«Это все неправда... Иллюзия или кошмар», — мысленно успокаиваю себя, хотя знаю: вокруг гребанная реальность.

Еще вчера, когда увидела, насколько ребята подготовлены, я была уверена, что все пройдет идеально, но сейчас с каждым километром страх сжимает мое горло все сильнее.

— Малая, да не дрожи ты так, — уговаривает меня Макс. — Машину из-за тебя трясет.

Фыркнув, сжимаю руки в кулаки, сдерживая порыв распахнуть дверь и выпрыгнуть на ходу.

— Бро, тише едь, — обращается к Леше, сидящему за рулем, Максим. — Мы никуда не спешим. Пока что. — Он непринужденно подмигивает мне и достает из кармана черной куртки пачку сигарет. — Будешь?

Отрицательно качаю головой, думая, что и без сигарет едва ли справляюсь с подступающей тошнотой. Господи, если бы мама узнала, что вместо экскурсии с универом я еду на ограбление! Она бы… Закрываю глаза, пытаясь избавиться от пугающих мыслей, давящих на сердце тяжелым грузом.

— Короче, слушайте сюда, — начинает Макс, приподнимает балаклаву, и кладет на нижнюю губу сигарету. — Повторяем вчерашний план. Не шароебимся по комнатам как попало, идем строго по пунктам, начиная со второго этажа. Ты, бро, — спальня. Я беру кабинет. Ева, ты – гостевая комната. — Поджигая сигарету, Макс выпускает дым и пристально смотрит на меня. — Никто не спускается вниз, пока Миша не даст команду по рации. Ясно?

— Ясно, — отвечаю я, подтягивая колени ближе к груди.

— Еще раз. — Макс стряхивает пепел через приоткрытое окно. — Имена не называем, говорим исключительно по делу. Все помнят свои номера? — спрашивает он, оглядывая нас по очереди.

— Я — второй, бро, — отзывается Леша с водительского сиденья.

— Третий, — произносит Миша.

— Четвертая, — без промедления диктую присвоенный номер.

— Вы мои, блядь, красавчики! — усмехается Максим, выбрасывая сигарету в окно, и вновь закрывает лицо балаклавой.

Все время, пока мы едем, я прокручиваю в голове проект дома, стараясь не упустить ни одной важной детали. Две комнаты и кабинет на втором этаже. Две комнаты и гостиная, соединенная с кухней, на первом, спортзал на цокольном. Рядом — гаражная пристройка, где находится лестница в подвал. Если будем следовать строго намеченному плану, то сможем покинуть здание ровно через двадцать две минуты.

— Ну че там? — Макс поворачивается к Мише и заглядывает в экран его компьютера. — Скажи, что сигналка послушная сучка и нам не придется долго удовлетворять ее.

— Вынужден тебя расстроить, — отвечает Миша, быстро печатая что-то на клавиатуре. — В этом особняке система безопасности стоит не только на воротах, но и внутри, вместе с датчиками движения. И вся сигнализация защищена одним ключом.

— Поясни.

— Кратко: если вы затянете с отключением сигналки в одном месте, то заблокируются все двери в доме, включая ворота.

— Не затянем, — уверенно бросает Максим, а я непроизвольно сглатываю комок в горле, представляя перед глазами эту страшную картину. На вчерашней сходке мы выяснили, что есть один способ покинуть территорию — через ворота. Одна ошибка, и буквально за считаные минуты нас окружит ОМОН. А дальше... Вы сами знаете, каков будет исход. Перспектива оказаться в подобной ситуации настолько дерьмовая, что даже думать об этом страшно.

— Подъезжаем! — кричит Леша, поворачиваясь к нам в профиль.

— Заебись, наконец-то! — чеканит Макс, поднимаясь на ноги, и хватает с пола черную спортивную сумку. — Разбираем рации.

Взяв из его протянутой руки устройство, вешаю на нагрудный карман своей куртки и встаю, слегка разминая ноги от долгого сидения в одной позе. Выглянув в окно, замечаю, что мы движемся по засыпанной песком дороге в глубине леса, а затем вижу черную, мансардного типа крышу дома, выглядящего точно так же, как и на вчерашней фотографии.

Остановив машину под деревом, Леша глушит мотор и выходит. Через пару секунд он открывает дверь, выпуская и нас. Холодный ночной воздух моментально заполняет легкие, и становится чуть легче дышать. Макс выпрыгивает первым, держа на плече сумку, и я следую за ним, забирая с пола свой рюкзак.

— Проверяем рации! — командует Максим, нажимая кнопку и начинает говорить. — Третий, как слышно?

— Слышно, — с паузой доносится голос Миши, оставшегося в салоне.

— Целую тебя, пупсик, — шепчет Леша в свою рацию.

— Иди на хер! — отвечает Миша, на что Леха начинает стонать, преподнося устройство ближе к губам.

— Да все, харэ, блядь! — грубо прерывает акт любви Макс. — Как закончим с делом, встретитесь и скажете все друг другу лично. Ева, принесла, что я сказал?

