Несмотря на сильную боль в ноге, это оказался всего лишь ушиб, а не перелом, как Настя подумала. Очнулась она уже в знакомой спальне – у Руслана дома. Врач, которого специально привезли из шахты, сделал ей укол, прописал постельный режим и поспешил поскорее убраться. Теперь возле нее сидела Алина, растерявшая всю свою природную веселость и болтливость. Насте приходилось с трудом вытягивать из нее каждое слово.

– Руслану нужно остыть.

– Где он? Что с ним?

– С ним все в порядке, но он должен побыть один и подумать.

– Алина!

– Андрей посадил его под замок…

– Что?!

– Так будет лучше для всех, и для Руслана в первую очередь! Он себя не контролирует, не понимает, что творит.

– Но это же безумие!

– Это здравый смысл! Руслан сильно ранил Влада, и он убил бы его, если б не стая.

Слова о том, что Влад сам спровоцировал Руслана, уже хотели сорваться с языка, но Настя вовремя закрыла рот. Имеет ли она право обвинять того, кто ее защищал и едва при этом не погиб? Алина села на край кровати, и тихо проговорила, глядя в сторону:

– Не думай, что я просто выгораживаю своего сына. Руслан тоже в каком-то смысле мой сын, я люблю его, как родного, – она сокрушенно покачала головой. – Я должна была понять все сразу, ведь я видела интерес Влада к тебе, но не придала этому значения. Не думала, что все окажется настолько серьезно.

– Как он?

– Пока тяжело, но все будет хорошо. У Влада хорошая регенерация.

– Прости, Алина…

– Не извиняйся, ты не при чем. Больше Влад не подойдет к тебе.

– Кто ему запретит?

– Андрей сказал, что выгонит его из стаи, если он не успокоится… Или я сама его прибью!

– О, нет, еще не хватало, чтобы и вы поссорились из-за меня! Мне и так стыдно.

– Это Владу должно быть стыдно. Чужая пара – это табу. Так нельзя делать! Он переходит все границы, не ожидала от него такого.

Они замолчали ненадолго. Из-за черных, висящих у самых верхушек деревьев туч стало темно, холодный день грозился завершиться ливнем, и в окно уже начал деликатно постукивать дождик. Погода усиливала ощущение всепоглощающей тоски, и у Насти на душе скребли кошки. Она думала про Игоря – еще по привычке в настоящем времени. Ведь нельзя просто так взять и осознать, что того, кто еще утром разговаривал с тобой и держал за руку своей горячей ладонью, больше нет.

Думать о Лизе было еще сложней. Представить даже на секунду, что она сейчас чувствует – как задеть оголенный нерв. Алина говорила, что они с Игорем постоянно то ссорились, то мирились… В какой фазе они находились, когда виделись в последний раз? Успели ли они сказать друг другу то, что хотели? Наверное они думали, что у них еще будет много времени для этого, а теперь стало поздно.

Настя вытерла скопившуюся влагу в глазах и посмотрела на Алину.

– Я должна увидеть Руслана.

– Тебе пока нужно лежать.

– Не хочу, чтобы он сидел один и думал… всякое.

– Поговори с Андреем об этом. Он, правда, еще не вернулся, но я уверена, что он к тебе заглянет.

Алина не ошиблась. Лес уже окончательно захватила ночь, дождь все набирал обороты и сверху оглушительно грохотало, когда в комнату, вежливо постучав, вошел лидер стаи. С его волос капала вода, но он кажется этого не замечал. Настя сразу приподнялась на подушках, приняв более сидячее положение.

– Как ты себя чувствуешь?

Она пожала плечами. Сказать «нормально» не поворачивался язык.

– Не знаю, насколько быстро исцеляются люди…

– Врач сказал, что перелома нет, так что думаю – быстро, – заверила Настя и Андрей кивнул.

– Это хорошо, – сказал он и, приставив поближе стул, сел рядом. – Настя, я понимаю, что сейчас не самый подходящий момент, но все-таки мне нужно, чтобы ты вспомнила все произошедшее в мельчайших деталях. Это непросто, но попытайся.

Вспоминать было не то, что «непросто», а весьма болезненно. И все же она, напрягая память, перебирала события, стараясь ничего не упустить. Как выяснилось, запомнила она не так уж и много – все подробности из головы вытеснил страх и острое желание поскорее все забыть. Андрей, тем не менее, слушал ее очень внимательно.

– Не знаю… не могу точно сказать, как долго нас преследовали. Я очень испугалась…

– Понятно, – снова кивнул Андрей, что-то для себя решив. – Не переживай, ты еще неплохо держалась.

– Вы выяснили что-нибудь? Это был Елизар?

– Не лично он, иначе все закончилось бы еще хуже. Его сторонники. Они нашли дорогу через топи. Соваться туда – самоубийство, это знают все, но у Елизара размытые понятия о безопасности. Я, конечно, никого не пущу рыскать по болотам, но теперь мы по крайней мере знаем, откуда исходит опасность.

– Я не понимаю… – покачала головой Настя. – Они что, просто хотели убить нас? Просто так, без всякой цели? Какая-то бессмыслица.

