день Неба месяца Зеленого Ибиса, 1532 год Марса

или Третий Месяц 36 года правления Императора Шу Аньфу

День за днем становилось теплее; Лазурное Море очищалось от зимнего льда, ветер нес запахи цветущего миндаля. Замершие травы оттаивали, а заледеневшие склоны покрывала молодая зелень; сады Хрустального Дворца наливались красками, а скверы Каменного Города расцветали ярким пламенем бутонов.

Лунг скучал в Зале Звезд, наблюдая, как тонкий серп золотистого месяца медленно разрастался в третью луну года. Желтые глаза тлели ужасающими углями, чешуйчатое тело изредка пробегалось волнами сияющего серебра. Его одолевал любовный недуг. Все мысли занимала принцесса… влюбленная в сына рыбака.

В углу пыхтела жаровня, отделанная нефритом и ляпис-лазурью, и бросала на стены россыпи брызг. Дракон лениво перекинул змеиное тело к другому окну — глазам открылась морская гладь до горизонта.

Вдруг по полам побежала поземка, над сводами пронеслись снежные вихри. Налетевший ветер затушил жаровню. Огни красных фонарей затрепетали испуганными бабочками.

Лунг поднял голову и бросил взгляд в арочный переход.

— Добро пожаловать, Владыка Севера, — сказал он.

Из сумрака донесся порывистый вой снежной вьюги:

— Я просил не называть меня так, младший принц!

Лунг покорно склонил голову:

— Прошу прощения, Черный Воин.

Зал Звезд наполнился холодом и сиянием северного неба. В проходе появилась громадная черепаха, обвитая алой шипящей змеей. На ее спине возвышался прекрасный босой воин. Важное молодое лицо светилось внутренним светом, на черном одеянии блистала кольчуга, талию украшал нефритовый пояс, а над головой сиял серебристый нимб. Сам Сюань-у[28] почтил Лунга своим присутствием.

— Господин Чжэнь-у, — приветствовал юный дракон Северного Бога. — Благодарю за визит.

— Принц, — улыбнулся Сюань-у. Громадная черепаха застыла среди зала. — Давно не виделись. — Он будто прислушался, — чувствую, Хрустальный Дворец не пустует?

— Да, господин. У меня гостит смертная.

— Гостит? — Бровь Владыки Севера изогнулась.

— Да, — скорбно ответил Лунг. — Она считает себя моей пленницей. Но это не правда. Как только она появилась — это я стал ее рабом.

Сюань-у спустился с черепашьего панциря на мраморный пол — босые ступни коснулись плит и те покрылись снежным налетом. Он подошел к погасшей жаровне и поднял чашу, наполненную полуостывшим рисовым вином.

— С каждым часом армия Пань-гуаня все ближе. Я видел полчище демонов к западу от Залива Огней двенадцать восходов назад. Они стремительно движутся сюда.

— Потому-то Черный Воин, я просил вас о помощи, — голос Лунга дрожал сотнями труб.

— Чего ты ждешь от меня, принц? — Сюань-у одним махом опустошил чашу.

— Призовите ваших слуг — Черепашьего и Змеиного генералов. Встаньте вместе со мной на защиту Потаенного Царства. Помогите сберечь мои владения от гнева повелителя Страны Демонов, — просил Лунг, — и…

— Защитить ветвь Персикового Дерева, — вставил слово Северный Бог.

Лунг кивнул и закрыл глаза в ожидании решения Сюань-у.

— Ты знаешь, мой добрый друг, я не смогу помочь, — качнул головой тот. — Ни ты, ни даже я и мои генералы не спасем Потаенное Царство, пока на вас лежит проклятье Лун-вана. Только после того, как оно падет, мы отзовемся на помощь, но…

Дракон разъярился, из ноздрей прыснули столбы горячего дыма.