— Да. — Достаю из портфеля маленький бутылек бесцветного лака. — Вот. — Протягиваю его Максиму, слегка дрожа.

— Умничка, малая! — ободряюще подмигивает он мне и обращается к ребятам: — Давайте сюда свои грязные пальчики.

— Делай это нежнее, как ты умеешь. — Леша вытягивает руки ладонями вверх, и Макс проходит кисточкой по его пальцам.

— Ты заебал меня со своими шутками!

— Это ты только при Еве так говоришь!

Макс по-доброму качает головой, мол, придурок.

— Ты следующая, — говорит главарь нашей, как выяснилось, преступной группировки, бросая на меня насмешливый взгляд.

Подойдя ближе, делаю то же самое, что и Леша.

— Я бы эти пальчики сейчас хотел видеть в другом месте, — шепчет Макс, нанося лак на кончики моих пальцев. Делается это для того, чтобы не оставить отпечатки. — Как насчет выполнения условия сразу после дела, малая? — Остановившись с кисточкой в руках, он выжидающе пялится на меня. — Снимем стресс. Тебе понравится.

— Давай подумаем об этом позже. — Я изо всех сил стараюсь сохранять спокойствие, но в голосе все равно проскальзывает нервозность.

Еле слышно ухмыльнувшись, Макс резко притягивает меня к себе за края куртки.

— Сучка, — произносит он, прищурив глаза цвета малахита. — Я буду трахать твою киску так нежно и грубо одновременно, что у тебя искры из глаз посыплются.

Я вся сжимаюсь в его руках, невербально считывая абсолютную серьезность в намерениях парня, и уже жалею, что согласилась на поставленное вчера условие: если Максим берет меня на дело, я добровольно отдамся ему.

Он знает, что я девственница. Несмотря на то, что большую часть подростковой жизни я провела в окружении пацанов, меня никогда не прельщал план лишиться невинности абы с кем, как и встречаться тоже. Видя ужасный пример в лице старшей сестры, которая с головой нырнула в роман с парнем, а точнее, со своим мужем, а еще точнее — уже бывшим мужем, изводившим ее до нервного истощения, я перестала искать смысл в отношениях. И не то чтобы я считала Макса не тем человеком… Просто мне было страшно.

Но Максим точно не из тех людей, кто привык чего-то ждать. Понимаю, что больше не могу оттягивать момент, дальше уже некуда. Я знаю, что он трахает других девчонок и даже не скрывает этого. И в какой-то степени это облегчает мое существование, потому что связи на стороне ненадолго, но успокаивают пыл моего молодого человека.

В текущей реальности не согласиться на поставленное условие я не могу. У меня есть только два варианта: оставаться с ним и продолжать зарабатывать деньги или работать в художественной школе за копейки, без всякой надежды на спасение мамы...

7

— Але? — раздается голос Лехи за спиной. — Ты нам не разрешил обменяться любовью с Мишей, а сам че?

Нехотя отпустив края моей куртки, Макс возвращает лак.

— Помоги мне. — Впиваясь жадным взглядом, он протягивает мне бутылек.

Замазав кисточкой все его пальцы, закручиваю черный колпачок и убираю флакон в висящий на плече рюкзак.

— Записи с дорожных камер я стер, — произносит Миша в рацию. — Можем начинать.

— Красавчик, бро! Идем. — Макс жестом зовет нас за собой, направляясь по дороге к дому.

Приближаясь к высокому железному забору с торчащими из-за него кронами пихт по всему периметру, я оглядываюсь по сторонам, прислушиваясь к каждому шороху. Наручные часы показывают три часа ночи, а это значит, что уже меньше чем через каких-то полчаса нас здесь быть не должно.

— Сюда, — тихо подзывает Максим, приближаясь к воротам, на которых установлен электронный циферблат. — Мы на месте.

— Работаю, — спустя паузу сообщает шипящий голос Миши из рации.

Сердце бешено стучит в груди, пульс учащается с каждой секундой, проведенной в этом месте. Черт, зря я согласилась!

Поздно об этом думать, Ева.

— Настройки сбросил. Вводите цифры от одного до шести, — диктует наш хакер.

Макс не мешкая тянется к устройству и точными движениями нажимает нужные кнопки. Я непроизвольно престаю дышать, наблюдая за процессом и чувствуя, как внутренности стягиваются в тугой узел. Когда главарь наконец нажимает зеленую кнопку, раздается характерный сигнал, и ворота открываются.

— Живее! Заходите! — Схватив за плечо, Макс впихивает меня во двор и прижимает к забору. Стоя вплотную у холодного железа, бросаю осторожный взгляд на внушительных размеров кирпичный дом с панорамными окнами по всему периметру первого этажа.

— Третий, че там?

— Снимаю.

— Ты помнишь, что у нас всего сорок секунд?

— Не мешай!

Я шумно дышу, не переставая смотреть на главаря, пытаюсь увидеть на его лице спокойствие и уверенность в том, что мы делаем. Однако вместо этого я замечаю странный блеск в его глазах.

— Третий, блядь! — нервно рычит Максим в рацию.

