Никитин стоял по стойке смирно перед полковником Пинчуком в его кабинете в Главном управлении милиции. Пинчук сидел, не отрывая взгляда от деревянного орла, стоящего у него на столе. Орла ему подарили полгода назад на день рождения, и полковник до сих пор не знал, что с ним делать.

Наконец, он поднял голову. Лицо нарочито каменное, выражающее высшую степень недовольства.

— Никитин, — начал он медленно, низким голосом. — Когда на рассвете поднимают по тревоге следственно-оперативную группу Кремлевского отделения — это не то же самое, что разбудить утром соседа по коммуналке и предложить ему выпить. Это серьезная операция. С привлечением высококлассных специалистов, техники, экспертов.

Он встал, прошелся по кабинету.

— Напомни мне, сколько лет ты работаешь в уголовном розыске?

— Семь лет, товарищ полковник, с учетом службы в разведке и СМЕРШе.

— Семь лет. И за эти семь лет ты должен был усвоить азы нашей работы. Знаешь ли ты, что такое тщательная проверка фактов? Знаешь ли о необходимости многократной перепроверки данных перед принятием решений?

— Знаю, товарищ полковник.

— Знаешь? — Пинчук остановился, впился взглядом в Никитина. — Тогда объясни мне, как человек с семилетним стажем мог поднять тревогу из-за обычных фабричных платьев?

Никитин нервно сглотнул.

— Товарищ полковник, прошу выслушать меня. Дайте мне последний шанс. Я точно знаю, где производят нелегальную продукцию. Надо накрыть цех при арматурном заводе в Венюково. Прошу выделить два десятка сотрудников с оружием.

Пинчук уставился на него.

— Ты в своем уме, майор! Два десятка? У меня половина личного состава брошена на обеспечение матчей ЦДКА и «Динамо». А другая половина…

Он понизил голос до шепота, наклонился ближе.

— Ты не в курсе, что ли, «Ленинградского дела»? Очень много людей задействовано для обеспечения особых мероприятий. Иди, Никитин, нет у меня людей. И вообще, ты вроде в отпуске? Марш отдыхать!

— Тогда хотя бы оружие, товарищ полковник, — взмолился Никитин. — Два десятка стволов. А людей я сам найду.

— Ты совсем рехнулся? — Пинчук покачал головой. — Я что, частная лавка? Раздавать направо и налево табельное оружие?

Он помолчал, походил по кабинету. Потом остановился у окна, спиной к Никитину.

— Знаешь что… — сказал он негромко. — Поставлю дежурным по отделению Кочкина. Вот пусть он тебе оружие и выдает. На свой страх и риск. Но только я этого не говорил. Понял?

— Понял, товарищ полковник.

— Все. Свободен.

Никитин вышел из кабинета словно убитый. В коридоре прислонился к стене, закрыл глаза. Пан или пропал. Он уже чувствовал добычу. Она уже почти была в его руках. Еще один шаг — и все карты будут раскрыты. Но этого шага ему не дают сделать.

Система работала против него. Бюрократия, осторожность, нежелание рисковать. А преступники тем временем продолжали свои темные дела.

Никитин двинул кулаком по стене. Хорошо. Если система против него, он будет действовать вне системы.

И он пойдет ва-банк.