— Н-да, — сказала Эва глубокой ночью, когда они закончили просматривать информацию, скопированную Лексом на чип.

Леск промолчал, но внутренне согласился.

Свет неоновых вывесок за окном расцвечивал потрескавшиеся полимерые полы цветными пятнами. За стенкой тихонько сопела Аника, убаюканная ровным эмоциональным фоном, свойственным напряженной умственной деятельности. Рядом восполняла потраченную за день энергию Джен. Со стороны это выглядело так, словно она тоже спит.

— Этого хватит, чтобы сделать то, что ты хочешь?

— О да, — протянула Эва, гипнотизируя взглядом файл под названием “12–65”.

Информация, хранящаяся в нем, ошеломляла. И да — ради такого Виктору Чону могли простить что угодно. И это было проблемой.

— Что ты планируешь делать? Если обнародуешь информацию с этого терминала, тебя вычислят в момент. Мои устройства тоже не имеют должной защиты.

— О, об этом не волнуйся, — легкомысленно на первый взгляд отмахнулась Эва. Но этот вопрос действительно был самым незначительным. — Есть у меня… Знакомый. Для него это не составит труда.

Лекс скептически приподнял брови.

— Что же это за знакомый?

— Надежный, если платишь хорошо. А в прошлый раз я ему очень хорошо заплатила.

Эва снова поставила блок на эмоции. Вспоминать то время она не любила. Но вот так жизнь повернулась, что снова приходится прибегать к помощи тех, кого надеялась больше никогда не увидеть.

3 года назад.

Шен-Ло. Нижний уровень

Шен-Ло — официальная лучшая планета для жизни в Империи Пхенг. Безопасность, чистый воздух, инфраструктура, которой может позавидовать даже Эдем… Но у любой монеты две стороны.

“Темной стороной Луны” Шен-Ло был Нижний уровень. Место, куда стекались те, кому не нашлось места на яркой открытке парадной части Шен-Ло. Многие жители среднего и высшего уровней даже не догадывались о его существовании.

В докосмическую эпоху его назвали бы трущобами. В тридцать первом же веке даже отбросы общества обитали в санитарно приемлемой обстановке.

Но Эве все равно было неуютно.

Яркий неоновый свет вывесок делал тьму узких переулков почти непроницаемой. Люди, странные порой, непривычные, немыслимые там, на светлых просторных улицах Шен-Ло, здесь казались органичными, но их было слишком много. Эва старалась быть неприметной, натянула капюшон серой кофты до самого носа, но все равно чувствовала чужое нежелательное внимание. Она слишком долго жила на лучшей половине этой планеты, впитала в себя ее манеры и привычку держать себя.

На нее косились, случайно и намеренно задевали плечами, и она жалела, что не уделила достаточно внимания маскировке. Увы, Нижний уровень слишком отличался от того, к чему она привыкла. Девочку-эмпата с Ц-189 сразу пристроили сначала к Чону, а после она сама перебралась в штаб Черного крыла. Все это время ее окружали исключительно приличные, законопослушные люди, которые прятали истинные эмоции под масками благовоспитанности.

Эти люди не считали нужным прятать дурной нрав. Здесь им, напротив, бравировали.

— Я по записи, — она сунула в приоткрывшееся окошко банкноту, доказывающую серьезность намерений. Несмотря на все усилия правительства, наличные деньги все еще были в ходу. И именно ими предпочитали расплачиваться в подобных местах. Даже в 31 веке наличные расчеты, несмотря на все требования безопасности, отследить было куда сложнее, чем электронные. В некоторых отдаленных местах обитаемого космоса наличка и вовсе была единственным средством оплаты из-за нестабильного соединения с серверами имперских банков.

За укрепленной дверью многозначительно помолчали. Затем та приоткрылась ровно настолько, чтобы в щель протиснулась не страдающая лишним весом девушка.

— Рады вам... И вашим деньгам.

Вот уж в чем Эва ни капли не сомневалась.

