– Чай, кофе или покрепче? – спрашивает соседка Алисы, не переставая смотреть на меня с легкой ухмылкой.

– Чай будет в самый раз.

Да, у меня задача – развести эту женщину на максимально откровенный разговор. Значит, мне нужно как минимум задержаться здесь, а не вылететь через минуту как пробка, оставив пару десятков тысяч рублей.

– Зря. Я бы чего покрепче.

– Не смею вас отговаривать. Я за рулем.

Но вместо этого хозяйка квартиры ставит чайник, кивая мне на кухонный уголок.

– Я, кстати, Люся, – говорит она между делом.

– Полина, – только теперь осознаю, что нахожусь в квартире человека, чьего имени не знала.

Я опускаюсь в кресло и вижу, как она достает из холодильника домашний пирог, отрезает несколько кусков и выкладывает мне на тарелку.

Все это происходит в какой-то неловкой тишине, которую я не вправе разрушить, пока эта женщина не закончит свой ритуал. Она двигается максимально расслабленно. У нее под ногами трется кошка, выпрашивая еду, а я отчего-то чувствую абсолютное спокойствие рядом с этой незнакомой женщиной.

Только когда чашка с идущим от нее паром появляется передом мной, а хозяйка дома садится напротив, взяв кота на руки, наступает время разговора.

– Спрашивай, – она смотрит за тем, как я отпиваю горячий напиток.

– Расскажите, пожалуйста, про вашу соседку напротив – Алису. Кто к ней ходил в гости, не заметили ли вы чего странного?

– Например, твой мужик? – спрашивает ехидно. И у меня мгновенно портится аппетит. Даже для вида чай не могу пить.

– Не только… – по рту разливается горечь. И мне не нравится говорить о том, как мой муж захаживал к другой девушке. – Или что? Сильно часто бывал тут? – не выдерживаю и все-таки спрашиваю.

– Видела пару раз.

Это признание звучит как плевок в лицо. Значит, вполне может быть, что мой муж лукавил, когда говорил, что между ним и Алисой ничего нет.

– Да не расстраивайся ты так. Не было похоже, что у них шуры-муры. Особенно когда она ему в машине сиськи показала, а он ее из машины выпихнул.

– Это когда было?

– Да в тот же день, что ты к ней приходила на разборки.

– Я не на разборки приходила, – такая формулировка меня сильно смущает. Будто я какая-то…

– Да ладно! – смеется женщина. – Слышала я, что ты больше мужику своему мозг полоскала.

– А не стоило?

– Все правильно! Я бы на твоем месте еще этой вертихвостке космы вырвала.

– Приходили к ней какие-то другие гости? – стараюсь сменить тему.

Мне неприятно, что наши личные проблемы стали предметом обсуждения совершенно посторонней женщины. Потому что это мой муж, моя семья, моя жизнь. И пускать туда посторонних я не намерена.

– Бывало, – она подхватывает на руки кота и сажает его к себе на колени, поглаживая пушистую шерстку.

– Можно подробнее? – мне важны подробности.

Пока я не совсем понимаю, что именно ожидаю услышать. Но если быть до конца честной, то, скорее всего, я бы хотела узнать, что к этой лживой дряни наведывалась целая вереница мужиков и что обязательно с кем-то из них у нее был конфликт. Мне бы очень сильно этого хотелось.

– Какие-то в костюмах к ней захаживали.

– По одному?

– Пару раз я видела, как к ней приходили двое. А потом заезжал один из них.

– Только раз?

– Я видела только раз.

Это не совсем то, чего я жду, но уже хотя бы что-то.

– Можете их описать?

Люся задумчиво почесывает кота за ухом, собираясь с мыслями.

– Видные такие мужики. Оба в строгих костюмах. Дорогих, сразу видно, – продолжает почесывать котика за ушком. – Первый – высокий, брюнет, лицо правильное, даже красивое, но взгляд… холодный очень.

– Вы даже взгляд разглядели?

– Так я с ними в лифте вместе ехала. Осмотрела с ног до головы, – загадочно улыбается. – Второй пониже, седовласый с бородкой. Выглядели солидно, не то что какие-то бандиты.

– Доводилось встречать бандитов?

– Девочка моя! Расцвет моей молодости пришелся на девяностые. Тогда бандитом был каждый второй. А тот, кто не был, все равно как-то вертелся.

Я чуть внимательнее смотрю на Люсю и понимаю, что у этой женщины в запасе истории, интереснее подсмотренных в скважину.

– А как они себя вели, те мужчины, что приходили к Алисе?

– Спокойно. Тихо разговаривали между собой.

– Вы слышали, о чем они говорили?

– Нет, дверь быстро закрывали. Но в последний раз, когда они приходили… – она понижает голос, – я слышала, как высокий сказал, что они так не договаривались и ей пора сворачивать самодеятельность.

Я вспоминаю тех людей, с которыми видела Андрея и Алису в ресторане, и под описание подходит лишь Артем – финансовый консультант мужа.

– Кстати, когда высокий приходил к ней один, он выглядел раздраженным.

– В чем это проявлялось?

– Пробыл, наверное, у нее минут двадцать, а потом вылетел от нее как пробка, и злой.

– Когда это было? – пытаюсь притянуть этот рассказ к нашей ситуации.

– Так позавчера вечером, – отвечает она с легкой улыбкой.

– А расскажите подробнее, как выглядел тот мужчина?

Спустя еще двадцать минут разговора я выхожу от Люси с точным осознанием того, что мне делать дальше…