— Что я слышу? — Вскричал он. — И это говорит великий Владыка Севера Чжэнь-у? Тот, кто клялся посвятить себя служению Юй-ди? Тот, кто сорок два года прожил отшельником на горе Удашань, после чего был замечен богами и призван на Девятые Небеса, где получил ключ от Севера и титул Бога? Тот, кто одним махом сокрушил шесть Царей Демонов и много веков искоренял нечисть во всех провинциях Трех Царств? И это есть легендарный Владыка Севера?

— Замолчи, Лю Тай! — Взревел Сюань-у. — Ты прекрасно знаешь, отказ разрывает мне сердце и лишает мужественности! Но я не вправе помочь! Пока на вас лежит проклятье Лун-вана, я бессилен! Сними его и я тот час дам тебе всех своих генералов и небесную рать!

— Слишком поздно, — прошептал дракон, — мне не успеть до наступления третьей луны. Мое царство погибнет.

Владыка Севера возразил:

— Ты ошибаешься, мой добрый друг. Она снимет проклятье, если ты дашь ей шанс.

— Нет — Воскликнул Лунг, ошпарив Сюань-у облаком кипящего пара. — Я не стану ее принуждать. Только не Лин.

Черепаха с черным панцирем широко зевнула, заморозив окружающие полы. Бог Севера громко вдохнул — по Залу Звезд пронесся ледяной порыв.

— Дурак! — Вскрикнул он и вознес руки в потолок, — боги Девяти Небес вразумите этого глупца! Он не станет ее принуждать, — передразнил Сюань-у дракона. — Сам Извив Пути привел ее к тебе. В ней спасение твоего царства, Тай. И твое тоже.

— Не достаточно принудить ее к браку, — хрипло сказал дракон, — проклятие Лун-вана четко гласит: она должна меня полюбить. Меня — чудовище, а не красивого юношу с печальными глазами и добрым сердцем. — Он помолчал и добавил, — которого она уже полюбила.

— Что ты знаешь о ее чувствах, мальчишка! — Рявкнул Северный Бог. — Ты призываешь меня и молишь о помощи, но не готов принять помощь от нее?

— Только не от нее, — вздохнул удрученный дракон, — только не так.

— Дурак, — зло повторил Сюань-у и замолчал.

Они неторопливо потягивали подогретое вино у разожженной жаровни. Их слух ублажали волшебные музыкальные инструменты, витавшие вдоль темных стен. Сюань-у поведал Лунгу о новых странствиях и числе изгнанных бесов, а дракон рассказал ему обо всем, что приключилось в Каменном Городе со дня появления здесь Императора Шу Аньфу, а после — его прелестной дочери Лин.

Сияли гасшие звезды, сквозь облака подмигивал месяц.

Когда пришла пора прощаться, Владыка Севера спросил:

— Почему ты не хочешь принять помощь принцессы?

Лунг тяжело вздохнул и открыл ему правду:

— Лун-ван превратил меня и моих подданных в чудовищ и обрек на вечную жизнь в телах тех, кто нам ненавистен. Я не столь бессердечен. Я не обреку Лин на жизнь с чудовищем против ее воли.

* * *

Нежное прикосновение теплой руки мгновенно прогнало сон и принцесса проснулась. Тай нависал над ее кроватью, светясь странным золотисто-белым сиянием; его глаза посверкивали необычной желтизной, плотно сжатые губы подрагивали. Отдернув руку от ее плеча, он выпрямился и прошептал:

— Иди за мной.

Лин удивленно откинула воздушные покрывала и, едва ее голые ступни упали на холодный пол, поморщилась. Втиснув их в черные шелковые туфли, она встала и набросила на плечи меховую накидку.

Было темно. Три фонаря из промасленной бумаги мигали в углу; снаружи стояла весенняя ночь. Тай уже исчез в переходах, и девушке пришлось поторопиться, чтобы нагнать его на извилистой лестнице, ведущей во внутренний двор к садам и террасам.