– Ну во-первых, смысл в том, чтобы запугать, сломить моральный дух и сопротивление. А во-вторых… видишь ли, Настя, я думаю, на самом деле они не собирались раскрывать свои тайны, и скорее всего спокойно переждали бы на болоте нашу вылазку.

– Зачем же они тогда напали?

– Вы слишком отдалились от остальных, и вас было всего трое… Но им нужен был Руслан, а не вы. Их привлек его запах.

– Запах? Но ка… – начала Настя и оборвала себя на полуслове. – На мне была его куртка!

– Да, – вздохнул Андрей. – Роковое стечение обстоятельств.

– Боже… просто куртка… Стало холодно, а у меня не оказалось теплых вещей, и я надела куртку Руслана! – Настя закрыла лицо руками. – Игорь погиб из-за того, что я замерзла. Если бы не…

– Если бы не это, то мы бы не узнали про болота, и погиб бы кто-то другой, и даже не один. Не мучай себя, Настя.

– Узнали, да… – прошептала она. – И Игорь жизнью заплатил за это знание.

Андрей не стал пытаться заглушить ненужными сейчас словами утешения то, что она чувствовала. И это было лучшее, что он мог для нее сделать. Прошло не меньше минуты, прежде чем он снова заговорил.

– Настя, тебе наверняка уже сообщили о моем решении касательно Руслана. Я не хочу, чтобы ты оставалась здесь одна, поживешь у нас с Еленой, пока все не утрясется.

– Я хочу его увидеть!

– Это нецелесообразно.

– Почему?!

– Это для вашего же…

– Что? Блага? Почему все вокруг уверены, что знают, как будет для нас лучше?! – возмутилась Настя.

Ее расшатавшиеся нервы начали сдавать и она уже не замечала, как повысила голос. Андрей, однако, остался спокойным, видимо за свою долгую и насыщенную жизнь наслушавшись и насмотревшись на множество разнообразных истерик и научившись на них не реагировать.

– Вряд ли Руслан сейчас способен вести конструктивный диалог, Настя. Поговорите завтра на свежую голову.

Возможно, Андрею действительно было виднее с высоты своего опыта, и где-то очень глубоко в душе она даже понимала, что он прав, и чуть-чуть, самую малость, соглашалась с ним. И все же тот факт, что кто-то вмешивается в ее жизнь, прикрываясь возрастом, опытом и положением, непомерно раздражал. Из чувства протеста хотелось принципиально сделать наоборот, но Настя сумела заставить себя замолчать из страха, что им с Русланом вообще запретят встречаться.

Жена Андрея Елена пришла через несколько минут и помогла собраться для недалекого, но все же переезда. Затем Андрей перенес Настю в свой дом на руках. Сухо буркнув ему «спасибо», и тут же устыдившись своей невежливости, она откинулась на подушку в светлой, просторной комнате, приготовленной для нее. Вообще-то, таскать ее на руках было вовсе не обязательно, она бы и сама доковыляла на своих двоих, но очевидно оборотни считали людей совсем уж хрупкими существами, для которых даже ушиб – это очень серьезно. А еще гроза была в самом разгаре и с неба лило, как из ведра, так что Настиных протестов никто не услышал.

Елена накормила свалившуюся на голову гостью ужином и велела в случае чего сразу звать ее или Андрея, чтобы ни в коем случае не напрягать больную ногу. Настя, естественно, ни разу не позвала никого из них.

Ночью сна не было ни в одном глазу. Сначала все мысли крутились вокруг Руслана и того, что он сидит где-то один, изолированный ото всех, и чувствует себя брошенным. Очень хотелось его увидеть, и Настя надеялась, что Андрей разрешит им встретиться прямо с утра. Она уже представляла, как прижмется к груди Руслана и заверит, что он у нее единственный, и никуда она от него не денется. А он обнимет ее своими большими руками, поцелует, и все будет так, как раньше, в ее маленькой съемной квартире на краю города…

В эти радужные мысли беспардонно врывался Влад. И как Настя не задвигала его на задворки своего сознания, волнение за него все равно что-то болезненно дергало в груди. Она утешала себя тем, что это нормально – беспокоиться за здоровье кого-то знакомого. Тем более, что состояние Влада могло повлиять и на дальнейшую судьбу Руслана. Их драки она не видела, и не видела, как их растащили, но Алина говорила, что ее сыну очень сильно досталось. И Андрей обязательно примет это во внимание, решая, сколько Руслану теперь сидеть взаперти.

Но самое тяжелое началось к утру. Гроза закончилась, воздух был прозрачен и чист, и лес звенел предрассветной тишиной. И даже те, кого мучила бессонница, к этому времени скорее всего безмятежно сомкнули веки…

Держалась ли до этого Лиза, или просто спала, каким-то добродеем успокоенная снотворным, но как только начало светать, по всей округе раздался ее душераздирающий крик, перебудивший, наверное, даже рабочих на далекой шахте. Она выла так, что все внутри переворачивалось от этого плача. Во всех домах позагорался свет. За дверью Настиной комнаты послышался шум, и зажурчал тихий разговор – Андрей с Еленой тоже проснулись. Снизу хлопнула входная дверь – кто-то из них наверняка пошел к Лизе.

Плач не прекращался еще долго. Настя так и не услышала тишины, усталость в конце концов взяла свое, и она прямо под крики забылась нервным, наполненным горем и страхами, сном.