— Система лагает! Я делаю! — Миша на другом конце связи напряжен не меньше.

— Блядь, сука! — рявкает Макс, держа пальцы над сигнализацией. — Т-р-е-т-и-й! — зло чеканит он. — У нас гребаных десять секунд!

Втянув воздух, я замираю, чувствуя, как бисеринка пота стекает по моей спине.

«Закроются ворота… Закроются все двери…»

— Вводи от одного до шести!

Даже не дослушав до конца слова Миши, Макс быстрыми движениями вбивает цифры, и в воздухе повисает оглушительная тишина.

Секунда. Две. Три...

В абсолютном беззвучии я слышу лишь стук собственного сердца. На устройстве загорается зеленый свет, означая, что все в порядке. От накатившего адреналина мои ноги тут же подкашиваются.

— Третий, какого хрена?! — подняв рацию, рычит Макс. — Что с твоей сраной системой?! У нас впереди целый дом!

— Я делаю все возможное, но не могу предусмотреть, как будет работать связь в этой глуши.

— Ладно, мы готовы заходить внутрь, — слегка поумерив пыл, шипит главарь.

— Отключаю датчики движений, — недовольно сообщает Миша.

Пересекая участок по выложенной дороге из массивных графитовых плит, мы быстрыми шагами поднимаемся на крыльцо, где нас ожидает еще одна дверь.

Присев на корточки, Макс достает из сумки отмычку и вставляет в замочную скважину. На мгновение он замирает, прислушиваясь к звукам замка, который отзывается тихим щелчком. Пальцы Максима мягко скользят по холодному металлу до тех пор, пока не раздается мягкий скрип открывающейся двери.

Справившись с сигнализацией, мы входим в просторный холл в стиле модерн и поднимаемся на второй этаж по широкой лакированной лестнице со стеклянными ограждениями.

— Второй, берешь эту комнату, — отдает приказ главарь, указывая пальцем на высокую белую дверь. — Четвертая, твоя в конце коридора, направо.

Я непроизвольно поворачиваю голову в ту сторону, в которую указывает, Макс, и еле заметно киваю.

— Как закончите, дайте знать. — Раздав команды, Максим уверенно открывает перед собой дверь и исчезает в кабинете, а мы с Лешей двигаемся дальше. Подмигнув на прощание, подельник скрывается в отведенной ему комнате.

Оставшись одна, я ускоряю шаг, ступая по темному коридору. Свернув направо, упираюсь в единственную дверь. Без промедления дернув ручку, вхожу в комнату с мягким ворсистым ковром, уютными креслами и большой кроватью, застеленной так аккуратно, будто здесь никто никогда не жил.

Черт, Ева, вот удачненько ты решила подумать об интерьере! Ты пришла грабить этот дом! И если тебя поймают, то, конечно, не забудь сделать хозяевам комплимент за их отменный вкус!

Скинув на пол портфель, осматриваюсь в поисках чего-то стоящего. Пустая стена без картин, пустая поверхность тумбы и туалетного столика не сулят материальной выгоды. С другой стороны, чего можно ожидать от гостевой комнаты?

Заглянув в ванную, осматриваю ящики один за другим, но там, как и в спальне, сплошная пустота. Нервно выдвигаю последний, но и там пусто!

Сердце начинает колотиться быстрее от подкравшегося разочарования. В спальню я возвращаюсь с явно неутешительными мыслями. Время идет, а мой рюкзак все еще пуст. С надеждой цепляюсь взглядом за высокий белый шкаф, расположенный вдоль стены, напротив кровати. Быстро подойдя к нему, распахиваю дверцы.

Пусто. Полностью. Твою ж мать!..

8

Внутри нет ничего, кроме маленькой коробочки, лежащей на самой верхней полке. Привстав на носочки, я с предвкушением вытягиваю руку и поддеваю край пальцем. Коробка падает мне в руки, и я с огорчением чувствую, какая она легкая. Слишком легкая. Значит, скорее всего, пустая.

Дьявол!

Осторожно приподняв крышку, обнаруживаю внутри сложенные бумажки. Вынимаю их и, раскрыв, замираю: это детские рисунки, простые, с кривыми линиями и яркими цветами. Солнце, домики, деревья... Перебираю их один за другим, пока на самом дне не нахожу маленький кулон с красиво выгравированной буквой «А».

Вероятно, сюда приезжали семьи с детьми, возможно, они и оставили рисунки. Но этот кулон... Интересно, кому он принадлежал?

Странное предчувствие, что с этим украшением не все так просто, уверенно поселяется внутри.

Мелькает мысль: если это серебро, я могу его взять. Кулончик — единственное ценное, что мне удалось найти в комнате. Зараза!

Сжав находку в кулаке, я аккуратно складываю бумажки обратно, закрываю коробку и ставлю ее на место в шкаф. В этот же момент из рации доносится голос Макса:

— Четвертая, что там у тебя?

— Пусто, — подняв руку, отвечаю шепотом, умалчивая о кулоне: думаю, нелепо даже сообщать о такой мелкой находке в данный момент.