— Что случилось? — Шепнула она, нервно морщась от эха шагов, разлетавшихся в темноте Хрустально Дворца.

Тай крепко сжал ее руку горячей ладонью. Она чуть не вздрогнула — несмотря на его худобу и юный возраст хватке молодого рыбака могли позавидовать прославленные воины шаолиньских монастырей.

Второй рукой он поднял фонарь над головой — красноватый свет струился по его волосам и плечам и, казалось, он шел в водопаде из винного золота.

— Ничего, — ответил он.

Они пересекли внутренний двор и вышли за стены Хрустального Дворца. Внизу простирался Каменный Город, а над крышами плавал странноватый сиреневатый туман. Дальше блестело побережье и волны Лазурного Моря.

Тай спустился на каменистую дорожку, выложенную белыми камешками и, не отпуская руку Лин, повел к воде.

— Если господин Лунг узнает…

— Не узнает, — холодно прервал он. — Лунг улетел на закате и не сможет нам помешать.

— Что ты задумал? — Голос принцессы дрогнул, когда она разглядела джонку, покачивающуюся на волнах.

— Я обещал, что спасу тебя из плена Потаенного Царства, — Тай остановился в один жэнь от кромки воды и обернулся. — Тебе надо бежать. Сюда движется армия демонов. — Он бросил взгляд на растущую луну, зависшую над горизонтом. — Они атакуют, когда третья луна войдет в полную силу. Времени мало. Лунг дал мне корабль и позволил уплыть.

— Когда? — Перебила Лин.

— День назад, — отвернулся Тай, явно не желая объясняться яснее. — Не важно. Эта джонку волшебная, такая же на какой ты приплыла сюда. Просто представь место, куда хочешь попасть и она донесет за одну ночь.

Лин схватила Тая за плечи и их лица сблизились. Его аромат окутал ее бурными морскими прибоями, свежестью облаков и вольным ветром, кружившим над долинами и бамбуковыми рощами.

Переборов желание вдыхать это вечность, она прошептала:

— А как же ты?

Он промолчал.

— Ты уплывешь со мной?

Тай отвел глаза, поблескивавшие желтыми огоньками, и медленно отступил.

— Я не могу.

— Почему? — В отчаянии воскликнула принцесса.

— Я останусь и приму гнев Лунга.

— Нет! — Лин подалась вперед и уткнулась в его грудь. Услышав, как бьется сильное сердце Тая, она чуть не зарыдала, потому что поняла — она не может оставить его на растерзание морского чудовища; никогда не оставит.

Он выронил фонарь и со всей страстью обнял принцессу. Его гибкое с твердыми мышцами тело обогрело ее, вызвав в ней острое желание отдаться ему прямо сейчас.

— Он убьет тебя, — принцесса схватила высокий ворот его тройного одеяния.

— Нет, — утешительные объятия молодого человека отозвались в ней все большей жаждой любовных ласк. — Не убьет, — заверил он.

— Он бросится за мной, как за моим отцом и вернет меня, — стояла на своем Лин.

— Не успеет. — Тай еще сильнее прижал ее к себе. — Если понадобится, я остановлю его.

Лин оторвалась от его груди и заглянула в глаза. Желание окутывало обоих морским ароматом; тела напряглись, стянув низ живота. Темные глаза Тая сверкнули огнем и он беззастенчиво впился в ее губы — их поцелуй длился всего пару мгновений, а потом он заставил себя оторваться от девушки.

— Уплывай, Лин. Я не перенесу, если с тобой что-то случиться.

— Уплыву, если ты со мной, — вцепилась она в рукава мужской рубахи. — Бежим вместе! Я не боюсь Лунга! Никогда его не боялась!

Тай ошеломленно наклонил голову:

— Правда? А мне казалось…

— Забудь о нем, — принцесса потянула его к сходням. Монотонный шум волн обещал долгожданную свободу и возвращение домой.

