшему мужу.

Юмико вернулась к работе:

– Есть одна цитата, которую приписывают Эйнштейну, но я не смогла найти источник. А еще тебе нужно посмотреть договор с той сетью спортзалов.

– Я изучу перед встречей, – пообещала Тильда.

Юмико уставилась на нее… Или на стену за ней. Сложно сказать.

– Что-то еще? – спросила Тильда.

– Проверяю твою ауру. С ней все хорошо. Она полна силы. Ты справишься.

Тильду окружали сплошные чудаки, но все же она подняла вверх невидимый большой палец. Нос у нее пропал, но зато аура видна отлично.

Юмико ушла, и вместо нее в кабинет явилась Лейт.

– Расскажи мне про Сельму. Как прошел прием? – Она с комфортом устроилась в одном из кресел перед столом Тильды.

– Это были невероятно дорогие тридцать минут.

– Разве она не крута?

– Она необычна.

– И что дальше?

Тильда пожала плечами.

– Мне предстоит всю неделю записывать свои мысли, а потом прийти с этими записями на другой ужасно дорогой прием.

Лейт прищурилась.

– Не приходи, если не намерена воспринимать лечение всерьез.

Тильда сдалась:

– Я пытаюсь.

– Знаешь, Сельма теперь работает только с избранными клиентами. Для повседневных приемов она обучила других специалистов, а сама сосредоточилась на ретритах и мероприятиях. Она каждый год говорит с тысячами женщин, которые что угодно сделали бы, чтобы попасть к ней на прием. Прояви уважение.

Тильда присела на край стола.

– Ладно, извини. Я не знала, что она настолько важная особа. Я просто ожидала чего-то другого.

– Не сопротивляйся.

– Будь в потоке? – Тильда изобразила соответствующий жест.

– Это не такая плохая идея. Наши мысли влияют на то, каким мы видим мир. Но мы все равно каждый день позволяем старым алгоритмам управлять нами.

– Да, я уже знаю про Пенелопу.

– Обожаю это сокращение. Очень остроумно.

Тильда смотрела на Лейт.

– Я сделаю все, что сказала Сельма. Девочки с ума сходят от волнения. Я пообещала сделать все, что смогу… Чтобы все исправить.

– Но ты не веришь, что это возможно.

– Я не знаю. Ты думаешь, что возможно. Юмико, Зигги, Сельма… Много умных людей в это верят. А я не знаю, что думаю.

– Тогда с этого и начни. Отслеживай свои мысли и записывай.

– А вдруг от этого мне станет паршиво?

– Ты и так страдаешь, Тилли. Буддисты верят, что причина всех страданий кроется в наших привязанностях, в том числе – к эмоциям и мыслям. Сельма просит тебя понаблюдать за ними. Не привязывайся к ним.

– Мне нужен блокнот, – произнесла Тильда и тут же поняла, как это глупо. Внизу ее ждал целый склад блокнотов. Они отлично продавались.

– Я принесу. – Лейт вышла за дверь.

Тильда осталась сидеть неподвижно, размышляя, что ее ждет. Потом быстро схватила сумку с курткой и побежала к выходу. Она твердо вознамерилась записать свои мысли, но не хотела, чтобы кто-то, даже Лейт, за этим наблюдал.