Каждый раз, когда я вижу Куинн обнажённой, это как в первый раз. Я чуть ли не слюной истекаю, пока разглядываю красивый изгиб её задницы и то, как с её движениями покачивается её круглая, упругая грудь. Кожа у неё потрясающего золотистого оттенка, и я уже по собственному опыту знаю, что она такая же мягкая, как и выглядит. От одного только взгляда на неё у меня член с каждой секундой твердеет всё сильнее.

— Я не хотела портить настроение вчера вечером, но тебе нужно кое-что знать, — говорит она, подхватывая свои шорты для сна и начиная натягивать их.

Ой-ой. По тону её голоса у меня всё внутри падает, и стояк исчезает как не бывало. — Что случилось? — спрашиваю я, снова садясь и проводя рукой по волосам.

Она поправляет пояс шорт на бёдрах и смотрит на меня.

— Помнишь, я собиралась тебе кое-что сказать, про купальню?

— И что с этим?

Куинн выдыхает, наклоняется, поднимает с пола майку, встряхивает её, чтобы найти край. — Твой друг Рейд, — говорит она, натягивая майку через голову. Разглаживает её по животу и снова встречается со мной взглядом. — Мне кажется, он знает.

Я хмурюсь. — Знает что?

Она одаривает меня выразительным взглядом и повторяет: — Он знает, Джаксон.

— Не-а, да ну, быть не может, — ворчу я, качая головой. — Он бы что-нибудь сказал.

У меня голова идёт кругом. Неужели Рейд и правда знает? И если да, расскажет ли он кому-то?

— Может, я ошибаюсь, — вздыхает Куинн и подходит обратно к кровати. Она останавливается у края, скрещивая руки на груди. — Но я видела, как ты вернулся к купальне после того, как пришли мы с Лоджи, и Рейд смотрел на тебя. А потом он посмотрел прямо на меня так, будто уже что-то знал.

— Блядь, — рычу я, пересаживаясь к самому краю кровати и спуская ноги вниз. Я тянусь к Куинн, притягивая её ближе.

Стоя между моих коленей, она кладёт руки мне на плечи и смотрит сверху вниз своими широко распахнутыми ореховыми глазами. Я поднимаю руки и беру её лицо в ладони, наклоняя к себе. — Я разберусь, — бормочу я, прежде чем впиться в её губы поцелуем, целуя глубоко и надеясь, что она не почувствует на моём языке привкус тревоги.

— М-м-м, — мурлычет Куинн, отвечая на поцелуй и тая в нём на пару мгновений, прежде чем упереться ладонями мне в грудь и отстраниться. — Мне правда пора идти.

— Знаю. — Я ещё раз быстро целую её в губы, прежде чем отпустить её талию. — Иди. Уходи отсюда, пока я не швырнул тебя обратно на кровать и не провёл весь день, придумывая новые способы доводить тебя до оргазма.

Я вижу, как по телу Куинн пробегает дрожь от моего предложения, а в её глазах вспыхивает озорной огонёк среди медных отблесков волчицы, когда она делает пару шагов назад к двери. — Не искушай меня.

~

С тех пор как Куинн сегодня утром вывалила на меня эту новость про Рейда, она тяжёлым грузом давит мне на мозг. После утренней тренировки с новобранцами резервного состава я иду в столовую пообедать и вижу, что он уже сидит за нашим обычным столом, жуя сэндвич и разговаривая с Броком. Чёрт, как же мне хотелось бы выцепить его одного; узнать, что именно он знает. И кому ещё успел рассказать.

Я беру еду и сажусь напротив, пытаясь держаться невозмутимо, хотя в его присутствии мне пиздец как не по себе. Ненавижу чувствовать себя вот так, особенно рядом с таким близким другом, как Рейд — мне нужно прояснить всё с ним как можно скорее. Но, похоже, это придётся отложить, потому что в следующую секунду рядом со мной уже устраивается Тео, рядом с ним Брук, а напротив неё — Куинн. Девчонки что-то обсуждают про какую-то IT-программу или ещё какую-то хрень, и как бы сильно мне ни хотелось, я не рискую даже одним взглядом в сторону Куинн и вместо этого вгрызаюсь в свой сэндвич.