— Документы, значит? Фальшивые.

— Альтернативно официальные, — поправила Эва, параллельно воздействуя на эмоции. Но оппонент оказался крепким орешком. Его слишком интересовали деньги, чтобы отвлекаться на какие-то другие незначительные мелочи.

Ее собеседник лишь ухмыльнулся. Он был готов предоставить товар под любой формулировкой, лишь бы наличными платили.

— Проходите.

Эва попала в жутковатый аттракцион. Провода, микросхемы, платы… Все это напоминало обитель Четвертого, но словно через увеличительное стекло.

— Итак… Мадам, — он смотрел на нее прищурясь, с откровенной усмешкой. Это ведь не он пришел к ней, напротив. Именно Эва долго и упорно искала выход на нужного человека. — Вам нужны документы?..

О да. И максимально правдоподобные. При этом без упоминания ее личности…

Такое тоже возможно, она узнавала, но на порядок дороже.

Ну куда-то же ей тоже надо тратить деньги?

— Сначала бабло, Мадам. Здесь так дела делаются.

Не моргнув глазом, Эва протянула ему анонимную платежную карту. Те были в ходу, хоть и неофициально, у тех, кто не желал светить свои денежные потоки. На карте было ровно столько, сколько нужно для совершения конкретной сделки.

Хакер довольно сощурился, когда увидел на экране платежного терминала приятно круглую сумму. Теперь он смотрел на Эву куда более благосклонно.

— Принесла все, что нужно? Цифровое изображение, данные для биометрии…

Чип, который Эва извлекла из тайничка в толстой подошве ботинок, заинтересовал его меньше, чем рассекреченный тайник. В нем всколыхнулся слабый интерес.

— А ты не из наших, а? Сечешь тему…

Эва растянула губы в равнодушной, не выражающей ничего улыбке.

— Ближе к делу, Бен. Ты можешь помочь?

— Ну явно не ради твоих прекрасных глаз я назначил встречу, — он вернул улыбку, в которой дружелюбия было не больше, чем в оскале акулы. — Завтра возвращайся. Все будет в лучшем виде. И… Точно не хочешь, чтобы она была связана с тобой? Могу ведь и это устроить, ни одна проверка не подкопается.

Эва с очень прямой спиной уже повернулась в сторону выхода, но на вопрос ответила уверенно:

— Не хочу.

И все. Ни объяснений, ни оправданий. Если она хоть словом обмолвится, что под колпаком у Черного крыла, ее тут же вышвырнут вон, и задаток не вернут. И больше вообще на нижний уровень не пустят.

И допустить, чтобы о девочке узнали, она тоже не может. Потому что тогда утилизация станет неизбежной не только для ребенка. А жить Эве, несмотря ни на что, хотелось.

— Имя-то хоть какое вписывать, мать года?

Эва не хотела знать, что он себе надумал, но судя по эмоциональному фону — что-то явно для нее неприятное. Но больше ее в тот момент поразило совсем другое. Она ни разу не назвала девочку по имени… Ни мысленно, ни вслух. Даже не подумала об этом. Просто безликая девочка, несчастный плод неудачного эксперимента.

— Ее зовут Аника, — ответила, повернувшись спиной к неприятному типу. Ее почти тошнило от распространяемых им волн жадности, злобы, вожделения… И при всем том он стоял с почти ничего, кроме скуки, не выражающим лицом, и крутил в руках чип с данными.

— Завтра в то же время. Приведешь хвост — и информация о твоей маленькой афере уйдет в службу внутренней безопасности.

Эва молча кивнула и вышла, не прощаясь. Знал бы он масштабы этой аферы. “Маленькой”, ну надо же…

Вне стен тесной каморки, отданной технике, пахло озоном и чуть — ракетным топливом. Эва поморщилась, натянула капюшон поглубже и прямо по радужным лужам отправилась прочь.

Завтра обычный рабочий день в Черном крыле, и нужно постараться не выдать, какой у нее в душе раздрай.