Тай освободил одеяния и покачал головой:

— Мне придется остаться.

— Зачем?

Синий свет луны озарил его печальное лицо.

— У меня нет выбора. Уплывай.

Она отошла на три шага и нахмурилась.

— Ты гонишь меня, Тай?

Глянцевые глаза юноши полыхнули болью.

— Потому что люблю, — глухо ответил он и его высокий лоб прорезали складки.

Лин замерла. Его признание обернулось долгожданной радостью с привкусом потери. Обрести любовь, чтобы тут же потерять? Отец был прав, боги Девяти Небес жестокие и беспощадные кукловоды, ради смеха разбивающие судьбы смертных людей.

Сглотнув, Тай заговорил:

— Если останешься, погибнешь вместе с Царством.

— Как и ты! — Воспротивилась она и обвила взглядом Каменный Город в туманном мареве. — И они тоже, — посмотрела в сторону заснеженных вершин Каскадных Гор, на склонах которых темнели крестьянские домики, — все жители Потаенного Царства, — девушка вскинула влажные глаза в звездное небо, — и Лунг…

— Ты беспокоишься о Лунге? — Искренне удивился Тай. — О чудовище, пленницей которого была все это время?

Лин промокнула слезы тройным рукавом.

— Как бы ни выглядел Лунг, чтобы ни говорил и как бы себя не вел, я никогда не видела в нем чудовище.

Рыбак был обескуражен. Минуту он молчал, а после все же настоял:

— Теперь уже все равно. Тебе надо спасаться.

— Есть способ снять проклятие Лун-вана, — воскликнула девушка, — и спасти всех жителей царства! Даже Лунга! — Она нахмурилась, — то есть сына Императора Лю Шао.

— Откуда ты знаешь?

Принцесса рассказала другу, что еще в первые дни зимы повстречала в Саду Пурпурного Соловья белого тигра и серого журавля и они многое ей рассказали.

— Правда, — она дернула плечом под меховой накидкой, — они не сказали, как именно это сделать, — с досадой вздохнула девушка.

— Что ты делала в Саду Пурпурного Соловья? — Нахмурился Тай.

Нахлынувшая волна вынесла оброненный фонарь и ударила об его сапог.

— Ходила взглянуть на жемчужину Лунга, — она виновато потупила взор. — Я видела, как она кровоточит, — поправилась, — как кровоточит сердце Лунга.

— Ты знаешь почему? — Осторожно поинтересовался юноша и протянул ей руки.

Лин охотно вложила свои маленькие холеные ладони в его большие мозолистые руки и пожала плечами:

— Понятия не имею. Какая разница.

Он грустно улыбнулся и снова ее обнял.

— Завтра же пойду к нему и спрошу, почему он все еще не снял проклятие Лун-вана самостоятельно.

— Он не обрадуется вопросу, — заметил Тай и дернул бровью.

— Пусть. Если Лунг не в состоянии спасти свое царство, я готова ему помочь.

Шелест волн, кусавших гладкие камни, навевал покой. Луна, утонув за горизонтом, бросила на воды моря блестящую дорожку.

— Нет, Лин, уплывай, — настойчиво повторил Тай. Его тяжелое дыханье походило на рокот горного ветра.

— Я не стану! — Лин боялась ссоры, но именно ее и получила. — Кем я буду, если брошу этих людей? Если брошу… тебя?

— Ты женщина, а не воин.

— А ты рыбак, а не принц! — Рассердилась она. — Только два человека могут мне приказать. Император и муж. Ты не являешься ни тем, ни другим.

Принцесса выскользнула из его объятий и бросилась обратно в город.

Тай вздохнул и посмотрел на сиротливо покачивающуюся джонку. В его голове гремели слова Владыки Севера: «Сам Извив Пути привел ее к тебе. В ней спасение твоего царства, Тай. И твое тоже».