— Ну-ну-ну… — угрожающе говорит Тео, разворачиваясь ко мне.

Я пытаюсь проглотить кусок сэндвича, который жую, но горло внезапно будто сжимается.

Не. Паникуй.

Я с трудом проглатываю ком в горле, поворачиваюсь к Тео и поднимаю бровь. — Что такое, чувак?

Он ухмыляется с самодовольным видом. — Да ничего. Просто я наконец понял, с чего это ты в последнее время такой, блядь, довольный ходишь, вот и всё. Палево.

У меня сердце ухает вниз. Но нет, подожди — если бы он знал про нас с Куинн, он бы сейчас не поддевал меня, а уже разбивал бы мне лицо. Значит, это точно не про его сестру — но если не про неё, то про что тогда, блядь?

Я откусываю ещё от сэндвича, выигрывая себе секунду на подумать, и, проглотив, снова поднимаю на него бровь. — Ты о чём вообще?

Тео усмехается и толкает меня локтем. — Да брось, братан, не отпирайся. Ты с кем-то мутишь.

Мои глаза тут же взмывают к Куинн, и паника в её взгляде слишком явная. Я изо всех сил стараюсь сохранить спокойствие и снова перевожу взгляд на Тео — в его ореховых глазах так много от глаз его сестры.

Он смеётся и продолжает: — Брат, я вчера вечером заходил к тебе в комнату спросить насчёт волчьей тренировки на этой неделе и слышал, как она орала. Что бы ты там ни делал, судя по звукам, ей, блядь, нравилось…

Я чуть не давлюсь. Брук шлёпает Тео по груди тыльной стороной ладони, бурча что-то про то, какой он пошляк, и на секунду он отвлекается, а я по ошибке снова смотрю на Куинн — как раз вовремя, чтобы увидеть, как у неё с лица сходит вся краска. Блядь. Мне нужно перестать на неё смотреть, иначе я сам себя сдам. Я отвожу взгляд влево и сталкиваюсь глазами с Рейдом. И в ту же секунду понимаю: Куинн была права — он знает.

Мы в такой жопе.

— Ну и кто она? — не унимается Тео, снова поворачиваясь ко мне и играя бровями. — Одна из новеньких?

И как, нахрен, я теперь выкручусь? Я снова откусываю большой кусок сэндвича, чтобы выиграть себе время, но у меня мысли разбегаются во все стороны. К тому моменту, как я проглатываю, у меня всё ещё нет никакого ответа, а Тео всё так же смотрит на меня выжидающе.

— Ага, — выдавливаю я, потому что это правда. И признать это достаточно безопасно, потому что ничего конкретного я не выдаю.

У Тео заинтересованно дёргается бровь. — Серьёзно? И кто именно?

Я слегка качаю головой, изо всех сил пытаясь выглядеть расслабленно. — Она, эм… недавно выбралась из чего-то серьёзного и хочет, чтобы всё было тихо. И это тоже не ложь.

— Да ладно тебе, брат, — настаивает Тео, снова тыкая меня локтем. — Я никому не скажу, просто скажи, кто это! И что именно ты с ней делал, раз она так орала, потому что звучало это…

— Тео! — одёргивает его Брук, не давая договорить и снова хлопая по груди.

— Что? — смеётся он, поворачиваясь к своей паре. — Мелкая, да мужики же всегда так разговаривают.

Пока Тео переключается на то, чтобы загладить всё перед Брук, я за два укуса доедаю остатки сэндвича, резко вскакиваю со скамьи и хватаю тарелку. — Мне надо бежать. Увидимся позже.

