До праздника Торжества звука оставалось каких-то четыре дня. Поток заказов почти иссяк: должно быть, все инструменты были починены и сейчас ёкаи репетировали до изнеможения.

Стоило Такэси подумать, что больше никто не придёт, как тем же вечером, около десяти часов, явился енотовидный тануки. Из-за своей тучности он не смог протиснуться в главный вход, поэтому Такэси и Судзунэмару повели гостя к задней двери.

Наконец он уселся в гостиной и сказал:

— Если честно, я бы предпочёл, чтобы вы не пялились на мой живот.

Такэси и Судзунэмару поспешно отвернулись и объяснили, что на такой идеально круглый живот с блестящей коричневой шёрсткой крайне трудно не смотреть.

Тануки вздохнул:

— Говорят, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, но в моём случае ровно наоборот. Лучше услышать разок. — Он хлопнул себя по животу, и раздалось неприятное бульканье.

Такэси был разочарован, но старался не подавать виду.

— Слышали? Раньше получалось громко и звонко — бом-бом! А теперь вот так. Почему-то звук изменился. Вы можете чем-то помочь? Я главный в группе барабанщиков, и, если звук не станет как прежде, остальные не справятся.

Такэси и Судзунэмару переглянулись. Задача казалась ещё сложнее, чем боль в горле у русалок.

— Не хотелось бы вас расстраивать, однако бурление в животе едва ли вылечит даже госпожа Котоко, — пробормотал Судзунэмару.

— Нет, я не верю!

— Но ведь живот — не музыкальный инструмент… — растерялся Такэси.

— Прошу, сделайте хоть что-нибудь!

Тануки продолжал умолять и спорить, пока на шум из мастерской не вышла бабуля Котоко.

— Что у вас случилось?.. О…

Гость, увидев бабушку, сел прямо и вежливо склонил голову:

— Позвольте представиться, я Большой Тануки из токийского района Канды. А вы бабушка Котоко? С первого взгляда вас узнал. Вы ослепительны, как все вас и описывают.

— Выходит, я у ёкаев известная личность?

— Конечно. — Тануки энергично закивал. — Вы нас не боитесь и чините даже самые сложные инструменты. Среди нас вряд ли найдётся тот, кто о вас не слышал.

— Ого, так я, значит, знаменитость!

— Ёкаи вас безмерно уважают. Некоторые считают несправедливым, что вы человек, и ждут, когда станете одной из нас. Да-да, я не шучу. Поэтому для меня счастье повстречать вас лично.

Он говорил серьёзно, однако Такэси и Судзунэмару разбирал смех. Несомненно, бабуля умела быть грозной, как злой оборотень. Но когда настоящий ёкай признал её равной себе, хотелось воскликнуть: «Мы так и знали!»

— Мне стать ёкаем? — сквозь смех сказала бабушка. — Ха-ха-ха! Ну может быть! Кстати, ты ведь не просто поболтать ко мне пришёл?

— Да, верно, — опомнился Тануки.

Он снова пожаловался на свою беду и попросил вылечить его живот. Бабуля Котоко нахмурилась и скрестила руки на груди.

— Подкинул же ты мне задачку! Решить её не так-то просто. Обычный барабан можно заново обтянуть, а с тобой-то что делать?

— Заново обтянуть?! Нет-нет, не надо! — Тануки прикрыл живот лапами. — Мне моя шкура дорога, уже триста лет исправно служит! Не надо её перетягивать. Давайте поищем другой способ.

— Другой способ, говоришь? Дай-ка я его всё-таки потрогаю. А ну, посмотрим…

Бабуля ткнула Тануки в живот.

— Что за глупости! — вдруг закричала она. — Как подобное может быть? Живот раздутый и одновременно будто сдутый мяч. Неудивительно, что стука не получается.

— Вы правы! А я, между прочим, три месяца ем вдвое больше обычного. Хотел сделать живот круглее и звонче.

— Вот тебе и ответ, — заявила бабушка. — Ты не можешь использовать живот как барабан, потому что слишком много ешь. Ещё и наверняка уплетал что-нибудь жареное, да? У тебя в желудке теперь громадный комок масла! Надо же было такое придумать! Если в животе масло — вместо музыки получишь бульканье!

— Что же мне делать?

— Как что? Сесть на диету и ждать, пока всё не наладится.

У Тануки на глаза навернулись слёзы.

— Нельзя! Таким темпами мне к празднику не успеть! Мы соревнуемся в игре на барабанах с призраками! Не могу же я сдаться без боя! — Он зарыдал так громко, что весь дом заходил ходуном.

В итоге бабушка не выдержала:

— Ладно, помогу я тебе, не плачь.

— Вы правда поможете?