Я быстро ухожу от стола, бросаю тарелку в мойку и выхожу из столовой. Оказавшись в главном коридоре, я сразу направляюсь к выходу — тревога долбит по полной, и мне срочно нужен свежий воздух. Я распахиваю одну из больших двустворчатых дверей, выхожу из комплекса на тренировочное поле — и успеваю сделать буквально три шага, когда слышу, как дверь снова открывается у меня за спиной. Я резко оборачиваюсь, и дыхание у меня застревает в горле, когда я вижу Рейда, который с крайне неодобрительным видом идёт прямо ко мне.

Ну, значит, прямо сейчас и разберёмся.

— Эй, чувак, — бормочу я, прекрасно изображая ту самую отстранённую невозмутимость, на которую и рассчитывал. — Что такое?

Рейд прищуривается, насквозь видя весь мой пиздёж. — Ты мне тоже будешь врать или уже готов признать, что трахаешь сестру Тео?

Весь воздух выходит из меня одним тяжёлым выдохом. Он знает. Ну и к чёрту, тогда уж лучше признаться.

— Ага, — стону я, зажмуриваясь и проводя ладонью по лицу. — Трахаю. — Я снова открываю глаза и смотрю на Рейда, пытаясь что-то прочесть у него по лицу. — Как ты понял?

— Ну, кроме того, что ты только что сам мне это сказал? — сухо усмехается он. — У меня было подозрение ещё с того самого раза, как я впервые увидел вас вдвоём, что между вами что-то есть… это же она, та самая девчонка из Стиллуотера, да? Та, которую ты был просто помешан найти?

Я киваю.

Рейд кивает в ответ, подтверждая. — По твоему описанию я примерно так и подумал. Но поначалу ты хорошо это скрывал. Я пытался делать вид, будто она мне интересна, чтобы посмотреть, клюнешь ли ты, но ты не клюнул. А потом, конечно, произошла вся та история с Тони, и он пытался любыми способами вывернуться из наказания, в том числе и сдать тебя мне. Так что это только подтвердило то, что я и так уже подозревал.

У меня отвисает челюсть. Я едва могу поверить в то, что слышу. — То есть ты знал всё это время? — недоверчиво спрашиваю я. — Почему ты ничего не сказал?

Он пожимает плечами. — Наверное, ждал, что ты сам ко мне придёшь.

— А теперь?

Челюсть Рейда напрягается. — А теперь это тянется уже слишком долго. Слишком.

Что-то в его тоне заставляет меня почувствовать, как всё внутри падает. — Ты к чему клонишь? — осторожно спрашиваю я.

— Тебе придётся либо во всём признаться Тео, либо закончить это.

Его слова обрушиваются на меня как тонна кирпичей. Сердце колотится о рёбра, в руках и ногах разливается покалывание, будто они начинают неметь.

Рейд делает шаг ближе, втягивает воздух и продолжает: — У этого могут быть реальные последствия, брат. Речь не только о твоей дружбе с Тео, тут ещё и политика стаи. Вы два альфы в союзе, вы не можете позволить себе устроить между собой такой огромный, блядь, конфликт из-за подобного.

Чёрт, он прав. Я вообще никогда не смотрел на это с этой стороны, но он абсолютно прав. Это уже не просто история о том, что я отвратительный друг или нарушил мужской кодекс — как будущий альфа стаи Вестфилда, я отвечаю за последствия своих поступков. Я не могу быть тем, кто подставит положение нашей стаи в союзе шести стай только потому, что не смог держать член в штанах.

— Вам двоим придётся долго работать вместе, — вздыхает Рейд, и говорит он уже почти как строгий отец. — И это реально стоит того, чтобы из-за какой-то девушки поставить на кон всё?

Над этим вопросом мне даже думать не нужно — ответ всегда был «да». Куинн того стоит. Она стоит того, чтобы рисковать всем.

Будто читая мои мысли, Рейд хлопает меня по плечу и криво усмехается. — Если стоит, тогда скажи ему сам, не позволяй ему узнать всё не от тебя. Если честно, это уже чудо, что он до сих пор сам не догадался, учитывая, насколько «тонко» вы оба всё это скрываете. Вам просто повезло, что в последние дни он весь в любовном пузыре со своей новой парой и вообще не замечает, что творится вокруг. — Он наклоняется ближе и ещё сильнее понижает голос. — Сначала он взбесится, но потом всё равно отойдёт и будет только рад, что ты набрался яиц и пришёл к нему с этим сам. А если оно не стоит всей этой херни, тогда, как я и сказал, заканчивай сейчас же.

Я медленно киваю, всё ещё переваривая его слова. Как бы тяжело ни было это слышать, он не ошибается — было глупо думать, что мы с Куинн сможем вечно держать это в тайне и никто не пострадает. Может, всё и началось как игра и развлечение, но мы оба знаем, что с тех пор это стало чем-то другим. Чем-то настоящим. И если мы и дальше будем делать вид, что это не так, то просто будем врать самим себе.

Рейд делает шаг назад и коротко кивает мне. Он хороший друг, раз пришёл ко мне с этим и пытается вбить в меня хоть немного здравого смысла. Сохраняет мой секрет, хотя понимает, что это наверняка вбьёт клин в нашу компанию. — Подумай о том, что я сказал, — добавляет он, отходя назад к комплексу. — Решать тебе, но я знаю, что ты поступишь правильно.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ШЕСТАЯ

Куинн

— Может, пора рассказать Тео про нас.

Я смотрю на Джакса и моргаю. Мне не послышалось? Вот уж точно не этого я ожидала, когда он попросил меня встретиться с ним сегодня вечером в крытой арене. Я думала, он хочет немного пошалить, заняться этим в каком-нибудь новом месте. Чёрт, я даже переоделась в милый топ и подправила макияж ради этой встречи. Когда я пришла, а он запер за мной дверь, сердце у меня уже колотилось в предвкушении. А потом он открыл свой красивый рот — и момент был убит нахрен.

У меня в голове сразу начинают орать тревожные сирены. Джакс же не может не понимать, о чём вообще просит, да? Сказать Тео — значит фактически покончить с тем, что между нами; он просто взорвётся. И даже если когда-нибудь и простит Джакса, он никогда не позволит нам продолжать делать то, что мы делали. А что до меня — мы с братом только-только начали строить отношения; простил бы он меня за враньё и за то, что я тайком крутила с его другом у него за спиной?

— Что? Нет. — Я хмурюсь и качаю головой. — Ни за что.

Джакс втягивает воздух, проводит рукой по своим тёмно-русым волосам и делает шаг ко мне. — Другие уже начинают что-то подозревать, Куинн. Лучше, если он узнает это от нас, а не догадается сам.

Это вообще как гром среди ясного неба. Джакс всегда был мистером «мужской кодекс», а теперь вдруг готов признаться, что сам его нарушил? Да ну нахрен. Тут прям почерк правильного мальчика Рейда.

Я снова качаю головой, на этот раз ещё решительнее. — Нет, я не стану этого делать. Мы договорились, что он никогда не узнает, Джаксон!

Я складываю руки на груди и пристально смотрю на Джакса. Его бледно-голубые глаза опускаются в пол, челюсть напрягается.

— Тогда всё было иначе.

— Что именно было иначе? — требую я. — Он всё так же был моим братом, а ты всё так же был его другом. Ничего не изменилось.

Джакс вздыхает и снова смотрит мне в глаза. — Меня уже, блядь, тошнит от того, что приходится прятаться. Тошнит от того, что я вру своему другу…

— Думаешь, меня нет? Меня сегодня чуть не вывернуло, когда он сказал, что слышал, как мы вчера трахались. — Я вздрагиваю от этого воспоминания — вполне могла бы прожить всю жизнь и не знать, что мой брат слышал, как я звучу во время оргазма. Если бы я только села в другом месте за обедом, мне бы не пришлось быть свидетелем этого разговора. — Как ты думаешь, что бы он сделал, если бы знал, что это я была у тебя в комнате, а?