— Да, но на подготовку нужно время. Приходи завтра вечером.

— Конечно! Хорошо! Огромное спасибо!

Когда Большой Тануки ушёл, в доме бабули Котоко началось совещание. Все были встревожены не на шутку.

— Ему надо заняться спортом и нарастить мышцы. Вот самое очевидное и лучшее решение, но до праздника точно не успеть, — задумчиво сказала бабушка.

— А если дать ему таблетки для похудения? Или слабительное? — предложил Такэси.

— Ну живот, может, и сдуется, но вряд ли у Тануки останутся силы ещё и барабанить.

— Тогда давайте сделаем наоборот: заставим его потолстеть, только будем давать здоровую еду: овощи и всякое такое.

— Нет, добром это не кончится. Если его раздует ещё хоть немного, бедняга попросту лопнет.

Они перебирали разные варианты, однако толковых мыслей никому в голову не приходило. Между тем была уже глубокая ночь.

— Извините… — внезапно робко произнёс Судзунэмару.

Бабуля и Такэси, сонно моргая, посмотрели на него.

— Говори, Судзу. Нам пригодятся любые идеи.

— Я хотел спросить. Разве для самого Тануки не вредно столько масла в животе? Не будет ли проще удалить масло? Вероятно, сделать это нетрудно.

Бабушка и Такэси переглянулись и стали хвалить Судзунэмару, хлопая его по плечам. У них наконец появился план!

Дождавшись утра, бабуля Котоко и Такэси отправились в город.

Бабушка пошла к знакомому врачу, чтобы взять шприцы и насос для велосипедных шин, а Такэси помчался искать в магазинах толстый шланг и верёвку покрепче. Судзунэмару остался дома и делал генеральную уборку на кухне.

Наступил вечер.

Большой Тануки явился, как и обещал, а бабуля Котоко торжественно объявила:

— Готовься, тебе предстоит операция.

— Какая ещё операция?! — завопил Тануки.

— Хватайте его! — крикнула бабушка.

Такэси и Судзунэмару выскочили из своих укрытий с верёвками в руках и прыгнули на Тануки, да и бабуля не осталась в стороне. Втроём они в мгновение ока связали здоровяка и потащили на кухню, которая превратилась в операционную.

— Нет! Не надо! Отпустите меня! Я не хочу операцию! Стойте! — завывал Тануки, привязанный к столу.

Бабушка извиняющимся тоном сказала:

— Прости, но ничего другого нам не остаётся. Потерпи немного.

Бабушка надела фартук, маску, резиновые перчатки и взяла в руки огромный шприц.

— А-а-ай! — вскрикнул Тануки, когда игла вонзилась в его живот.

Бабуля оставила вопль без внимания и прикрепила к основанию шприца шланг. Другой конец шланга был примотан клейкой лентой к пылесосу.

— Включай!

Такэси нажал кнопку на пылесосе. С глухим стуком прибор зашумел, шланг запульсировал, высасывая масло из круглого живота.

— О-о-ой! Фу, какая гадость! Прекратите! — заголосил Тануки.

Живот постепенно уменьшался и через десять минут стал совсем плоским. Такэси по команде бабушки выключил пылесос. Тануки лежал смирно, только громко пыхтел. Однако операция ещё не завершилась.

Теперь живот нужно было надуть. Бабушка убрала шприц и вставила на его место трубку велосипедного насоса.

— Начинайте качать!

Такэси и Судзунэмару по очереди принялись надувать брюхо Тануки, нажимая на рычаг насоса.

Живот быстро округлялся, а бабушка время от времени щупала его, проверяя, насколько тот уже надулся.

— Стоп! — крикнула она, и Такэси убрал насос.

Бабушка осторожно вытащила трубку и быстрым ловким движением наклеила пластырь. Она приложила к животу ухо и, убедившись, что через место укола не выходит воздух, одобрительно хмыкнула. Операция была закончена. Бабуля развязала Тануки и помогла ему встать.

— Ты молодец! Всё выдержал!

Большой Тануки, охая, утёр лапой пот со лба. Услышав похвалу бабушки, он покраснел и улыбнулся.

— Нужно проверить звук.

— Сейчас попробую! — Тануки хлопнул себя по животу.

Раздался гулкий мощный стук.

— Превосходно! Даже лучше прежнего! Спасибо, бабушка Котоко! Спасибо и вам, Такэси и Судзунэмару! В этом году победа точно будет за нами!

Он ушёл, едва не приплясывая от радости, а в качестве оплаты оставил нингё-яки — печенье с начинкой из сладкой бобовой пасты.

Большой Тануки из Канды был последним ёкаем, обратившимся к бабуле Котоко.

«Праздник совсем скоро», — одновременно подумали бабушка, Такэси и Судзунэмару.